Читать книгу Его рождественская ж*почка - - Страница 5

– А вот и я, дамы! Ваш рождественский натурщик собственной скромной персоной! – сказал Игорь, входя в зал к художницам.

Шёл он важно, расправив плечи и поигрывая грудными мышцами, демонстрируя безупречную физическую форму.

Игорь неспешно проследовал к кушетке, укрытой тяжёлым красным бархатом, и остановился. Все женские взоры тут же, слово намагниченные, приклеились к нему. Точнее, к одной-единственной детали мужского гардероба – к чёрной фетровой шляпе, которую мужчина удерживал одной рукой в области паха.

Художницы разочарованно вздохнули.

– Кхм… – раздался тихий смешок. – А вы знаете, многоуважаемый Игорь, что истинные джентльмены, приветствуя дам, всегда снимают головной убор? Хи-хи…

– Да-да! – кто-то поддакнул.

Художницы снова не стесняясь захихикали. Это было даже очаровательно.

– Правила созданы, чтобы их нарушать, – парировал Игорь с невозмутимой улыбкой. – К тому же, боюсь, если я сейчас проявлю излишнюю вежливость, вы напрочь забудете об искусстве.

Игорь ещё шире улыбнулся, и на одной его щеке появилась милая ямочка.

А вот Марина, что стояла сзади, немного вдали от мужчины, разглядела, что и на одной его ягодице имелась ещё одна милая ямочка.

Марина не смогла сдержать улыбку.

– Но мы, так и быть, сегодня вам это простим! – смилостивились художницы. – Можете не снимать шляпу. Нам и так всё нравится… У вас, Игорь, есть на что посмотреть.

Игорь, возможно, и смутился бы, но атмосфера была настолько лёгкой и непринуждённой, что мужчина просто улыбнулся и перевёл взгляд на кушетку.

Он был оптимистично настроен. Мужчина считал, что, чем быстрее этот женский балаган закончится, тем быстрее он по-настоящему расслабится.

– Так, девочки, давайте не будем смущать нашего сегодняшнего натурщика, – раздалось сзади от Марины. – У нас не так много времени.

– Не думаю, что меня можно чем-то смутить, – Игорь обернулся через плечо и подмигнул девушке.

Марина лишь покачала головой и улыбнулась.

– И всё же, я хозяйка этого вечера и должна всё проконтролировать.

– Хорошо, хозяйка. Руководи и контролируй. В какую позу мне сесть? Или, может, лечь?

– Садись на кушетку. Полуоборот, одну ногу вытяни, другую согни. И не забывай крепко держать шляпу…

Они обменялись взглядами.

Игорь опустился на бархат, приняв нужную позу. Чёрная шляпа на фоне светлой кожи и алой ткани смотрелась вызывающе контрастно.

Мужчина поднял глаза на художниц и внезапно вздрогнул. Дамы, ещё секунду назад мило хихикавшие, теперь с пугающей синхронностью схватились за канцелярские ножи.

Вжик. Вжик. Вжик.

Звук затачиваемых карандашей в тишине студии прозвучал зловеще. В этот момент, словно по сценарию, даже музыка стала тише, когда мелодии сменялись. Женщины-художницы посмотрели на Игоря не как на натурщика, а как на добычу.

Игорю даже показалось, что сейчас они зловеще рассмеются.

Но, к счастью, они всего лишь мило улыбнулись, продолжая натачивать карандаши.

– А чего это вы такое делаете? – осторожно спросил Игорь, наблюдая, как острые лезвия срезают стружку, обнажая длинные грифели.

Игорь громко сглотнул.

– Именно так художники затачивают карандаши, Игорь, – пояснила Марина. – Мы не используем точилки. Если карандаш заточить неправильно, то он просто не будет рисовать так, как нужно.

– Ваши карандаши выглядят устрашающе…

Художницы невинно улыбнулись. Вообще-то, у них всегда в запасе были наточенные карандаши. Кто же приходит на урок неподготовленным? Но здесь и сейчас художницам хотелось немного шалить. Провоцировать хотелось неопытного натурщика. Ну а вдруг он испугается и шляпу перестанет держать?

– Расслабьтесь, Игорь, – сказала самая взрослая и важная художница. – Мы не кусаемся.

Она поправила на носу очки, покрутила между пальцев остро наточенный карандаш и приготовилась рисовать. Мало кто сидел у мольбертов. У многих были блокноты и альбомы.

– Сначала, Игорь, мы будем делать наброски, – пояснила Марина, вставая за мольберт чуть в стороне, чтобы иметь лучший обзор и на натурщика, и на своих подопечных. – Поэтому желательно, чтобы ты почаще менял позы.

– Понял, – кивнул Игорь. – Только своими острыми карандашами в меня не тыкайте…

– Не бойтесь, Игорь, – Маша взяла три остро наточенных карандаша, зажала их между пальцами по штуке и изобразила Росомаху. – Мы будем нежны…

Все засмеялись, и Игорь тоже не смог сдержать улыбку.

Вскоре ему налили шампанское в бокал, чтобы было не так скучно позировать, а потом периодически доливали, не забывая угощать закусками. Игорь шутил, развлекал художниц и непринуждённо менял позы. Единственное, ему приходилось попеременно менять руки, чтобы держать шляпу.

Время шло.

Игорю нравилось позировать, а художницам нравилось делать наброски.

Но вот последней позой было выбрано положение лёжа. Игорь с удовольствием разлёгся, оставил шляпу покоиться на прежнем месте, а руки положил за голову. Одну ногу он полусогнул, а вторая была выпрямлена. Мужчина прикрыл глаза, когда художницы сделали набросок этой позы и взяли в руки кисти, тюбики масляной краски и палитры.

Шампанского было выпито довольно-таки много и играла приглушённая музыка. В студии было тепло и уютно, а художницы лишь изредка перешёптывались, уйдя с головой в работу.

И Игорь в этот момент окончательно расслабился.

***

– Он что, уснул? – едва слышно прошептала одна из художниц, наклоняясь к соседке.

Но услышали все.

– Тихо ты! Разбудишь! – шикнула на неё вторая.

– Ой, девочки… Вы это видите? – голос третьей дрогнул. – Скажите, мне это не чудится?!

– Не чудится! Всё видим… Шляпа поднимается…

Художницы невольно подались вперёд, не отрывая взгляда от центра художественной композиции. Игорь действительно задремал. Его грудь мерно вздымалась, дыхание было глубоким и спокойным. Он был полностью расслаблен в отличие от другой части тела, которая у мужчин иногда жила своей жизнью даже во сне.

Потому что физиология!

Медленно, но верно, миллиметр за миллиметром, поля чёрной шляпы начали приподниматься, отрываясь от тела мужчины. Образовывался весьма заметный зазор. Любопытный такой зазор.

Но к сожалению, на него падала тень.

– Ой, мамочки! – кто-то радостно пискнул. – Что творится-то…

– Там скорее папочка… Там большой, сладкий папочка проснулся раньше своего хозяина…

– Шуга-дэдди… – мечтательно выдохнула Маша и тут же, забыв о приличиях, и вовсе хрюкнула от смеха, не в силах сдержать восторг.

– Чш-ш! – хором осадили её подруги, но в глазах у всех плясал восторг и озорство.

Ситуация была пикантной донельзя. Спящий красавец, не ведая стыда, демонстрировал совершенно естественную, но такую впечатляющую реакцию мужского организма на расслабление и, возможно, приятные сны.

Художницы замерли, затаив дыхание. Они отложили кисти и внимательно стали наблюдать. Им было любопытно, насколько высоко поднимется шляпа? Как долго продлится это зрелище?

– Может, снимем шляпу, пока он спит? – предложила одна дама. – Скажем потом, что она сама упала. Случайно.

Такая солидная с виду, а всё туда же… Но никто её не упрекнул. Никто не посмотрел косо.

– А может, закончим на сегодня наше занятие, и вы пойдёте по домам? – подала голос Марина, а сама улыбнулась.

Её щёки были розовее обычного. Она кусала губы и тоже не могла оторвать взгляд от поднимающейся шляпы. Такое художницы ещё ни разу не рисовали.

– Нет, мэм! – дружный шёпот был ей ответом. – Нам нельзя домой! Мы будем паиньками, Марина, только пусть наш сладкий папочка и дальше спит… Может, шляпа сама и свалится…

Художницы мигом взялись за свои кисти, готовые запечатлеть диво дивное. Хотя бы набросок, но надо было успеть нарисовать.

Послышался дружный томный вздох от всей женской компании.

Художницы! Что с них взять? Дайте только срамотишко какое порисовать…

– А сфотографировать можно? – робко спросила Маша. – Я потом дома дорисую детали… Без шляпы…

Марина так посмотрела на девушку, что та тут же стушевалась.

– Поняла, молчу. Фотографировать натурщика нельзя. Частную собственность трогать запрещено.

– Марина, но ты это, когда будешь Игоря будить, будь с ним поласковее… Мужчина, видишь, в каком состоянии…

– В каком? – спросила Марина, будто не понимала о чём речь.

– Напряжённом! – женщина лукаво подмигнула хозяйке художественной студии.

У Марины брови на лоб полезли.

– Он так на тебя смотрел весь вечер… – продолжила говорить художница, таинственно понизив голос. – Такие взгляды бросал… Вы точно не были знакомы до этого?

– Я его сегодня первый раз увидела, – честно ответила Марина, стараясь говорить ровно.

Она замечала взгляды Игоря. Видела его неприкрытый интерес. Но девушка не думала, что это замечают и все остальные в студии.

– А он?

– А он, оказывается, был на моей выставке и даже купил картину.

В студии воцарилась долгожданная тишина, а затем раздался дружный, восторженный «ох», перешедший в оживлённые перешёптывания.

– Я так и знала, что Игорь – ценитель прекрасного! – прошептала одна художница.

– И судя по шляпе – большой ценитель! – подхватила другая.

Все перевели взгляд на Игоря и на шляпу, которая не очень деликатно прикрывала мужской пах. Шляпа держалась на одном честном слове. Балансировала, так сказать, на грани.

И в тот момент, когда все художницы на неё пристально посмотрели – головной убор опять слегка дёрнулся.

– Ох… Он точно ценитель творчества Марины! Смотрите как реагирует, даже когда спит! – прошептала веселясь Маша.

– А представьте, что он не спит? Притворяется и слушает нас… Веселится, негодяй!

– Не может быть! Он приличный мужчина! Если бы у приличного мужчины случился такой казус, он бы сгорел со стыда, а не лежал бы так невозмутимо. Смотрите, ни одна мышца на лице у него не дёргается от напряжения!

– У него другая мышца дёргается от напряжения… – ляпнул кто-то.

– В чреслах! – подхватила Маша и опять тихо хрюкнула, вызвав новую волну сдержанно тихого хохота у всех собравшихся.

Всё это действительно было забавным.

Смех разливался по студии, словно шампанское. Атмосфера этого вечера была лёгкая, искрящаяся и заразительная. У Марины никогда не проводились столь пикантные творческие занятия. Игорь действительно оказался изюминкой этого вечера. Но все были настолько на одной волне, что переживать казалось совсем не о чем. Всё будет в порядке. Наверняка Игорь скоро проснётся и сделает вид, что ничего не было.

– А может, он на самом деле неприличный? – не унималась Маша. – Может, как-нибудь проверим, спит он или нет?

– А может, ты будешь рисовать? – спросила Марина, но в её голосе звучала не столько строгость, сколько веселье.

И она решила больше в этот вечер не рисовать, а просто наблюдать и при необходимости всем помогать. Вон как всё интересно у них сегодня. Волшебный рождественский вечер с незаурядной мужской компанией.

– Буду! Обязательно продолжу рисовать, но сначала надо проверить и провести следственный эксперимент!

Её шёпот был громким, заговорщическим и полным предвкушения.

– Какой-какой эксперимент?

– Карандашный! – торжественно объявила Маша. – Я сейчас тихонечко подойду и сделаю «тык»! Легонько. Если спит – дёрнется. Если притворяется – выдаст себя.

Девушка подняла свой остро заточенный карандаш и улыбнулась по-злодейски.

– Маша, не смей! – шикнула Марина, грозно смотря на девушку.

Та мгновенно опустила карандаш и театрально расстроилась. Всё это было дурачеством.

***

Прошло ещё немного времени, и урок подошёл к концу. Художницы, перешёптываясь и обмениваясь многозначительными взглядами, начали собираться. Они не стали будить спящего натурщика.

– Может, накрыть его чем-нибудь тёплым? – предложила одна из художниц, оглядываясь на кушетку, на которой лежал спящий красавец.

– Боюсь, от этого от точно проснётся, – возразила другая. – Пусть спит, мы и так задержались дольше, чем планировали.

Все с укоризной взглянули на Машу.

– А что я? Я ничего, – невинно сказала она, надевая зимнюю куртку. – И да, пусть Марина сама разбирается со своим ухажёром. Завтра у них будет свидание… А сегодня… Давайте побыстрее отсюда смоемся, чтобы Марина осталась наедине с Игорем! Он снимет шляпу и Марина…

Маша недоговорила.

Её потянули на выход из студии.

– Марина, не слушай эту болтушку. Вечер замечательный! И Игорь тоже, очень интересный мужчина. Приглядись к нему. Всё, что произошло в этой студии, останется в этой студии. Мы ничего не видели и ничего не слышали. Но нам очень всё понравилось.