Читать книгу Два отца - - Страница 3

Наконец я приехал.

Вбежав в холл больницы, я увидел, как врачи с мальчиком на каталке скрываются за дверями экстренного отделения.

У несчастного отца к этому моменту, кажется, истерия перешла в возбуждение: это когда нет сил сидеть на месте, но и нет возможности сделать хоть что-то нужное. Он бежал за сыном, распихивая медперсонал, что усложняло им работу.

– Антон! – крикнул я мужчине вслед. Посмотрев паспорт на месте аварии, я запомнил его имя, как и имя мальчика – Ваня.

Но мужчина меня не слышал. Теперь, когда спасение было так близко, этот человек потерял интерес ко всему, кроме своего ребенка. Я понимаю его. И даже очень.

От меня в данной ситуации ничего не зависело, и мое присутствие здесь никак не помогало, но… я просто не мог уйти. Пусть я не способен помочь мальчику, но я могу оказать поддержку его отцу.

Сейчас это было важно, как никогда. Я в этом уверен.

По дороге в больницу я позвонил своей супруге. Наш брак был еще совсем юн. Священному союзу не было и трех лет. Нас повенчали в нашем Храме, незадолго до моего рукоположения. Моя жена, Ольга, была православной и всегда поддерживала меня на протяжении моего становления дьяконом. Мы познакомились на одном церковном мероприятии несколько лет назад и больше не расставались. Ольга, должно быть, жутко волновалась из-за моего отсутствия. Она ждала меня все это время дома, пока я не вернусь из магазина с покупками. Собственно говоря, оттуда я и возвращался, пока волею Господа не стал свидетелем, а после и участником, всей этой страшной трагедии.

– Привет, дорогая, – я старался не выдавать волнения, но произнес это на болезненном выдохе.

– Дорогой, что случилось? – нежный и звонкий голос супруги медом разлился по моему сердцу.

Боже, как же Ольга тонко чувствует мое душевное состояние! Лишь пара дрожащих ноток в голосе, а я уже был для нее как раскрытая книга. Не теряя времени, я поведал своей супруге обо всем, что произошло со мной за эти полчаса. К концу моего рассказа послышался тихий женский плач. Ее сердце, как и мое, сжималось от боли.

– Я буду молиться за этого мальчика, – тихий голос Ольги был преисполнен грусти и печали. – Делай то, что должно, дорогой.

Я шел за Антоном.

– Антон?

Мужчина медленно повернул ко мне голову. Не удивился, но разглядывал меня так, словно видел впервые.

– Кто вы?

– Я – отец Константин. Хочу сейчас быть рядом с вами.

Заметив мое присутствие, он наклонился ко мне чуть ближе и произнес:

– Мальчик мой уже в операционной…

– Да, все будет хорошо.

С этими словами я взял Антона под руку и потянул за собой. Он поддался мне подобно безвольной кукле. Антон был высоким и хорошо сложенным мужчиной, с легкой небритостью, волевым подбородком, светлыми волосами и ясными серыми глазами. Я же, на голову ниже, имел худощавое телосложение и темные, как сама ночь, волосы и глаза.

Усадив мужчину на сиденье в коридоре напротив операционной, я протянул ему пластиковый стаканчик с водой из рядом стоявшего кулера и произнес:

– Выпейте.

Антон взял стаканчик из моих рук, несколько секунд подержал его в ладонях, а потом просто поставил на соседнее сиденье. Там же лежали и какие-то бумаги, похожие на медицинские документы. Я бегло осмотрел их. Это были бумаги на добровольное согласие родителей на медицинское вмешательство, а также бланк предоставления информации о статусе ребенка.

– Антон, – я осторожно положил ладонь на плечо мужчины, – нам нужно заполнить эти документы.

Антон повернулся в мою сторону. Облизнул засохшие губы и с немного странным, плавающим взглядом, спросил меня:

– Ваню уже оперируют?

– Я… я думаю, да.

– Он в порядке?

– Врачи делают все возможное. В этом я уверен, – каждое сказанное мною слово давалось с тяжелым трудом. Я не хотел врать, ведь не знал о том, что творилось за дверьми операционной комнаты. И все же был уверен в своих словах. – Давайте пока заполним бланки.

По причине того, что Антон был совершенно не в состоянии сосредоточиться, я взял на себя смелость помочь ему с оформлением бумаг. Человека, сидящего рядом, звали Антон Сергеевич Синицев. Ему было тридцать пять лет, что на десять лет больше моего собственного возраста. Прошел военную службу.

А еще он был разведен.

– В графе о матери…

– Нет у нас матери, – раздался хриплый голос Антона, – у Вани есть только я. А эта… пошла к черту.

Я мысленно перекрестился.

– Ваню воспитываю один я. Я! – видимо, тема бывшей супруги была для мужчины болезненной, – а эта… да какая она мать? Дура. В голове одни гулянки. Имеет наглость заявляться в нашу жизнь раз в год и кричать о том, что она тоже родитель. Да она даже не помнит, когда у Вани день рождения! Тварь… ну и где эта мамаша сейчас, а? Где она?!

Я слушал молча. Сказать мне было нечего. Да и был ли в этом какой-то смысл? Сейчас наилучшим выходом было дать Антону выговориться. В конце концов я заполнил всю необходимую информацию в бланках и передал их подошедшей к нам медсестре.

– Скажите, пожалуйста, – начал было я, – как скоро у нас будет какая-либо информация о состоянии мальчика?