Читать книгу Свет в каменном городе. Магические рассказы - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 2

— Я Рар Атаван из планеты Патав, третьей от солнца. Да будет Патаву мир и разум. Зрения и стремления патавцам.

— Третью от солнца? — Опустив голову и глубоко задумавшись вопрошающе произнес Гас Шельман. Он пытался, внушая себе спокойствие понять, что с ним происходит. Исполин, ростом под три метра, в облегающем ярко синем комбинезоне, с лучистыми бирками и знаками цвета хрома, величественный, со своей неприступностью, красивой улыбкой, излучающей позитив, настораживал Шельмана. В то же время он панически уверовал, что он избранный, и что к нему явился некий мессия, и что его отшельника все-таки заметили свыше.

— Шельман я, Гас Шельман — отшельник. Играю на гитаре, и тоже живу на планете третьей от солнца, только зовется она Земля. — Гордо сказал Гас, и потянулся за сигаретной пачкой, достал сигарету, зажег, закурил и добавил — у меня есть арак…

Все это время Рар Атаван смотрел на Гаса Шельмана с доброй улыбкой на лице, слегка покачивая головой, прикрывая одной рукой ухо, как- будто заранее знал реакцию Гаса.

— Так скажите Рар, если не ошибаюсь, что такое Патав?

— Патав ваше будущее, да будет мир. То есть не ваше, а новых людей, и особенно не ваше. И не людей даже — раратов.

— Какое будущее? И почему особенно не наше? Вы хотите сказать, у нас будет новая Земля? И какие рараты?

— Вот вы говорите арак. Вы имеете в виду восточную водку? А я читал в заповедях про другой арак. В араках говорится совсем не про водку. Так если на то воля арака, то у меня есть арак. Притча Самая большая ценность. Эти притчи мне известны, но они никакого отношения к спиртному не имеют. Вот и нет у вас будущего. Да будет великий Патав, твоей земле не много осталось.

Шельману стало жутко, он стал мрачным, хмурым, озадаченным. Вынул из баула бутылку с араком, затянулся долгим глотком, потом отфыркиваясь снял сигарету, закурил, успокоился, поднял взгляд на Рара. Рар стоял скрестив руки, и на нем по-прежнему сиял синий комбинезон, обделенный лучистым хромом, такой же была и его физиономия, излучающая железную улыбку.

— Я Гас Шельман — отшельник, я гитарист, конечно аферист, но аферист я честный. Скитаясь по тем или иным странам, где могу наиграть себе на жизнь, славу я не ищу. Я Гас, меня знает весь восток. Играю бесплатно, ну почти, кто что даст. Говорят играю хорошо… Никого не оставляю без внимания. Ну могу иногда пройти мимо страждущих. Но ведь это не грех, мне и самому не сладко.

— А вы пейте чай, вам будет сладко — я Рар Атаван говорю вам: пейте чай… Ничего не делайте больше, просто пейте чай. Сладкий чай. А когда захотите воду — помните, она вам дается не просто так. Это слезы тех, кого вы вынудили страдать. Самая большая ценность в мире их слезы. А это вода. Та вода, которая дается вам задаром. За слезы платить не надо, они сами выпадут…

Гас Шельман был хорошим музыкантом. Он любил музыку, знал много мелодий, напевал многие из них. Когда от него ушла жена, забрав троих детей, от стал сильно пить. Хотя он пил и до того, как ушла жена. Жена все время его дергала. Мало зарабатываешь Гас, какой же из тебя музыкант — ты шут, заводила — истерично вопила жена Гаса. Путешествовал он по всему востоку. С гитарой на плече, с баулом, полным всякого хлама, и, конечно же арака. Но в этот момент он почувствовал, что земля уходит у него из под ног. Единственная слеза покатилась по его щеке, но он ее быстро и ловко поймал у самых губ. Слеза была такой соленой, как тысячи и тысячи слез, упавших со времени его разлуки с женой и детьми. Он стал черствым, ехидным и хитрым. Иногда закатывал скандал на базаре, чтоб тайком унести кое-что на пропитание. Гас встал, осиливая боль в колене, которая мучила его после того, как он однажды спас медвежонка от гибели, вытащив его из оврага. Мать медвежонка его отблагодарила — толкнула в овраг. Таким был противоречивым Гас Шельман.

— Я могу сказать последнее слово, Рар Атаван?

— Слово у вас бывает, у нас чувства, мысли — слов мало у нас. Слова всегда неоднозначны, а порой и лживы. Если уж начал, то говори…

— Гас Шельман пьян… Но у него есть мысли. Почему я?

— Так говорят звезды. Я пришел к тебе из будущего, и хочу тебе передать особую миссию. Иди и пой по всему востоку, что богоизбранный народ только насмехается, а плачут другие. Впредь будет иначе. Говорит тебе Рар Атаван. Брось баул, бери лишь гитару. Будь трезв и рассудителен. Пой и играй, не отрекайся, не отрицай, своих держись границ. Жена твоя вернется, и дети твои с ней.

И проснулся Гас Шельман от кошмарного сна, и сказал себе: будь проклят этот арак. Буду пить только чай. Рар Атаван был прав. Бросьте свой баул, с кучей ненужных вещей и арака, оставьте только гитару…