Читать книгу Страх и Голод 2 - Константин Федотов - Страница 4

Воронежская область, Алина.

Жизнь штука весьма интересная, например, когда кажется, что тебя чем-то сложно удивить или испугать, она умело демонстрирует свое разнообразие и доказывает тебе, насколько ты была неправа.

Мои родители были теми еще домоседами, все отпуска они предпочитали проводить на даче. Даже учитывая непосредственную близость к морю, количество их поездок можно пересчитать по пальцам, и те были во времена моего детства. А что в итоге? Под старость лет им даже вспомнить было нечего. Разве что в каком году был самый лучший урожай картошки или арбузов.

Я, видя это, понимала, что не хочу тратить свою молодость на прополку грядок и прочей огородной чепухи. Как только мне позволил возраст, я начала путешествовать. По России и ближнему зарубежью, я прыгала с парашютом, каталась на тарзанках и даже смогла покорить Эльбрус. Все это приносило массу впечатлений, но в последнее время я, честно говоря, заскучала, все думала, чем бы таким заняться. И вот тебе раз, жизнь показала мне веселую игру под названием «Салочки», но если тебя засалят, ты умрешь, причем весьма мучительной смертью.

Я испытала сильный стресс, с комом в горле стояла горечь утраты родителей и ненависть к людям, из-за которых это произошло, я чудом сумела укрыться в старом коровнике, а потом встретила его.

Когда я впервые увидела Гену, то испытала лишь ужас. А как иначе? Огромный, широкоплечий, у него кулаки как моя голова, да еще и при оружии. А я уже давно не маленькая девочка, знаю, чем подобные встречи могут закончиться. Что я могу противопоставить такому амбалу? Тем более в замкнутом пространстве, поэтому единственное, до чего я додумалась, так это спрятаться.

Но, как говорится, «не прокатило», потолок провалился, и я едва не рухнула прямо на голову этому здоровяку. Но, как оказалось позже, все мои переживания были напрасны. В глазах Гены я увидела лишь переживание и жалость, а также настороженность. И никакой агрессии, жестокости и похоти, а я знаю, о чем говорю. Как только не пялились на меня мужчины, видя во мне предмет обожания или страсти, а после отказа в близости проклинали меня, пару раз пытались взять силой, но я не из робкого десятка и знаю, как постоять за себя.

Пообщавшись с новым знакомым, я поняла, что он добрый, заботливый и милый. Он вообще был больше похож не на великана, а на большого плюшевого медвежонка. Мы с ним объединили наши силы, и я вызвалась рулить, понимая, что стрелок из меня никакой, а вожу я очень даже хорошо, как на большой скорости по асфальту, так и по бездорожью кататься у меня опыта не мало. А дальше все как-то завертелось, дорога и опасность, которой с каждой секундой становилось все больше и больше.

Во время погони с перестрелками мое сердце едва не ушло в пятки. Было жутко просто до чертиков. Ревущий встречный ветер из простреленного лобового, грохот выстрелов, звенящие раскаленные гильзы, летающие по салону, и свист пуль, и это не считая зомби и разбитых машин на дороге. Для неподготовленного человека такое явно было слишком.

Но, видя то, как Гена старается нас вытащить из этой ситуации, то, как в момент стрельбы по нам он прижимается к левой стороне салона, прикрывая меня собой, и то, как он с ранением продолжает огрызаться на врага, я никак не могла подвести его. Сказать, что у меня лапки и вообще я девочка, мое дело быть красивой и все. Нет, он старался для меня, а я для него, если бы не он, я не знаю, что бы со мной было, так бы, наверное, и сидела бы в том коровнике и щелкала семечки из подсолнухов.

А дальше произошло чудо, иначе и не сказать. Я никогда не верила в чудеса, но в этот момент поверила. Мы наткнулись на каких-то незнакомых людей, которые буквально спасли наши жизни, затупились за нас, при этом даже не спросив наших имен. Новое время свело меня с новыми людьми, и при этом они были весьма и весьма необычными.

Иван Михайлович с виду был серьезным и грозным мужчиной. Говорил мало и только по существу, также очень внимательно слушал остальных, порой задавал наводящие вопросы. Взгляд у него был острый, тяжелый и цепкий, а сами глаза умные, мудрые. Глядя в них можно было сразу понять, что этот человек многое повидал и испытал в жизни, как хорошего, так и плохого. Но в целом он создавал о себе хорошее впечатление и совсем не был похож на бандита, скорее на интеллигентного, начитанного дяденьку, но это только ширма. Я видела, как он хладнокровно добивал тех бандитов, он делал это с такой безмятежностью, словно для Ивана Михайловича это обыденность, как заварить чашку чая или выкурить сигарету.

Подле него все время крутился Максим, совсем еще молоденький подросток, который внимал каждому слову Ивана и старался быть похожим на него. Сразу видно, что он видит в нем авторитет, и этот авторитет непоколебим. Сам по себе парнишка весьма смышленый, умный и с очень крепкой психикой. Максим не похож на современных зумеров, что шатаются по улицам с портативными колонками, кричат всякий бред и курят электронные сигареты. По парню видно, что он спортивно сложен, да и оружие в руках держит более чем уверенно. Он так же, как и я, совсем недавно потерял родителей и держится молодцом, не раскисает, даже наоборот, постоянно что-то делает и пытается быть полезным.

Галина Степановна, это вообще отдельная тема для разговора. С виду невысокая, слегка полноватая женщина с длинными волосами пепельного цвета. Но выражение «огонь-баба» прямо про нее. Сильная, крепкая, невозмутимая, прошедшая огонь, воду и медные трубы женщина. Я до сих пор под впечатлением от того, как она выстрелила из гранатомета по нашим преследователям. Я бы точно так не смогла. А еще то, как она постоянно погоняет Ивана Михайловича, мне кажется, этот суровый человек ее даже побаивается, невзирая на свое криминальное прошлое.

Один Сережа пока пребывает в своем веселом детском мирке, маленький мальчуган с курчавыми волосами, все воспринимает не больше чем игру. И я бы хотела, чтобы все оставалось так как можно дольше, но, боюсь, ему придется совсем рано повзрослеть, сталкиваясь с трудностями, которые нам предстоят в дальнейшем.

Глядя на всех этих людей, и мне хочется стать как можно сильнее и полезнее, ведь если от меня не будет пользы, стану обузой, а я такого не хочу. Пока я учусь, буду стоять за плечом Гены, но не прятаться, нет, я буду подавать ему патроны.

* * *

После плотного обеда Гена встал из-за стола и, зажав сигарету в зубах, вышел из склада на улицу, а я как раз сняла с газовой горелки солдатский котелок с закипевшей водой. Быстренько налив кружку горячего чая, я аккуратно обмотав тряпочкой ручку эмалированной кружки, взяла ее в руку и вышла следом.

Гена сидел на деревянной скамейке около урны, смолил сигарету, задумчивым взглядом разглядывая черный внедорожник Ивана Михайловича.

– Гена! Я тебе чай сделала. – радостно заявила я и поставила кружку на лавочку рядом с ним.

– О, чай это хорошо. – улыбнувшись сказал он, аккуратно взяв кружку и громко отхлебнул горячего чая. – Эхх, хорошо. – с облегчением сказал он и, сделав глубокую затяжку, перевел на меня свой взгляд. – Кстати, забыл тебе сказать, спасибо тебе большое.

– За что? За чай ты уже спасибо сказал. – удивилась я такой благодарности.

– Нет, я не про это. Я про случай с этими отморозками, когда конфликт только начался. Они хотели одного из нас. Ты сидела в заведенной машине и ждала меня, хотя могла бы легко уехать. – пояснил мне Гена.

– Что ты такое говоришь! – возмутилась я до глубины души. – У меня даже мысли такой не было! Как я могла тебя бросить? Аж слов нет! Бесишь! – недовольно фыркнула я и, сложив руки на груди, присела на скамейку.

– Извини, если обидел, довелось мне тут познакомиться с одной барышней, про которую я сегодня упоминал, так вот она бы меня не то что бы бросила, еще бы и в ногу пальнула, чтобы я не сбежал. – смутившись пояснил Гена.

– Не равняй всех под одну гребенку, девушки это не любят! – пояснила я Гене, а тот как-то так по-доброму хотел похлопать меня по плечу, и едва он меня коснулся, как я взвизгнула и как ошпаренная вскочила на ноги.

– Что с тобой? Я тебя напугал? – недоумевая спросил у меня здоровяк.

– Что ты, нет конечно. – поморщившись ответила я и скинула с себя толстовку, в которой была все это время. – Ты когда стрелял, гильзы летели, и некоторые мне за шиворот попадали.

– Черт возьми! Алина! Итить колотить, у тебя вся спина в ожогах! А ну пошли к Галине Степановне, может у нее есть что полезного.

Воронежская область. Геннадий.

– Вот дуреха! Чего же ты молчала?! Ожоги тебе не шутка! – ворчал я, глядя на то, как Галина Степановна натирает спину девушке какой-то мазью.

– Ну знаешь ли, кто-то вообще-то кровью истекал! И мои ожоги на этом фоне не такая уж и проблема! – вредным голосом ответила мне девушка.

– Так, Гена! Не стой над душой! Иди делом займись! И Ивана с собой забирай, пусть помогает! А Максимка пусть на вышку караульную встанет, а то мало ли кто еще заявится. Работы непочатый край, а ты тут причитаешь стоишь! – строгим командирским тоном озадачила всех Галина Степановна.

– Я на вышку встану, а ты, Макс, Гене помоги и учись у него, что да как. Гена, расскажи парню, как со сваркой, генераторами и техникой работать. Пусть парнишка учится, смену нужно готовить заранее. – согласившись со Степановной, сказал Иван.

– Не вопрос. – согласился я. – Погнали, Макс, у меня рука сейчас плохо работает, так что почти все на тебе.

– Не переживай, дядь Гена, помогу, ты только командуй. – соскочив со своего стула, сказал парнишка и отправился к выходу.

Обойдя боксы, мы увидели парочку новеньких КАМАЗов, что стояли и блестели на солнышке.

– А ими тяжело управлять? – обратился ко мне Макс.

– Да не шибко, смотря с чем сравнивать.

– Ну, по сравнению с Паджериком нашим.

– Ясное дело, что Паджериком проще, тут тебе и автоматическая коробка, и куча вспомогательной электроники. В КАМАЗе все проще, зато надежно, и он явно по проходимости выиграет, клиренс вон какой, плюс три моста. – пояснил я парнишке.

В машинах я неплохо разбирался, все же жизнь в деревне чему только не научит, плюс в армейке доводилось помогать дедушкам из автомобильного взвода. Не сказать, что я прямо-таки мастер, но с КАМАЗами знаком и даже некоторые поломки смогу самостоятельно решить, хотя машины новые, таковых тут быть не должно.

Осмотрев обе машины на наличие течей и количество технических жидкостей, мы завели их по очереди, а затем Макс под моим чутким руководством нарезал пару кругов сначала на одной машине, а затем и на второй. Машины заводились, как говорится, «с пол-оборота» и вели себя просто прекрасно, а значит наступило время доработок.

Обойдя площадку, на которой была разложена масса строительных материалов, а в частности осмотрев металлические листы, трубы и швеллеры, у меня возникло много идей. С инструментом тут тоже был полный порядок. Бригада, что тут работала, была весьма профессиональной, и весь ее инструмент был дорогим и очень хорошим. Проблема была только в руке, Степановна сказала, что сегодня ее лучше не беспокоить. Так что до утра я, можно сказать, инвалид, ну ничего, тут все равно работы не на один день, так что пока вместе с Максом займемся подготовкой и для начала набросаем чертеж для отвалов, чтобы зомби не набивались нам под колеса, плюс нужно продумать, как усилить броню на машине, точнее, куда ее приваривать, чтобы она не отвалилась на первой же кочке.

Вооружившись рулеткой и уровнем, мы с Максом облазили КАМАЗы сверху донизу, замеряя все, что только можно, и записывая данные в блокнот. Уже отталкиваясь от них, я накидал чертежи, по которым мы начнем работу, но для начала я решил согласовать все с Иваном, мало ли, вдруг у него найдутся какие-то идеи и дополнения.

– Ну, Кулибин, рассказывай, чего ты там навыдумывал. – спустившись с вышки, сказал Михалыч, заглянув в мои чертежи, но по его глазам было видно, что он ничего не понял.

– Начнем с отвала, я так прикинул, и лучшим вариантом будет сделать их в форме клина. Я уже нечто подобное делал на заказ лесникам, правда, для квадроциклов, но разница небольшая, тут просто побольше. По ширине клин будет на пять сантиметров шире машины, крепления на раме имеются, а подниматься и опускаться он будет прямо из кабины с помощью штатной лебедки. Зомби ему будут нипочем, брошенная техника тоже, а зимой он спокойно будет пробивать себе путь по снегу. Но только бить им сильно не нужно, может вырвать крепления с рамы или повредить ее. – объяснил я Ивану, водя карандашом по чертежу.

– Умно, ловко придумал. – одобрительно кивнул Михалыч. – Что насчет остального?

– Дальше отчасти проще, на кабину вырежем металл по размерам и будем навариваться прямо сверху. Окна на дверях тоже заварю, небольшие глазки оставим, чтобы можно было смотреть в зеркала. А на лобовое заготовлю толстые пластины, они будут как ставни открываться и закрываться. Если что, опустил их и поехал дальше, сталь потолще возьму, автомат, пулемет точно не пробьет, но более крупный калибр уже не выдержат, но тут я уже бессилен. Все баки тоже закрою сталью, радиатор и движок, под днищем защиту усилим. КУНГи же в несколько слоев тоже зашьем полностью, пару глазков оставим и все. Также наделаю разных креплений на крыше и бортах, чтобы можно было цеплять дополнительный груз. Выглядеть все это будет не шибко симпатично, зато выживаемость техники повысим в разы. – ответил я.

– А есть люки, ведущие из КУНГа на крышу? – уточнил у меня Михалыч.

– Нет.

– А сможешь сделать?

– Без проблем. – кивнул я.

– Отлично, что если нам сделать дополнительный люк и поставить на крепления для пулемета. Считай, на одной машине две огневые точки. – гордо озвучил он свою идею.

– Хм, умно. – согласился с ним я. – Сделаем, не проблема, но это не быстро. – сразу предупредил я.

– Сколько времени понадобится?

– Если рука завтра сильно беспокоить не будет, то дня два-три минимум, день на отвалы, день на кабины и день на КУНГи.

– Добро, надеюсь, обойдемся без происшествий, ты главное делай все без суеты, сам понимаешь, от качества будут зависеть наши жизни.

– Сама собой. – согласился я с ним и пошел на склад, так как меня позвала вышедшая на улицу Степановна.

Как только я зашел в здание склада, мне в нос сразу ударил приятный запах оружейного масла, а пройдя мимо стеллажей, я увидел занятную картину. Алина, одетая в камуфляжные штаны и футболку, а также обутая в армейские берцы, стояла у стола, за которым мы обедали. Лицо девушки было испачкано в саже, на лбу была испарина, а руки были черными по самые локти. На столе лежали АКМС, ПМ и СВД, по ним было видно, что они совсем новенькие и только-только начищенные. За столом сидела недовольная Степановна с советским секундомером в руке.

– Ничего-ничего, девочка, тяжело в учении – легко в бою. – по-доброму улыбнувшись, сказала она. – Давай-ка еще разочек! К неполной разборке-сборке автомата приступить! – скомандовала она и активировала секундомер, а Алина, схватив автомат, начала резво его разбирать.

– Да у вас тут прям курс молодого бойца! – умилившись, сказал я.

– Гена, хватит бегать, тебе с твоей рукой отдохнуть нужно. Вот, возьми опись всего, что лежит на складе, посмотри, подумай, чего и сколько с собой взять. Ты уже бился с этими тварями, тебе явно должно быть виднее.

– Понял. – согласился я и, взяв потертый журнал в кожаной обложке, отправился с ним на улицу, в курилку.

Склады, на которых мы сейчас находились, были весьма большими, и добра в них было не счесть, но, к сожалению, в целом тут хранилось одно старье. Я было понадеялся, что тут будут АК-12, мне было очень интересно пощупать их своими руками, ВАЛ, может, еще что интересненькое. Но увы, по сути тут был стандартный набор, старое доброе семейство Калашниковых, АК, ПК, СВД. Плюс тут были АГСы и крупнокалиберные Утесы, ну и РПГ, куда же без них. Еще имелись различные мины, минометы и разная мелочевка, которая нам была не очень-то и нужна. На мой взгляд, главное – это автоматы и пулеметы, основное, чем мы будем пользоваться, так что этим и запасемся. И главное – побольше патронов, вот чего-чего, а их много не бывает.