Читать книгу Пари на развод - - Страница 9

СЕРГЕЙ

Как только за женой захлопывается дверь, откидываюсь на кресле, запрокидываю голову и, прикрыв глаза, шумно выдыхаю. Ловлю свой личный дзен в тишине и покое.

Задолбался от работы.

Задолбался от семьи.

Задолбался маневрировать, пытаясь успеть везде и всюду, и при этом скрывать свою свободную, не ограниченную рамками брака жизнь, где мне легко и о-ху-ен-но.

Эти три дня отдыха были моей личной отдушиной, которую Олеська вдруг надумала испортить.

Вот коза неугомонная.

Трудно было молча схавать? Сделать вид, что, прислав ей смску, тупо ошиблись номером? А со штрафом, что блондиночка случайно выронила ручку мне под ноги и полезла ее доставать?

Подумаешь, горе: молодой муж гуляет. Взревновала. Да разве ж это великое событие, из которого нужно разыгрывать драму? Нет, конечно. Это естественный процесс, когда люди столько лет живут вместе и друг другом приедаются.

С восемнадцати мы в браке. С восемнадцати!

Половину жизни. Кому сказать – не поверят!

И вообще, была бы Леська мудрая, зрила бы в корень – что я всегда возвращаюсь к ней и удовлетворяю неплохо, пусть и без былого огонька. Но тут сама виновата – да, она старается угодить, но ведь стареет. Это мне всего тридцать три. Я – мужик в самом расцвете сил. А ей же уже тридцать три! Баба, не девочка. И это пи..дец как много по сравнению с моей Полюшкой, которой двадцать четыре всего два дня назад отмечали.

К тому же я деньги зарабатываю, домой их приношу, да и сына не бросаю. Про его поступление в университет через три года думаю.

Нет же, уцепилась, обиделась и мигом надумала разводиться.

Ага щас!

Не выйдет у нее ни-че-го!

Никакого развода не будет, пока Лёхе не стукнет восемнадцать, и акции, которые сейчас оформлены на него, не перейдут ко мне в собственность. Не для того я последние семь лет играю в семью, как вполне примерный семьянин, хотя давно всё опостылело и осточертело.

Задолбалось – одним словом!

Да и вообще, что она хочет от мужика, которого приперли к стенке и заставили жить по указке? Любви до гроба? Смех!

Не бывает такого.

И пох, что изначально я сам подставился. Решил семь лет назад вложиться в один рисковый проект и погорел. Круто погорел, вдобавок еще и на крупные бабки к серьезным людям попал.

Уже тогда думал, кинуть всё к чертовой матери, свалить на север и начать всё с нуля. Все равно новизна от брака пропала. Жена наскучила. Сын не особо держал – мелкий, чего с него брать?

Но тут тесть вмешался. Пообещал вопросы порешать, потонувший бизнес воскресить и помочь финансово, если дурить не стану и от семьи не откажусь. Мол, видит, как дочь его ненаглядная на меня, любимого мужа, смотрит, и не хочет ей боль причинять моими проблемами.

Я, не будь лошком, согласился. Думал, немного времени пройдет, все устаканится, дела снова в гору пойдут, и разбежимся.

И тут облом!

Дела-то в гору пошли. Еще как. Но сначала Олеся, как проглядел – не знаю, взяла и залетела. Дочку Лику родила. А потом и тестяга, словно пронюхал про мои мыслишки коварные, схитрил и оформил свой пятьдесят один процент бизнеса на Лёшку.

Мне, естественно, управление от имени сына доверил, но, паразит коварный, подстраховался – отчуждать акции до момента совершеннолетия Алексея я не имею права. А вот в день его рождения – пожалуйста.

Ох, как же я озверел, поняв, что меня подловили. Назло тогда почти в открытую со Светкой Лапиной, подругой женушки, замутил. Неделю отрывался, коптил ее и в хвост, и в гриву. Правда, потом одумался. Характер – это хорошо, но с деньгами жить легче. Наплел Олеське, что неделю в командировке был. Она поверила.

Тесть не вмешивался.

А дальше понеслось. Расслабляться стал ежемесячно, но скрытно. Только вот Лапину пришлось сменить. Слишком она в себя, курица наивная, поверила. Думала, я ее выберу. Ага, мечтательница!

Зачем оно мне? Если от симпатичных мордах с крутыми формами и голодными глазами, обещающими мне рай на земле, отбоя и так никогда не было. Менял куколок ежемесячно. И всё шло по накатанной.

Лишь когда Игорь Викторович с Ликой погибли, на три месяца паузу взял, потому что Олесю было страшно одну дома оставлять – ломало ее круто. Пожалел супругу. Как-никак, а уже родная. Но, как восстановилась, всё вернулось на круги своя.

Я расслабился окончательно. Тем более, что и надзор тестя пропал.

Но теперь выходит – рано радовался, что всё нормально. Жена узнала о конкурентке и занервничала. Развода захотела.

Дуреха моя наивная.

Нет уж. Я столько лет терпел, теперь ее очередь!

В пару движений стягиваю с шеи галстук-удавку, откидываю куда-то на диван и, взъерошив на затылке короткие волосы, отталкиваюсь от мягкого сидения, чтобы подняться на ноги.

Что ни говори, а дома все равно хорошо.

Умеет Олеся создавать уют. Чисто кругом, ни пылинки, ни соринки. Всё на своих местах, хотя квартира большая. С кухни тянет ароматной выпечкой и яблоками.

Ясен пень, к приезду Лёшки старалась. Тот от мамкиной шарлотки и наваристого борща с ума сходит. Наяривает так, что за ушами трещит. Подрастающий вечно голодный организм.

Впрочем, я и сам люблю, как супруга готовит. Подача, конечно, не такая изысканная как в ресторане, но по вкусу ничем не уступает.

Прохожу в спальню, чтобы скинуть уже надоевший костюм и переодеться, и на секунду застываю.

Чего в Олесе не отнять – это целеустремленности. Если что-то надумала, упрется рогом, но не отступит. Вот и мне… уже вещички собрала.

Смотрю на два чемодана, подпирающие стену, на пустые полки и вешалки в гардеробной и шалею. Скорая у меня женушка, однако. Быстренько выселить решила.

Вот только фиг она угадала!

Никуда я уходить не собираюсь. И чхать хотел, что эта квартира по факту оформлена на нее – очередной папочкин подарок на рождение внучки Лики. Я тут тоже прописан, и как муж имею все права жить.

Недолго думая, раскидываю один из чемоданов на кровати, отыскиваю футболку и спортивный костюм, чтобы переодеться, а остальное добро кое-как распихиваю по полкам.

На второй баул даже не смотрю. Как Олеся собирала, так пусть сама и назад всё развешивает. Я пальцем не прикоснусь. Не царское это дело.

Хмыкаю над удачной шуткой, но через миг становлюсь серьезным.

Идея подстраховаться, когда жена так резво взяла с места в карьер, лишней не будет.

Пока иду на кухню, чтобы приготовить себе кофе, набираю Баринова, отчима моей жены и весьма полезного человека. У того так мало моральных принципов и полное отсутствие комплексов, что он и его ребятки идеально подходят мне для решения кое-каких щекотливых вопросов, с которыми лично возиться не по рангу, да и хлопотно.

– Как отдых, родственничек? Оттянулся на свободе? – подкалывает Евгений после коротких взаимных приветствий.

Слышу гул улицы и то, как глубоко он затягивается, а затем медленно выпускает из легких дым.

– Неплохо. А ты, смотрю, уже в курсе? – отмечаю между делом, раздумывая: стоит ли присоединиться и тоже посмолить в вытяжку или лучше не нарываться на недовольство Олеси.

Она злится, когда я курю в доме. Вечно ворчит, что это можно делать на лоджии, открыв окно. А я вроде как ее слышу, но бывает, что на просьбы забиваю.

Охота ли в холод жопу морозить?

– Ну так мне, как твоей крыше, положено, – усмехается Баринов.

Он – еще тот ушлый жучара. Любит держать руку на пульсе и быть в курсе моих дел. Впрочем, я не в напряге.

Мы уже несколько лет плотно и взаимовыгодно «дружим». И он не только знает про мою свободолюбивую натуру, но и довольно ловко, манипулируя собственной женой, матерью Олеси, прикрывает мои леваки и стряпает стопроцентные алиби.

– Помощь нужна? – вот и в этот раз Палыч не топчется на месте, спеша быть полезным.

– Поздно, – отмахиваюсь, все же решая, что никотинчик не повредит.

Щелкаю зажигалкой, прикуриваю и делаю глубокую затяжку. Запрокидываю голову, прикрываю глаза и, секунду подержав дым в легких, его выпускаю.

– А подробнее.

– Полюшка, хулиганка, ей смску скинула, – сдаю любовницу.

Мысленно костерю ревнивую пассию и одновременно красочно представляю, как долго и в каких позах буду завтра в обеденный перерыв её наказывать. На губах расцветает порочная ухмылка, по телу прокатывает горячая волна, в штанах становится тесно. Полюшка у меня уж очень горячая девочка.

– Да и кроме этого косячок нарисовался, – рассказываю о том, что при встрече вывалила супруга.

После еще пару минут обсуждаем тупость баб и их странно-неуемное желание присваивать мужиков, словно собственность, хотя они всегда и во все времена были свободолюбивыми самцами. И только после всего перехожу к сути звонка…

– Что там Алиска? Отдельно жить не передумала? – интересуюсь у Баринова его родной дочерью, младшей сводной сестрой моей жены.

Фыркает.

– Канючит по-прежнему. Вот только не хрен ей! Знаю я эту самостоятельность… пьянки, гулянки, мальчики.

– Да ладно, Палыч, – отмахиваюсь, – не мели не дело. Присмотришь, не впервой. Тем более, мне как раз надо, чтобы наша вторая с Олесей квартирка была очень и очень занята.

– Зачем это?

– Догадайся.

– Неужто Леська тебя из дома выгнать решила?

В чем – в чем, а в логике Барину отказать нельзя.

– Пока только собранными чемоданами намекнула, – признаюсь после очередного глотка никотина. – Другого ляпнуть не успела. Алешка раньше времени приехал. Так что она сорвалась посреди прочувствованной речи.

– Ого, резвая! Вся в папашу, – сплевывает Евгений. – Я всё понял, Серый. Сделаю в лучшем виде. Алиска сегодня же переедет.

– Вот и ладушки! С меня причитается, – благодарю родственничка и отбиваю вызов.