Читать книгу Свидетель Маскарада. Книга первая - - Страница 3

Выход из нижней галереи шахты был не входом, а трещиной в скале, скрытой завесой корней и буреломом. Элира вышла первой, замеряя на секунду неподвижной тенью, вбирая в себя ночь. Воздух пах дождем, хвоей и чем-то другим – мускусным, звериным. Они были на окраине городского лесопарка, в зоне, которую ковен десятилетия назад уступил стаям в качестве буфера. Нейтральная территория на бумаге. На деле – земля ничья, где правила писал тот, у кого в данный момент были клыки и когти.

Она обернулась и протянула руку в темноту трещины. Через мгновение ее пальцы обхватили теплую, дрожащую кисть Марка. Она вытянула его наружу, как тюк, не дав ему упасть. Он выкатился на влажную подстилку из хвои, тяжело дыша.

«Тихо,» – ее шепот был едва слышнее шелеста листьев. Она все еще держала его руку. Его пульс бешено стучал у нее в ладони, быстрый, живой барабанный бой. Ее собственное тело, хотя и восстановленное после шахтного боя, ныло глубокой усталостью. Трое охотников. Двое мертвы. Третий ушел, раненный, но он донесет. У нее было несколько часов, от силы пол ночи.

Марк откашлялся, вытирая грязь с лица. «Куда теперь?»

«В город. Но не напрямую. Есть старые канализационные коллекторы, они выводят к реке. Оттуда…» Она замолчала, ее взгляд обострился. Уши уловили то, чего не мог уловить Марк: мягкий, почти бесшумный топот по мокрой земле. Не один. Несколько. С двух сторон. Охватывая.

«Встань,» – приказала она, отпуская его руку. Ее собственная метнулась к поясу, где оставался последний клинок – короткий, с зазубренным лезвием, добытый в схватке. «Иди за мной. Бегом. Не оглядывайся.»

Но было уже поздно.

Из-за стволов старых сосен вышли фигуры. Не в звериной форме. Мужчины и одна женщина, одетые в потрепанную, практичную одежду – камуфляж, кожа, толстые рабочие куртки. Их движения были плавными, готовыми к взрыву, а глаза в полумраке отсвечивали слабым янтарным светом, как у хищников. Их было пятеро. Они образовали полукруг, отрезая путь к городу.

«Тихо, тихо, кровосос,» – произнес тот, что в центре. Он был крупнее других, с бородой, заплетенной в две косы, и шрамом через левый глаз. Его голос был низким, хриплым от рычания, которое он сдерживал. «Куда так спешно? Свидание в городе?»

Элира встала между ним и Марком, ее поза выражала не агрессию, а готовность. «Мы пересекаем нейтральную зону. Без намерения нарушить границы. Позвольте пройти.»

Женщина-оборотень, худая, с вороньими волосами, коротко рассмеялась. ««Позвольте пройти». Слышишь, Рагнар? Она вежливая. Для трупоедки.»

Рагнар Клык. Лидер местной стаи. Марк почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод. Элира не дрогнула, но напряжение в ее спине усилилось.

«Мы знаем тебя, Элира Нокс, – сказал Рагнар, делая шаг вперед. Его ноздри дрогнули, вдыхая воздух. – Оперативник ковена. А теперь – мятежница. Беглянка. И с собой привела… – его желтый взгляд уперся в Марка, – привела ту самую заразу. Человека, который видел то, чего не должен.»

«Он не ваша забота,» – отрезала Элира.

«Он стал нашей заботой, когда ваш сородич убил нашего брата в его же логове! – голос Рагнара налился яростью, став глубже, грубее. Кости его плеч хрустнули. – А потом ты, его куратор, убила еще двоих моих разведчиков. Один – в человечьем гнезде. Второй… – он кивнул в сторону шахты, – там, внизу. Мы нашли его. Высушенным, как осенний лист.»

«Он напал на нас,» – сказал Марк, и его собственный голос прозвучал удивительно твердо. Все взгляды, включая Элирин, устремились на него. «Ваш человек пришел убить меня. Она защищалась.»

Рагнар медленно повернул голову к нему, будто замечая впервые. «Он говорит. Смело, для обеда. Ты знаешь, мальчик, что за тобой теперь охотятся все? Твои же вампиры хотят тебя стереть. Полиция хочет посадить. А мы… мы хотим справедливости. И крови. Крови, которая смоет оскорбление.»

«Справедливость – это не убийство невиновного,» – парировал Марк. Его ум лихорадочно работал. Он видел их мышцы, готовые к трансформации, видел иерархию в их расстановке. Рагнар – альфа. Остальные – бета, ждущие команды. Его медицинский ум отмечал признаки повышенного уровня тестостерона и адреналина даже в человеческой форме: расширенные зрачки, повышенное потоотделение, микроподергивания мышц.

«Невиновного? – Рагнар плюнул. – Ты видел наш мир. Ты – трещина в стене, через которую видно наше уничтожение. В войнах между нашими расами вы, люди, всегда были удобрением. Так будет и сейчас.»

Элира поняла, что переговоры окончены. Она оценила расстояние, позиции. Пятеро. Опытных. В открытом поле, с человеком на руках. Шансы были ничтожны.

«Марк, – сказала она, не отводя от Рагнара глаз. – Когда я скажу – беги к реке. Вниз по склону. Не оглядывайся.»

«Я не оставлю тебя,» – прошептал он.

«Это не просьба.»

Рагнар усмехнулся, обнажив зубы, которые уже казались чуть длиннее обычных. «Трогательно. Последняя попытка хищницы защитить свою добычу. Но сегодня ночью добычей станете оба.»

Он не стал трансформироваться полностью. Это заняло бы секунды, которых у него не было, если Элира решит рвануть. Вместо этого его тело изменилось – мышцы вздулись под одеждой, костяшки пальцев выступили, превращаясь в зачатки когтей, а его челюсть выдвинулась вперед, искажая речь. «Возьмите человека живьем. Кровососу – серебро в сердце.»

Это был приказ.

Двое оборотней справа рванули вперед, не как люди, а как спринтеры на старте. Элира двинулась навстречу не отступая. Ее клинок блеснул в лунном свете, описывая дугу. Он встретился с когтем одного из нападавших, отскочив со звоном. Второй попытался обойти ее, целясь в Марка. Элира извернулась, пнув его в колено с такой силой, что раздался хруст. Оборотень завыл, но не упал, его ярость заглушала боль.

Марк отпрыгнул назад, наткнувшись на дерево. Его глаза искали что-то, что можно использовать. Камень. Палку. Ничего. Только хвоя и грязь.

Рагнар, наблюдая, как его люди связывают вампиршу, медленно приближался к Марку. «Смотри, человечишка. Смотри, как умирает твой защитник. А потом мы поговорим о том, что ты видел. Подробно.»

Элира отбивалась с яростью загнанного зверя. Она ранила одного оборотня в плечо, другого – в бедро. Но их было трое, не считая Рагнара и хромого. Они использовали тактику: один отвлекал, двое атаковали с флангов. Ее плащ был изорван, на руке появилась глубокая царапина от когтя. Она теряла кровь. Холодную, но все же кровь.

«БЕГИ, МАРК!» – крикнула она, блокируя удар, который мог бы снести ей голову.

Марк не побежал. Его взгляд упал на пояс Рагнара. Там, среди прочего хлама, висела маленькая, плоская фляжка. И на поясе у женщины-оборотня – такая же. Все они были с фляжками. Вода? Нет. Что-то крепче. Самогон? Спирт? Его ум собрал факты: ускоренный метаболизм, гормональная нестабильность, стрессовая трансформация… И фляги с потенциально горючим веществом.

Это была безумная идея.

Рагнар был уже в двух шагах, его полузвериная морда исказилась в ухмылке. «Концерт окончен.»

Марк сделал не то, чего от него ждали. Он не побежал. Он бросился вперед, не на Рагнара, а мимо него, к сражающейся Элире и трем оборотням. Его движение было настолько неожиданным и глупым, что даже Рагнар на секунду застыл.

«Элира! Фляги! На их поясах!» – закричал Марк, падая на колени, чтобы избежать захвата одного из бета.

Элира, даже в гуще боя, услышала. Ее взгляд метнулся к ближайшему оборотню, увидел флягу. Она не поняла замысла, но поняла команду. Вместо того чтобы наносить смертельный удар, ее клинок блеснул, перерезая ремешок фляги на поясе противника. Она поймала ее на лету левой рукой.

«Отойди!» – закричал Марк, вытаскивая из кармана единственное, что у него было – зажигалку для экстренных случаев, дешевую, пластиковую.

В этот момент Рагнар, придя в себя, рыкнул и бросился вперед, чтобы схватить Марка. Элира швырнула флягу не в Рагнара, а в землю перед ним. Тонкий металл лопнул от удара о камень, и резкий, кислый запах самогона ударил в воздух.

Марк чиркнул зажигалкой и бросил ее в лужу спирта.

Вспыхнуло не пламя, а ослепительная, синяя вспышка, которая на секунду осветила всю поляну. Огонь лизнул штанину Рагнара. Для человека это был бы ожог. Для оборотня, чья биология и так была на грани перегрева от ярости и стресса, это стало триггером. Паника. Инстинктивный, животный страх перед огнем.

Рагнар отпрянул с рыком, больше от неожиданности, чем от боли, сбивая с ног одного из своих. На секунду строй бета нарушился.

Элира не стала этого ждать. Она вонзила клинок в горло ближайшему, оглушенному вспышкой, оборотню, вырвалась из кольца и схватила Марка за шиворот. «ДЕРЖИСЬ!»

Она бросилась к обрыву, ведущему к реке. Не побежала – прыгнула, утянув его за собой. Они полетели вниз по крутому, заросшему склону, кувыркаясь через кусты, камни и корни. Сзади раздался яростный, униженный рев Рагнара и начавшийся лай его стаи, но они уже не преследовали – огонь и потеря одного из своих дезорганизовали их.

Падение закончилось на мягкой, илистой отмели у самой воды. Марк откашлялся, выплевывая грязь. Все тело болело. Элира поднялась рядом, ее дыхание было ровным, но лицо в лунном свете казалось высеченным из белого мрамора. Она смотрела на него. Не с гневом за неподчинение. С чем-то другим. С изумлением.

«Фляги… огонь…» – она произнесла, как будто разгадывая сложную головоломку.

«Стресс, адреналин… они на грани контроля, – задыхаясь, объяснил Марк, садясь. – Любая внезапная угроза, особенно огонь… это могло вызвать панику, сбой в групповой динамике. Я… я не был уверен.»

«Это было безрассудно, – сказала она. Но в ее голосе не было упрека. – И… эффективно.»

Сверху, с обрыва, донесся еще один протяжный вой, полный обещания мести. Но он звучал уже дальше. Они выиграли несколько минут.

Элира протянула ему руку. «Встань. Они оправятся быстро. И Рагнар теперь будет охотиться лично. До рассвета нужно быть в городе.»

Марк взял ее руку. Ее пальцы были холодными и сильными, покрытыми темной, липкой кровью – не ее, чужой. Он поднялся, пошатываясь. «Ты ранена.»

«Пустяки. Идем.»

Она повела его вдоль реки, к темному силуэту дренажной трубы, уходящей под город. Прежде чем нырнуть в ее чрево, Марк обернулся. На том самом обрыве, с которого они только что свалились, стояла одинокая фигура. Не оборотень. Высокая, в длинном пальто. Стояла неподвижно, наблюдая. Слишком далеко, чтобы разглядеть лицо, но близко, чтобы почувствовать ледяное, оценивающее внимание.

Виктор. Он видел все. И, возможно, именно он навел на них стаю.

«Элира…» – начал Марк.

«Я знаю, – сказала она, не оборачиваясь. Ее голос был плоским, усталым. – Он всегда наблюдает. Это его игра. И мы только что сделали ход. Теперь очередь за ним.»

Она толкнула его в темный проход трубы. Запах гнили и химикатов ударил в нос. Но это был путь к относительной безопасности. К еще одной ночи в бегах.

Позади, на нейтральной земле, осталась кровь, огонь и семя новой войны. Рагнар Клык не простит унижения. А Виктор Рейвенкрофт, наблюдатель в ночи, наверняка уже строил планы, как использовать эту стычку, чтобы разжечь пламя, которое поглотит всех.

Логово стаи Рагнара Клыка располагалось не в промзоне, а в подвальных лабиринтах старой городской котельной, заброшенной еще в семидесятых. Помещения здесь были обшиты деревом, поглощающим звук, пахло дымом, мокрой шерстью, кровью и травами. В главном зале, где когда-то гудели котлы, теперь горел костер в выложенной камнями яме, отбрасывая прыгающие тени на стены, испещренные шрамами от когтей и ритуальными отметинами.

Тело убитого Элирой оборотня – молодого воина по имени Ульф – лежало на грубых носилках из веток в центре круга. Его очистили от грязи, рану на горле прикрыли лоскутом ткани. Ритуальный огонь гудел, как живое существо. Вокруг стояла вся стая, человек двадцать пять. Мужчины, женщины, даже несколько подростков с горящими глазами. Воздух гудел от подавленной ярости и горя.

Рагнар стоял у головы покойного, его могучая фигура была напряжена, как тетива. Шрам на лице казался глубже в свете пламени. Он не рычал, не кричал. Его молчание было страшнее любого вопля.

«Третий, – наконец произнес он, и голос его был низким, подобным подземному грому. – Третий за неделю. Убитый не в честном бою за территорию, не в лунной ярости. Убитый как щенок… кровососом. И тем же клинком, что и наш брат в человечьем гнезде.»

В толпе пронесся глухой, зловещий гул.

«И этот же кровосос, – продолжил Рагнар, повышая голос, – эта Элира Нокс, беглянка от своих же, осмелилась войти на нашу землю. Осмелилась защищать свое пятно – человека, который видел нашу тайну. И осмелилась уйти. С ним.»

«Мы должны сжечь их логово! Выпустить кишки всем этим бледным тварям!» – выкрикнул молодой оборотень с перевязанным плечом – тот самый, что получил удар Элиры в шахте.

«Молчи, Гарт! – рявкнула женщина с вороньими волосами, Сиггрид. Она была одной из старейшин, ее лицо покрывала сеть шрамов, а глаза смотрели холодно и расчетливо. – Ты хочешь войны? Полномасштабной? С ковеном, у которого серебра больше, чем у нас когтей?»

«Они уже начали войну!» – заорал Гарт.

«НЕТ! – громовой голос Рагнара заставил всех вздрогнуть. – Начал не ковен. Начал один кровосос. Мятежница. Изгой. И человек. Один. Единый. Человек.»

Он медленно прошелся вдоль круга, его желтый взгляд скользил по лицам сородичей. «Я нюхал его страх. Он был настоящим. Горячим. Но… в нем не было слабости труса. Он стоял. Он смотрел. И он… ДЕЙСТВОВАЛ.» Последнее слово Рагнар выплюнул с изумлением, смешанным с ненавистью. «Он поджег наш спирт. Использовал нашу ярость против нас. Он думал. В разгар боя, когда любой смертный должен был обмочиться от страха, он думал.»

Сиггрид склонила голову набок. «Ты говоришь о нем не как о добыче, Рагнар. Ты говоришь как о… противнике.»

«Противник заслуживает уважения. Добыча – только жалости и зубов, – прошипел Рагнар. Он остановился перед другим старейшиной – древним, сгорбленным оборотнем по имени Морд. Тот почти не выходил на поверхность, его кожа была бледной, а глаза мутными, но в стае его слушали. Он был хранителем преданий, знатоком старой крови. «Морд. Ты помнишь записи. Бывало ли такое, чтобы человек, узнавший нашу суть, не сходил с ума? Не бежал? Не молил о пощаде?»

Морд медленно поднял голову. Его голос был сухим шелестом паутины. «В старых хрониках… есть упоминания. Людей с холодной кровью в жилах. Людей-аналитиков. Лекарей, алхимиков. Тех, кто видел наш мир и пытался его понять, а не просто бояться. Инквизиторы. Охотники на ведьм. Ученые в секретных проектах ваших же правительств. Они всегда были проблемой. Они видели закономерности там, где другие видели лишь ужас.»

«И что с ними случалось?» – спросила Сиггрид.

«Их либо убивали сразу, чтобы сохранить тайну. Либо… пытались использовать. Их знания иногда бывали ценнее, чем их страх.»

В зале воцарилась тишина, нарушаемая только треском огня. Идея висела в воздухе, новая, опасная, как незнакомый запах.

«Ты предлагаешь не убить его?» – спросил Гарт с недоверием.

«Я предлагаю подумать, – сказал Рагнар, поворачиваясь ко всем. – Ковен хочет его мертвым. Полиция хочет его поймать. Он – ключ. Ключ к позору ковена, если мы его представим Совету Теней как живого свидетеля их неумелого скрытия. Ключ к… пониманию.» Он замолчал, подбирая слова. «Мы воюем с кровососами века. И мы проигрываем. Не в силе, а в… в хитрости. В проникновении в их мир людей. Они контролируют деньги, информацию. Мы – только территории и когти. Этот человек… он медик. Он мыслит. Он увидел нашу слабость у огня. Что, если он сможет увидеть больше?»

«Ты хочешь его завербовать?» – Сиггрид фыркнула. «Он в связке с вампиршей. Он доверяет ей. Она спасла ему жизнь.»

«А он спас ее сегодня, – парировал Рагнар. – Это делает их связь иной. Не хищник и жертва. Это… союз. Хрупкий. Противоестественный. И поэтому, возможно, уязвимый. Что, если мы предложим ему то, чего вампиры никогда не предложат? Его собственную жизнь. Без необходимости скрываться. Под нашей защитой.»

«В обмен на что?» – спросил Морд, прищурившись.

«В обмен на знания. О ковене. О их слабостях. О том, как они думают. Он был среди них. Он видел Элиру, ее методы. Он мог бы… консультировать. А также…» Рагнар сделал паузу. «Его медицинский ум. Наши раны заживают быстро, но яд серебра, некоторые вирусы… мы уязвимы. Возможно, он смог бы найти противоядия. Усилить нас. Не магией, а наукой. Той самой наукой, которой пользуются люди, даже не подозревая о нас.»

Идея, сначала казавшаяся ересью, начала обретать очертания стратегии. Оборотни переглядывались. Месть была сладка, но победа – питательнее.

«А как мы его найдем? – спросила Сиггрид. – И как возьмем, не убив его и не вступив в бой с той бешеной самкой?»

«Мы найдем его через того, кто знает все, – ухмыльнулся Рагнар, и в его улыбке не было ничего доброго. – Через того, кто наблюдал за всем сегодня с холма. Виктора Рейвенкрофта.»

«Вампира? Ты сумасшедший! Он предаст!»

«Он предаст своих, если это даст ему власть, – сказал Рагнар. – Я чувствую его запах в этой истории. Он подталкивал нас к той встрече. Он хочет войны, но хочет, чтобы ее начали мы. Значит, он даст нам то, что нам нужно, если мы пообещаем взамен… нужный ему взрыв. Мы получим человека. Он получит свой повод для резни.»

«Это слишком рискованно, Рагнар, – покачал головой Морд. – Игра с ядом.»

«А что мы делаем каждый полнолуний? – гневно спросил Рагнар. – Мы играем с ядом внутри нас! Мир меняется. Люди с их технологиями видят все больше. Маскарад трещит. Случай с полицией, с тем инспектором… он не последний. Нам нужно либо уйти в самые глубокие тени и медленно вымирать, либо найти новый способ выжить. Этот человек… он мост. Между нашим миром и их. Он уже на мосту. Нам нужно лишь перетащить его на нашу сторону.»

Он подошел к телу Ульфа и положил свою огромную ладонь ему на лоб. «Клянусь твоей кровью, брат. Твоя смерть не будет напрасной. Мы воспользуемся этим ключом. И если он не повернется… тогда мы сломаем его и бросим к ногам ковена как вызов.»

Он выпрямился, его фигура в свете костра казалась гигантской, мифической. «Сиггрид, собери группу следопытов. Ищите их след от реки. Но не атакуйте. Наблюдайте. Гарт, успокой свою ярость. Она понадобится позже. Морд, покопайся в хрониках. Ищи все, что связано с людьми, которые знали нашу правду и служили не вампирам. Я… я отправлюсь на встречу с тенью.»

Он имел в виду Виктора. Стая загудела, но приказ был ясен. Месть откладывалась. Начиналась охота нового типа – не на мясо, а на разум. На союзника.

Сиггрид после совета подошла к Рагнару, когда тот проверял свои когти у стены. «Ты уверен в этом, вожак? Человек… он хрупкий. Он может сломаться. Или обмануть.»

«Я уверен в одном, – сказал Рагнар, не глядя на нее. – Он посмотрел в глаза мне, Рагнару Клыку, и не отвел взгляда. В нем есть сталь. И эта сталь сейчас принадлежит вампирше. Но все, что принадлежит им, можно отобрать. Особенно если предложить свободу.»

Он вышел из зала в узкий каменный коридор, ведущий на поверхность. Ему нужно было отправить сигнал Виктору – через старые, грязные каналы, которыми пользовались все фракции в моменты необходимости. Предложение. Сделка.

Где-то в сырых трубах под городом человек, о котором они говорили, пытался перевязать царапину на руке вампирши, его пальцы дрожали от усталости, но ум работал безостановочно, анализируя слабости, строя планы. Он не знал, что стал предметом стратегического интереса, пешкой в игре, которая вот-вот должна была перерасти в нечто большее. Для Рагнара он был ключом. Для Виктора – спичкой, которой можно поджечь пороховую бочку. Для Элиры… он становился чем-то, что уже нельзя было назвать просто «подопечным».

А для самого Марка Вейнера все было проще и сложнее одновременно. Он просто хотел выжить. И сохранить ту, что смотрела на него сейчас в полутьме дренажного коллектора с немым вопросом в глазах – вопросом, на который у нее не было ответа, а у него не было слов.

Дождь барабанил по жестяной крыше заброшенной судоремонтной мастерской, превращая ночь в монотонный гул. Внутри, в бывшей каптерке, пахло ржавчиной, маслом и сыростью. Элира стояла у заколоченного окна, в щель между досками наблюдая за мокрой пустошью промзоны. Ее раны – царапины от когтей – уже затянулись тонкими розовыми линиями, но усталость сидела глубоко в костях, не физическая, а та, что годами копилась от службы системе, которая теперь хотела ее смерти.

За ее спиной, на разобранном диване, найденном на свалке, сидел Марк. Он разбирал и чистил газовую горелку, найденную в углу – жалкое подобие оружия, но лучше, чем ничего. Его движения были методичными, точными. За последние сорок восемь часов, проведенных в бегах, он превратил эту конуру в подобие убежища: расчистил площадь, установил сигнальные растяжки на подходах, организовал скудные запасы еды и воды, которые Элира добывала, рискуя выйти в город.

«Они ищут нас не только сверху, – тихо сказал Марк, не отрываясь от работы. – Они ищут под землей. В коллекторах. Я слышал эхо сегодня – металлический лязг, не случайное. Как будто что-то тащили.»

«Ковен проверяет старые пути, – ответила Элира, не оборачиваясь. – Они знают мои привычки. Знают, что я предпочитаю инфраструктуру. Но здесь… здесь слишком пахнет человеком. Они не любят такие места.»

«А оборотни?»

«Оборотни будут искать по запаху. Но дождь смывает следы. У нас есть еще ночь. Может, две.» Она сказала это бесстрастно, но он слышал напряжение в ее голосе.

Марк отложил горелку. «Мы не можем вечно бегать, Элира. Нужен план. Настоящий.»

«План – выжить.»

«Это не план. Это инстинкт.» Он подошел к ней. От нее исходил холод, но он уже перестал его замечать. «Ты говорила о Совете Теней. Если мы придем к ним сами…»

«Они убьют меня на месте за мятеж. А тебя изолируют навсегда. Или сотрут память. Это не выход.»

«Тогда что? Сражаться со всеми сразу?» В его голосе прозвучало отчаяние, которое он тут же подавил.

Элира наконец отвернулась от окна и посмотрела на него. В темноте ее глаза были просто темными впадинами. «Есть… одна возможность. Очень тонкая. Почти безумная.»

«Я слушаю.»

«Виктор. Он играет в свою игру. Он хочет войны, но не просто так. Он хочет власти. Если он использует нас как триггер… значит, мы для него ценны живыми. Пока. Мы могли бы… попытаться сыграть на его поле. Предложить ему сделку.»

Марк с недоверием покачал головой. «Тот, кто предал тебя перед ковеном? Тот, кто натравил на нас оборотней? Ты хочешь довериться ему?»

«Нет. Но можно создать ситуацию, в которой ему будет выгодно нас временно защищать. Например, если мы станем свидетелями его… «подвигов». Или если у нас будет информация, которая скомпрометирует его врагов внутри ковена.» Она говорила быстро, как будто сама убеждала себя. «Я знаю некоторые его тайные проекты. Взаимное уничтожение.»

Это была авантюра. Отчаяние. Но Марк видел в ее глазах то же, что чувствовал сам – тупик. «Хорошо. Предположим, мы решаемся на это. Как выйти на него? Он найдет нас сам, когда захочет.»

«Возможно, – Элира вздохнула. – А пока мы ждем. И готовимся.»

Внезапно она замолчала, ее тело напряглось. Она подняла руку, требуя тишины. Марк замер. Сначала он не услышал ничего, кроме дождя. Потом – далекий, но отчетливый звук. Не лязг. Вой. Одинокий, протяжный, полный ярости и тоски. Он шел с северо-востока, со стороны лесопарка. Затем к нему присоединился другой, потом третий. Это был не хаотичный рев. Это был структурированный сигнал. Вызов.

«Стая, – прошептала Элира. – Они что-то объявляют. Или кого-то вызывают.»

В это же время, в пяти километрах от них, на нейтральной территории заброшенного цементного завода, встреча, которая могла изменить баланс сил, уже подходила к концу. Место было выбрано не случайно: открытое пространство, никаких укрытий для засад, хорошо просматриваемое со всех сторон. Луна, пробиваясь сквозь разрывы в тучах, заливала серебристым светом груды битого кирпича и ржавые каркасы цехов.

Рагнар Клык стоял, скрестив руки на груди, в человеческой форме, но его осанка выдавала зверя, готового взорваться в любой момент. Рядом с ним были двое: Сиггрид и молодой, быстрый следопыт по имени Фенрир. Они пахли дождем, землей и скрытой силой.

Перед ними, в трех метрах, стоял Виктор Рейвенкрофт. Он был один. Его темное пальто было сухим, несмотря на дождь, а лицо освещалось холодной, вежливой улыбкой.

«…и потому, – договаривал Виктор, – предоставление вам местоположения мятежницы и ее питомца является для меня… незначительной услугой. Взамен я прошу лишь гарантий, что определенные события произойдут в нужное время и в нужном месте.»

«Гарантий? – проворчал Рагнар. – Мое слово – гарантия. Если ты дашь нам человека, мы устроим показательную… встречу с кровососами на старом вокзале. Там, где границы ваших секторов сходятся. Будет шумно. Будет кровь. И твои конкуренты в ковене получат по заслугам за «неспособность контролировать свою мятежницу».»

«Идеально, – кивнул Виктор. – Селена Восс будет вынуждена отправить туда своих лучших бойцов, чтобы сохранить лицо. Они столкнутся с вашей засадой. Хаос будет прекрасен. А я в это время буду решать вопросы с оставшимися без защиты старшими.»

«А человек?» – спросила Сиггрид, ее глаза сузились. «Ты уверен, что он будет там?»

«Элира умна. Но у нее есть ахиллесова пята – сентиментальность. Если она узнает, что на вокзале назначена встреча по обмену заложниками – ее бывшего напарника, которого схватила моя группа, на… ну, скажем, на тебя, дорогой Рагнар, – она придет. Из чувства долга или глупости. А где она, там и ее тень. Марк Вейнер.»

Рагнар издал низкое, одобрительное ворчание. «Хитро. И как мы узнаем точное место?»

Виктор вынул из кармана маленький, невзрачный телефон и бросил его Рагнару. Тот поймал его на лету. «В нем одно число. За час до встречи я пришлю координаты. Не пытайтесь его отследить – это одноразовый аппарат. И помните…» Его голос потерял вежливую оболочку, став ледяным и острым. «…человек должен остаться жив. Неповрежденным. Если вы разорвете его на части в пылу боя, наша сделка аннулируется, и я лично позабочусь о том, чтобы следующая полная луна стала для вашей стаи последней.»

Угроза повисла в воздухе. Фенрир зарычал, но Рагнар жестом остановил его. «Он будет жив. Пока не передадим его Совету. Или пока он не согласится работать на нас. После этого… его судьба будет нашей заботой.»

«Принимается, – Виктор сделал легкий, насмешливый поклон. – Тогда все решено. Жду вашего спектакля на вокзале. Приятной охоты.»

Он развернулся и пошел прочь, его фигура быстро растворилась в тени разрушенной стены. Ни звука шагов. Просто исчез.

Сиггрид выдохнула, которого, казалось, ждала вечность. «Я не доверяю ему. Ни на секунду.»

«И я нет, – сказал Рагнар, сжимая телефон в кулаке. – Но он дает нам то, что нам нужно. А потом… потом мы посмотрим, чья возьмет. Готовьте стаю. Отбирай двадцать лучших. Не для убийства – для захвата. Серебра минимум. Успокоительные дротики, сети. Мы берем человека живым, а кровососов режем как скотину. Это послужит уроком и ковену, и Виктору.»

Он поднял голову и издал тот самый протяжный вой, который услышали Элира и Марк. Сигнал. Сбор. Войну начинать рано. Но охоту – самое время.

Вернувшись в свое временное логово – роскошный, но безличный пентхаус в деловом квартале, официально принадлежащий офшорной компании, – Виктор снял пальто и подошел к панорамному окну. Город внизу сиял тысячами огней, слепых к тому, что творилось в его подбрюшье.

Из тени на балконе вышла Селена Восс. Она была в элегантном вечернем платье, будто только что с приема. Ее лицо было маской холодной красоты.

«Ну?» – спросила она.

«Все идет по плану, – ответил Виктор, не оборачиваясь. – Звери клюнули. Они устроят засаду на вокзале, куда, как они думают, придет Элира спасать своего старого друга.»

«А придет ли?»

«Она придет. Я позаботился о том, чтобы слух об этом дошел до ее ушей через… надежные каналы. Ее чувство долга – ее слабость. И там ее накроют оборотни. Произойдет бойня. Несколько наших погибнут. Несколько ихних тоже. И, что самое главное…» он наконец повернулся к Селене, «…на месте будет присутствовать инспектор полиции Томас Хейл. Я позабочусь, чтобы он получил анонимный звонок о «массовой драке банд» как раз в тот момент. Он увидит нечто… необъяснимое. Маскарад получит трещину, которую уже нельзя будет игнорировать. И виноваты в этом будут оборотни. И, конечно, мятежница Элира.»

Селена оценивающе смотрела на него. «Рискованно. Совет Теней может вмешаться.»

«Пусть вмешиваются. Они объявят охоту на стаю Рагнара. Мы предоставим «доказательства» их неуправляемости. Ковен получит мандат на полное очищение территории. А ты, дорогая Селена, возглавишь операцию. Твой авторитет взлетит до небес. Старые советники, вроде Кассиуса… они устарели. Нам нужны новые, решительные лидеры.»

В его глазах горел холодный, честолюбивый огонь. Селена медленно кивнула. «А человек? Вейнер?»

«Рагнар хочет его живым. Думает, что использует. Но в суматохе… несчастный случай. Пуля оборотня, например. Или серебряный осколок. Человек умрет, Элира, увидев это, возможно, окончательно потеряет контроль и будет добита. Или ее захватят и предадут суду Совета. В любом случае, проблема будет решена. А мы получим войну, которую я смогу возглавить, и власть, которая последует за победой.»

Он подошел к бару, налил себе бокал темно-красной жидкости – не вина. «За новый порядок. Где баланс будет диктовать не Совет старых болванов, а сила и воля.»

Селена взяла предложенный ей бокал, но не пила. «Я надеюсь, твой план столь же безупречен, как твоя уверенность, Виктор. Одна ошибка – и мы все будем гореть в том огне, который ты разжигаешь.»

«Огонь очищает, Селена, – улыбнулся он, отпивая. – Просто нужно устоять в пламени.»

Внизу, в промзоне, Марк Вейнер, не подозревая, что стал разменной монетой в трехсторонней игре, наконец заснул на диване, изможденный. Элира сидела рядом на полу, спиной к стене, наблюдая за его сном. Его дыхание было неровным, лицо – напряженным даже во сне. Она смотрела на него, и что-то древнее, мертвое, внутри нее шевельнулось, причиняя почти физическую боль. Она хотела защитить это хрупкое, упрямое пламя жизни любой ценой. Даже ценой сделки с дьяволом. Даже ценой себя.

Она не знала, что дьявол уже составил контракт, в котором ее жизнь и жизнь Марка были всего лишь пунктами. И что счетчик уже тикал, приближая их всех к кровавой развязке на старом вокзале, где сойдутся нити заговора, предательства и той самой запретной связи, которая, сама того не ведая, уже меняла правила игры.