Читать книгу Книжка под винишко - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 2

Эх, друзья, я хочу Вам признаться.

Это вырвалось как-то само.

Я.. я очень люблю нажираться

И люблю нажираться в говно.

Я пытался во всем разобраться.

Но синдром проявился давно.

И я понял: не надо бояться

Нажираться по жизни в говно.

Тело как-то должно расслабляться,

Ведь оно у нас, вроде, одно.

Всех любить, целовать, обниматься

Можно только, когда ты в говно.

Мне советуют меры держаться:

«Ты не молод, здоровье не то»

Типа, хватит уже нажираться,

Можно пить, но уже не в говно.

Справедливо. Но как отказаться

От того, что природой дано?

Как, скажите, бухлом наслаждаться,

Не нажравшись при этом в говно?

Я, конечно, могу воздержаться.

Но зачем, если Вам все равно?

Предлагаю всем дружно собраться

И всем дружно нажраться в говно.

Я помню, как один алкаш,

Играя во дворе в картишки,

Спросил, не хочется ли мне

Попробовать чуть-чуть винишка.

И я сказал ему тогда,

Как будто Ильича сынишка,

Что ни за что и никогда

Не буду пробовать винишко.

Он, улыбнувшись, заявил,

Что я неопытный мальчишка

И жизнь найдёт мне сто причин

Начать употреблять винишко.

Вот дискотека. Я дрожу,

Стесняюсь пригласить худышку.

Вдруг мой приятель говорит:

«Махни для храбрости винишка».

Махнул. И сразу осмелел.

Да и, по ходу, даже слишком.

Но мне понравился удел,

Который мне дало винишко.

Я танцевал, болтал, шутил,

Влезал худышке под бельишко.

В ту ночь я, если честно, был

Под впечатлением от винишка.

Оно смогло меня раскрыть:

Я не задрот, а шалунишка.

Теперь я не смогу прожить

И дня без капельки винишка.

In vino veritas, друзья —

По сути, неплохая фишка

Для тех, кто истину привык

Искать в количестве винишка.

Она понятна и проста

Как гроба глянцевая крышка.

Я прекратил её искать

В огромном выборе винишка.

А прекратив, я загрустил,

Стали пошаливать нервишки.

Как зачарованный дебил

Смотрел на магазин винишка.

И стал завидовать всем тем,

Кто, завершив свои делишки,

Свой мозг очистить от проблем

Спешит бутылочкой винишка.

А зависть — это воровство.

И я решил, что глаз воришки

Залить надёжнее всего

Хорошей порцией винишка.

Купил. Еще и не открыл,

Зато бегу уже вприпрыжку.

Какой большой источник сил

Таит в себе сосуд с винишком!

Он дом даже строить не будет,

Не будет растить и сыночка.

Он только одно в жизни любит:

Сидеть и бухать в одиночку.

Борща ему вряд ли кто сварит

И вряд ли погладит сорочку.

Не лучший семейный сценарий —

Сидеть и бухать в одиночку.

Ему не нужны перспективы,

Поездки, машина в рассрочку.

Его телепорт на Мальдивы —

Сидеть и бухать в одиночку.

И донором он, по-любому,

Не станет. Не купят и почку.

А вдруг передастся больному

Сидеть и бухать в одиночку!?

Наследство размером с полцарства

Сменил на уют уголочка.

Не нужно большого пространства

Сидеть и бухать в одиночку.

Логично: большая квартплата

Сужает размер кошелечка

И очень мешает, ребята,

Сидеть и бухать в одиночку.

А в студии телу удобно

Тянуться рукой к пузыречку.

Оно, не вставая, способно

Сидеть и бухать в одиночку.

Нет бабы, семьи и работы,

Друзей и других заморочек.

И это, по сути, свобода —

Сидеть и бухать в одиночку.

Он может так жить, без базара,

Пока его пятая точка

Не сменит квартиру на тару

И будет лежать в одиночку.

⠀

Жил на свете дядя Стасик.

Неплохой такой мужик,

Только очень часто квасил,

Заливал за воротник.

Пил действительно могуче,

Как герой в боевике.

Разводил на небе тучи,

Если был на кочерге.

Чувствовал себя всесильным,

Просто все по пьяни мог:

Например, любой бутылью

Испытать свой черепок.

Говорил, что может выиграть

Вообще любой турнир,

Был во всем бессменный лидер

И единственный кумир.

По нему нарколог плачет.

Но диспансер дядя Стас

На какой-то длинной мачте

Вертит смело каждый раз.

На вопрос «Зачем бухаешь?»

Отвечает грозно он:

— Я стихию укрощаю.

Знаешь, кто я? … Посейдон.

Тетя Юля с седьмого июля

Из запоя не выйдет никак.

Появилась привычка у Юли

Пить на завтрак армянский коньяк.

Не успеет размякшее тело

Разлюбить аромат Араспела,

Царь Тигран, обойдя точку G, —

Уже царь её тонкой души.

А на следующий день Арарат

Обжигает ее поцелуем.

«Я мужчин выпиваю до пят»,

Говорит с некой гордостью Юля.

Арахтан, Арадис, Арегак,

Разве граммами меряют счастье?!

Полагаю, в армянский коньяк

Очень тонко подмешаны страсти.

Уже не пишутся стихи

И нет изюминки в куплетах.

И кукарекать петухи

Вдруг перестали на рассветах.

Душа под душем не поёт,

В ушах не держится наушник.

И рифм волнующий полет

Стал вдруг каким-то непослушным.

Куда-то делся мой талант,

Оставив перхоть на затылке.

Пойду открою Macallan

И поищу на дне бутылки.

Да, я люблю повеселиться,

Уйдя душой от всех проблем.

Мне даже нравится напиться.

Но не сопьюсь: я же спортсмен.

Мы все когда-то входим в штопор,

Чтобы отвлечься от проблем.

Но у меня есть сильный стопор:

Я не сопьюсь: я же спортсмен.

Увидев в дыме сигаретном

Задатки «лучших» перемен,

Спрошу себя: зачем все это?

Я не сопьюсь: я же спортсмен.

Надену форму, на разминке

Почую дрожь своих колен.

Да к черту эти вечеринки!

Я не сопьюсь: я же спортсмен.

К одним фортуна благосклонна,

Другим — талант не занимать.

А я, как белая ворона,

Сижу ни петь, ни рисовать.

Одни творят свои шедевры.

Другие — учатся на пять.

А я, чтоб не сдавали нервы,

Сижу ни петь, ни рисовать.

Смотрю, как кто-то стал звездою.

И пофиг, что через кровать.

А я довольствуюсь собою:

Сижу ни петь, ни рисовать.

Послушайте меня, друзья.

Послушайте и вы, подружки.

Ведь я с сегодняшнего дня

Сижу усердно на просушке.

Я с середины декабря

Съедал за вечер поллитрушки.

И очень сложно для меня

Сидеть усердно на просушке.

Но хуже чувствовать внутри,

Что превратился я в пьянчужку

И лучше б в эти январи

Сидел усердно на просушке.

Бухнуть — желание велико.

Но я же знаю: в нем — ловушка.

И будет правильней всего —

Сидеть усердно на просушке.

Признаюсь, это первый день,

Как будто я уже в психушке.

(здесь надо налить)

Давай за тех, кто, как кремень,

Сидит усердно на просушке!