Читать книгу Охотница - - Страница 4

Екатерина Борисовна вышла из мрачной допросной, громко хлопнув дверью. Она ненавидела эту серую комнату с тусклым светом, а еще больше ненавидела людей, ожидающих ее там. Внутри нее бушевала ярость. Чувство презрения к человеку, которого ей пришлось сейчас допрашивать, вывело ее из равновесия. «Мерзкая тварь!» – стучало в голове. Проходя мимо, коллеги бросали на следователя осторожные взгляды и перешептывались между собой. Некоторые молча отводили глаза.

Молодой следователь Ефремов стоял в коридоре, тоже наблюдая за коллегой. Он хотел было подойти к ней, но она сердито посмотрела на него.

– Уйди с дороги, Олег! – прорычала Катя, сверкнув зелеными глазами, как молниями.

– А если не уйду? Что ты сделаешь? – спросил он, противно улыбаясь и опираясь рукой на стену.

– Видишь эту папку? Если скажешь еще хоть слово – она полетит в твою голову, – заверила его девушка, сжимая кулаки так сильно, что ногти оставили отметины на ладонях .

Он поднял руки вверх, признавая свое поражение. Да уж, с Вознесенской тяжело… Коллегу поражало умение Екатерины при всей своей красоте и привлекательности так умело держать мужчин на расстоянии. Иначе он не мог объяснить ее замкнутость и, порой, грубую речь.

Олег не так давно работал в отделе, и с первого дня пытался подружиться с Катей, рассчитывая на большее в отношениях. Но она не отвечала на его знаки внимания. Пару раз он даже приносил девушке цветы, желая поднять настроение. Она же просто выбрасывала их в мусорное ведро, не проронив ни слова.

От секретаря в канцелярии лейтенант узнал, что Катерина не замужем, и он ни разу не видел, чтобы ее кто-то встречал после работы. Парень сразу сделал выводы, что возлюбленного у старшего следователя тоже нет. Поэтому решил попытать удачу, в надежде начать с ней роман.

Остальные коллеги подшучивали над ним, зная Катин характер. Однако не один Олег пытался завоевать ее сердце. В отделе девушку называли «Снежной королевой», «фурией», «охотницей» и не только… Мужчины не считали ее равной себе в работе, а женщины просто завидовали красоте и успеху. Но все сходились во мнении, что по вопросам человеческих взаимоотношений ей нужно работать над собой.

Девушка зашла в свой кабинет и заперла дверь на ключ. Сердце бешено колотилось в груди, отдавая болью в висках. Она раздраженно швырнула папку на стол и села в кресло, пряча лицо в ладонях. Морально этот допрос прошел тяжело. Катя всегда так остро реагировала, когда дело касалось жестокого обращения с детьми. А конкретно этот преступник издевался над своим пасынком и спаивал его мать… Она еле сдерживала себя в допросной, поэтому сейчас позволила себе всплакнуть.

Эта слабость продлилась недолго. Уже через несколько минут Катя взяла себя в руки. Налила стакан воды и сразу же сделала пару глотков. Глубоко вздохнув и подавив эмоции, она включила компьютер и достала из дела протоколы свидетельских показаний соседей потерпевшей, чтобы еще раз ознакомиться с ними.

От чтения ее отвлек звонок мобильного телефона. Девушка взяла его со стола и улыбнулась – это был папа Боря.

– Привет, папочка, – сказала она.

– Привет, Катенок, – поздоровался отец. – Ты заедешь к нам сегодня на ужин?

– Папуль, пока не знаю… – ответила Катя. – У меня много работы. Я постараюсь приехать, но не обещаю.

– Катюша, милая, ну нельзя столько работать! – посетовал отец. – Мы с мамой уже неделю не видели тебя и сильно соскучились…

– Пап, я тоже сильно соскучилась по вам, – мысль о родителях вызвала на губах девушки легкую улыбку.

– Мы будем тебя ждать, милая. Мама передает привет.

– Поцелуй ее от меня. Обязательно скажи, что я люблю ее.

– А меня? – шутливо спросил папа Боря.

– И тебя, пап, конечно же! А теперь, прости, мне нужно работать. Целую и обнимаю вас, – попрощалась Катя.

– И мы тебя, родная! До встречи, Катенок!

– Пока!

Папа закончил говорить и повесил трубку. Девушка положила телефон обратно на стол и вернулась к протоколам допросов. Она еще раз проверила, все ли документы на месте, а потом закрыла и отложила папку с делом. «Все-таки нужно навестить родителей!» – решила Катя. Ей совсем не хотелось, чтобы родные просидели весь вечер в томительном ожидании.

Выключив компьютер, она сразу достала ключи от машины из сумочки и вышла из кабинета. Заперев дверь, девушка направилась к выходу из отдела. На крыльце она снова столкнулась с Ефремовым. Куда бы Катя ни пошла, все время встречала его.

Катерина, неужели ты сегодня пораньше уходишь с работы? – с сарказмом спросил Олег.

– Господи, Олег, – устало ответила она. – Ты хуже назойливой мухи… Ну что тебе от меня надо? Совсем заняться нечем?? Может мало материалов отписали? Я могу поговорить с руководителем по этому вопросу.

– Какая же ты зараза, Катька! – обиделся он, выбросил бычок и вернулся в здание.

Катя облегченно вздохнула. Теперь она может спокойно завести машину, не слушая колких шуточек Ефремова в адрес своей новой «BMW», подаренной родителями на день рождения год назад. Подарок неизменно становился предметом язвительных шуток среди некоторых коллег. Поначалу это задевало Катю, вызывая чувство неловкости, однако вскоре она привыкла и перестала обращать внимание. Девушка никогда не распространялась о том, что отец занимает должность одного из заместителей министра иностранных дел, хотя ее образ жизни явно говорил о доходах, значительно превышающих заработок простого следователя.

Катя достала из кармана в дверце пачку сигарет. Пока машина прогревалась, она решила покурить, чтобы до встречи с родителями от нее не пахло табачным дымом. Родители не ругали дочь за вредную привычку, но им не нравился запах сигарет. При них она никогда не курила.

Катя открыла сумочку в поисках зажигалки. «Черт!» – выругалась девушка, понимая, что снова потеряла ее.

– Вот, держите, – услышала она мужской голос за спиной.

Она повернулась и увидела симпатичного молодого человека, который протягивал ей свою зажигалку. Он был хорошо одет, высокий, мускулистый, подтянутый, с приятным лицом и модной стрижкой. Катя сразу обратила внимание на заинтересованный взгляд его карих глаз.

– Вы позволите? – он помог ей подкурить, не сводя глаз с красивой молодой женщины в светлом пальто, которая выглядела, как белокурый ангел с зелеными глазами.

– Спасибо, – поблагодарила Катя, делая долгожданную затяжку.

– Не за что, – ответил мужчина. – У вас отличная машина!

Девушка ничего не ответила. Даже не улыбнулась, давая понять, что на этом их разговор закончен. Молодой человек сразу почувствовал настроение незнакомки и ушел. Заметив ехидные улыбки коллег, стоявших на улице, она зло прошептала:

– Что ж, будет вам новый повод обсудить меня.

Катя повернулась, провожая парня взглядом, выпуская облако белого дыма в воздух. «Интересно, что он забыл в отделе?…» – задумалась она, не понимая, почему он так привлек ее внимание. По кобуре, висевшей на плече и проступавшей сквозь куртку, девушка предположила, что это новенький оперативник, раз они раньше не пересекались по работе.

Всех «стареньких» Катя знала в лицо. А этого – видела впервые. Она улыбнулась, думая о том, что никто из коллег не рискнул бы продолжить разговор с ней, зная, как резко следователь может ответить. Девушка так бы и искала зажигалку – под надменные ухмылки и взгляды.

Катя выбросила окурок и села в машину. Она сразу протерла руки салфетками, чтобы стереть запах табака. «Нужно еще не забыть нанести духи, перед тем, как зайти в квартиру родителей…» – подумала она. Включив громко музыку, девушка тронулась с места. «Надо бы завтра узнать, кто этот молодой человек с зажигалкой…» – снова мелькнула мысль в ее голове.

– Да уж, Катерина, – вслух сказала она самой себе, – не ожидала от тебя такого интереса к незнакомцам…

Катя понимала, что в глазах окружающих она выглядела высокомерной и эгоистичной особой. Впрочем, ее это вполне устраивало. Пусть думают, что хотят. Ее настоящую знают немногие… Порой она действительно проявляла жесткость и холодность, но это вовсе не отражало сути ее характера. Среди родных и близких она открывалась совершенно иной стороной. Травмы детства и профессиональная деятельность оставили неизгладимый след, сформировав ее манеру поведения. Но изменить это было невозможно.

Иногда Катерине было очень обидно, когда она случайно слышала за спиной такие слова в свой адрес, как «стерва», «ведьма», «эгоистка» и даже «сучка»… Коллеги и знакомые никогда так не говорили в лицо, но между собой обсуждали девушку. Дома ведь она все равно оставалась той же «Катенькой», «Катенком», а на мнение остальных стало наплевать.

Отношения с противоположным полом тоже складывались непросто. Нет, у Кати были романы, но ни один из партнеров не сумел завоевать искреннее расположение девушки настолько, чтобы проникнуть глубоко в ее сердце. Излишняя независимость и самостоятельность делали бессмысленными попытки пустых ухаживаний. Куда проще работать круглосуточно, чем вновь переживать подобные разочарования.

После болезненного разрыва год назад Катя замкнулась в себе и решила отказаться от новых знакомств. Мама постоянно твердила, что родители уже не молодые, и дочери нужно создать свою семью. Девушке было понятно беспокойство близких, однако идти наперекор собственным чувствам она не могла. Среди ее окружения попросту не оказалось подходящего претендента на роль мужа. А специально искать она его не собиралась, веря, что если где-то на земле есть ее вторая половинка, то судьба сама столкнет их. Мама Маша же нашла себе мужа, значит и у Кати тоже получится.

С этими мыслями в голове девушка не заметила, как подъехала к родительскому дому. Припарковавшись, она освежила аромат парфюма и вышла из машины. Войдя в квартиру, Катя сняла пальто и туфли, направляясь в гостиную. Мама занималась своими делами в другой комнате и не заметила прихода дочери. Папа сидел в кресле, погруженный в чтение газеты. Он тоже не услышал шаги дочери. Болезнь, перенесенная несколько лет назад, дала осложнения на слух. Лишь заметив девушку перед собой, он поднял глаза и улыбнулся.

– Катенок! – обрадовался папа Боря, вставая с кресла, чтобы обнять ее. – Мы уже подумали, что ты опять заработалась…

– Привет, папочка! – Катя поцеловала его в морщинистую щеку. – Я поняла, что хочу этот вечер провести с вами. У меня сегодня очень тяжелый день… Я была так занята, что не успела пообедать, поэтому рассчитываю на вкусный и сытный ужин.

– Мама Маша услышала голос дочери и поспешила тоже обнять и поцеловать ее.

– Конечно, милая. Мы как раз хотели поужинать, – сказала женщина. – Пойдем. Я специально для тебя приготовила гуляш. Все, как ты любишь!

– М-м-м-м… Я сейчас умру от голода. Давайте скорее ужинать!

Дома, рядом с родителями, Катя ощущала себя снова беззаботной, маленькой девочкой. Ее взгляд задержался на большом семейном портрете, который висел на стене в комнате. «Я скучаю по тем временам, когда можно было быть самой собой», – с теплотой подумала девушка.

Катя вымыла руки и села за стол. Мама суетилась и накрывала на стол, с радостью ухаживая за любимой дочкой. Девушка давно жила отдельно от родителей, поэтому ей не хватало маминой заботы.

– Эй, Катенок, что за наряд на тебе сегодня? – папа подмигнул, протягивая дочери тарелку с хлебом.

Катя смущенно улыбнулась. Действительно, сегодня она была одета не по форме, а в обычную одежду – коричневые брюки, бежевую блузку и бордовый пиджак.

– Ну, началось… – рассмеялась она в ответ.

– Ты же знаешь, родная, что я не хотел… – он осекся и замолчал, встретившись с укоризненным взглядом дочери, молча просившей его прекратить этот разговор.

Борис тяжело вздохнул. Он вспомнил, как Катя удивила их с Машей, когда сказала, что не хочет продолжать заниматься музыкой. После окончания школы она поступила на юридический факультет, желая в дальнейшем начать карьеру следователя. Ему совсем не хотелось, чтобы его девочка занималась таким опасным делом. Мужчину это очень расстроило. Сначала он не поверил в серьезность такого заявления, но ошибся. Но, решив однажды, Катя осталась тверда в своем мнении.

С возрастом девушка превратилась в настоящую копию Маши: упрямую, волевую, непреклонную. Женщина очень этим гордилась, потому что ни у кого не возникало вопросов касательно того, чья это дочь. Только мать сильно переживала за судьбу Катюши, понимая, что с таким характером ей будет очень сложно найти свою вторую половину… К тридцати годам она так и не встретила достойного жениха, круг общения оставался узким, да и коллеги старались держаться подальше. Мать это огорчало. Она пыталась несколько раз поговорить с Катей, чтобы та была помягче и больше времени уделяла себе, но безрезультатно.

Борис, напротив, никогда не вмешивался в личную жизнь дочери. В отличие от жены, он не особо переживал, потому что знал, что девушка еще не встретила нужного мужчину, с кем бы действительно захотела связать судьбу. Он часто напоминал Маше о том, какой она сама была в молодости. Женщина ведь тоже не торопилась замуж. Борис долго добивался ее расположения и внимания. Он всегда с теплотой вспоминал начало их отношений, всегда радуясь тому, что, несмотря на прожитые годы, супруги сумели сохранить привязанность и нежность друг к другу.

Родители со своей стороны дали дочери все, что могли – любовь, заботу, тепло, хорошее воспитание и образование. Борис всегда считал, что его дочь не должна себя в чем-либо ограничивать, поэтому продолжал поддерживать ее материально. Борис работал в МИДе и достаточно хорошо зарабатывал, чтобы его семья ни в чем не нуждалась. После окончания института родители подарили Кате отдельную квартиру, надеясь, что так ей будет проще наладить личную жизнь. Из-за пережитой трагедии в детстве она была очень недоверчивой к незнакомым людям, а к мужчинам особенно…

Страдала ли Катя от своего одиночества? Скорее нет, чем да. Ей, по большому счету, было хорошо одной. Карьера занимала прочное первое место в ее голове, а все остальное было неважно. Иногда девушка, действительно, задумывалась о том, что в ее возрасте у подруг есть мужья, дети… Себя же она не видела в роли жены и матери.

Сегодня Маша заметила, что дочь была какой-то особенно грустной.

– Катенок, у тебя проблемы на работе? – поинтересовалась она.

– Нет, мама, никаких проблем. Я просто устала… – ответила Катя. – Неделя выдалась очень тяжелая, а сегодняшний день совсем добил меня…

Женщина вздохнула, понимая, что девушка имела в виду. Любые проявления жестокости к детям отзывались острой болью в душе дочери, вскрывая старые раны.

– Ты останешься у нас ночевать? – ласково спросил Борис.

– Нет, папочка. Лучше я поеду домой. Завтра утром мне нужно на допрос, – девушка нервно дернула рукой, говоря это. – Мне уже пора. Я, правда, сильно устала.

Катя встала из-за стола и начала собираться. Родители грустно вздохнули. Им всегда было мало времени, проведенного с дочерью. Девушка старалась почаще оставаться у родителей, но сегодня ей хотелось провести остаток вечера в одиночестве…

Дома Катя скинула с ног туфли и сразу пошла на кухню. Достав бутылку вина и, налив его в бокал, села на подоконник. Сделав несколько глотков, она достала сигарету и закурила. Новое дело не шло у нее из головы. У следователя было только одно желание – посадить жестокую тварь по всей строгости закона.

Катя слишком близко к сердцу воспринимала такое. Все-таки, надо было слушать папу Борю и продолжать заниматься музыкой… Выбор профессии следователя стал последствием крайне неприятной случайной встречи с одним человеком из прошлого… Катя и представить не могла, что судьба вновь сведет ее с Павлом спустя годы.

Девочка тогда училась в 9 классе. В тот момент внутри нее все чуть не разорвало от переполнившей сердце ненависти. Кате хотелось убить мерзавца, который лишил ее родной матери и нанес глубокую психологическую травму!

Придя домой, у Кати случился самый настоящий нервный срыв. Она неподвижно сидела в своей комнате, уставившись в одну точку и слушая, как бешено стучит сердце. Глаза были полны слез, но девочка не плакала, сдерживая то пламя гнева, которое разгоралось внутри. Ей хотелось кричать, но в горле словно что-то застряло. Тело не слушалось, став чужим…

– Катенок, милая, ты в порядке? – услышала она голос папы Бори за спиной. Он нерешительно вошел в комнату и остановился в нескольких шагах от дочери, боясь подойти ближе.

Катя посмотрела на него, и поток чувств выплеснулся наружу. Слезы хлынули потоком, плечи сотрясались от рыданий, дыхание сбилось. Ее охватила паника и чувство безысходности. Это было мучительно больно…

Папа подошел и обнял ее, крепко прижимая к себе. Дочь зарыдала еще сильнее, уткнувшись в его плечо.

– Я – я – я в-в-ви-де-ла е-е-его, – заикаясь от рыданий, попыталась сказать девочка.

– Кого, принцесса моя? – Борис не сразу понял, о ком идет речь. А когда до него дошло, кого могла встретить дочь, еще сильнее обнял. Ему самому было невыносимо больно от этого осознания.

– О – о – он н-н-на с-св-сво – бо – де! – кричала Катя. Чувства, словно снежная лавина, накрыли ее. Она не могла остановиться, продолжая дрожать от безудержного рыдания и гнева.

– Тише, Катенок, тише… Прошло уже практически 10 лет… Он отсидел свое… – пытался успокоить ее отец.

– Э – то – го м – м – м – ма – ло! Чу – до – ви – ще з – з – за – слу – жи – вает с – с– с – мер – ти! – бушевала она.

– Я полностью согласен с тобой, милая, – прошептал мужчина прямо на ухо. – Но мы ничего не сможем сделать… Я могу только еще раз пообещать тебе, что этот подонок никогда больше не причинит тебе вреда. Успокойся, бусинка, успокойся, – папа поглаживал ее по голове, как маленькую девочку, пытаясь утешить.

Катя не выходила из комнаты несколько дней, пытаясь справиться с волной воспоминаний о трагедии… Родители не знали, что с ней делать. Дочь, словно парализованная, молчала и смотрела в одну точку. Спустя три дня девочка наконец-то вышла и объявила им, что в консерваторию поступать не будет, а пойдет учиться на юриста, чтобы в дальнейшем начать работать следователем. Сколько бы Маша с Борей ни отговаривали, Катя настаивала на своем. Поэтому пришлось смириться и принять выбор дочери.

Стоит отметить, что, как следователь, она оказалась блестящим специалистом, преданным своему делу, словно это и есть ее призвание. В среде адвокатов ходили разные слухи о старшем следователе Екатерине Борисовне Вознесенской, звучали жалобы, предпринимались попытки подкупа… Однако Катя оставалась твердой и последовательной, проводя расследования исключительно согласно букве закона. Именно таким образом, считала она, возможно победить человеческое зло.

Девушка грустно вздохнула, допивая остатки вина в бокале. Сегодняшний вечер в одиночестве был пределом мечты для сильной и независимой женщины. Карьера успешна, коллеги завидуют, а личная жизнь – сплошной кошмар. У Кати были только родители, немного подруг и белый кот Ронни, который даже не соизволил выйти и встретить хозяйку, продолжая спать на ее кровати.

Она налила себе еще один бокал вина и вернулась на любимое место. Вид на ночную Москву успокаивал ее. Она чувствовала себя живой, частью этого механизма. Иногда ей нужно было вспомнить, что она человек, а не робот. Мама постоянно твердила, что нельзя столько работать, что нужно успевать жить для себя, радоваться, стать счастливой… Но как стать счастливой, если тяжелый груз воспоминаний все равно продолжает тянуть на дно…

Родители очень старались, чтобы Катя забыла обо всем, что с ней случилось в детстве. Отчасти, им удалось вылечить глубокую рану своей любовью. Но девушка не могла вычеркнуть из своей памяти то ужасное время, когда в один день весь ее маленький мир рухнул, разбиваясь вдребезги.

При маме Маше и папе Боре она никогда не показывала, как ей тяжело жить с этими ужасными воспоминаниями. Это было бы несправедливо по отношению к ним! Дочь старалась беречь их душевное спокойствие. Родители и так испытывали немало волнений из-за службы дочери. Они переживали и не спали ночами, когда Катя отправлялась на очередное дежурство, в тайне надеясь, что рано или поздно дочь выйдет замуж и бросит работу ради семьи.

Отец мечтал, что дочь станет известной пианисткой, а они с женой смогут посещать ее выступления, сидя в первом ряду с цветами. А Катя взяла и отказалась от музыки… Она за фортепиано-то практически перестала садиться, лишь только когда Борис просил поиграть с ним в четыре руки. Он скучал по тем временам, когда дочь увлеченно играла на инструменте несколько часов подряд… Но родители решили не переубеждать дочь, понимая, что выбор остается за ней. Им оставалось лишь любить и поддерживать Катю при любых обстоятельствах.

Катя выпила полбутылки вина, вымыла бокал, зная, что не сможет уснуть, если на кухне осталась грязная посуда, и пошла в душ. Стоя в ванной перед зеркалом, она вслух спросила саму себя:

– Ну что со мной не так? Ну да, характер ужасный… Но все остальное же на месте… Почему я не могу быть счастливой… И свободной от этих воспоминаний…