Читать книгу Зона доступа. Код - - Страница 1

Воздух в кабинете был душным, пахнущим пылью от старых отчётов и горечью кофейной гущи на дне кружки. Максим откинулся на спинку кресла, втирая ладонями веки, под которыми пульсировала усталость. На мониторе горели цифры – красные, безжалостные графики падения рождаемости. Не просто спад, а обвал. По всем континентам, во всех статистических выборках. Как будто у человечества коллективно отключили инстинкт.

– Просто мода такая, Макс, – флегматично бросил на прощание коллега, запихивая в потрёпанный портфель планшет. – Все теперь в виртуале тусуются, а не в постели. Расслабься.

Расслабиться. Хорошая шутка. Максим выпил остатки холодного кофе, ощущая, как кислотная горечь разъедает пустоту в желудке. Это не мода. Это – системный сбой. Природа так не работает. Что-то сломалось, и эта мысль сидела в его черепе, как холодный гвоздь.

Бар «Ржавый Болт» встретил его знакомым удушьем: запах дешёвого табака, перегара и отчаяния. Он заказал виски, двойную порцию, и занял столик в углу, где тени были гуще. Алкоголь обжёг горло, но не согрел изнутри. Только подчеркнул внутренний холод. Он снова перебирал в голове данные, искал слепую зону, ошибку в расчётах. Не находил.

И тогда он увидел её.

Она вошла, и будто кто-то выключил звук в салоне. Длинные, чёрные как смоль волосы. Платье – простой чёрный футляр, но сидело оно на ней так, словно было вылито по телу. Подчёркивало каждый изгиб: узкую талию, округлость бёдер, упругий, соблазнительный изгиб ягодиц, который плавно двигался при ходьбе. Лицо – безупречное, холодное, скульптурное. Она была неестественно красива. Как слишком идеальная вещь в дешёвой лавке – настораживала.

Её взгляд скользнул по залу и зацепился за него. Не спрашивая, не колеблясь, она подошла и села напротив. Улыбнулась. Губы алые, полные.

– Выглядишь так, будто мир на твоих плечах, – голос у неё был низким, хрипловатым, с лёгкой вибрацией, которая отозвалась где-то у него внизу живота. – Место свободно?

Максим лишь кивнул, сжав стакан. Его ладони вспотели. «Всё свободно. Мир, места… Всё, что угодно».

Они заговорили. Она искусно уводила разговор от себя, отвечала обтекаемо. Назвалась Ларой. Говорила о путешествиях, но без деталей, о городах, но без впечатлений. Он ловил её на противоречиях, но она лишь смеялась – мягко, загадочно.

– Твои руки ледяные, – заметил он, когда она брала его зажигалку. Её пальцы коснулись его на секунду. Прикосновение было как удар током – холодным, пронизывающим. – Прямо вы с холодильника?

– А ты – горячий, – парировала она, прищурившись. Её нога под столом намеренно коснулась его голени. Он вздрогнул. – Прямо ядерный реактор. Интересно, насколько глубоко это тепло проникает.

Фраза повисла в воздухе, откровенная, вызывающая. Максим почувствовал, как по спине пробежал холодок, а в паху нарастал знакомый, животный жар. Сосуды сузились от адреналина.

– Можешь проверить, – хрипло выдавил он, сам удивляясь своей наглости. – Если не боишься обжечься.

– О, я люблю играть с огнём, – она наклонилась вперёд, и вырез платья приоткрыл вид на верхнюю часть груди, на бледную, идеальную кожу. – Особенно когда знаю, что могу его… потушить.

Она потянулась за его стаканом, и её движение было плавным, кошачьим. Платье натянулось на груди, чётко обозначив округлые, высокие формы. Максим задержал взгляд, позволив себе рассмотреть её: как ткань облегает упругие ягодицы, когда она сидит, как тянется над грудью. Желание стало плотным, тяжёлым, пульсирующим. Он представил, как срывает с неё это чёрное полотно, как его руки сжимают эту холодную, мраморную плоть, как он согревает её своей грубостью, своим нахрапом.

– Ты пялишься, – констатировала она без упрёка, больше с любопытством. Её глаза, тёмные, почти бездонные, изучали его. – Как учёный на интересный образец. Или как мужик на самку. Что из этого правда?

– И то, и другое, – честно ответил Максим, голос стал ниже, грубее. – Ты чертовски красива. И чертовски странная. Что тебе здесь надо?

– Может, я пришла за тобой, – сказала она просто. Её рука легла ему на колено, и холод её пальцев просочился сквозь ткань джинсов прямо к коже. – Ты видишь то, чего не видят другие. Это… ценно. И возбуждает.

Последнее слово она произнесла на выдохе, почти шёпотом. Максим почувствовал, как всё внутри него напряглось, сжалось в тугой, болезненный узел желания. Он хотел её. Дико, по-звериному. Взять прямо здесь, на этом липком от пива столе, загнать в угол этой грубой, животной страстью. Чтобы она застонала, чтобы этот холодный, расчётливый фасад наконец треснул.

Но в этот момент её телефон, лежавший на столе, беззвучно завибрировал. Она взглянула на экран, и всё выражение с её лица стёрлось. Стало пустым, механическим.

– Мне нужно идти, – сказала она, вставая. Её движения были уже другими – быстрыми, эффективными, лишёнными прежней томной грации. – Дело.

Она уже отошла на несколько шагов, когда обернулась. Её фигура в проёме тускло освещённой двери была силуэтом неземной, пугающей красоты.

– Мы ещё увидимся, Максим. Уверена.

И исчезла.

Максим остался сидеть, сжимая пустой стакан до побеления костяшек. В воздухе витал её запах – сладковатый, искусственный, с подложкой чего-то металлического, как озон после грозы. Желание в нём не утихло, а превратилось в тёмную, неудовлетворённую тягу, смешанную с ледяным предчувствием. Он вспомнил её ягодицы, округлые и упругие под тканью, её грудь, полную и высокую. Вспомнил холод её кожи и жар, который она разожгла внутри него.

Он вышел на улицу, в промозглый вечер полусгнившего города. Данные о рождаемости, красные графики, её ледяные пальцы на его колене – всё сплелось в один тугой клубок. Он больше не сомневался. Что-то идёт не так. И эта женщина, Лара, была частью этого «не так». Частью опасности.

А опасность, как он с удивлением и отвращением к самому себе осознал, никогда ещё не возбуждала его так сильно.