Читать книгу Псинапс - - Страница 1

– В эфире вечерние новости с Мирандой Эшли! И сегодня она расскажет вам о событии, повергшем в шок всю современную науку! Но да ладно, предоставлю слово самой Миранде. Миранда, что Вы об этом скажете?

– Спасибо, Дэвид! Итак, как Вы знаете…

Окраины Люксембурга притаились в сумерках. Из открытого окна на первом этаже обветшалого дома глаголило радио. С улицы имени Огюста Люмьера1 с гулом отъехал последний автобус. Со второго этажа высунулась лысая голова. Последовало ворчание, торги и угрозы, но в итоге радио выключили.

И улица совсем омертвела. Слишком громкая тишина для девяти часов вечера. Даже мыши вылезли из укрытий, приняв поздний вечер за глубокую ночь.

Одна из них копошилась в мусорном баке как раз посреди улицы Эмиля Майриша2. Будь он жив, ему бы это вряд ли понравилось.

Зато понравилось кошке: она как раз ничего не ела со вчерашнего дня. Городская пантера бесшумно подкралась к баку и ловким прыжком накрыла жертву. Бак с шумом опрокинулся, железная крышка задребезжала, ударившись об асфальт, а мышка подергалась в агонии, подергалась, да и сдохла. Тело ее безвольно повисло в кошачьей пасти. Охотница, одержав триумф, поспешила скрыться в лесном массиве.

Кошка обогнула пару однотипных домов. Среди них – тот, где заткнули радио. Оставалось пробежать несколько метров до заветной трапезы в кустах.

Но не все коту масло; из массива выбежал лохматый пес. Самый обычный блохастый живодер без породы и масти. И, судя по ввалившимся бокам, тоже голодный.

Кошка бросилась бежать той же дорогой, что пришла. Дохлая мышь трепыхалась в ее зубах. Из пасти дворняги сочились лай и пена.

Собака все не отставала, и кошке это надоело. Увидев вишневое дерево, она вскарабкалась на него и уселась в ветвях. Дворняга не унималась. Все лаяла и лаяла. А кошка тем временем дожевала мышь и надменно взирала на противника. В этот раз победа была за ней.

С неба сорвалась капля. Затем еще и еще. Асфальт покрылся крапинкой, и приятно запахла вишня – свежо и легко. Так, как может пахнуть только май.

Дождь усилился и превратился в ливень. Лохматый пес промок и был уже не таким лохматым. Жалобно заскулив, он с позором ретировался в лесной массив.

Кошка дождалась, пока преследователь уйдет. Затем спрыгнула и спряталась под фасад рядом стоящего здания. Фонари выделяли его очертания из сумерек, но в большинстве окон царил полный мрак. Только в одной комнате горел свет, в первой от входа. Через открытое окно доносились обрывки новостей:

– …месяца назад Люксембург потрясло появление нового успешного бизнесмена. Этот мужчина сразу привлек внимание СМИ и общественности. Еще бы! Он построил свое состояние за считанные недели. И сегодня мы поделимся с вами настоящей сенсацией. Молодой бизнесмен согласился дать интервью. Но осторожно! Скептикам лучше отойти от экрана. Ведь бизнесмен считает себя обязанным успеху проведенной операции…

С ярко-зеленого дивана поднялся крупный мужчина и с раздражением выключил телевизор. Тот уныло погрузился в черный экран.

– И что только эти маркетологи не выдумывают.

– Все лучше, чем подохнуть со скуки.

Рич и Гэрри сидели в приемном отделении уже целую вечность. Пока нормальные полицейские занимались реальными делами, новобранцам приходилось дежурить.

Целыми днями они принимали сообщения о пропавших щенятах, наводили порядки и встречали жителей, попавших в беду. Но в последние месяцы беды если и случались, то сообщались по звонку. Так что да. Гэрри и Рич подыхали со скуки в этой комнате с ярко-зеленым диваном, ярко-зелеными шторами и красным ковром. И даже телевизор надоел: все диски с криминальными фильмами были просмотрены и пересмотрены множество раз.

Рич утверждал, что, если он еще раз их увидит, его обязательно стошнит.

– Дождь пошел. Переждем.

– Ага.

Нижняя часть Рича сидела в кресле, а верхняя распласталась по стойке. Густые черные брови и усы тоскливо повисли. Сам Рич теребил телефонный провод, тыкал на все кнопки подряд и периодически тяжело вздыхал. Так он делал абсолютно каждый день. Ведь абсолютно каждый день ничего не происходило, и Рич мучительно страдал.

Гэрри сидел в кресле и решал кроссворды. Его натуре были чужды перемены; он чем-то напоминал дерево. Так что необходимость сидеть вот так каждый день до конца жизни он воспринимал так же легко, как любое повседневное дело. Любил Гэрри рутину. А Рич называл ее тираншей…

Дверь распахнулась. Рич подскочил на месте. Звон колокольчиков —событие редкое. Очень редкое.

В участок зашел рыжий парень в желтой олимпийке. Он насквозь промок. Там, где ступала его нога, оставалась грязная лужа. Рич сморщился.

– Ты бы ноги вытер, парень.

Но парень не ответил. Только как-то странно улыбнулся и посмотрел Ричу прямо в глаза. И усач забил на грязь. Не так уж это и важно. Главное, что наконец-то что-то случилось.

– Что у Вас стряслось? – спросил он у незнакомца.

Голос его зазвучал бодро и даже весело. Был бы Рич собакой, наверняка и хвостом бы завилял.

Незнакомец выдержал паузу, прежде ответить. Затем улыбнулся еще шире и сказал:

– Я убью человека.

Гэрри не спешил высовываться: ему нужно было время, чтобы смириться с происходящим. И еще он надеялся, что это происходящее закончится быстро и без его вмешательства.

Но слова рыжего парня заставили Гэрри отложить кроссворд в сторону. И ему это совсем не понравилось.

Ричу, кажется, послышалось что-то другое. Что-то вроде: «Вы выиграли в лотерею миллион долларов! Поздравляю, может уехать на Багамы и больше никогда не работать». В противном случае найти объяснение его безудержной радости для Гэрри было трудно.

Ну да, устал Рич от безделья. Но настолько? Чтобы радоваться перспективе убийства? А если этот парень их прикончить решил?

Все эти мысли проносились в голове Гэрри, пока Рич восторженно повторял:

– Хвала небесам! Боги услышали мои молитвы. Ну, проходи, малец, расскажешь нам все.

Мальцом незнакомец не был, но его не первый раз принимали за подростка. Он послушно прошел за приемную стойку и сел туда, куда указал Рич – в ярко-зеленое кресло Гэрри. Оно тут же намокло от одежды.

Гэрри незаметно закатил глаза. Не нравилось ему это все. Очень не нравилось. Сидел себе спокойно, никого не трогал, кроссворды решал, и вот те на – заявляется рыжий подлец и портит его кресло!

– Ричард, я не думаю, что нам стоит тратить время на этого парня. Посмотри на него. Он же вылитый наркоман.

Вылитый наркоман уже отыскал на полу кроссворд и вовсю разгадывал, как называется место контакта между нейронами, где происходит передача нервного импульса3.

Гэрри рывком отобрал кроссворд.

– Брось, Гэрри! Вечно ты так: давай не будем это, давай не будем то. Я так скоро в тухлое яйцо здесь превращусь! Парень как раз кстати. Понимаешь? Дело само пришло к нам в руки. Это судьба!

– Рич, я бы на твоем месте подумал дважды.

– Опять ты за свое! Ладно, дружок, пойдем на допрос. Подумать только, настоящее дело!

Рич был рад. И скрыть эту радость ему не удавалось. Он почти парил над полутемным коридором. Рыжий послушно шел вслед за ним. Мокрые кроссовки громко чавкали о гладкий пол. Позади плелся хмурый Гэрри.

– Подумать только, настоящее дело! Маргарет не поверит. О, как она удивится, когда я… Ладно, пожалуй, это подождет.

Рич медленно, с огромным трудом открыл массивную железную дверь. Его маленькое худое тело жутко скорчилось от напряжения. Гэрри и не думал помочь. Он думал о том, как все было прекрасно пять минут назад.

Дверь сжалилась над бедным полицейским и поддалась. Правда при этом противно скрипнула, как бы оставив за собой последнее слово.

– Проходи, присаживайся. Чувствуй себя как дома. – Сказал Рич с легкой отдышкой.

Комната пахла сыростью и железом. После темного коридора яркий холодный свет больно резал глаза. Стены голые, крашеные в белый, кое-где теряли презентабельный вид. В углу лежало что-то странное и как будто когда-то живое. Гэрри старался не думать об этом. Но, к несчастью, не мог. Он уже успел забыть, как было прекрасно шесть минут назад.

Посреди квадратной комнаты стоял железный стол. На таких обычно ветеринары собакам прививки делают. Рич это хорошо знал: раньше у него была овчарка.

Возле стола стояли два стула: один спиной к двери, второй напротив. В правом углу под потолком была вентиляция. Когда-то была. Теперь там возникла новая цивилизация. И об этом все трое старались не думать.

– Преступники вперед, – повторил Рич, видя, что Уолтер застыл в нерешительности.

Он просто не мог оторвать глаз от цивилизации в вентиляции.

И никто в целом мире не смог бы. Нет, правда. Это действительно кошмар.

Но делать нечего. Рич легонько подтолкнул Уолтера в плечо, и он сел на ближний стул. По ноге тут же пробежали мурашки: стулья тоже были железные.

Ричарду пришлось сесть напротив. Отсюда он не видел ужасную вентиляцию. Зато ужасная вентиляция смотрела ему в затылок.

Гэрри претворил дверь и предпочел с ней не расставаться. Он предпринял очередную попытку вразумить товарища.

– Рич, еще раз тебе говорю…

– Тихо, Гэрри! Так что, малец, кого, говоришь, ты там убил?

Рыжий поставил локти на стол и положил острый подбородок в гамак из ладошек. Скулы его хищно очертились, но глаза остались невозмутимо круглыми.

– Нет-нет, Вы, должно быть, ослышались. Убью. Я сказал, что убью.

– Что-что?

– Я убью человека. Еще не убил. Все впереди.

Рич поднял брови до самой макушки. Лоб его при этом сложился в гармошку.

– И ты пришел сюда, в полицейский участок, чтобы сказать нам об этом?

– Так точно, сэр.

Гэрри посмотрел на «убийцу» исподлобья.

– Рич, я же говорю: он больной.