Читать книгу Паттайя - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 3

Он поднялся и вышел из пляжной зоны. Солнце стало жёстче. Оно не просто грело давило сверху, усиливая всё: шум, раздражение, уверенность, глупость. Мир стал ярче, но проще. В голове было легко и опасно пусто. Он увидел их почти сразу. Две девушки, лежаки, разговор, смех. И Лёха, не думая, пошёл прямо к ним. О, девчонки, как дела? начал он уверенно, слишком громко. Я Лёха. А вас как зовут? Они переглянулись. Он этого не заметил. Такие симпатичные красотки и где такие живут вообще? Из Омска, коротко ответила одна. О, Омск! оживился он. Да тут вообще что, вся Россия отдыхает, что ли? Он усмехнулся, сам себе довольный. Девушки снова переглянулись. Одна Оксана была плотной, с тяжёлым телом и усталым взглядом. Другая Настя наоборот, худая, высокая, почти болезненно вытянутая, как каланча. Лёха этого не оценивал. Он просто искал контакт, как умел грубо, навязчиво, без фильтра. Чё, скучно тут не бывает? продолжал он. Я вот только прилетел, уже понял место норм. Он сел рядом, слишком близко. Песок прилип к мокрым ногам, шорты липли к коже. Оксана чуть отодвинулась. Настя смотрела прямо, без улыбки. Ты с кем приехал? спросила она. Лёха махнул рукой. Да с мужиками. Слётом, как все. Живём, отдыхаем. Он сам не замечал, как врал не специально просто заполнял тишину словами, чтобы не чувствовать неловкость. Пауза. Солнце било в лицо. Где-то вдалеке кричали продавцы, музыка смешивалась с шумом моря. Всё было слишком живое и слишком равнодушное одновременно. И вдруг, на секунду, в голове у него мелькнуло что-то трезвое. Короткое. Неприятное. «У тебя сто баксов». Он моргнул. И это чувство тут же утонуло обратно. Слушайте, сказал он уже мягче. Может, прогуляемся куда? Тут же всё рядом. Настя усмехнулась. Не зло. Просто устало. Мы только пришли, сказала она. Оксана посмотрела на него внимательнее. Ты выпивший, что ли? Лёха на секунду замолчал. Потом улыбнулся шире, чем надо. Да не, просто расслабленный. Эта фраза прозвучала фальшиво даже для него, но он не остановился. Тут же отдых. Правильно? Отдыхать надо нормально. Он наклонился чуть ближе, будто пытался сократить расстояние не только физически, но и смысловое. Настя отвела взгляд. Оксана вздохнула. И в этот момент стало ясно, что он уже говорит не с людьми, а с их терпением. Секунда тянулась тяжело. И где-то позади, под деревьями, сидел Анатолий. Он не вмешивался. Просто смотрел. И понимал, что это уже не разговор и не знакомство. Это начало того, что потом обычно называют «почему всё пошло не так». Да, девчонки, выпил извиняюсь, пробормотал Лёха, пытаясь придать голосу лёгкость. Я же не знал, что встречу вас. А так бы подождал. Он сам слышал, как это звучит неубедительно, натянуто, но остановиться уже не мог. Мужики деньги забрали, говорят: потеряешь. Давай, Лёха, загорай. А я бы сбегал, пива взял, всё нормально было бы он говорил быстро, перескакивая с мысли на мысль. А девчонки. Он замолчал на секунду, будто ждал реакции. Но девушки держались ровно. Без смеха, без злости просто с той спокойной стеной, о которую такие разговоры обычно разбиваются. Лёха почувствовал это. И понял здесь не прокатит. Он неловко поднялся. Ладно, я это. махнул рукой. Потом. И отошёл. Но уходить далеко он не умел. Где-то рядом снова послышался смех. Женский, лёгкий, живой. Он развернулся. И пошёл туда. На этот раз уже с видом «на расслабоне». О, девчули, веселитесь? Парней не зовёте? начал он ещё издалека. Как дела? Я Лёха. Чё по чём вообще, откуда сами? Девушки обернулись. Они улыбались но не ему, а ситуации. Мы из Воронежа, сказала одна. Я Лера. Это Мося и Лика. Лёха оживился так, будто ему дали шанс, которого он ждал весь день. О, Воронеж! закивал он. Девчонки, да вы вообще в порядке. И имена у вас крутые. Он сел ближе, чем требовалось, вытянув ноги в песок. А я простой нефтяник, продолжил он уверенно, как будто это объясняло всё. Вот мужики привезли, говорят: давай, Лёха, загорай. Он усмехнулся сам себе. Только деньги забрали, говорят: намочишь сушить потом надо. Контроль типа. Он наклонился вперёд, понизил голос, будто делился секретом: Может, я сгоняю, пива вам возьму? Там, всё такое кишканём, потрещим нормально. Он смотрел на них выжидающе, как будто предложил не алкоголь, а билет в другой мир. Но реакция не менялась. Лёгкие улыбки. Пустые паузы. Вежливость без участия. И это начинало медленно, почти незаметно, раздражать его. Он ещё этого не понимал до конца. Но уже чувствовал. Что он говорит много. А его как будто нет. И где-то за этим пляжем, за шумом, за смехом, за солнцем начиналось то самое состояние, когда человек впервые понимает: он не управляет происходящим. Он просто в нём тонет. Ну ладно, девчули, стыканёмся, сказал Лёха, уже поднимаясь. Я тут десять дней буду тусить. Если увидите подходите. Он махнул рукой так, будто оставлял за собой не разговор, а возможность. И пошёл по пляжу. Шёл уверенно, но внутри уже начинала появляться пустота. Не та, что была до людей другая. После попытки быть «своим». Он сделал большой круг, прошёл мимо лежаков, продавцов, шумных компаний, и постепенно понял: удачи не будет. Ни с этими. Ни с теми. Ни вообще.