Читать книгу Финансовый потолок: где заканчивается терпение - Лилия Роуз - Страница 5

Стыд за желание редко осознаётся напрямую, потому что он не кричит и не требует внимания, а действует тихо и незаметно, проникая в повседневные решения и формируя внутренние ограничения, которые кажутся естественными. Человек может искренне считать себя рациональным и трезвым, убеждать себя, что ему «достаточно» и что стремиться к большему – это излишества или капризы. Но если прислушаться к внутренним ощущениям, становится заметно, что за этим спокойствием скрывается напряжение и сжатие, словно любое искреннее «хочу» автоматически вызывает волну неловкости, вины или внутреннего запрета. Деньги в таком состоянии перестают быть ресурсом для реализации желаний и превращаются в зону повышенного стыда, где любое расширение воспринимается как что-то неправильное. Этот стыд часто формируется ещё в детстве, когда желания либо высмеивались, либо игнорировались, либо связывались с условием быть удобным и послушным. Ребёнок быстро учится считывать, какие желания допустимы, а какие лучше спрятать, чтобы не потерять любовь и принятие. Во взрослом возрасте этот механизм продолжает работать автоматически. Женщина может сидеть в кафе и ловить себя на мысли, что ей хочется заказать что-то более дорогое или красивое, но рука тянется к самому простому варианту, сопровождаемая внутренним комментарием: зачем, это лишнее, не стоит. Этот выбор кажется мелочью, но именно из таких мелочей складывается привычка уменьшать себя и свои потребности. В финансовых вопросах стыд за желание проявляется особенно отчётливо. Человек может мечтать о более высоком доходе, но при попытке вслух произнести желаемую сумму внутри поднимается смех, неловкость или обесценивание. Кажется, что хотеть больше – это признак жадности или неблагодарности, а потому безопаснее заранее отказаться, чем столкнуться с осуждением, пусть даже внутренним. Одна женщина рассказывала, что каждый раз, когда думала о повышении цен на свои услуги, у неё буквально перехватывало дыхание, а в голове звучал голос, повторяющий, что она и так зарабатывает неплохо, и не стоит «наглеть». В итоге цены оставались прежними, усталость росла, а деньги переставали приносить удовлетворение. Стыд за желание тесно связан с телесными зажимами. Когда человек подавляет импульс хотеть, тело реагирует сжатием, как будто нужно удержать что-то опасное внутри. Со временем это состояние становится привычным, и человек перестаёт замечать, насколько ограничено его дыхание и движение. Сексуальная энергия, как способность чувствовать удовольствие и живость, в таком теле практически не циркулирует. Вместо неё появляется напряжённая собранность и контроль, которые помогают справляться с обязанностями, но не дают ощущения изобилия. Деньги, проходя через эту систему, либо задерживаются на минимальном уровне, либо вызывают дополнительную тревогу, потому что их наличие усиливает конфликт между желанием и запретом. Иногда стыд за желание маскируется под высокие ценности и моральные убеждения. Человек может искренне считать, что деньги не важны, что главное – духовность или помощь другим, и при этом испытывать скрытую зависть и раздражение, сталкиваясь с чужим успехом. Эти чувства редко признаются, но именно они указывают на вытесненное желание, которому не разрешили быть. Пока это желание остаётся под запретом, деньги будут ассоциироваться с внутренним конфликтом, а не с радостью и свободой. Стыд за желание саботирует рост именно потому, что он незаметен и кажется логичным. Он заставляет выбирать меньше, чем возможно, отказываться от возможностей и не замечать собственные потребности. Деньги в такой динамике перестают быть нейтральным инструментом и становятся зеркалом внутреннего запрета, отражающим ту часть человека, которой так и не разрешили хотеть открыто и без оправданий.