Читать книгу Иерархия – мир, где никто не равен - - Страница 4

Название главы само говорит за себя. Здесь начинается некая эволюция выживания на более сложную, продуманную, продолжительную форму, чем где-либо ещё.

Если раньше всё определял инстинкт, теперь всё решает карта. И её качество – в ранее указанных параметрах.

Но что можно сказать о заморочках Homosapiens?

В отличие от естественных причин, появляются искусственные.

А именно: забота о других, гордость за себя, любовь к противоположному полу, зависть, гениальность – в общем, всё «человеческое».

Всё это напрямую влияет на охоту, маскировку и сам ландшафт вокруг него.

Человек строит не из камня, а из идей.

Человек не может имитировать змею – человек может быть змеёй.

И по праву является «царём природы».

Проще говоря, венцом творения мы окрестили себя не просто так.

Где хотим – там строим.

Что хотим – то рушим.

Кого хотим – спасаем.

А кого – истребляем.

Многочисленные возможности и ставят нас выше всех. А внутри, как и все, убегаем от неизведанного.

– — Системность и роль – —

В этом плане человечество особенно любит – или вынуждено – играть по правилам.

Делать всё системно, где каждый имеет свою роль. Эти роли хоть и бывают похожие, но как снежинки – нет двух одинаковых.

По крайней мере, в неконтролируемой среде.

А что происходит, когда среда становится контролируемой?

Когда не просто распределение ролей, а назначение их заранее.

Когда каждый должен не быть собой, а соответствовать: ожиданиям, требованиям, функциям.

Где рык уже не должен пугать или заявлять, а быть «нормальным».

– — Возникновение порядка – —

Этот элемент возник в ходе тысячелетий.

Искусственно.

Он не был изначально вшит в принципы существования первобытных людей.

Конечно, наши представления о них малочисленны, нельзя сказать наверняка – но именно контроль внёс свою лепту в процесс «эволюции». Переход от охоты к собирательству.

Объединение в племена.

Создание инструментов труда.

Ловушки без риска для жизни.

Чем легче стало выжить, тем больше росла важность конкретного места в системе.

«Кто сажал семена?»

«Кто собирал палки?»

«Кто всё это использовал?»

Ведь всё делалось только чтобы живот не бурчал и спалось крепче.

– — Общее → Личное – —

Понемногу начало проявляться значение необходимости. Когда укрытие было – но еды нет. Большинство усилий уходило на добычу пищи. И обстоятельства решали, как будет распределяться:

Всё или основная масса?

Группа или один человек?

Решения принимались вместе, потому что на кону была общая судьба. Мнение, сила, изобретательность одного – не перевешивали решения остальных. Очевидным выбором оказывалось подчиняться.

По-другому – просто убьют или выгонят.

А одному выживать трудно, каким бы развитым ты ни был, учитывая весь ужас первозданного мира.

Возможно, и не было таких случаев. Но люди – не совсем животные, доедающие объедки после трапезы других.

По крайней мере, в позднем палеолите.

Общее дело – общая польза. Все от этого в выигрыше. Но вот что странно: чем больше становилось «общего», тем сильнее проявлялось личное.

Чем крепче коллектив – тем отчётливее звучал голос кого-то одного.

Не сразу.

Не громко.

Сначала – мысль.

Потом – взгляд.

Потом – крик.

Общая польза обрастала индивидуальными выгодами.

Зародилась мысль: «А почему не я решаю?»

И судьба стала поводом, но не целью.

– — Раздвоение внутри большинства – —

Примадоннами этой постановки были: госпожа размножение и госпожа живучесть.

Больше людей – больше голодных ртов.

Возникла дилемма: рты хоть и голодные, они уже используются не, только чтобы употреблять пищу.

Так прежние порядки потеряли свою актуальность.

Пришлось что-то менять.

Казалось, почему не действовать как прежде, как всегда?

Почему решать всем вместе становилось труднее?

Ответ прост.

Те же самые племена, семьи, группы, которые были едины во всём – начали внутренне распадаться на более мелкие общины со своими решениями и действиями. Направленными только на их пользу.

При этом не покидая никого буквально.

Работать ради меньшинства – во всём этом большинстве.

Это же требует меньше усилий и риска.

– — Появление сцены и режиссёра – —

И чем успешнее становилась постановка – тем гуще становилась сцена.

Слишком много голосов.

Слишком много желаний.

Общий рык превращался в какофонию.

Появилась нужда в солисте.

Так появился господин власть, господин порядок, господин государь.

– — Возникновение государственности – —

Государю нужно государство – структура общества с разными общинами на определённой территории.

Это не просто большое племя, а скорее – его видоизменение, ненамного отдалившееся от него.

Античность – не только время мифов и легенд, но и становления человечества на вершину пищевой цепи.

Математика.

Химия.

Физика.

И другие точные науки, сформировавшие наше сегодняшнее существование, зародились именно в ней.

Звание человек окончательно изменилось: от прямоходящего – в думающего.

– — Яблоко, костёр и сладость – —

Ещё чуть углубившись в тему, можно отметить, как создавались знания – и во что они превратились.

Всё ради знания.

И каким полезным оно в итоге будет?

Практичность, эффективность, дальновидность – определения, описывающие ту эпоху. Но всё же в корне отличающиеся от сути.

Хоть род, изгнанных из рая, усилил своё положение на Земле, воровать яблоки с дерева так и не разучился.

Просто решил испечь из него пирог.

Тот же плод, но теперь с начинкой.

Для уюта.

Для вкуса.

Для развития.

Только вот ест этот пирог человечество тысячелетиями, и никто не хочет попробовать что-то иное.

Жажда сладости остаётся, как и желание лежать у печки.

– — Слова, буквы и власть – —

Тесто выпекали различные повара.

Они изменяли структуру, вид и многое другое.

Пифагор, Ньютон, Фарадей, Джобс – и неисчислимое количество других, которых просто невозможно здесь всех перечислить.

От мудрецов до инженеров – они были искрами.

Ориентиром.

Маяком.

К ним тянулись.

Ими восхищались.

А порой – и непонимающе презирали.

Даже в царстве идей, где, казалось бы, все равны перед истиной – кто-то один важнее всех остальных. И так получилось, что даже среди гениев есть те, кого называют главными.

Главный,

Важный,

Первый,

Основной,

Определяющий,

Старший,

Значительный.

Эти слова не просто синонимы. Их объединяет почти незаметная деталь – буква «Й» на конце.

Очень особенная буква.

Не совсем гласная.

Не совсем согласная.

Редкая. Почти как пыль.

Но без неё – не получится произнести огромное количество слов.

– — Центр в игре – —

Примерно так и с централизованной властью: она кажется формальностью, пока не исчезает – и тогда всё меняется.

В шахматах это видно особенно отчётливо.

Король – слабая фигура.

Ходит на одну клетку.

Почти ничего не делает.

Но если его окружить – партия проиграна. Его важность – не в нём самом. А в том, что он опорная точка для остальных.

Через него всё выстраивается.

На него ориентируются.

– — Хрупкость власти – —

Древние империи, вроде Македонской – тоже яркий пример.

Сначала процветание и достаток.

Потом смерть одного – и всё усилия обращаются в ничто.

Причина не только в смерти.

Свою нишу сыграла и новая вещь – людская непредсказуемость, появившаяся после упорядочения ролей.

Чем больше сохранялась стабильность – тем больше в ней скапливалось напряжение.

Несогласие,

Подавленные желания,

Стремление к свободе,

усталость от правил – всё это накапливается до тех пор, пока не становится намерениями.

А затем – действиями.

Контроль даёт ощущение предсказуемости.

То, что вчера казалось страхом, сегодня вызывает скуку.

– — Круговорот порядка и хаоса – —

Так начинается переход: разрушительный, нелогичный, но естественный. Потом снова структура.

Но другая.

Такое мироустройство и подарила нам Античность.

Под конкретными обстоятельствами.

Из-за конкретных людей.

Из-за определённых идей и их действий.

Вечный фарс хаоса, превращающегося в порядок – и наоборот.