Читать книгу Боярин Волков: Магия Крови - - Страница 5

Ночь опустилась на Волчье Логово тяжелым, бархатным пологом. В доме было тихо, лишь изредка доносился старческий кашель Матрены из ее каморки. Егор ждал, пока все звуки затихнут, затем зажег сальную свечу, запах которой мгновенно заполнил тесное пространство. Пламя колыхалось, отбрасывая на стены гигантские, пляшущие тени.

Он стоял перед темным углом, где половицы были не так плотно пригнаны. Память тела вела его сюда с навязчивой настойчивостью, словно магнитная аномалия, притягивающая железо. Он вставил лом (единственное, что смог найти, похожее на монтировку) в щель и нажал всем весом. Дерево с противным скрипом поддалось, открыв черный квадрат провала. Оттуда пахнуло сыростью, вековой пылью и чем-то еще – слабым, едва уловимым, металлическим, как запах старых монет или высохших чернил.

Лестница, грубо сколоченная из бревен, уходила вниз. Егор, придерживая свечу, начал спускаться, ощущая, как холодный, спертый воздух обволакивает его. Подвал оказался невелик, не больше погреба. Но это был не погреб.

Здесь не было ни бочек, ни полок с соленьями. Посреди каменного пола, сложенного из грубых валунов, лежала одинокая, опрокинутая табуретка. В углу валялось несколько пустых, покрытых плесенью бутылок – свидетельства запоев Сидора Волкова. Но взгляд Егора притянуло не это.

В дальнем углу, заваленном обломками кирпича от осыпавшейся части стены, он увидел неестественно ровный контур. Подойдя ближе и отгребая мусор, он обнажил нишу. Неглубокую, словно выдолбленную в самой скале, на которой стоял дом. А в нише лежал сундук.

Небольшой, из темного, почти черного дерева, без каких-либо украшений. Но его поверхность… она была покрыта тончайшей, блестящей пленкой, похожей на лед или темный янтарь. При свете свечи пленка переливалась глубоким, винно-красным оттенком. Егор протянул руку, но не коснулся дерева. Его пальцы уперлись в невидимую, упругую преграду, холодную как могила. Печать.

И снова – зов. Тот же, что и днем в саду, но теперь не яростный, а настойчивый, манящий. Он исходил от этого кровавого кристалла, и откликался на него ледяной гул в собственных жилах Егора.

Для доступа нужен ключ, – пронеслось в голове. Биометрический ключ.

Он не колебался. Тот же нож, та же подушечка пальца. Капля его крови, темная в тусклом свете, упала на сияющую поверхность печати.

Произошло не взрыв, а растворение. Кровавый кристалл впитал его каплю, словно губка, и на мгновение вспыхнул ослепительным алым светом, заставив Егора зажмуриться. Когда он открыл глаза, печати не было. Сундук был просто сундуком из черного дерева.

Сердце колотилось где-то в горле. Он поднял тяжелую, отсыревшую крышку. Внутри не было ни золота, ни драгоценных камней. Лежала одна-единственная вещь, завернутая в ткань, когда-то дорогую, а ныне истлевшую почти в пыль. Егор осторожно развернул ее.

Это была книга. Точнее, толстый фолиант в переплете из странной, темной кожи, которая не была ни свиной, ни телячьей. На ощупь она была гладкой, холодной и… едва уловимо пульсировала, словно живая. На обложке не было ни названия, ни букв. Только глубоко вытисненный, сложный символ, который он мгновенно узнал: стилизованная капля, внутри которой был заключен тот же фрактальный, кристаллический узор, что он видел в своей крови.