Читать книгу СпортРоманы. Ты – мой главный соперник. Правила игры. Скамейка грешников. Комплект из 3 книг - - Страница 17

Лина заняла место на трибуне, когда разминка команд «Факел» и «Титан» закончилась. Болельщиков было полно, в особенности тех, кто поддерживал «Факел». Но, несмотря на агрессивно настроенную публику, «Титан» выглядел более чем уверенно.

Заметив знакомый силуэт боковым зрением, Лина с замиранием сердца отметила, что Вадим приехал поболеть за бывшую девушку. Он сел на два ряда ниже. Чуть позже к нему подошел Виталик с огромной пачкой крекеров и пакетом сока.

Вадим снова был в светлой рубашке и льняных брюках. Очки на голове придавливали зачесанные назад волосы, на руке красовался кожаный браслет. Лина затаила дыхание, рассматривая Вадима. Ей очень хотелось, чтобы он обернулся и махнул ей, да хотя бы просто кивнул, но тот лишь болтал с другом да жевал соленое печенье.

Освободившись от минутного наваждения, Лина продолжила наблюдать за площадкой. Команды подошли к тренерам, какое-то время получали напутствие или снова проговаривали стратегию, потом собрались в круг, крикнули ободряющее «Хэй» и вышли на поле.

Подбросили монетку: подачу выиграл «Факел», но «Титан» не стал менять площадку. Подавала Катя. Она выглядела сосредоточенной, ее крохотный ротик сжался в розовую точку. Лина мысленно пожелала ей попасть либо в сетку, либо в голову подружке – центральной блокирующей. Однако та все же успешно ввела мяч в игру. «Титан» с легкостью справился с приемом, готовясь к нападению. Пасующая отдала передачу доигровке. Гол! Следом на подачу вышла та самая девчонка с татуировкой феи. И с этого момента «Факел» начал отставать от противника на десять очков. Солидная цифра, а с такой командой, как «Титан», и вовсе неподъемная.

Лина видела скисшие лица девушек из «Факела», видела, как нервничает Катя. А потом ненароком взглянула на Вадима. Тот даже встал, будто хотел что-то крикнуть игрокам родной команды. И от этой картины она испытала двойственные чувства: с одной стороны, возмездие, хоть и совершенное чужими руками, грело ей душу; с другой – вид переживающего за бывшую девушку Вадима ее злил. Неужели в ней проснулась настоящая ревность? Раньше Лина такого за собой не замечала. Даже когда Андрей изменил ей, она больше злилась на себя, чем ревновала. Ей неприятно было видеть его в обществе других девиц только из-за собственной гордости, но в данном случае она испытывала совершенно другие эмоции.

«Факел» проиграл и первую партию, и вторую. Трибуны поутихли. Так всегда происходило, когда родная команда садилась в лужу. Зрители словно чувствовали себя обманутыми, будто с таким усердием выкрикиваемые речовки отправились коту под хвост.

Гысь же рвала и метала. Она сорвала голос и теперь звучала, как старая побитая собака. Ее красное лицо обрамляли растрепанные и прилипшие к потным вискам волосы. Она носилась от одного края площадки к другому, а когда собирала девочек на перерыве, то отвешивала им подзатыльники. Одна из них, кажется, подружка Кати, расплакалась.

Еще никогда Лина не видела «Факел» таким жалким. Возможно, кто-то бы и мог посочувствовать им, но Лина лишь купалась в злорадстве. Наконец-то нашелся противник, сумевший поставить их на место, тот, кто не спасовал, а буквально отобрал победу, как взрослый – конфетку у ребенка. В этот момент Лине было наплевать на слухи, что у «Титана» играют слишком взрослые для турнира девушки. Главное, что они наконец-то сбили с Кати спесь.

Кто-то из болельщиков еще надеялся на третью партию и, когда она началась, вяло скандировал призывы к победе. Но для Лины исход был очевиден. Команда упала духом, девочки еле ходили по площадке, при единичных выигрышах мяча вместе больше не собирались, при очередном проигрыше огрызались друг на друга и на тренера. Это был провал.

Разгромный счет: три – ноль. Да и в самих партиях «Факел» не выбирался за границу пятнадцати очков. Лина наблюдала, как Вадим встал и что-то крикнул Кате, но та лишь раздраженно отмахнулась. Ей хотелось спуститься и тоже бросить в адрес Кати фразу, только едкую какую-нибудь, задевающую за живое, но когда Лина спускалась по ступеням, то вдруг смутилась. Она вгляделась в зареванные лица нескольких девчонок. Издеваться тут же расхотелось. Ну не была она такой, как девицы из «Факела», не могла глумиться над чужой неудачей! Достаточно и того, что «Титан» смешал выскочек грязью. Они получили по заслугам, что еще для счастья надо? Поэтому Лина резко свернула и направилась к выходу.

– Лина, привет! – услышала она крик, едва перекрывающий возмущение недовольной толпы болельщиков. Это был Виталик с полупустой пачкой крекеров в руке.

– Привет, – отозвалась Лина. – Как вам матч?

– Унылое зрелище. Впрочем, ничего другого я не ожидал.

– Не верил в победу своей команды?

– Они не мои. Я не из Совного. Просто учусь здесь.

– Ну, вижу, Вадим сильно переживает за подругу.

– А… – Виталик замолчал и обернулся. – Не, он ей совет какой-то на будущее дать хотел, но она его послала. Слишком зла после такого провала.

– Неудивительно. Я бы тоже злилась.

Лина и Виталик отошли в сторону, чтобы не мешать болельщикам покидать спортивный зал.

– А когда ваша игра с этими тетками?

– Ты тоже считаешь, что они старше, чем заявлено в документах? – усмехнулась Лина.

Виталик пожал плечами и ткнул в одну из девчонок команды «Титан»:

– Да ты только глянь на них. На лица посмотри. Им явно больше восемнадцати. Так и когда?

– Послезавтра, кажется. Нужно уточнить у Николаевича.

– И какой прогноз?

– Ну, мы однозначно проиграем. От нас зависит только счет по партиям.

Виталик согласно кивнул:

– Если постараетесь, то сможете даже с «Факелом» побороться. Особенно теперь, когда они так подавлены.

Казалось, Виталик тоже злорадствовал, но Лина понятия не имела, почему ему так не нравились девочки из совненской команды.

– Посмотрим.

Лина уже собиралась попрощаться, увидев своих, выходящих из второй двери зала вместе с толпой, но тут к ним подошел Вадим. Он что-то активно писал в телефоне и поначалу даже не заметил Лину.

– О, Лина, – слабо улыбнулся он.

– Сочувствую вашему проигрышу, – наигранно произнесла Лина, за что ее смерили скептическим взглядом.

– Серьезно? Да ты наверняка аплодировала, когда «Титан» выигрывал очко.

Вадим говорил без злости или недовольства, лишь констатировал факт с мягкой улыбкой на губах.

– Да, так и было, – рассмеялась Лина. – И очень рада, что хоть кто-то смог заткнуть Кате рот.

– Вы надеетесь на победу?

– Не-а. Просто хочу, чтобы провал был не таким очевидным. Но многое не от меня зависит. Посмотрим.

Лина искала в глазах Вадима хоть намек на их прежние отношения, хоть что-то, но тот выглядел холодно и отстраненно. Да не может же быть, что он до сих пор дуется на нее? К тому же, обиженным он точно не выглядел, просто замкнулся в себе и все. Наверное, есть иная причина, почему он ведет себя именно так, но Лине вдруг стало противно и разбираться она не захотела. Еще с младших классов школы, когда ее отвергла одна из подружек, которую она считала близкой, Лина зареклась навязываться с разговорами по душам. Если человеку удобнее находиться именно в таком состоянии, то кто она такая, чтобы ему мешать.

– Ладно, ребят. Я пошла. У нас тренировка скоро, – бросила Лина и развернулась к выходу.

– Погоди! – спохватился Виталик. – Мы тут планировали сходить в клуб на днях. Скорее всего, после вашей игры с «Титаном», если она послезавтра, конечно, состоится. Не хочешь с нами?

– Ну… – Лина замялась, вспоминая, что хотела купить торт, ведь как раз через два дня у нее будет день рождения, и поэтому решила соврать: – Посмотрим, я обещала с девочками побыть.

– Ближе к дате я спрошу еще раз, вдруг передумаешь.

– Ладно, – кивнула Лина и выскользнула из дверей, чтобы Виталик не увидел, как она разволновалась. Она была в клубе лишь один раз со взрослой подругой, которая на тот момент училась в институте. Она уже давно не общалась с Валей, так как та переехала в другую страну. Но тот вечер запомнился ей головной болью от тяжелой музыки и провонявшей насквозь сигаретным дымом любимой рубашкой. Но взволновало ее не предложение, а то, с кем она туда пойдет.

* * *

На следующий день во всем комплексе отключили воду, и управляющему пришлось открыть старую колонку, чтобы у девочек появилась возможность набрать воду в кастрюли и бутылки. По душевым раздавались щелчки сминаемого пластика и охи тех, кто не захотел воспользоваться электрической печкой.

Лина понемногу лила едва теплую воду на руки и ноги Полины. Затем они поменялись, и с горем пополам их гигиенические процедуры завершились.

– Не хочешь после тренировки сходить в город? – спросила Полина.

– Книжный? – Лина хорошо знала свою подругу.

– Ага, – улыбнулась та.

– Пойдем, я не против. К тому же в книжном наверняка будет туалет с водой.

Полина рассмеялась, но как-то грустно.

В комнате «Крыльев» царило шумное возбуждение. Все обсуждали вчерашний провал «Факела». Кто-то строил предположения о предстоящей игре, а кто-то, как и Лина, злорадствовал. Слава заметила Катю у тренерской, но та вместо привычных подколок просто отвела взгляд.

Для «Крыльев» команда «Титан» стала героем этих соревнований. Поэтому по большей части, как бы это ни было странно, девочки не боялись им проиграть. Все равно хуже, чем «Факел», они точно не выступят.

Под девичий смех Лина и Полина переоделись и вышли. Погода радовала, но от приморской влажности девушки быстро вспотели. Проходя через местный парк, окружавший спортивный комплекс, Лина вдруг насторожилась, услышав знакомые голоса.

– Родителям об этом расскажи. Хочешь, это сделаю я?

– Нет! Тут не о чем рассказывать. Только хуже будет.

– Хуже этого? Да ты с ума сошла. Ваша Гысь больная на всю голову.

– Она меня тронула только потому… потому что мы больше не вместе.

Лина потянула подругу за подол сарафана, чтобы та следовала за ней. Они встали так, чтобы из-за дерева их сложно было заметить.

Катя и Вадим сидели на лавке, недалеко от огороженного каменной кладкой фонтана. Катя зареванная, с красными глазами и опухшим носом прижимала к груди правую руку, на которой Лина рассмотрела сочный синяк.

– Это что, Гысь ее так? – шепотом спросила она у Полины.

– Похоже на то. Ужас какой! Да ее нужно органам сдать! Она вообще себя не контролирует.

Тем временем Вадим пытался уговорить бывшую девушку обратиться к семье.

– Да не могу я им ничего рассказать! Ты что, не знаешь их?! Мне это не поможет, будет только хуже. Им плевать на меня! Волейбол – это все, что у меня есть. Когда меня заметят и пригласят в сборную страны, я уеду из этого проклятого Совного навсегда! И от Гысь, и от чертовой семейки!

Катя подскочила со скамьи и охнула, схватившись за колено. Похоже, и там у нее была травма. Вадим же попытался поддержать девушку, но та довольно резко отмахнулась, сверкнув злым взглядом.

– Если хочешь помочь, можешь пригрозить Гысь расправой.

– Я не буду этого делать, сама знаешь. Не мой стиль. Но ты должна хотя бы заявление в полицию написать и снять побои.

– Ага, чтобы меня тотчас выперли из команды, да еще и рекомендацию не дали. Нет уж. Ладно. Куда ты шел? К машине? Вот и иди.

Прихрамывая, Катя двинулась в сторону спорткомплекса, и вот именно в этот момент Лине стало ее жаль. Она вспомнила, как Вадим говорил, что Катя живет в очень токсичной семье. Может ли это означать, что она не получает поддержки, а только насмешки и издевательства? Жуть!

Лине вдруг захотелось поддержать свою главную противницу, сказать ей, что все меняется и когда-то проблемы останутся далеко позади. Убедить, что она отлично подает и нападает, а включение в состав сборной – лишь вопрос времени. Опять чертова эмпатия!

Никто не должен безнаказанно издеваться над игроками! Мало того, что это незаконно, так и еще приносит вред здоровью. На секунду Лину посетила мысль: а что, если она сама доложит куда нужно и скажет, что видела, как тренерша избивает своих подопечных? Но тут же пришла другая, более здравая мысль: не нужно совать свой нос в чужие дела, если не хочешь нарваться на неприятности. Катя взрослая девочка и может сама решать свои проблемы.

– Ладно, идем, твои книжки нас заждались, – кивнула Лина на тропу вдоль ряда стройных деревьев. – Через парк даже срезать получится.

Стоя перед книжными стеллажами, пестревшими разноцветными корешками, Лина вновь возвращалась к той сцене в парке. Она поставила себя на место Кати, и ей стало не по себе. Их семьи, по-видимому, слишком разные, ведь Лина и представить не могла, чтобы к ней плохо относились мать и отец. В первую очередь они поддерживали ее и только потом пытались выявить реальную проблему, если таковая появлялась.

Даже Семен Семенович не позволял себе трогать подопечных. Он мог швыряться стульями и гнуть трехэтажные маты, но чтобы заниматься рукоприкладством – нет. Гысь перешла все границы. А что, если сказать об этом хотя бы Николаевичу? Вдруг он сможет пустить слух в тренерской, и эта сумасшедшая мадам попадет в прожектор порицающих взглядов? Будет ли Гысь в таком случае снова трогать девчонок из «Факела» или побоится?

– Ты из-за этой гадкой Кати загрузилась так? – спросила Полина, рассматривая книжную новинку в красивой золотой обложке.

– Да, наверное. Как-то в голове не укладывается, что одна тетка держит в страхе целую команду и половину тренерского состава.

– Слышала, у нее муж какой-то серьезный бизнесмен со связями, вот она и позволяет себе всякое.

Лина негодующе покачала головой, вспомнив учительницу русского языка, которая у нее преподавала. Та тоже позволяла себе оскорбления только потому, что ее зять работал в администрации города. Лине оставалось терпеть придирки, но однажды кто-то проткнул шины ее авто. Лина даже предполагала, кто именно это был, но, разумеется, никому не сказала. Пусть месть не самый лучший выход из ситуации, но иногда она может подарить успокоение.

Полина остановила свой выбор на томике в цветочек. Кажется, это была переизданная уже в тысячный раз «Джейн Эйр».

– Не верю, что ты ее не читала, – улыбнулась Лина, бросая взгляд на книгу.

– Читала, но тут такое красивое издание, что я сделаю это снова.

Полина, кажется, всегда любила книги. Причем только бумажные: она на дух не переносила электронные издания, говорила, что читать книги, которые нельзя понюхать, – это кощунство. Казалось, девушку больше ничего не интересовало, только строчки на белой или серой бумаге. Однажды, когда Лина хотела вытащить ее в кино на вечерний сеанс с двумя симпатичными одноклассниками, Полина сказала, что ее это не интересует. Позже Лина узнала, что воспитанная суровым военным подруга просто стесняется мужского общества. Книга спасала ее от любого чуждого ей человеческого контакта.

– А ты бы в клуб со мной хотела сходить? – уже на улице спросила Лина.

Полина посмотрела на нее так, будто та села на раскрытую книгу.

– Не-е, тема однозначно не моя.

– А если за компанию? Разумеется, мы не будем пить из сомнительных стаканов, не будем уединяться с незнакомыми парнями и отжигать на барной стойке. Немного потанцуем, пообщаемся и…

– Если мой отец узнает, что я таскаюсь по клубам, я – труп, – хмуро поджала губы Полина. – Честно, я бы пошла, но ты же знаешь.

Лина знала, поэтому замолчала. Ей вспомнился день, когда отец Полины пришел к ним домой, чтобы выяснить, чем они занимаются. Благо мама Лины всегда умела найти общий язык с людьми. Она его так заболтала, что он забыл, зачем пришел.

По залитой ярким солнцем улице сновали счастливые туристы. Где-то звучала музыка, ароматы уличной еды щекотали ноздри, то тут, то там торгаши предлагали бусы из ракушек да бесполезные, облепленные камушками шкатулки. Лина обожала атмосферу побережья. Время, когда можно отдохнуть от учебы, искупаться в море и разжиться очередной безделушкой в ларьке. Эта расслабленность в итоге привела ее к мысли, что на предложение Виталика она согласится и пойдет с ребятами в клуб. Только сначала расскажет обо всем матери, чтобы та знала, где искать дочь в случае чего.

В спорткомплекс они с Полиной вернулись к началу вечерней тренировки. Николаевич давал последние напутствия, но в то же время отмечал, что победы от девчонок не ждет и все прекрасно понимает. «Крылья» тоже не ждали победы, а просто решили показать свою игру, как на тренировке. Не больше, но и не меньше. Разгромный проигрыш «Факела» словно подарил им второе дыхание.

Впервые на турнире Лина почувствовала облегчение. По какой-то неведомой причине готовность к провалу дала всем им шанс показать себя с лучшей стороны.