Читать книгу Работа над ошибками - Константин Томилов - Страница 2

Практически всегда, ропот, человеческое недовольство текущим моментом жизни, влечёт за собой значительное ухудшение либо внешних, либо внутренних обстоятельств. И то, и иное является скорбями, которые посылаются, человеку для его исправления, Милосердным Богом.

Она: Ты мне всю жизнь испортил(плачет), и зачем я только…

Он: Что, так таки и всю жизнь? Ничего хорошего в нашей жизни совсем не было?

Она: Да!(истерично), ничего хорошего, совсем ничего!

Он: Ну да, ну да(глубокомысленно), я тебе жизнь испортил, а ты мне. А если бы мы не…, то тогда мы кому-нибудь другим жизнь испортили…

Она: Все мужики "козлы"…, лучше одной…

Он: Что лучше одной?(иронично), лучше одной – самой себе жизнь портить?

Она: Придурок!

Он: Успокойся, пожалуйста, ну что ты истеришь? На "ровном месте", ни с того, ни с сего. Всё же хорошо у нас, всё нормально. А помнишь, как всё начиналось? Какая ты тогда счастливая была. Ведь сама мне об этом говорила, что ты самая счастливая женщина на земле…

Она: Опять ты за своё! Опять всякую ерунду вспоминаешь. Да, я тогда совсем дура была!

Он: А сейчас не совсем? Сейчас поумнела? Ну, вот видишь!(убеждённо), значит не совсем я тебе всю жизнь испортил, раз ты со мной "стала умнее"…

Она: Издеваешься, скотина?!(всхлипывая), скотина такая…, всю жизнь насмехаешься надо мной…

Он: Да в чём дело то?! Что ты так из-за какого-то пустяка "мировую трагедию" делаешь? Раздула из "мухи слона"…

Она: Вот именно, у тебя всегда вот так, сделаешь мне больно и хоть бы хны…

Он: Да почему всегда то?(злобно), сама себе чего то выдумает и сама же, и обидится, на то что выдумала…

Она: Сама?!(торжествующе), вот никогда и ничего ты не помнишь! А помнишь тогда, в восемьдесят шестом, в апреле, тридцатого числа, в полчетвёртого вечера, ещё ворона так каркала и самолёт пролетел, и ты мне нахамил! Не помнишь? Ну, конечно же!

Он: Обалдеть…, с ума сойти. И что я тебе тогда сказал?

Она: Не помнишь? Ну, конечно же, ты же у нас такой "умный", а я "записная дура", которая на всякие "пустяки" обижается. А мне эти твои хамские "пустячки", вот уже где!(чиркает ногтем большого пальца правой руки по горлу), достало меня уже это всё. Ничего не хочу.

Он: В смысле?

Она: В прямом!(прошмыгавшись, вытерев нос и глаза, холодно, уверенно), сил больше нет, видеть тебя не хочу.

Он: Точно?(обречённо, спокойно), хорошо подумала, не пожалеешь потом об этом?

Она: Хорошо подумала, лучше некуда. Никогда и ни о чём не пожалею. Хватит уже, столько лет с тобой "нищебродом" промучалась, может хоть сейчас, чуть-чуть, "по-людски" поживу.

Он: А как же наши девчонки?

Она: А что с ними не так?(взвившись), все трое, уже "кобылы" взрослые! И матери, чем дальше, тем наглее хамят! Все в папашку своего придурошного!

Он: Ну ладно, ладно(примирительно), раз так, то пусть будет по твоему. Действительно, зачем тебе мучаться?