Читать книгу Романовы: 304 года у власти - - Страница 3

1. Руина и надежда

Начало XVII века стало для Российского государства временем глубочайшего системного кризиса, вошедшего в историю как Смутное время, или Смута. Пресечение многовековой династии Рюриковичей со смертью царя Фёдора Иоанновича в 1598 году породило династический кризис, быстро переросший в кризис легитимности власти, социальный, экономический и нравственный. Страна, разорённая опричниной, неурожаями и голодом, стала ареной череды трагических событий: короткое правление Бориса Годунова, появление и гибель самозванца, выдававшего себя за чудом спасшегося царевича Дмитрия, царствование Василия Шуйского, польско-литовская и шведская интервенция, оккупация Москвы, образование альтернативных правительств («Семибоярщина», ополчения). Казалось, само государство Московское, собранное веками, рассыпается на глазах. Его целостности угрожали внешние враги, а внутренние связи были разорваны междоусобицей, предательством части элиты и всеобщим ожесточением.

К 1612 году национальное самосознание, тесно связанное с православной верой, достигло критической точки. Патриарх Гермоген, принявший мученическую смерть в польском плену, и воззвания Троице-Сергиева монастыря стали духовными маяками, вокруг которых стало возможным объединение. Успех Второго народного ополчения под руководством князя Дмитрия Пожарского и нижегородского земского старосты Кузьмы Минина, освободившего в октябре 1612 года Москву от интервентов, доказал: воля к национальному выживанию и восстановлению государственности жива. Однако победа военная ещё не означала победы политической. Страна лежала в руинах, казна была пуста, многие области контролировались разбойничьими шайками или остатками польских отрядов. Самым острым оставался вопрос о верховной власти. Царя не было. Старая династия пресеклась. Попытки призвать на престол иностранных принцев (шведского Карла Филиппа, польского королевича Владислава) не только провалились, но и усугубили кризис, показав гибельность такого пути для суверенитета. Требовался царь «от русских корени», законный в глазах всех сословий, способный стать символом примирения и возрождения.

2. Земский Собор 1613 года: поиск консенсуса

Для решения этой судьбоносной задачи и был созван в Москве в начале 1613 года Земский собор – самый представительный за всю предшествующую историю. На него съехались выборные люди «всей земли»: духовенство во главе с высшими иерархами, боярская дума, дворяне из разных городов, казаки, посадские люди (горожане), даже черносошные (свободные) крестьяне. Источники говорят о нескольких сотнях участников. Это было, по сути, Учредительное собрание своей эпохи, призванное легитимировать новую власть.

Обсуждение длилось более месяца. Назвать единственного кандидата, который бы устраивал все группировки, было невероятно сложно. Претендовали или рассматривались старшие бояре (князья Мстиславский, Воротынский, Трубецкой, Голицын), имевшие родовые права. Однако многие из них были запятнаны сотрудничеством с интервентами («семибоярщиной») или вызывали опасения у других сословий. Казачье войско, игравшее ключевую роль в освобождении, выдвигало своих кандидатов, в том числе князя Дмитрия Трубецкого. Разгорались споры, порой доходившие до столкновений. Постепенно, однако, в качестве компромиссной фигуры всё чаще стало звучать имя шестнадцатилетнего Михаила Фёдоровича Романова.

Почему выбор пал на него? Род Романовых (Кошкиных-Захарьиных-Юрьевых) был знатен, но не принадлежал к узкой вершине титулованной аристократии, что уменьшало риски новой междоусобицы. Они были в родстве с угасшей династией: Анастасия Романовна, первая жена Ивана Грозного, приходилась родной тёткой Михаилу. В народной памяти она оставалась «доброй царицей», а её род воспринимался как свой, близкий к прежним царям. Отец Михаила, Фёдор Никитич Романов (в монашестве Филарет), был видным церковным и государственным деятелем, хотя в тот момент находился в польском плену. Сам юный Михаил, воспитанный матерью, инокиней Марфой, в костромских вотчинах, не был замешан ни в каких политических интригах Смуты. Он представлялся «чистым листом», невинной жертвой обстоятельств (его родители были насильно пострижены при Борисе Годунове), что вызывало симпатии. Его молодость позволяла надеяться, что он будет «подучен» земщиной и станет царём, управляемым «по совету всей земли». Наконец, за Романовых активно агитировала казачья вольница, видевшая в них противников старой боярской олигархии.

3. Призвание на царство

21 февраля (3 марта по новому стилю) 1613 года Земский собор принял окончательное решение. Торжественная церемония объявления состоялась на Красной площади. Соборный выбор был оглашён как воля Божья, явленная через единодушие всех чинов Русской земли. В Утверждённой грамоте, составленной позже, подчёркивалось: «…быть на Владимирском и Московском и на всех государствах Российского царства государем, царём и великим князем всея Руси… Михаилу Фёдоровичу Романову. И за благоизволение Святого Духа и за совет всей земли…». Это была формула народной избранности, ставшая новым источником легитимности.

Оставалось получить согласие самого избранника. Костромской Ипатьевский монастырь, где с матерью пребывал Михаил, стал местом исторического посольства. К нему направились представители Собора во главе с архиепископом Рязанским Феодоритом. Инокиня Марфа, хорошо помнившая ужасы Смуты и опалу, долго отказывалась, не желая отпускать сына на царство, которое в тех условиях казалось верной гибелью. Переговоры длились шесть часов. Послы убеждали, что отказ вызовет новый виток кровопролития, ибо иного кандидата, приемлемого для всех, нет. Они ссылались на волю народа и Божий промысел. В итоге, осознав тяжесть ответственности, Михаил Фёдорович и его мать дали согласие. 14 (24) марта 1613 года в Кострому прибыл крестный ход с главной московской святыней – Феодоровской иконой Божией Матери, ставшей с тех пор патрональной иконой Дома Романовых. Царица-инокиня, по преданию, благословила сына этой иконой.

4. Путь в Москву и венчание на царство

21 мая (31 мая) 1613 года молодой государь торжественно въехал в Москву, ещё лежавшую в пепелищах после пожаров и боёв. Его путь через разорённые города и веси был медленным и многомесячным – страна должна была увидеть своего царя. Въезд в столицу ознаменовался молебнами и народным ликованием, которое современники описывали как искреннее и всеобщее. Люди видели в нём залог долгожданного мира.

11 (21) июля 1613 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялось венчание на царство – помазание на престол. Обряд, уходивший корнями в византийскую традицию, придавал светской власти избранника Земского собора сакральный, богоустановленный характер. Митрополит (впоследствии патриарх) Казанский Ефрем совершил торжественный чин. Михаил Фёдорович был помазан миром, на него были возложены бармы, венец (шапка Мономаха), скипетр и держава. Он принёс торжественную клятву править справедливо и заботиться о подданных. Так завершилось формальное оформление новой династии. Царь Михаил I стал не просто правителем, но живым воплощением прекращения Смуты, символом национального возрождения и согласия.

5. Наследие Смуты и первые шаги

Однако титул и коронация были лишь началом невероятно трудного пути. Новому правительству, а по сути – той же «всей земле», продолжавшей действовать через Земские соборы, предстояло решить колоссальные задачи:

· Внешнеполитическая: Продолжались войны с Речью Посполитой и Швецией. Польский король Сигизмунд III не признавал избрания Михаила, считая царём своего сына Владислава. Шведы удерживали Новгородские земли. Требовались дипломатические усилия и военные ресурсы для защиты границ.

· Внутриполитическая: Власть в центре была слаба. По стране бродили отряды атамана Заруцкого с Мариной Мнишек и «ворёнком» – её сыном от Лжедмитрия II, претендовавшим на престол. Разбойничьи шайки («казацкие и литовские люди») разоряли уезды. Нужно было восстанавливать систему управления, рассылать воевод, собирать налоги.

· Экономическая: Страна была разорена. Множество пахотных земель стояло заброшенным. Казна опустела. Требовалось найти средства на содержание войска, аппарата, двора.

Первые годы правления Михаила – это время постоянного взаимодействия царя с Земскими соборами, которые заседали почти беспрерывно. Царь, в силу молодости и обстоятельств, не был самовластным правителем. Он опирался на совет бояр, на авторитет матери – «великой государыни» инокини Марфы, а после возвращения из плена в 1619 году – на отца, патриарха Филарета. Последний, получив титул «Великого государя», стал фактическим соправителем сына, взяв на себя бремя основных государственных дел, особенно во внешней политике. Это уникальное двоевластие царя и патриарха стабилизировало положение.

6. Восстановление государственности

Ключевыми вехами первых лет стали:

· Окончательное подавление внутренней смуты: В 1614 году были разгромлены и казнены атаман Заруцкий с Мариной Мнишек и её сыном, что устранило последнюю прямую династическую угрозу.

· Установление границ: Столбовский мир со Швецией (1617) вернул Новгород, но оставил шведам выход к Балтике. Деулинское перемирие с Речью Посполитой (1618), хотя и на условиях уступки Смоленска и Черниговских земель, дало долгожданную передышку. Возвращение из плена патриарха Филарета стало огромным моральным и политическим успехом.

· Внутреннее устроение: Начался медленный процесс восстановления хозяйства. Правительство раздавало земли служилым людям, поощряло переселение на пустующие земли, делало податные льготы пострадавшим уездам. Активно работали приказы (органы центрального управления). Земские соборы помогали находить экстраординарные налоги («пятинные деньги») на неотложные нужды, прежде всего на содержание войска.

К концу 1610-х годов стало ясно, что худшее позади. Династия устояла. Государственный механизм, хотя и скрипя, работал. Власть Михаила Фёдоровича из избранной и компромиссной превращалась в привычную и традиционную. Была решена главная задача его царствования – преодоление последствий Смуты и сохранение независимости страны. Он не был реформатором или гением, но был именно тем «царем-собирателем», добрым и набожным правителем, в котором истосковавшаяся по порядку страна нуждалась больше всего. Его избрание не было случайностью; оно стало результатом мучительного поиска национального консенсуса и положило конец длительной политической трагедии. Дом Романовых вступил на престол как символ примирения и надежды, получив в управление страну, которой только предстояло залечить глубокие раны и найти свой путь в новую историческую эпоху.