Читать книгу Вдребезги - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 2

Погибла учительница русского языка и литературы.

С этой фразы начался первый урок, вместо Марии Григорьевны на урок пришел наш классный руководитель Владислав Анатольевич.

– Класс! Внимание, важная информация! – Он постучал ручкой по столу, все разговоры тут же стихли. Мы с Лизой переглянулись и внимательно слушали, что дальше нам скажут.– сегодня ночью погибла наша учительница русского и литературы, Мария Григорьевна, в связи неизвестных обстоятельств.

Тут же по классу разлетелись разговоры, ребята шептались и переглядывались, мы с сестрой сидели молча, только потом она взяла телефон и нервно начала печатать брату о смерти учительнице.

– Просьба не распространять информацию и не пускать ложные слухи, сейчас к вам придет полиция на беседу.

***

Это убийство было еще более пугающее, больше никто не защищен. Ее убили в собственном доме. Все помнили Марию Григорьевну как строгую, высокомерную женщину, всегда с безупречной осанкой. Теперь этой осанки больше не существовало.

Поздно ночью в участок полиции поступил вызов, «я сейчас умру» судорожно кричал противный, звонкий голос. Полиция тут же выехала по ее адресу, по прибытию, вооружившие ребята зашли в дом. Бездыханное тело лежало в просторной гостиной, кровь пропитала ковер и растекалась по холодной плитке. Мария Григорьевна лежала на спине, одета она была также как и в школе, строгие черные брюки и синяя рубашка, воротник, который, был испачкан ее кровью, коричневое пальто валялось на полу в коридоре, кожа была бледная. Самое ужасное в том, что там где должна быть голова, зияла чудовищная пустота. Шея была не просто перерезана – ее словно свернули и оторвали одним мощным рывком, оставив рваные края кожи и торчащие позвонки.

Кровь густо и тяжело стекала вниз по воротнику рубахи, пропитывала ткань и собиралась в темную липкую лужу. Из открытой раны на шее все еще выходил едва заметный пар, смешиваясь с запахом холодного вечернего воздуха распахнутого настежь окна.

Еще самое жуткое было в том, что голову так и не нашли. На обоях остались лишь мазки крови и глубокие царапины от когтей...

***

– Вторая жертва.

Напряженно сказал Марк. Мы сидели в парке и молча смотрели в даль. Лиза решила посмотреть что на счет этого пишут в соц сетях и полезла в рюкзак за телефоном.

– Связи нет! – Завопила сестра

Марк взял ее телефон что бы проверить

– Правда нет.

– Кто то знает обстоятельства ее смерти? – Произнесла я и посмотрела на ребят.

– Я не знаю точно но, мой друг Вова живет рядом с ней, он говорил что слышал ее крики, а потом приехали менты.

– А кто их вызвал? Мария Григорьевна же живет одна с собакой, не думаю что собачка ментов научилась вызывать. – Высказала я

– Эмма, возможно, она сама их вызвала.

Мы с Марком еще долго обсуждали эту тему, а Лиза все это время сидела в Интернете, в попытке найти хоть что ни будь, лишь иногда она поглядывала на нас, пытаясь вникнуть в суть беседы.

Мы пришли ко мне домой, по пути зашли в магазин, купили по газировки.

Дома Марк выписал в тетрадь всех учителей школы, двое были уже вычеркнуты.

– Нам нужны подозреваемые.

– Как мы тебе их найдем? – С язвила Лиза, закатив глаза

– Просто, это наверняка кто то из нашего района, делаем теории, наблюдаем за людьми, в школе нужно пристально следить за всеми, возможно мы поймем ход мыслей убийцы и если повезет, найдем новую жертву.

– Жертв больше не будет. – Наперекор брату строго сказала я

– Кто знает.

***

Утро среды сегодня началось без новостей. Мне нужно было показать задание по биологии, и я решила зайти к учительнице утром перед уроками. По счастливому совпадению я встретилась с Анфисой Романовной на пороге школы, она попросила меня помочь ей подготовить микроскопы, заодно она и проверит мое задание.

Анфиса Романовна - учительница биологии и химии, молодая, высокая, стройная, довольно привлекательная девушка, ей было не больше 25, длинные блондинистые волосы изящно смотрелись в утреннем свете, зеленые, изумрудные сверкающие глаза, она обычный, понимающий учитель, без каких либо странностей.

Мы зашли в ее кабинет, воздух сразу показался тяжелым, застоявшимся, со странным металлическим привкусом. Учительница подошла к высокому шкафу, где хранились макеты скелетов и микроскопы. Когда она потянула за ручку, дверца со скрипом поддалась и сверху, прямо на полку с микроскопами выкатилось это...

Голова Марии Григорьевны. Черные волосы были спутаны, завязаны в узлы в них застряли щепки и пыль, а лицо застыло в маске запредельного ужаса. На месте глаз зияли пустые, рваные дыры, из которых по щекам стекала уже запекшаяся кровь. Рот был полуоткрыт, обнажая зубы, испачканные в багровой корке.

Все выглядело так, будто кто то специально подставил учительницу биологии. Рядом лежали хирургические инструменты, тщательно вымазанные в крови убитой. Это была не просто жестокость – маньяк хотел превратить учительницу в главного подозреваемого.

– Господи... – Выдохнула Анфиса Романовна, отшатнувшись и закрыв рот рукой. Ее лицо стало бледнее мела.

– Это не я... Эмма, клянусь, я не открывала шкаф со вчерашнего дня! – Ее голос сошел на крик, она понимала: кто то или что то решило сделать ее соучастницей этого безумия.

Первый урок биологии был у нашего класса. Анфиса Романовна зашла к девятиклассникам и дала задание.

– Конспект 25 параграфа, сделать ответы на вопросы. В конце урока я соберу тетради.

Она вошла в кабинет, я сидела и думала: кто это мог сделать? Пока мои догадки остановились на том, что это точно кто то из школы, это тот, кому выгодно было подставить Анфису Романовну.

– Поехали. – Убрав все окровавленные скальпели и голову в черный мешок, она начала куда то собираться, не отвечая на мои вопросы куда и зачем.

Мы поехали на свалку за городом, что бы избавится от потенциальной улики. Я сама и не заметила как стала соучастницей темных дел. Дорога казалось бесконечной. Учительница вела машину трясущимися руками, а на заднем сиденье лежал тяжелый черный пакет, который перекатывался при каждом повороте, издавая глухой, влажный звук.

Свалка встретила нас горой металла и гниющими отходами. Воздух тут был таким плотным от вони и гари, что мне показалась, будто я вдыхаю саму смерть. Ветер гонял по земле обрывки полиэтилена.

Мы остановились у самого края глубокого оврага, заваленного старыми шинами и кирпичами. Анфиса Романовна не смогла выйти из машины – ее сковал ледяной ужас. Она вцепилась руками за руль и безумным взглядом смотрела в даль. Мне пришлось самой взять пакет. Он был неожиданно тяжелым. Сквозь тонкий пластик я чувствовала очертания того, что еще пару дней назад было головой нашей учительницы русского языка. Черная пленка натянулась, обнажая форму носа и острый угол подбородка.

Я размахнулась и бросила пакет вниз.он упал на гору мусора и покатился вглубь, пока не исчез из виду.

После всех уроков я не знала, стоит ли кому то говорить о том, что было в кабинете биологии, убийца не она, было ясно, Анфису Романовну хотят подставить.

***

Я решила рассказать об этом только лизе и марку, им можно было доверять, они не расскажут это всей школе и не будут подставлять невинного человека.

– Мы на пол пути к разгадке, убийца - тот, кто имеет отношение к школе, работает он или учится у нас в школе, мы должны его вычислить. – С нездоровым интересом рассуждал Марк.

Мы сидели у меня дома, пили чай на кухне, я смотрела в окно, брат достал из рюкзака пенал и тетрадь с именами учителей, он задумчиво стал вертеть в руках ручку.

– Это точно кто то из учителей, незнакомый человек не прошел бы в школу и тем более не относил отрубленную голову в кабинет биологии, убийца тот, кто имеет отношения к школе, то есть учителя – говорила я серьезным, монотонным голосом, активно жестикулируя руками.

– Верно, Эмма. Я думаю нужно поговорить с охранником.

– Ребят, послушайте она меня умоляла никому не говорить, полиция очень активно занялась этим делом, Анфиса Романовна боится, что ее начнут подозревать, она очень нервничает. Мне ее жаль, она недавно начала работать в школе, а ее уже могут занести в список подозреваемых в серьезных сериях убийств.

– Все будет хорошо. – Успокаивал брат

Пока мы с Марком беседовали, Лиза достала из шкафчика печенья с шоколадной крошкой, которые мы купили по дороге домой. По кухни разнесся аромат выпечки, шоколада и корицы. Пока мы уплетали печенья одно за другим, я наблюдала в окно, теплый октябрь, падали сухие, хрупкие, оранжевые листья, весь город погрузился в осень, в огненно золотые тона, одно из самых восхитительных времен года.