Читать книгу Большая книга языка телодвижений. Самый полный путеводитель по чтению невербальных сигналов - Группа авторов - Страница 4

Наш мозг словно болен булимией: все визуальные образы, попавшие в его поле зрения, он сжирает. Чем скорее они будут проглочены, тем скорее мы научимся на них реагировать и к ним приспосабливаться. Чувство, которое рождается под шквалом этих образов, называется первым впечатлением.

Первое впечатление формируется бессознательно меньше чем за одну секунду[2]! Быстрее это сделать сложно – и выходит, что к моменту, когда мы только собираемся начать наблюдение за собеседником, свое мнение о нем мы на самом деле уже составили. При таких условиях невозможно вести разговор о языке тела, параллельно не касаясь вопроса интуиции, ведь одно без другого не существует. Следовательно, чтобы так быстро судить о других, нам остается только позволить интуиции занять свое законное место и изучить, как она работает. А пока она показывает нам свои фокусы, посмотреть, не расставило ли нам первое впечатление ловушек.

Действенный способ выиграть время

Мир устроен сложно, и чаще всего мы вынуждены выбирать и даже принимать решения спонтанно. Стоит признать, что сделать это не всегда просто. Сталкиваясь с внешним миром, за последние 350 миллионов лет наш мозг, в свою очередь, отточил свою структуру до совершенства. Он нашел решение: обрабатывать информацию на двух скоростях – большой и маленькой. Не будь у нас под шапкой одного цельного органа, можно было бы даже сказать, что у нас есть два мозга.

Короткий путь усвоения информации в большой степени бессознателен, и в случаях, когда от нас требуется исключительно инстинктивная реакция, мы прибегаем к спонтанным решениям. Долгий же путь дает нам время, чтобы объяснить наш спонтанный выбор, а порой и заставить то же самое сделать других. Например, когда нам предлагают второй кусок торта, мы тут же протягиваем за ним руку и только секундой позже говорим: «Нет, спасибо». Долгий путь пресек короткий.

Центральная роль на коротком пути отводится интуиции. На сегодняшний день ее природа хорошо изучена: это процесс, основанный на трех реальностях. Она представляет собой, во-первых, комбинацию идей, во-вторых, явление спонтанное, а в-третьих, бессознательное[3].

Интуиция весьма удобна, поскольку обилие информации мешает нам осмыслить всю ее одновременно. Ее работа основана на автоматических быстрых ассоциациях[4], позволяющих нам очень быстро «получить представление» о чем-либо, при этом не зная наверняка, откуда эта идея пришла нам в голову[5]. Благодаря интуиции мы знаем то, что нам узнать необходимо, и нам не нужно искать эту информацию – в какой-то степени она похожа на «неосознанное желание»[6], возникающее в бессознательной части мозга для нашего же блага. Будем честны: было бы глупо лишать себя процесса, который позволяет нам так эффективно экономить энергию.

При этом в разных сферах нашей жизни интуиция устроена по-разному. Проложить маршрут в лесу – совсем не то же самое, что решиться доверять собеседнику: для этих действий включаются разные инстинкты. В межличностных отношениях топливом для нашей интуиции по большей части является язык тела. За этот процесс в нашем мозгу отвечает миндалевидное тело, или амигдала, задача которого оповещать нас о необычных признаках в поведении собеседника. Эти две крохотные миндалины, расположенные в разных полушариях головного мозга, не имеют ничего общего с миндалинами в задней части горла и ни много ни мало необходимы нам для выживания.

Амигдала – быстрее, чем сама мысль

Амигдала была открыта еще три столетия назад, но ее настоящую роль в организме описал в 1990-х годах нейробиолог и исследователь Джозеф Э. Леду[7][8]. Представьте, что вы за рулем автомобиля. Если вы резко нажали на педаль тормоза, еще до того как на самом деле увидели опасность, поблагодарите свою амигдалу. Пока часть мозга, идущая по короткому пути, увидела первый же образ и немедленно приказала стопе нажать на педаль, кора мозга, отвечающая за долгий путь, за время крошечного промедления позволила вам осознать, что вы «были на волоске от гибели» и поступили правильно.

Когда вы наблюдаете за человеком, расположенная глубоко в мозгу амигдала мгновенно получает информацию в виде «облегченного» низкочастотного изображения. В более древние области мозга ведут 10 % волокон зрительного нерва, в то время как коре на обработку полного изображения требуется намного больше времени.

Давайте рассмотрим иллюстрацию модели Леду. Мы видим впечатление, полученное не в мозгу, а из наблюдения за телом – за белком глаза[9] – поскольку амигдала реагирует на движение лица.

Модель Леду, 1990 г.

На этой иллюстрации белки глаз девушки выдают ее тревожное и настороженное состояние и заставляют должным образом реагировать нашу амигдалу. Если бы белки глаз оставались невидимы, активность в этой зоне мозга не включалась бы. Этот факт доказали ученые[10]: они провели наблюдение, используя сложную систему хранения данных наподобие той, что описана далее.

Сосредоточьте внимание только на тех фотографиях, где лицо скрыто и видны лишь глаза. Спросите себя: что вы чувствуете?

На первом изображении недостаточно информации: оно полностью черное, и белки глаз выделяются особенно ярко. Оно вызывает у нас тревогу и, как следствие, заставляет чувствовать себя неуютно. Амигдала в мозгу человека, смотрящего на эту фотографию, привела его тело в состояние повышенной готовности меньше чем за 16 миллисекунд![11]

Активизируясь, амигдала запускает этот механизм в целях выживания. Дети на уровне инстинкта учатся остерегаться опасности, видя испуганный взгляд своих родителей. Точно так же зеленые мартышки не рождаются со страхом змей, а приобретают его, наблюдая за мимикой своих родителей.

Мы только что убедились, что амигдала бурно реагирует на негативные события, чтобы помочь нам выжить[12]. Однако ее активность так же запускается и в ответ на положительные эмоции[13] – несомненно, это происходит для того, чтобы мы получали больше душевного тепла и стремились поделиться и обменяться им с другими.

Обычно при разговоре мы, сами того не замечая, рассматриваем белки глаз своих собеседников. Мы делаем это постоянно, глядя друг другу в лица. Это рождает у нас внутри ощущения, плохо объяснимые с точки зрения логики. Когда мы прощаемся с человеком с мыслью: «Я ощущаю дискомфорт, но не могу объяснить почему», – зачастую именно белки глаз собеседника, став ярче, поменяли наше ощущение. Сигналы об изменении внешнего вида глаз поступают к нам постоянно, но, поскольку угроза практически никогда не бывает мгновенной, мы просто чувствуем себя хорошо или плохо, сами не понимая почему. Стоит заметить, что в некоторых службах безопасности сотрудников обучают распознавать такие сигналы.

У некоторых людей белки глаз видны постоянно. В таком случае первое время наша амигдала активизируется, но при отсутствии других признаков опасности в итоге прекращает посылать нам сигнал тревоги. Белки глаз, становящиеся ярче при тревоге и даже страхе, распознают не только младенцы[14] и не только у себе подобных. В работах Дарвина есть доказательства того, что такой способностью также обладают обезьяны, собаки, кошки, индюки и курицы[15], а с недавнего времени в этот список можно добавить еще и коров[16]!

Наше интуитивное восприятие формируется на основе быстрой обработки таких сигналов, поэтому лицо с более выразительными белками глаз кажется нам менее привлекательным, чем лицо, на котором белки глаз менее заметны[17]. Кроме того, именно так пережитые эмоции влияют на то, насколько быстро мы решаем, приятен нам человек изначально или нет.

Телесная интуиция

В обеденный перерыв вы с коллегами отправились в ближайшее кафе. На улице вы встречаете человека, который кажется вам привлекательным, и вы замечаете, что остальные чувствуют то же самое. Вы можете подумать, что у них наверняка одинаковое понятие о красоте и именно поэтому тот человек показался вам всем красивым. Однако недавно исследователи пришли к выводу, что такие предпочтения способны формироваться в очень раннем возрасте. Лица, привлекательные по мнению взрослых, показывали младенцам трех[18] и шести месяцев[19]. Исследователи предположили, что ребенок смотрит на одни лица дольше, чем на другие, потому что находит этих людей красивыми. В результате было установлено: младенцы дольше всего смотрели на лица, привлекательные по мнению взрослых. Это дает нам основания предположить, что в отношении человеческой красоты вкусы младенцев и взрослых совпадают.

Но это еще не все. Младенцы начинают отдавать предпочтение более привлекательным лицам и постепенно свыкаются с мыслью о том, что самые красивые люди еще и самые добрые[20]. Социальное колесо готово провернуться так, что все, кто создает систему первичных предпочтений, – от детей до взрослых – порождают так называемое пророчество достижения. По сути, дети, которых привлекают самые красивые люди, на основе своих ощущений позже создадут стереотипы[21]