Читать книгу Вспомнить все и простить. Чтение для неожесточенных сердец - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 3

Оля сидела на могиле своего мужа и плакала; вчера, в день похорон, она не могла себе позволить эту слабость. А сегодня ранним октябрьским утром приехала, чтобы скорбеть и плакать в одиночку. Никто не должен видеть слез «железной Ольги». Так ее звали коллеги, конкуренты по бизнесу и знакомые. Она устала много лет поддерживать этот имидж и дала волю слезам. Надеялась, что вместе с ними уйдут сожаление, чувство вины и боль от потери близкого человека. Ей чуть за пятьдесят, вместе они прожили двадцать шесть лет, и пока он не умер, она и представить не могла, что его уход станет сильнейшим ударом. Последние лет пять ее муж, Сергей, был на пенсии и не работал, она же наживала добро и «молодилась», много путешествовала и кроме как «приживалой» никак его не называла. Даже представить не могла, что однажды его не станет и в душе поселится пустота. Но теперь поздно. Что осталось? Сын и внуки, любимая работа. В общем, жизнь. Сидя на мужниной могиле, Ольге во весь голос хотелось закричать:

— Опустела без тебя земля, как мне несколько часов прожить?

Телефонный звонок вывел ее из оцепенения. Собрав волю в кулак, Ольга Юрьевна с металлом в голосе ответила:

— Слушаю!

— Здравствуйте, примите мои соболезнования в связи со смертью вашего мужа и позвольте попросить о личной встрече, — ответил звонивший.

— Вы кто и по какому вопросу? — спросила Ольга.

— Я по личному вопросу, мы не знакомы. Мне сказали, что вы очень занятая дама и надо договориться о встрече заранее. Я приеду в город через два дня. В котором часу вам удобно? — рассказал собеседник.

Ольга была растеряна, что совершенно не соответствовало ее характеру и образу жизни, и попросила перезвонить за день до встречи. Не понимая почему, она ощутила тревогу; звонок незнакомца взволновал ее: что за разговор по личному вопросу?

Оля поднялась на ноги и осмотрелась по сторонам. Хмурое октябрьское утро не обещало ничего хорошего. По небу низко плыли синие тяжелые тучи. Вот-вот начнется дождь, надо уезжать.

Добравшись до машины, она увидела, как по направлению к могиле ее мужа идет какая-то женщина. Ольга решила незаметно подойти поближе и посмотреть. Она перегнала машину за поворот и пробралась к захоронению. Деревья и кустарники, обильно растущие на кладбище, предоставили ей эту возможность.

Женщина лет пятидесяти с небольшим стояла у могилы Сергея и говорила:

— Как же ты так, Сереженька, не уберегся? На кого ты меня покинул? Лет пять уж, как ты единственный «свет в окошке» для меня после смерти сыночка нашего, Савушки. Незнакомка отхлебнула из бутылки и зарыдала. Ольга решила обойти и посмотреть, кто она. Может, знакомая. Увидев, не поверила своим глазам. Эта женщина жила на одной улице с Ольгой. Лично они знакомы не были, но виделись часто. Дом знакомой незнакомки имел низкий палисад и стоял на перекрестке. Ольга часто могла наблюдать работающую в саду хозяйку дома, ее звали Эльвира. Обычная тетка, ничего особенного. Полная, приземистая, с некрасивым лицом. Наряжена в одежду с рынка, не накрашена. Да, просто страшненькая.

Несколько лет назад из армии не вернулся ее сын. Парня хоронили в закрытом гробу, без опознания. Один сын, Юрий, учился с ним в одной школе и на прощанье приезжал, как и многие парни из школы.

У Ольги закружилась голова, замелькали картинки прошлого, она вспомнила множество деталей, ранее вызывавших у нее недоумение и вопросы. Вдова села у старой липы и почувствовала острую боль в сердце. Нет, нет! Надо собраться. Не помня как, Ольга доползла до машины. Надо успокоиться и уехать отсюда. Прочь, прочь от всего этого.

Надо, чтобы ее никто не увидел заплаканной. Никто. У нее, как и раньше, все под контролем. Она спокойна и уверенна в себе.

Дома никого не было. Ольга приняла душ, оделась и вышла на крыльцо. За воротами ее уже ждал водитель Толик на служебной машине.

— Как вы, Ольга Юрьевна? — просто и душевно спросил Толик.

— Да ничего! Жива пока. Поедем к парикмахеру. Надо себя в порядок привести, — как обычно ответила Ольга.

Толик работал с директрисой более десяти лет и сразу понял, что что-то случилось.

— Что у вас произошло, кроме смерти Сергея Александровича? Я же вижу, может, помощь нужна? — участливо спросил Анатолий.

— Ничего, я позже расскажу, не сейчас.

Толик никогда не видел нерешительности на лице Ольги Юрьевны, поэтому и спросил. Неужели смерть мужа так расстроила ее? Он искренне хотел помочь, как и она неоднократно помогала ему и его семье, а еще многим просившим помощи.

Парикмахерша Любочка много лет общалась с Ольгой Юрьевной. Два раза в неделю, в понедельник и четверг, клиентка приезжала на укладку. Мастер знала предпочтения Ольги Юрьевны и только задавала вопрос:

— Укладка? Как всегда?

На этот раз она задала тот же вопрос и была удивлена ответом.

— Люба, подстриги меня покороче. Настолько коротко, насколько это прилично в моем возрасте, и покрась в яркий, слепящий блонд.

Люба была обескуражена ответом и только вымолвила:

— Удобно ли… вы вчера мужа похоронили?

— Это он умер, а я жива. Я хочу, чтобы светлый цвет просветлил мою голову, убрал все темное и помог выжить, — задумчиво ответила Ольга.

Люба начала работу, а из глаз Ольги катились крупные жемчужины слез, она больше не могла сдерживать себя.

Когда Оля вышла из парикмахерской, Толик поперхнулся сигареткой. Ее было не узнать. Лицо было спокойное и умиротворенное, во взгляде прослеживалась непоколебимая уверенность. Оле нравилась ее ультракороткая стрижка и цвет волос, ослепляющий белизной. И даже как-то легче стало на душе. Мысль, что её муж все это время жил какой-то своей, неизвестной ей жизнью, не была так ужасна. Она села в машину и весело сказала водителю:

— В санаторий, едем работать!