Читать книгу Моя главная соперница - Лилия Викторовна Тимофеева - Страница 1

Оглавление

Глава 1

9 сентября – «Мой последний счастливый день». Запах огромного букета алых роз мешал заснуть. Или мешали мысли, чувства, эмоции, переполняющие меня?! Уже семь лет из моих пятнадцати я рядом с Сашкой, но никак не могу привыкнуть к его поступкам. Полные любви смс-ки, охапки обожаемых мною роз, его крепкое надежное плечо… Семь лет абсолютного счастья.

Я считаю, что судьба мне сделала настоящий подарок, когда семь лет назад в наш 2 «Г» вошел симпатичный новенький и сказал, ткнув в мою сторону пальцем:

– А можно я сяду рядом с ней?

Все эти годы мы расставались разве что на ночь. Слова «жених и невеста» уже давно воспринимаем, не как насмешки, а как наше дальнейшее будущее. Также воспринимают нас и все окружающие: одноклассники, друзья и родители.

Вчера, погруженная в свои мысли о любимом, я не заметила, как заснула, а потом мне приснился сон. Не то, чтобы страшный, но очень неприятный. Как будто на плече у моего Сашки сидела огромная белая крыса. Сашка ее поглаживал, щекотал за ушками, улыбался ей. А я… я боялась эту крысу, чувствовала от нее какую-то угрозу. И еще мне показалось, что она мне улыбнулась зловещей улыбкой, ощерилась своим крысиным оскалом. Б-р-р-р! Короче, проснулась я вся в поту и прескверном настроении.

Вчерашний сон оказался в руку! Сегодня на физике дверь распахнулась, и в класс вошла завуч. За ней шествовала новенькая. Великолепные каштановые волосы, шелковистые и удивительно блестящие, спускались ниже талии и… Впрочем, на этом внешние достоинства новенькой заканчивались. Рост средний, фигура – так себе, но главное – ее лицо. Маленькие глазки, узкий рот и огромный нос. Боже, как же она походила на отвратительную крысу из моего сна! Я сразу почувствовала к новенькой страшный негатив, ненависть и отвращение. И как выяснилось, не зря!

Маргарита Степановна представила ее:

– Ребята, это Кристина Савельева! Она будет учиться с вами! Кстати, это дочь моей лучшей подруги! Прошу любить и жаловать.

«Надо же, – думала я, глядя на новенькую. – У нее не только внешность, но и имя-то крысячье! Криська-крыска какая-то…» Завуч вышла, а учительница физики и наша классная задумчиво произнесла:

– И куда же тебя посадить, Кристиночка? Место только за последней партой, с Верой Синициной…

– А можно, я сяду вот сюда? – она указала рукой на …. мое место. – У меня зрение неважное, в той школе я именно здесь сидела…

Ну и что я могла сделать?! Конечно, бой был неравным, и после моих неудачных попыток отвоевать законное место, я, конечно, проиграла дочери подруги завуча и была выслана на последнюю парту. В душе я была уверена, что Сашка тут же последует за мной в «ссылку». Соберет весь школьный скарб и пересядет вместе со мной, попросив Синицину отправиться на наше прежнее место. Но нет! Он стался!!!! И до конца уроков был вежлив и приветлив с новенькой Кристиной Савельевой. Похоже, никакой злобы за ее поступок он, в отличие от меня, не испытывал.

11 сентября – «Распухший нос и море слез»

Утром проснулась с температурой 38,5. Вчера впервые за долгих семь лет я отправилась домой без Сашки. Выбежала из школы прямо под сильный ливень. Но я не замечала ледяные, острые, словно стрелы, дождевые капли… Я просто шла и думала, думала, думала…

И вот сейчас лежу с красными глазами и мокрым носом под теплым одеялом и пишу дневник. Жду, когда закончатся уроки. Жду своего Сашку. Раньше, когда я заболевала, он прибегал сразу после уроков, поил меня горячим чаем, заставлял есть отвратительный аспирин и чмокал в распухший сопливый нос!

Сашка примчался сразу после уроков. Напоил меня чаем, заставил слопать аспирин. Правда был совсем недолго и целовать в нос в этот раз не стал. Мне почему-то стало обидно.

12 сентября – «Удар от «Нападающего». Сегодня мне получше, уже смогла сесть за комп и начать проходить новый квест. Играла до самого прихода Сашки. Он появился только под вечер. Причем, не в любимых джинсах и свитере, а в стильном черном костюме! Сказал, что ненадолго, так как у них в футбольном клубе встреча… Произнося все это, в глаза мне не смотрел. А у меня бешено колотилось сердце. В нос не целует! На встречу в футбольный клуб чуть ли не смокинге?!! Тут что-то не чисто!

– Саш, – протянула я. – Спустись вниз, к ящику, посмотри, может, свежую почту принесли…

Любимый недовольно вздохнул (лифт, как обычно не работал, а живу я на 9-ом!), но все же потопал вниз.

Этих нескольких минут мне хватило, чтобы вытащить из куртки его мобильник. Боже, как низко! Раньше мне не требовалось даже разрешения, чтобы взять какую-то Сашкину вещь, все было на двоих…. В общем, вытащила мобилу и просмотрела звонки. Чаще всех он созванивался с «Нападающим». Кто это, интересно? По-моему, раньше такой записи у него не было…. Залезла в смс-ки. Ба-а-а-а!!! Да их штук десять от того же «Нападающего». Открыла одну и ахнула: «Сашунька, милый, прибегай побыстрее. Очень скучаю. Скорей бы наше романтическое свидание! Чмок. Чмок» И оформлена смс-ка сердечками! Я внимательно посмотрела на номер «Нападающего». Он циферка в циферку совпадал с номером… новенькой Кристины Савельевой! Я слышала, как она его в день своего прихода нашей классной продиктовала!

Сердечко у меня билось так, что казалось еще чуть-чуть – и оно выскочит из груди. А может, оно уже треснуло, разбилось от тоски, и эту мучительную боль в груди мне доставляют сердечные осколки? Как Сашка мог так поступить?!! Ведь мы говорили друг другу не раз: если кто-то из нас полюбит другого или другую, будем честны и откровенны… А мой любимый… Короче, Сашка попросту офигел, если он так поступает!

В голове тут же сами по себе возникли стихи:

«Если парень офигел, срочно дай ему пурген!»

Собственный шедевр мне понравился, к тому же натолкнул на определенные мысли. Что ж, если любимый ведет двойную жизнь, пакостит, лицемерит, я имею право на тоже самое. Я просто встану на тропу войны, причем тайную тропу, и устрою любимому и его «нападающему» за предательство такое…

Мобильник я вернула в карман вовремя, буквально за полминуты до того, как вернулся Сашка. Сказал, что почты нет, и хотел было откланяться.

– Саш…. – заныла я. – Ну, куда ты так спешишь? Ведь встреча в футбольном клубе (ха-ха-ха!) только в шесть. У тебя почти час. Давай чаю попьем, мама твою любимую «Черепаху» испекла.

Не знаю, что подействовало на Сашку: мои мольбы или желание слопать кусочек любимого торта, но он остался.

– Ты иди пока за комп, помоги мне с игрой, а я чай наведу.

Отправив Сашку за компьютер, я рванула на кухню, нарезала тортик, налила чай. Достала из шкафа аптечку и вытащила быстродействующее слабительное, без вкуса и запаха. Мама специально такое покупала моему младшему брату Кирюшке. Так, время наступления эффекта через полтора-два часа. Как раз в разгар романтической встречи с «нападающим». «Удачи тебе, любимый», – зловеще прошептала я и бухнула в Сашкин чай двойную порцию! Чувство, что я испытала в этот момент (а это было сладкое чувство мести) мне понравилось, и я выплюнула жвачку на белую табуретку от нашей импортной кухонной мебели. Чуть растерла жевательную резинку рукой и крикнула любимому:

– Саша! Иди, чай готов!

А через пятнадцать минут я провожала любимого. Первый раз провожала не с любовью в сердце, а с болью. Еще я взглянула на него в окно. Сашка шел и посматривал на себя в зеркальную витрину супермаркета. Судя по всему, он был доволен своим видом в стильном костюме. Огромного жвачного пятна, отчетливо белеющего на черных штанах, он, конечно же, не видел.

13 сентября – «Больной живот в «Двух счастливых сердцах». На следующий день забежала Танька. Моя подруга и одноклассница. Стараясь не смотреть на меня, выпалила:

– Сашка-то к тебе приходил? Он, знаешь, пока тебя нет, с этой новенькой Савельевой все тусуется. Даже после уроков вместе уходят…

Острая боль снова пронзила мое сердце.

– А еще, – продолжала Танька, – я слышала, как они на перемене разговаривали. – Получается, что они вчера вечером в кафешке «Два сердца» оттягивались. И Сашка жаловался, что никогда туда больше не пойдет. Готовят там плохо, у него живот прямо за столом схватило… Короче, опозорился он на всю кафешку!

Радость наполнила мое сердце, и я расхохоталась. Я смеялась долго и никак не могла остановиться.

– Даш, ты чего? – заволновалась Танька. – Да ладно ты, не переживай!… Вон еще парней сколько.

А когда я перестала хохотать и рассказала подружке о своей маленькой мести, хохотать начла она. Короче, весь вечер мы с Танюхой смеялись как сумасшедшие и придумывали новые планы отмщения…

Но когда подруга ушла, мне стало снова очень больно грустно. Я ведь не хотела Саше мстить. Я хотела его по-прежнему любить и быть рядом с ним. Может, стоит просто поговорить?

Я набрала номер любимого, но разговора не получилось. На мой вопрос «Саш, ходят слухи, что ты от новенькой оторваться не можешь…» Сашка просто ответил: «Ну, надо же помочь девчонке в новой школе адаптироваться». Про кафе, бесконечные звонки и смс-ки любимый промолчал.

14 сентября – «Больничные тайны, шпионские страсти»

Я снова не пошла в школу, хотя и выздоровела. Попрошу маму написать записку на 4 дня. Она напишет. И претензий ко мне, лучшей ученице класса, конечно же, ни у кого не будет. Но если я прогуляла начало занятий, то к концу все же отправилась к школе. Именно к школе, а не в школу. И встала в нескольких метрах, наблюдая за входом в родное учебное заведение.

Сашка появился на крыльце не один. За одну его руку цеплялась новенькая Криська, а в другой он нес две школьных сумки – ее и свою.

Я думала, что не выдержу этого. Выскочу и порву Криську-крыску. Но я подавила эмоции. Чего я этим добьюсь? Ну, скажет мне Саша: «Прости, Даша, я теперь с Кристиной…» Нет, такого исхода я не желала. Но и что мне делать, я не знала, и просто двинулась следом за бывшим (или не бывшим? Он же не сказал, что мы расстались!) парнем и его новой подружкой.

Я следовала за ними, прячась за пожелтевшей, но все еще довольно густой листвой деревьев и кустов. Парочка подошла к дому номер 9 на улице Советской.

– Вот, здесь я и живу, во второй квартире, – проворковала крыска-Криська. – Если хочешь, можем зайти… Да и дома у меня никого…

Конечно, я надеялась, что Сашка откажется, но… через секунду парочка скрылась в подъезде, оставив меня, обманутую и покинутую, убиваться горем. Впрочем, долго предаваться страданиям я не могла. Нужно было топать в детскую поликлинику, записать Кирюшку к ортопеду. Я вытерла набежавшую слезу и отправилась в обитель здоровья.

Когда подошла к регистратуре, тучная девица лет двадцати пяти с бейджиком «Варвара Трофимкина» рявкнула:

– Чего на…?!

– Мне бы братика записа…

– Жди! – ответила толстуха и вышла из-за своей регистрационной стойки. Куда, зачем и насколько она отправилась, добрая девушка сообщить не удосужилась. Но, судя по тому, что в руках у нее была упаковка быстрорастворимой лапши и пачка печенья, было видно, отправилась она не по служебным делам.

Мне не оставалось ничего, как ждать. Я ждала и думала: ну почему нет поликлиник для покинутых влюбленных? Почему нет хирургов любви, склеивающих сердца и анестезиологов, способных заставить забыть того, кого ты любишь?…

Пока я предавалась размышлениям, прошло 20 минут. Я не выдержала и двинулась по пустой поликлинике искать регистраторшу. Нашла я ее, заглянув в замочную скважину одного из кабинетов. Толстушка уплетала свою лапшу и громко говорила:

– Хоть поесть спокойно. В это время народу никогда нет! Одна девчонка топчется, ну да ничего подождет… Че ей делать? Ни мужа, ни детей….

В принципе девица была права. Пока спешить мне было некуда. Раньше было. Раньше, когда был Саша, я всегда спешила встретиться с ним. А теперь… Я снова всхлипнула и покорно пошла к стойке. Чтобы хоть как-то отвлечься, стала рассматривать плакаты на стене. «Доставка пиццы». «Срочный вызов психиатрической помощи». Полиция. Скорая, такси (аж 25 номеров!)

План возник в голове внезапно. Я сняла трубку со стоящего на стойке телефона и набрала первый номер:

– Алле! Мне, пожалуйста, 50 пицц в течение получаса! Нет, не ошиблась, именно 50. Какое ваше дело, сколько я заказываю! Ко мне жених пришел, он кушать хочет! Везите, и побыстрее! Улица Советская, дом 9, квартира 2. Савельева Кристина. Спасибо жду.

Улыбнувшись, я обмотала трубку носовым платком и снова нажала на кнопочки:

– Алле! Вас беспокоят с детской седьмой поликлиники! Говорит дежурный регистратор Варвара Трофимкина. Номер у вас наш высветился? Отлично… Так вот, выезжайте на Советскую, 9 кв. 2. Там девочка-подросток, Кристина Савельева, ведет себя неадекватно. Только что заказала полсотни пицц и вызвала такси из 25 фирм. Разберитесь! Как бы чего девчонка не натворила.

Голос получился взрослый, мне поверили. Теперь такси. Положив трубку, я быстро (даже очень быстро!) вышла из поликлиники. Запишу Кирьку завтра, когда будет другая регистраторша. А сейчас я ведь закон, можно сказать, преступила, несколько ложных вызовов сделала. Впрочем, чего бояться? Я ведь даже фамилию не назвала! Пусть подлая Криська и вредная Варвара Трофимова отдуваются! И с легким сердцем я поспешила на Советскую. Спряталась в ближайший кустах напротив Криськиного подъезда. Все складывалось более, чем удачно. Подъездная дверь открыта, квартира номер два как раз выходит на открытую подъездную дверь, так что когда подъехала «газелька» с пиццами, я видела все довольно отчетливо. А вот слышала, к сожалению, не очень! Криська размахивала руками и что-то вопила. Но парни в спецформе с надписью «Пицца на любой вкус» ничего не желали слышать и упорно выгружали под ее дверь коробки с пиццей. Внезапно во двор въехала «скорая». Как я догадывалась, вызванная мной психиатрическая…. Оттуда выскочили два огромных накаченных парня (наверняка санитары для буйных) и тщедушный дядюшка о очочках. Он с интересом взглянул на пиццу, кивнул головой и направился в квартиру Криськи. А тем временем к дому номер 9 все подъезжали и подъезжали такси.

Глава 2

15 сентября – «Преступление и наказание». Уф! Пишу свои записки, а слезы буквально заливают листы. Только что от меня ушел полицейский. Инспектор детской комнаты полиции. Вычислили меня легко! Родители заплатили штраф за телефонное хулиганство, сказали (вернее орали!), что никакого обещанного в подарок к Новому году Мр3 плеера мне не видать! Они никак не ожидали, что их пятнадцатилетняя дочь, взрослая девица, почти невеста, будет развлекаться телефонными розыгрышами. Под конец заявили, что я совершила настоящее преступление, и в качестве наказания заперли под домашний арест. Мотивами моего преступления никто даже не поинтересовался. Впрочем, это и к лучшему. Но самое обидное – это не переживания родаков (жалко их, конечно!), не лишения вожделенного плеера, а то, что Криська-крыска отделалась легким испугом. Отперлась ото всего, сказала, что ее подставили. А поскольку все ложные вызовы были сделаны из детской поликлиники, вызванные менты отправились туда. Там пышнотелая Варвара Трофимкина тоже била себя кулаками в грудь и кричала, что виновата лишь в том, что оставила свой пост на столь продолжительное время. Что никакие такси и машину психиатрической помощи она не вызывала. Что крутилась тут какая-то девчонка… Вот на этом я и попалась. В участке Варваре Трофимкиной просто показали фотки с паспортов всех жительниц района 14-15 лет и попросили взглянуть, нет ли случайно той, что крутилась. Конечно, она меня узнала!

16 сентября – «Разбор полетов. Перемирие». Утром отправилась в школу. Вышла из подъезда и обомлела – во дворе, под песочницей, стоял Сашка.

– Милый, ты случайно адресом не ошибся? – улыбнулась я. – Твоя крыска живет в соседнем дворе….

– Даша, что ты творишь?! – пропустил мой подкол мимо ушей Сашка. – Ну и чего ты своим дурацким поступком добилась? У тебя что, совсем крыша съехала?!

– Это у меня-то?!! Нет, это у тебя с головой не все в порядке. Дружить с девчонкой столько лет, а потом молча, ничего не объясняя, переключиться на другую…. Это нормально?!!

– Я ни на кого не переключался… – сдал позиции любимый.

– Ой, ли? А как же тогда твои походы по кафе с Кристиночкой объяснить?! А смс-ки, что вы друг другу шлете? Ты что, меня больше не любишь?

– Люблю!

– А ее?

– Ну… мы просто общаемся.

И тут зазвонил сотовый. Сашка занервничал, достал телефон, но на нажать на «прием» не решался. Зато это сделала я. Выхватила у него, растерявшегося, из рук аппарат и нажала зеленую кнопочку.

– Алле! – послышался визгливый голос Криськи-крысы. – Сашунь, ты где? Я боюсь без тебя в школу заходить. Вдруг твоя чучундра бывшая опять что учудит… Где ты?

– Здесь он, у чучундры! – рявкнула я в ответ.

Криська ойкнула, и в трубке послышались короткие гудки.

– Значит, так вы ПРОСТО ОБЩАЕТЕСЬ? – взглянув Сашке в глаза, спросила я. – Короче, что ты от меня хочешь?!

– Я хочу, чтобы все было по-прежнему, – тихо ответил Сашка. – Я по тебе скучаю. Давай все забудем.

– Я попробую, – также тихо ответила я.

– Только у меня к тебе просьба, – еще тише вымолвил любимый. – Оставь Кристину в покое.

Сашка подошел ближе и поцеловал меня. На секунду мне показалось, что все, что было, мне просто приснилось. А может, у Сашки просто было временное помутнение? Всякое ведь случается… Но вот слова: «Оставь Кристину в покое…» не давали насладиться поцелуем.

Может, он целует меня не потому, что любит, а чтобы от меня, чучундры со съехавшей крышей, свою Кристиночку обезопасить?

21 сентября – «И снова предательство». Весь школьный день был просто изумителен. Сашка взял свою сумку и, попросив Верку Синицину пересесть за первую парту, к Савельевой, сел ко мне. Криська-крыса сделала вид, что все нормально и что происходящее ее особо не волнует. А я была по-настоящему счастлива. Было ощущение такое… ну как после кошмарного сна. Когда во сне с тобой творится всякая жуть, а просыпаешься и понимаешь, что это был всего лишь сон. Примерно тоже чувствовала и я – невероятное облегчение. Но… кто даст гарантии, что кошмар во сне или наяву не повторится вновь?…

На предпоследнем уроке, после физкультуры, Сашка был очень встревожен. Как выяснилось, у него пропали все деньги, собранные классом учителям на подарок! Все ребята были в шоке. Складываться заново многие просто не могли. А многие не хотели, считая, что тот, кто потерял деньги, обязан их возместить. Так что, когда началась литература, мой любимый был невесел, низко голову повесил. А я свою голову не повесила, а стала ее ломать, размышляя, где достать деньги. Но отвлекла меня от грустных мыслей русичка, которая открыла свою тетрадь с конспектами и удивленно вскинула брови:

– Ребята, – сказал она, – тут странная записка. – «Ищите потерю у Дашки в портфеле…» Что за глупый розыгрыш?!

– Это не розыгрыш, – сказал кто-то из одноклассников.

Я подняла голову и увидела, что весь класс смотрит на меня.

– Чего вылупились?! – воскликнула я. – Вы что, всерьез ТАК думаете? Ну, тогда смотрите.

Я распахнула портфель, перевернула его вверх дном и стала трясти над партой, желая доказать, что он пуст. Но… внезапно из одного отдела на стол выпала скомканная пачка денег.

– Это они! Они! – закричал Славка Сидоров. – Вон мой полтинник, я на нем свой сотовый написал прежде, чем Саньку отдать.

Я не верила в происходящее. Я понимала, что это глупый нелепый розыгрыш, что сейчас ребята рассмеются и скажут, как весело, прикольно они пошутили… Но ребята не смеялись. В их глазах было все, что угодно – только не смех. Непонимание (не верю, что это ты, Дашка!), осуждение (как ты могла?!!), полное понимание (молодец, я бы тоже не против пару тысяч спереть!). И только в одних глазах я видела радость. Да-да, злобные маленькие глазки Криськи-крыски просто светились торжеством (так тебе и надо, Дашка!). Я поняла в этот момент, кто это сделал. Поняла, что это не глупый розыгрыш, а расчетливая подстава. Месть Криськи за пиццы и такси. Или за то, что Сашка снова со мной?! А сам Сашка? Что думает он? Он ведь не поверит?… Но Сашка поверил!!! После стольких лет дружбы он поверил, что я могла взять чужое, что я могла взять что-то у него. Он взглянул на меня очень грустно и тихо сказал:

– Как ты могла, Даша? Отомстить мне хотела за Кристину?…

Он встал и ушел. Ушел за третью парту, которая сегодня была свободна, ее хозяин – Вовка Шишов – болел. Но я поняла: он не просто ушел на соседнее место. На этот раз любимый ушел навсегда. Мне стало так грустно, так больно, что я выскочила из класса и убежала домой. Оплакивать свою горькую долю.

23 сентября – «Вампир и Русалка». Вечером забежала Танюшка. Лучшая подруга буквально ворвалась с огромными пакетами в руках и заявила:

– А я к тебе с ночевкой.

– А ты мне надо? – едва улыбнувшись, ответила я.

– Я не знаю, я тебе надо или не надо. Но ты мне надо – это точно! Во! – показала она рукой на пакеты. – Светка костюмы подшаманить дала. За работку пятьсот целковых отвалит. Класс?

Света, старшая сестра Таньки, преподавала в драмкружке и очень часто давала нам подзаработать – зашить, постирать, прогладить, короче, привести в порядок костюмы для выступления. Обычно я с удовольствием бралась за эту работу, но сегодня…. А впрочем, это даже к лучшему, что Танька пришла. От грустных мыслей отвлечет. И опять же руки будут заняты.

– Ну, показывай, что у тебя? – вздохнула я.

– Во! Вампир и Русалка! – выдохнула Танька и вытащила из пакетов два костюма, при виде которых я даже вздрогнула.

Костюм графа Дракулы был обычный, а вот прикид для роли Русалки меня впечатлил. Это была явно не красавица Русалочка Ганса Христиана Андерсена, пожертвовавшая всем ради любви и ради нее же погибшая. Нет, это была злая Ундина! Отвратительные зеленые волосы-водоросли, такие же накладные брови и ресницы. На тело надевался облегающий костюм. Ноги плотно облегали лосины с рюшками на конце. С одной стороны в них актрисе было очень удобно, она могла ходить, а с другой – также легко, соединив ноги, сделать хвост. А рюши тут же превращались в плавник. Я даже попыталась примерить костюмчик, но мне он оказался мал.

Попив чаю, мы взялись за работу. Вскоре все недостающие пуговицы были пришиты, разошедшиеся шовчики аккуратно заштопаны. Пока были заняты работой, я жаловалась подруге на судьбу. И под конец не выдержала, разревелась.

– Даш, ты успокойся, – сказала Таня. – Я ведь сразу поверила, что ты не брала эти деньги. И когда ты убежала, ребят в этом убедила. Да большинство и так уверено, что тебя подставили. Дашка! Мы ведь тебя знаем столько лет. Как тебе можно не верить?!

– Можно, – горько вздохнула я. – Некоторые вот не поверили…

– Это ты про Сашку? Я вот что думаю… А нужен ли тебе пацан, который от тебя к другой девчонке бегает и обратно. И к тому же тебе не верит?!

– Не знаю… – сказала я. – Просто тяжело мне. Из-за этой парочки родители штраф выплатили, меня под арест посадили, в воровстве обвинили… Не могу я успокоиться. Душа требует чего-то. Отмщения, что ль?

Моя главная соперница

Подняться наверх