Читать книгу Квалификация-Ангел. Кровные Узы - Лисса Рин - Страница 2

Глава 2

Оглавление

– Ну и? – неуверенно начала Лира.

– Ну так, – так же неопределенно ответил Джей и глянул на Велани, но та лишь пожала плечами и отвернулась.

– Бред какой-то.

Крис и вовсе как-то боком стал пятиться назад к автобусу.

– Так мы эти? Ну, ангелы? – предприняла еще одну попытку Лира.

– Вроде того, – уже увереннее ответил Джей, поправляя капюшон байки, – я, как письмо получил, подумал, что кто-то глупо пошутил. Ну и выбросил его, а мой отец случайно нашел. Такой шухер поднял! И за месяц мне столько об этом мире понарассказал – до сих пор кошмары снятся.

– Я свое тоже чуть не выбросила, – поддержала тему Лира, радуясь, что она не сходит с ума в одиночку.

– Если вы такие предусмотрительные, то что вообще здесь делаете? – хмыкнул Крис из дверей автобуса.

– А сам-то! – одновременно воскликнули Лира и Джей.

– Не ваше дело, – отрезал Крис и осекся, глядя за спины ребят. Подростки оглянулись.

К ним приближался невысокий, но довольно проворный пожилой мужчина в серого цвета костюме с пепельным плащом.

– Приветствую, – блеснув живым взглядом, поприветствовал мужчина, – что же вы от коллектива отрываетесь? Сильно устали, поди, – подмигнул он Крису, отчего тот смутился и надулся.

Ребята хмуро переглянулись.

– Вот незадача, – задумчиво произнес мужчина и встрепенулся, – что ж, попробуем еще раз. Добро пожаловать в Ангелию, мои ангелы!

Ребята испуганно охнули и изумленно уставились на мужчину, который, казалось, только этого и ждал. Нет, он не исчез и не стал животным, но теперь за его спиной вместо серого плаща красовались огромные пепельно-серые крылья со слегка трепещущими крайними перьями. Воздухом завладела глухая тишина, прерываемая лишь вздохами подростков, пытавшихся понять, в порядке ли их измученное за утро воображение или перед ними и в самом деле экземпляр неудачной экологии.

– Ну вот, так всегда, – с легким разочарованием сказал мужчина, медленно складывая крылья, – каждый год одно и то же. На вас всех только это и действует.

– Это правда?– только и выдохнула Лира, зачарованно следя за превращением крыльев обратно в плащ. – То есть они настоящие?

Пожилой мужчина кивнул, внимательно изучая девушку.

– И у нас такие же будут? – снова спросила Лира, не отводя взгляда от чудо-плаща. Все затаили дыхание. Крис настороженно следил за каждым движением мужчины, но явно не спешил выходить из автобуса; так и стоял в дверях.

– Не совсем.

Джей разочарованно вздохнул.

– Они у каждого будут разные, – ребята возбужденно переглянулись, – разумеется, если вы успешно освоите базовую программу.

– Шмель мне в ухо, я «за», – оживился Джей. – Когда начинать?

Мужчина добродушно улыбнулся, и Лира почувствовала такую волну искренней любви, исходившую от этого человека, что все тревоги враз рассеялись. Это чувство было словно пережито заново, но в то же время было каким-то новым для девушки, ничего подобного не испытывавшей за то время, пока жила у приемной матери.

– Что ж, ребятки, меня зовут Элрик Феерман, – представился мужчина, – я понимаю, как вам нелегко принять такой поворот событий в вашей жизни, учитывая ваше неведение. А кого-то, возможно, не отпускает прошлое, – тут его взгляд невольно задержался на Крисе, – но прошу не делать поспешных выводов. Дайте себе возможность все, как следует, обдумать и принять взвешенное решение. Поверьте, каждый из вас попал сюда отнюдь не случайно.

Он обвел внимательным взглядом каждого из ребят. Никто не шелохнулся, только Крис позволил себе наконец-то отклеиться от горячо любимого автобуса.

– Ну что ж, – Феерман развернулся к особняку и торжественно произнес, – перед вами Ангелия, где вам предстоит провести пять лет своей жизни. Сегодня в девять вечера состоится торжественная церемония, перед которой вам необходимо хорошенько отдохнуть. Так что следуйте за мной.


Феерман проводил ребят прямо до двери в их гостиную на первом этаже. Подростки еще раз неуверенно переглянулись и вошли внутрь, где уже возбужденно болтали будущие первокурсники.

– М-да, и правда старинный, – протянул Джей, удивленно рассматривая объемные, но уютные кресла в огромной гостиной с камином, – отделка в стиле средневекового ретро? А снаружи как конфетка выглядел.

Некоторые подростки озадаченно рассматривали деревянные резные столы и стулья, некоторые пробовали открыть дубовые рамы. Крис же, например, особо церемониться не стал, без лишних слов плюхнулся в одно из удобнейших кресел и впервые за все утро улыбнулся.

– Пять этажей, значит, – задумчиво сказала Лира, – по этажу на каждый курс, что ли?

– А тебе не все равно? – равнодушно протянул Крис после тщательного и немного небезопасного для строения челюсти зевка. Где-то позади всей толпы, как раз у одного из мягких кресел, воздух завибрировал чьим-то бесцеремонным храпом.

Лира уже открыла было рот, как вдруг позади раздались испуганные возгласы. Обернувшись, девушка ощутила, как похолодели пальцы на руках. Она уже третий раз за сегодняшний день видит этого волка, но сердце каждый раз бьется все так же сильно, будто демон вновь и вновь возвращается по ее душу.

– Все здесь? – волк обвел всех проницательным взглядом. – Хорошо. Можете расходиться. Надеюсь, сами сможете отыскать свои комнаты?

– А чего их искать-то? – пожал плечами Николас. – Меня, например, совсем не тянет в дверь, обитую каким-то сорняком и розовыми цветочками.

– Это Кирея с цветами Ликона, – терпеливо пояснил волк и усмехнулся, – и все же я немного сомневаюсь в ваших… эээ… координационных способностях.

Парень хмуро посмотрел на волка и, резко развернувшись, исчез за дверью, ведущую к комнатам.

– Коли ни у кого более нет желания высказаться, можете идти. На дверях своих комнат вы увидите таблички с вашими именами, – устало объяснил волк.

Лира, стараясь не встречаться взглядом с волком, бочком, словно заправский разведчик, попятилась к спальням, но, увы, далеко убежать ей не удалось.

– Стоун, – рыкнул волк, – задержись ненадолго. Остальные могут быть свободны, – повторил зверь, видя, что любопытные ушки юнцов уже навострились. Наверное, волк обладал некой лидерской харизмой, а может, все дело в его яростно блеснувших глазах, но через минуту в гостиной остались только дикий зверь да испуганная девушка.

– Ну чего стоишь, словно агнец на заклание, – довольно добродушно для волка прозвучал голос зверя, – не собираюсь я тебя есть – не хватало мне потом отмазываться от проклятия. И потом, несварение у меня на первокурсников.

Волк степенно приблизился к камину, который тут же от его взгляда заискрился. Лира тем временем осторожно опустилась в ближайшее кресло и почувствовала, как наваливается усталость.

– Эх, ну что ж вы все хилые такие, – скривился волк, глядя, как глаза девушки слипаются. – Перелет через границу, конечно, отнимает много сил у неоперенных, но не до такой же степени! Ладно, не буду тебя долго мордовать. Меня зовут Фенрир. Я твой дух, – после этих слов волк очень внимательно посмотрел на девушку.

– Мой кто? – вяло уточнила Лира, не выражая, впрочем, никаких эмоций. Стресс и усталость делали свое дело.

Волк вздохнул и даже, казалось, разочарованно поник.

– Позвать меня ты можешь в любое время, для этого достаточно лишь произнести мое имя. По крайней мере, это будет работать до тех пор, пока… пока ты не оперишься. Ну а после, ежели пожелаешь, попробуешь призвать меня либо иного другого духа через ритуал.

Лира меланхолично кивнула, тут же приняв решение, что звать Фенрира будет лишь в крайних случаях. Если будет вообще.

– Обо всех подробностях здешнего обучения ты узнаешь уже вечером на церемонии. Я лишь хотел спросить тебя о… почему ты опоздала сегодня?

– Окно, в смысле, замок двери заело, – сонно объяснила Лира, не испытывая желания вдаваться в подробности.

– Так внезапно? Что, за месяц починить нельзя было?

– Какой месяц, – нахмурилась Лира.

– С момента получения вызова, – нетерпеливо пояснил волк, сверкнув глазами.

– Не было месяца. Я его только вчера получила.

Волк хищно сузил глаза, но комментировать не стал. А Лира чувствовала, как реальность медленно перетекает в сон.

– Можно я уже? – невнятно спросила девушка, пытаясь подавить зевоту, отчего ее губы продемонстрировали хищный оскал.

Но волк, нервно переминаясь с лапы на лапу, явно не закончил. Очевидно, о главном он так и не спросил.

– Еще что-то? – недовольно спросила девушка.

– Ты… помнишь ли ты что-нибудь до того, как… как попала к Стоунам?

– А почему ты спрашиваешь? Ты что-то знаешь? – мгновенно встрепенулась Лира, тут же позабыв о своей глобальной усталости. В памяти всплыли те, полные безнадежного отчаяния, дни, когда она, не обращая внимания на сухое объяснение Элисон «пропали без вести, наверное», каждый вечер заклинала все живое вернуть ей папу и маму. Каждый шорох, каждое восклицание чужих людей Лира ловила с жадностью, болезненным интересом, всем сердцем отдаваясь в лукавые объятия надежды и веры в чудо.

Но чуда не случилось.

Лира тряхнула головой и выжидающе уставилась на волка.

– Нет. Просто поинтересовался, – спокойно ответил дух, невозмутимо глядя в ответ.

– Тогда всего хорошего, – сердито ответила девушка и, больше не говоря ни слова, быстро вышла.

Еще некоторое время посидев у камина, Фенрир покачал головой и исчез, унося с собой искрящиеся пламенные языки огня из камина.

«Да кто он вообще такой, чтобы задавать подобные вопросы?– сердито думала Лира, яростно сжимая кулаки.– Поинтересовался он. Я ведь даже не помню лиц своих… папы с мамой. А ему просто интересно!» – и она изо всех сил саданула кулаком по стене, оцарапав кожу на костяшках.

– Эй, ты чего тут стучишь? – из ближайшей двери выглянула сонная девушка с хвостиками. Лира не ответила.

– Я Саманта, – представилась девушка и подошла к Лире, – а тебе, думаю, к нам. Это ведь твое имя? – и она кивнула на дверь, из которой вышла. На двери мерцающей зеленоватыми искрами краской на дощечке был начертан список, состоящий из трех фамилий и имен девушек, среди которых Лира увидела и свое.

Лира кивнула и, невразумительно представившись, медленно вошла. Она очутилась в уютной и по-домашнему обставленной комнатке с тремя кроватями. В одной из них уже мирно посапывала знакомая брюнетка. Рядом на прикроватных столиках виднелись подносы с легкими закусками. Лира медленно подошла к незанятой кровати у большого зашторенного окна и села, все еще переживая сказанное волком.

– А что он тебе говорил? – спросила Саманта, не в силах справиться со своим любопытством.

Уставшая Лира лишь махнула рукой, без сил рухнула на кровать и тут же уснула.


Солнце, по-летнему яркое и теплое, было не в состоянии пробиться к уже остывающей земле сквозь кроны елей густого хвойного леса. Трава, покрытая изморозью, понуро стелилась по земле, словно была примята чьей-то беспощадно холодной, незримой ладонью. В радиусе трех километров в лесу стояли такая тишина и атмосфера смерти, что морской глубине впору обзавидоваться, а кладбище захлебнулось бы слюной, будь такое возможно. Живые существа обходили стороной мрачный периметр и вели себя как можно тише, подчиняясь глубинному животному инстинкту выживания.

Если затаить дыхание и прислушаться как следует, можно было различить тихий шорох кружащих в последнем предосеннем танце падающих листьев. Совсем недалеко прошелестел крыльями одинокий ворон, напуганный мистической силой, исходившей от зоны отчуждения. Природа готовилась к переходу на осенний расклад, не подозревая, что по этой зоне неестественно тихо, а потому жутко, шел высокий человек в черном плаще. Шел, едва касаясь земли и оставляя после себя примятую мерзлую траву без права на возрождение. Воздух, струящийся за фигурой, был густо пропитан страшной консистенцией, включающей в себя лишь два компонента, редких, но оттого не менее зловещих – жажда мести и стремление убивать. Незнакомец остановился и протяжно, со всхлипом, втянул в себя воздух; за его спиной раскрылись, словно адская палатка, темные крылья летучей мыши. Неожиданно человек издал дикий звериный клич, от которого сразу потемнел мир; он резко развернулся, и в темноте полыхнули затопленные чернотой звериные глаза.


Где-то далеко, за сотни тысяч километров, вскочила с кровати заспанная русоволосая девушка.

– Ох, ну наконец-то ты проснулась, – довольно потирая руки, сказала Саманта. – Блин, тебя лопатой шарахнуть – по-моему, эффекта никакого. Вот что значит здоровый детский сон.

Недовольно бурча и потирая глаза, Лира оглянулась. Уютная спальня была залита густыми медовыми лучами приближающегося к закату солнца. Свет просачивался сквозь желтовато-золотистые шторы, слегка покачивающиеся на ласковом ветру от полураскрытой форточки. Лира удивленно глянула на свои руки, которые отчего-то тряслись, а сердце все еще ходило ходуном. Видно, очень уж сильно на нее подействовало новое место. Неужели все, что произошло сегодня, правда?

– Эй, ау, ты еще со мной? – Саманта поводила руками прямо перед лицом Лиры. – Блин, может, чемоданом попробовать, – пробормотала она, конкретно ни к кому не обращаясь. Лира мгновенно пришла в себя.

– Возьмешь чемодан – там же и окажешься, – отшутилась девушка, тяжело поднимаясь с кровати, на которой она уснула прямо в одежде. – А где Велани? – Лира кивнула на противоположную кровать, где должна была расположиться третья постоялица их уютной комнаты.

– Ушла куда-то, – прогундела Саманта, усиленно пытаясь что-то запихнуть под кровать, – странная она какая-то, мрачная и неразговорчивая.

Лира устало опустилась на подушку, пытаясь вспомнить сон. Почему-то ей казалось, что снилось что-то очень важное, что-то, чего никак нельзя забывать.

– Сегодня же церемония, да? – отвлекла ее мысли любопытная Саманта, которой хотелось поддержать разговор. – Что будешь делать до девяти?

– Не знаю, – неуверенно ответила Лира, отбросив все попытки вспомнить сон, – еще не думала. Может, прогуляюсь.

– Здорово, – ответила после неловкого молчания Саманта, – а мне вот чемоданы распаковать надо, – в ее голосе прозвучала тоска.

– Так много распаковывать? – невольно вырвалось у Лиры.

Саманта отчего-то смутилась и отвернулась. Лира почувствовала неловкость.

– Давай так, – неожиданно для себя предложила Лира, – сначала ты пойдешь со мной прогуляться, а потом я помогу тебе распаковаться. Гарантирую, до церемонии успеем.

Саманта сразу просияла и согласно кивнула. А Лира полезла в чемодан за свежей одеждой, попутно коря себя за разгильдяйство: получив письмо-приглашение, девушка до последнего надеялась на его правдивость, но вместе с тем до последнего в него не верила. А посему вещи, что она собрала в чемодан накануне отбытия, особой аккуратностью и разнообразием не отличались; собран, как для госпитализации, опыт которой у девушки имелся в отличие от опыта длительного проживания в учебном учреждении интернатного типа. Только самое необходимое. Эдакий «тревожный загашник».

Лира вздохнула и захлопнула крышку чемодана.


– Какой же он все-таки красивый и мягкий! – в пятый раз восклицала Саманта, в шестой раз поглаживая ковер у них под ногами. К тому времени, как они вышли в общий холл, девушка успела восхититься всем, начиная от древней картины какого-то очкарика, держащего в руках здоровенный фолиант, и заканчивая вполне заурядной трещиной в одной из оконных рам.

Лира ничего не ответила; девушка, погруженная в размышления о своем предназначении здесь, молча следовала за Самантой, лишь изредка поддакивая и кивая. Последствия такой невнимательности не заставили себя долго ждать: споткнувшись о слегка вздыбленный край ковра, Лира полетела вперед, запоздало понимая, что рефлекторно взметнувшиеся птичкой руки положения уже не спасут. Но не успела девушка как следует зажмуриться, чтобы не видеть своего позорного провала в первый же день, как ее подхватили и довольно плавно поставили на ноги.

– Уф, да ты просто сама осторожность, – раздался над ухом незнакомый голос. Лира резко обернулась и вновь едва не упала, но незнакомый парень в темных очках поддержал ее. – Первокурсники какие-то нервные пошли, ей-богу. Собственных коллег шугаются. А что же будет, когда им дадут задание?

– Никого я не шугаюсь, – проворчала Лира, отступая от парня и потирая шею, которую свело острой, словно от укола булавкой, болью.

– Позвольте представиться, – парень вклинился между девушками и лукаво подмигнул Саманте. Та зарделась.

– Да не стоит, – внезапно послышался раздраженный голос Джея, который, вцепившись двумя руками за шиворот парня, оттащил его на пару шагов назад. – Спасибо за внимание, но твоя надоедливая рожа может идти, я разрешаю, – теперь уже Джей встал между девушками, оттесняя спиной соперника. Девушки удивленно переглянулись и уставились на Джея.

– Моя надоедливая рожа сейчас плюнет на твой затылок, – весело парировал незнакомец, проделывая те же манипуляции, что и Джей ранее. – Дружелюбен как всегда, Джеечка. Ну же, неужто даже не поприветствуешь своего старого друга и нового коллегу?

– Шел бы отсюда, старый новый хмырь.

– Как грубо. Конкуренции боишься?

Несколько минут парни отчаянно, но с невинной безмятежностью на лице и под негромкие увещевания Саманты пихали друг друга в плечо. Они так увлеклись этим крайне интересным занятием, что не заметили, как ушли вперед, оставив девушек позади.

– Охломоны, – беззлобно резюмировала Саманта, бодро шагая рядом, – ты их знаешь, Мелирион?

– Нет. То есть, да. Одного. Тот, что с нашего курса, это Джей, – нестройно ответила Лира.

– Симпатичный, верно? – мечтательно оценила Саманта, не уточняя, кто именно ей приглянулся. – Сколько же тут бабочек осенью! И все необычные. Я таких в первый раз вижу. Как думаешь, это из-за того, что мы на Бермудах?

– Угу, – неуверенно подтвердила Лира, абсолютно все прослушав, – можно вопрос? А твои способности… в смысле, с тобой происходило что-нибудь странное до того, как ты узнала, что ты ангел?

– Способности? – Саманта, не обратив внимания на несколько подавленный голос собеседницы, призадумалась. – Как сказать. Моя бабушка вроде как ясновидящая. И я вроде кой-чего унаследовала. Силы, прямо скажем, хиленькие, хватает только на считывание поверхностных мыслей. Как говорит бабушка «что у дурака на уме, то у Саманты в голове». Но вот в чем я уверена, так это в том, что буду светлой, – несколько оживилась Саманта, и в ее глазах полыхнули искорки возбуждения, – это ж надо, – тихо восхищалась она, – обычная бабушка, и вдруг ангел!

– А я вообще себя ангелом не чувствую, – горько поведала Лира то, что тяжким бременем лежало у нее на душе с самого момента получения письма.

– Да брось! – Лира слегка вздрогнула, уходя из цепких объятий воспоминания, и взглянула на Саманту: взглянула не с презрением или жалостью, но с пониманием. – Я уверена, что половина новеньких даже не подозревала о своей «блестящей участи», пока не попала сюда.

– Да, наверное, – улыбнулась Лира; улыбнулась искренне, от души, не потому, что того вынуждали обстоятельства или чтобы не казаться уж слишком угрюмой и мрачной. Улыбнулась просто так, «потому что захотелось». – Ты права, Саманта.

– Я всегда права, – гордо выпрямилась Саманта и добавила шутливо-профессорским голосом, – так что, если понадобится совет – милости прошу, Мел. Или Мери? Как тебя лучше звать? О, еще Рион неплохо…

– Меня лучше звать Лира, – мягко поправила собеседница. – Просто Лира, ладно?

– Да не вопрос, – раздался за их спинами довольный голос. Оглянувшись, девушки узрели довольную моську Джея. – Слушай, да ты прям как древнеязыческое божество с их хучей имен, которые если не выучишь, контрольную по теологии не сдашь. Три раза обламывался с пересдачей.

– «Бедненький», а мне-то каково? Я с этим именем живу! Ходит легенда, что при рождении меня хотели назвать либо Мелори в честь бабушки, либо Марион в честь прабабушки. Долго думать не стали, решили назвать сразу в честь обеих. Результат получившегося гибрида вы можете лицезреть в списках на зачисление. Поскорей бы их уже сняли!

– Да нормальный гибрид вышел, мне нравится, – парень одобрительно похлопал «носителя гибрида» по плечу, пока Саманта старательно маскировала смех под кашель.

– По-моему, только тебе, – вздохнула Лира.

– А куда девался тот парень? – внезапно вспомнила Саманта, обеспокоенно осмотрев сначала Джея, потом – мрачный лес за оградой.

– Кто, Арон? Уж точно не туда, – пожал плечами парень, проследив ее взгляд, – не думаю, что деканат, куда его вызвали, всем составом отправился за грибами.

– А ты его откуда знаешь?

– Имел неосторожность познакомиться в школе. Девчонки, айда на экскурсию по нашей будущей Alma Mater! – поспешил сменить тему парень. – Я провожу.

Саманта неодобрительно хмыкнула, но больше вопросов не задавала и последовала за парнем. Лира тоже ускорила шаг, хотя ее взгляд был прикован к лесу, величественные деревья которого словно бы подпирали небо своими верхушками. Что-то смутно знакомое, зловещее, но в то же время манящее, влекло ее в самую темную чащу – сердце этого леса. Где-то вдалеке, на задворках сознания, вспыхнули неясные картины ее прошлого: темный пугающий лес, густой сероватый мох, напуганные лица, багровый закат.

Увлекшись странными ощущениями, девушка неосторожно оступилась и едва не повисла на плече Джея, так кстати шедшего впереди и так не некстати затормозившего.

– Осторожно, – Саманта вовремя подхватила Лиру.

– Спасибо, – слабо улыбнулась последняя, наливаясь румянцем. Ну в самом деле, что за неудержимое желание прилечь, где бы то ни было?

– …а сегодня вечером наши тушки будут выставлены на всеобщее обозрение старшего поколения, – глаголил Джей, видимо, не заметивший покушения на свою тушку, – не знаю, как вы, но мне от этого как-то не по себе. Может, не пойти, как думаете?

Девушки, которые успели оправиться и нагнать разговорчивого парня у самого входа в академию, переглянулись.

– Еще чего! – возмутилась Саманта, поднимаясь по лестнице. – Это же официальная церемония! Все первокурсники просто обязаны там быть. Правда же, Лира?

– Э-э, ну да, – будь на то воля русовласки, никуда бы она не пошла, благополучно переждав церемонию в уютной гостиной. Но девушка уверенно добавила. – Надо же увидеть будущих коллег. Да и на преподов взглянуть не помешало бы.

– Именно, – с жаром добавила Саманта, приложив усилия к резной дубовой двери, впрочем, никак на это не отреагировавшей, – там, наверное, буде красиво. Помните те старинные канделябры со свечами в нашей гостиной?

– Ладно, уговорили, – Джей, сделав вид долгой и мучительной борьбы с собой, открыл перед девушками дверь, – только, Саманта, особо не мечтай. Мне один старшекур сказал, что свечи в гостиной не просто так – вчера какой-то хулиган выбил пробки во всей академии.


Оставшиеся два часа девушки пытались разобрать чемоданы Саманты, причем у Лиры возникли обоснованные подозрения, что за время их прогулки сиих вещичек стало раза в три больше, чем утром. В отличие от ее одинокого чемодана, скромно ютившегося где-то возле кровати (поди разгляди его теперь за башенками и высотками коробок Саманты). Вопрос, каким образом этот чемодан перекочевал в ее комнату, как и вопрос по поводу способа доставки более весомого багажа Саманты, остался без ответа, а потому они просто приступили к осмотру вещей. Лира, потратившая на распаковку своего тощего скарба десять минут, теперь помогала Саманте. На одно то, чтобы вытащить из пластикового пакета безразмерное пуховое одеяло, у них ушло не менее получаса. Пока, ворча что-то про чрезмерную заботу бабушки, Саманта раздраженно пыталась запихнуть обратно электрическую грелку, две махровые пижамы и объемные тапки-зайцы ядовито-зеленого цвета, Лира с интересом изучала длинный шелковый шарфик.

– Какая прелесть, – не смогла скрыть восхищения девушка, – твоя бабушка и правда молодец.

– Нравится? – спросила Саманта, не поднимая головы из очередного чемодана. Внутри что-то жалобно хрустнуло. Она удовлетворенно хмыкнула, выпрямилась, размяла уставшую спину и надела шарфик. – Ну как?

– Здорово, – заворожено глядя на шарфик, только и произнесла Лира. Шарфики всегда были ее слабостью.

Внезапно девушки услышали ироничное хмыканье и обернулись.

– Что, – насупилась Саманта, воинственно поглядывая на Велани, до этого тихо сидевшую на кресле и рассматривавшую фотоснимок.

– Да так, я думала, ты собираешься подар… не важно, – и она, уложив фото в шкатулку, закрыла последнюю на ключ, положила ее в шуфлядку и вышла.

– Что она имела в виду? – хмурая Саманта посмотрела на Лиру.

– Понятия не имею.

Лира еще раз окинула восхищенным взглядом шарфик, перевязала его изысканным узлом и отошла оценить результат.

– Теперь точно никаких претензий.

Саманта глянула в зеркало, благосклонно кивнула и в боевом расположении духа продолжила кропотливую деятельность. Когда осталось лишь запихнуть еще одну подушку под кровать, ибо шкаф уже был забит, Лира, оставив сие благородное дело хозяйке, вышла в гостиную проветриться. До церемонии оставалось полчаса, и девушке хотелось немного успокоиться и привести чувства в порядок.

Она спустилась в холл и, повинуясь внезапному порыву, вышла из академии. Свежий ветерок тут же взбодрил девушку, восполнив душевными силами. Лира вновь окинула взглядом высокую, с резным верхом, изгородь и бескрайний темный лес, раскинувшийся, словно огромный ворсистый ковер, пахнущий хвоей. Вздохнув полной грудью, Лира принялась обходить особняк, любуясь идеально подстриженными кустиками, подставками воды для птиц, многочисленными дорожками из плитки, составляющими внушительных размеров лабиринт. Выйдя на задний двор, девушка узрела великолепную лужайку с фонтанами и беседками, которая по габаритам не уступала хорошо оплачиваемой автостоянке. Над академией спустились сумерки, укутав ее в плотную пелену темноты, но Ангелия и не думала ей уступать: вокруг, куда ни глянь, в воздухе плавали яркие, словно окрашенный изнутри снег, янтарные светляки.

Посреди лужайки расположился изумительной красоты фонтан, приведший девушку в полный восторг: вода, окрашенная в мириады цветов, струилась плавным потоком и время от времени разлеталась разноцветными брызгами.

Девушке тут же захотелось пробежаться или даже пролететь на всей скорости до самой ограды, перемахнуть через нее и воспарить над миром. Ласковый ветерок, словно прочитав ее мысли, взъерошил волосы девушки, а потом пронесся по лужайке, беспокоя сочную темно-зеленую траву. На минуту закрыв глаза, Лира подставила свое лицо беззаботному ветру: давно уже она не испытывала такой умиротворенной радости, такого тихого счастья.

«Я ангел», – тихо, но с особым удовольствием прошептала Лира, позволив ветру пронести ее слова по лужайке, перенести через ограду и распространить по всему миру, тому человеческому, беспощадному миру, куда Лира уже не вернется прежней.

Но тут сладкая нега была бесцеремонно прервана отягощающим чувством несанкционированного наблюдения. Лира открыла глаза и тут же заметила незнакомую фигуру в черном плаще, стоявшую рядом с высоким рослым дубом неподалеку. Парень так идеально сливался с темной корой дерева, что девушка поначалу приняла его за очередную галлюцинацию. Мало ли в последнее время было впечатлений, чтобы фантазия начала вести самостоятельную разгульную жизнь! Девушка усиленно протерла глаза, но иллюзия не рассеялась, а напротив, подчеркнула еще и темную дымку, исходившую от брюнета, внимательно смотревшего на Лиру. На какое-то мгновение девушке захотелось подойти к парню и высказать ему в глаза все, что она о нем и о его недвусмысленном взгляде думает. Но это мгновение быстро сменилось сомнением, а затем – испугом. Ну правда же, какой нормальный человек станет в глубоких сумерках бегать по территории поместья и таращиться из-за угла на первокурсниц!

Девушка слегка отступила. На всякий случай. Но взгляда не отвела, прекрасно понимая, как это происходит в фильмах ужасов: человек долго таращится на странный субъект, потом сдуру отворачивается – и вуаля! – субъект исчезает. А потом оказывается, что он давно стоит за твоим плечом с ножом в руке. Лира нервно поежилась, разглядев недружелюбный колкий взгляд парня.

Так они и стояли: незнакомец у самого дерева, лишающегося лиственного одеяния, и она, рядом с фонтаном, брызги от которого время от времени доносил ретивый ветер. Но что еще обычно бывает в фильмах ужасов? Правильно, главного героя отвлекают.

– Ну наконец-то, нашел. Все люди как люди, в зале собрались, а она демон где шастает. Ну и на кой чугун тебя сюда понесло на ночь глядя, да еще перед самой церемонией?

На секунду Лире захотелось огреть хамскую харю, но, повернув голову, девушка едва не вскрикнула, заметив, что харя летает сама по себе (то бишь отдельно от тела) примерно в двух метрах над землей и нахально скалит зубы. То был Фенрир, очевидно, поленившийся таскать за собой весь свой меховой набор. Девушке стоило огромных усилий взять в руки себя, а не его летающие в метре усы, чтобы, наподдав хорошенько голове, придать ей необходимое ускорение до фонтана.

– Чего ты распыхтелся, Феня? – девушка решила не портить (а точнее, не исправлять) первое впечатление Фенрира о себе. Она бросила быстрый взгляд на дуб, но брюнета там уже не было. – Ну подышишь лишний раз свежим воздухом, с тебя…

Девушку перебило злобное клацанье у самого уха. Очевидно, «Феня» был иного мнения о своем здоровье и пользе свежего воздуха.

– Я не потерплю такого хамского обращения даже от своего хозяина, – напыщенно проклацал оскорбленный дух, подлетая вплотную к голове отвернувшейся Лиры и рискуя «отклацать» девушке ухо. – Вам, адептка, я бы посоветовал относиться с большим уважением к своему духу, коли не хотите вылететь отсюда, как вылетает предсмертный хрип у моей добычи.

– Или непереваренный комочек шерсти, – хмыкнула девушка, едва сдерживая смех. Давно уже к ней не обращались с такой гневной тирадой и нравоучительной беседой, использующей обращение на «вы», а уж адепткой и вовсе никто не обзывал. Да и как-то не получалось серьезно отнестись к плавающей в воздухе башке.

– Да как ты… – Фенрир с трудом сдерживал эмоции, неприемлемые для любого уважающего себя духа. – Знаешь, когда Элрик включал тебя в списки адептов, я настоятельно рекомендовал ему не допускать сей ошибки. И хотя он меня не послушал, я до сих пор (а теперь и стократ) уверен, что такой самоуверенной и самодовольной нахалке, как ты, здесь не место.

Руки Лиры отчаянно затряслись, где-то в горле противно защипало.

– Хочу тебя разочаровать, – нарочито зло, чтобы скрыть отчаяние, сказала девушка, отворачиваясь, – ты не первый, кто меня охаивает. И уж точно не последний.

И она, гордо вздернув подбородок, направилась ко входу в академию. Только внутри все сжалось от невысказанной обиды. И грусти. В этом она вся: не успела переехать на новое место, в новый мир, как тут же поссорилась с одним из его обитателей. Да не с кем-нибудь, а со своим собственным духом. Отличное начало, нечего сказать!


– Эм, Саманта, может, все-таки не пойдем? – неуверенно бормотала Лира, на ватных ногах подходя к огромным, распахнутым настежь, дверям зала, переполненного гамом находящихся внутри студентов. Как выяснилось, Саманта не рискнула идти в зал одна и терпеливо дожидалась соседку в гостиной.

– Не боись, все будет, – так и не пояснив, что именно будет, Саманта остановилась у самого входа, со страхом и возбуждением заглядывая в зал. Лира с минуту колебалась, но, подавив в себе неуверенность, первой вошла в зал и оторопела от раскинувшегося перед ней ослепительно пестрого многолепия, которое, если присмотреться, оказалось обыкновенной толпой студентов в форме: брюки, белая сорочка, галстук, фиолетовая накидка (длиной она была по грудь и застегивалась на серебристую застежку в виде крыльев) для мальчишек; юбка или брюки, блузка, галстук и накидка у девчонок. И на каждом предмете одежды, вплоть до галстука, значилась эмблема Ангелии: крылья, увитые зеленым растением с маленькими сиреневыми цветочками.

На них самих была такая же форма, с тем только отличием, что у них была не просто накидка, а с плащом по пояс. Эту форму, идеально подогнанную под размер каждой из трех девушек в их комнате, они обнаружили в шкафу не сразу, а лишь тогда, когда Саманта, распсиховавшись, собралась выкинуть половину своей, уже не влезающей в шкаф, одежды.

Лире, никогда не любившей чрезмерного внимания, захотелось провалиться если не сквозь землю, то хотя бы в подвал академии, поскольку все присутствующие тут же обратили свои очаровательные очи на вновь вошедших. Несмотря на острое чувство неловкости Лира все же обратила внимание на одну деталь: от всех присутствующих исходила непонятного происхождения дымка, только у одних она была словно свет солнца на восходе, а у других темная, что кусочек ночного неба в облачную погоду. Даже сидели эти ребята соответственно: темные с темными, светлые со светлыми, составляя редкое исключение. Но стоило девушке на миг зажмуриться, как видение исчезло, оставив место логическому объяснению об игре света и теней.

– Ну, что я говорил, – торжественно поднял указательный палец высокий тощий ангел, полностью и по-боевому укомплектованный журналом (у Лиры возникло жуткое подозрение, что на ее фамилию в этом журнале только что была поставлена жирная клякса), ручкой и огромным желанием вредительства, – не успели еще зачислиться, а уже нарушают дисциплину. У-у, я вам еще покажу, дармоеды, – пригрозил он. «Дармоеды» смущенно потупились.

– Хватит, Стефан, – дружелюбно обратился к «тощему» сосед, в котором Лира тут же признала Элрика Феермана, – ребята первый день в академии, не освоились еще. Или заблудились. Проходите, не бойтесь, – и он махнул рукой в сторону множества свободных элегантных, трех-четырехместных столиков, за которыми кучковались первокурсники. Братья с Огдэна приветливо замахали руками.

Едва узрев машущего им Джея, Лира схватила Саманту и, вновь испытывая острое желание провалиться сквозь пол, но при этом не споткнуться, устремилась к свободным местам, занявшим для них прозорливым парнем.

– Это просто… – начала Лира, присаживаясь.

– …очуметь, – закончила за нее Саманта, тем самым выразив всеобщее настроение новеньких, испытывающих, похоже, такое же смешанное чувство страха и восторга.

Лира огляделась. Даже в школе во время общих собраний в актовом зале было куда меньше учеников: здесь были студенты разных возрастов и, что самое интересное, национальностей. Но, что удивительно, они так легко и просто общались между собой, словно выросли в одном городе, по соседству друг с другом. Впечатления от прошедших каникул, эмоции от встречи, дружеские поцелуи и подзатыльники – все это огромным потоком проходило по всему залу, затрагивая каждого в отдельности и делая его частичкой чего-то общего, теплого, искреннего.

– Надеюсь, они не станут задерживаться, – прервал ее размышления Джей, встревожено поглядывающий по сторонам. – Мы с Крисом так и не решили вопрос о том, кто займет кровать у окна.

– Вы с Крисом в одной комнате? – удивленно спросила Саманта под негромкий вздох облегчения Лиры. В их комнате это разрешилось как-то само собой: никто не претендовал на кровать у окошка, и она автоматически перешла в пользование Лиры.

– И не только с ним… – начал было Джей, но внезапно смолк, подчиняясь всеобщему молчанию. Лира только сейчас обратила внимание на трибуну, стоявшую во главе зала напротив остальных столиков. Феерман, всем своим видом излучавший добродушие и жизнелюбие, поудобнее приноравливался к трибуне, что вызвало некоторые подозрения у Лиры относительно его должности; слева сидел старик Стефан, яростно мечущий молнии на новеньких. Справа от Феермана восседала строгого вида женщина в серебристом костюме.

– Ну-с, позвольте поприветствовать вас, мои дорогие ангелы. Добро пожаловать в Ангелию! – ректор был так искренне обрадован ребятам, что никто даже не подумал посмеяться над некоторой шаблонностью приветствия. – Рад видеть всех бодрыми и отдохнувшими. Надеюсь, вы набрались новых сил и готовы погрузиться с головой в учебу.

Зал по-шмелиному загудел, раздались недружные хлопки. Лира оглянулась и обнаружила, что некоторые преподаватели устроились у столиков в конце зала. Они поддержали приветствие улыбкой.

– Для тех, кто еще не в курсе, напоминаю, я – ректор академии Ангелия, которая известна всем непосвященным, как «Правительственная академия Международных связей». Если возникнут какие потребности или проблемы, прошу всех пожаловаться в мой кабинет.

– Только через мой труп, – пробормотал неугомонный Стефан, яростно сверкая глазами в студентов.

Лира, не ожидавшая, что встретивший их мужчина окажется столь высокого статуса, удивленно оглянулась на сидящих рядом, желая проверить реакцию остальных на данное объявление. Крис, тоскливо рассматривавший пустой стол, по-прежнему не выказывал никаких эмоций, Джей лишь удовлетворительно хмыкнул, а братья Бэртоны внимательно смотрели не на светило сей академии, а на Стефана, молчаливо обещающего в будущем доставить немало проблем. К слову, взгляд Стефана, изучающе остановившийся на ребятах, позволил предположить, что между ними зародилась святая «неприязнь с первого взгляда».

Внезапно Лира почувствовала, что и за ней кто-то наблюдает. И хотя сейчас почти все присутствующие в зале не сводили с новеньких взгляды, это чувство было словно раскаленная струна, прошедшая сквозь сердце. Девушка еще раз внимательно прошлась взглядом по залу и обнаружила источник ее волнений: у противоположной стены зала, в проеме дверей, сидел ее дух, не сводивший с нее пристального взгляда. Лира машинально отвела глаза, чувствуя, как вспыхнули щеки. Надо бы извиниться.

– Все вы здесь потому, – тем временем продолжал ректор, – что обладаете внутренней силой, способной в опытных руках мастера сотворить поистине добрый и светлый мир. Вы были избраны выполнять обязанности («ненавижу обязанности», – буркнул Крис) почетнейшей и древнейшей профессии («спасибо на добром слове», – съязвила Велани под недовольный шумок и ехидное хихиканье старшекурсников) – профессии Ангела. Здесь вам предстоит пять лет обучения, дабы в будущем вы могли стать достойными ангелами – защитой всего живого на Земле, хранителями равновесия в мире и гармонии в обществе. Многие из вас обретут способность исцелять болезни, созидать красоту, восстанавливать разбитые чувства.

«Ууу, загнул, – подумала Лира, пытаясь рассмотреть свою прическу в отражении не пойми откуда взявшейся ложки, – ну какая из меня защита, если я даже расчесаться по утрам забываю».

– Но, думаю, нагружать подробностями в первый же день наших ребят – весьма негуманно, поэтому я, пожалуй, остановлюсь лишь на самом главном. Правила поведения в Ангелии не изменились: вы по-прежнему можете ознакомиться с ними у моих замечательных зместителей – Джиллиан Стейлин и Стефана Линкора.

Дама в серебряном костюме встала, а Стефан ограничился кивком, по-прежнему прожигая насквозь первокурсников.

– Первокурсникам-адептам же о правилах могут рассказать Старшие, и я надеюсь, что доведут они эту информацию в первый же учебный день, так как в Ангелии есть места, посещение которых строго… ээ… не рекомендуется.

– Запрещено, короче, – хмыкнул кто-то сзади, и, обернувшись, Лира заметила довольную физиономию Арона. Одет он был, как полагается, в форму, хотя впечатление слегка портил галстук, болтавшийся на шее дохлым удавом, и совсем уж неуместные темные очки. Лира обратила внимание, что от этого парня исходило светлая дымка.

За плечом Арона девушка вновь увидела Фенрира, все так же упрямо сидящего у порога. Может, он ее ждет? Но как же тут выйдешь?

– Так что я рад представить вам двух Старших, моих верных помощников – Эрис Найлет и Дейн Кроу, – бодро продолжал ректор. К трибуне первой подошла та самая блондинка, что встречала их в автобусе. В зале снова зашушукались; в основном, мужская половина студентов.

Лира вновь оглянулась на Фенрира. Ну сколько можно смотреть, спина уже зудит! У волка взгляд был не просто вялый, мечтательный, а острый, пронзительный, достающий до самых поджилок. Решено, в ближайшее время она попросит у него прощения, а то так и до инфаркта недалеко, если наткнуться на эти глазищи ночью, по дороге в уборную.

– Лира, – сцепив зубы, отчаянно шипела на нее Саманта. Судя по бешено вращающимся глазам, шипела уже давно.

– А? Что?

– Я тебя уже час зову. Правда же красивый?

– Кто? – совсем растерялась Лира.

– Да Старший, – Саманта, казалось, была на пределе терпения.

– Где? – завертела головой Лира, оглядывая Феермана за трибуной да его заместителей.

– В тайге, – пуще прежнего зашипела Саманта, тоже принявшись отчаянно вертеть головой. Очевидно, «красивый Старший» успел исчезнуть из ее поля зрения. – Ну вот, ушел.

– Вернется, – заверила ее Лира, совершенно не проникнувшись важностью момента, чем едва не вывела Саманту из себя. Последняя что-то яростно зашептала, но тут на них шикнул Крис. Лира тем временем снова обернулась к двери, однако волка уже не было. Вот и славно, а то уже шея болеть стала от постоянных вращений.

– Поездки в город, – вещал ректор, не обращая внимания на душевые терзания девушек, – как и прежде, для первого и второго курса разрешены только с письменного уведомления Старших. Третий, четвертый и пятый курсы могут выезжать, устно уведомив старост группы.

Гул вновь поднялся, но на этот раз шумели, в основном, девушки.

– Какие поездки? – спросила Лира Саманту, но та лишь пожала плечами, продолжая глазами выискивать пропавшего Старшего.

– И по традиции первая познавательная экскурсия для оперенных первокурсников состоится уже в ноябре. Не забудьте заранее взять у старост ознакомительную программу экскурсии. Ну и, наконец, самое приятное. Я рад сообщить, что с этого года стипендия каждого учащегося поднимается до ста восьмидесяти критов.

На этот раз зал взорвался бурными аплодисментами и одобрительными выкриками.

– А теперь давайте перейдем к церемонии посвящения! Я прошу всех первокурсников встать, – довольно неожиданно закончил свою речь ректор и сел, с явным наслаждением оглядывая озадаченные лица первокурсников, осторожно поднимающихся со своих мест.

– Что, нас уже выгоняют? – нервно пошутил Николас, а Крис впервые за всю торжественную речь оживился и обратил внимание на преподавателей.

На середину зала вышла Джиллиан и, окинув присутствующих строгим взглядом, призывающим к молчанию, приложила руку к груди. Ее ладонь вспыхнула голубым светом. Тут же первокурсники зашелестели, заставляя работать любопытные языки.

– Тише, ребята, – Феерман с удовольствием разглядывал молодое пополнение Ангелии, – этот ритуал – святая святых. Это посвящение в волнующее таинство хранителей.

– Да простое зачисление это, – буркнул один из «старших», с нетерпением поглядывающий на пустующий перед ним участок стола, словно ожидая чудесного превращения последнего в жареную индейку, ну или хотя бы в бублик. – Побыстрее бы уже, – простонал он, массируя руками живот, который отозвался таким же стоном.

Стейлин, тем временем, протянула ладонь со сверкающим голубоватым шаром к залу.

– Incanto, – отчетливо произнесла она, и шар вспыхнул, разлетевшись по залу лазурными искрами.

– Ай, – вскрикнула Лира, прижав ладони к глазам, которые отозвались нестерпимой жгучей болью. Но за секунду до этого девушка отчетливо успела разглядеть странную метаморфозу: с одной стороны, все осталось прежним, но с другой… Зал вдруг опустел! Исчезли ученики и преподаватели, зал стал серым и мрачным, в пространстве повис тяжелый густой туман, не позволяющий глубоко вздохнуть. Целую секунду два мира боролись за право стать реальностью.

Быстро протерев заслезившиеся глаза, девушка испуганно оглянулась. Все вокруг осталось прежним, если не считать какофонию света, кружащего по залу, словно самостоятельные живые существа. Присмотревшись, девушка поняла, что существа как раз таки присутствовали.

Ближайший сгусток света, покружившись перед Самантой в форме маленькой белочки, неожиданно прыгнул на девушку. Саманта ойкнула и закрылась руками, но белочка вспыхнула и мягко легла на шею девушки амулетом. Саманта с опаской пощупала амулет. То же произошло и с Джеем, получившим свой амулет от светящегося кошака. Велани Кеймар овладела духом змеи, а возле братьев Бэртонов пару секунд кружились пернатые гости Сумеречного мира.

Только вот к Лире явно никто не спешил.

Девушка расстроено потеребила прядь волос – и нащупала на шее не пойми как там очутившуюся постороннюю цепочку. Лира осторожно потянула ее вверх, пока покоившийся на цепочке амулет не оказался на уровне глаз. Морда волка, выложенная на мутноватом серебристом каркасе небольшими черными камнями округлой формы, именуемых обсидианом, казалась почти живой и с какой-то укоризной теперь смотрела на девушку своими янтарно-алыми глазами.

– Твой дух – Фенрир? – заговорщицки понизив голос, полюбопытствовал подсевший Арон.

– А? Да, а что? – понуро спросила все еще расстроенная Лира. Амулет-то появился, только вот перед его появлением не было такой красочно постановки, как у всех: вопреки ожиданиям девушки, золотистый волк перед ней не явился и к своей хозяйке со всех ног не понесся. Видно, он действительно был очень зол на девушку. Извиниться надо срочно.

– Как что? – неподдельно возмутился Арон столь дремучим невежеством. – Ты в курсе, что Фенрир – один из Древних? Он входит в легендарную четверку хранителей Сумеречного мира. Повезло же, такого сильного духа тебе призвали! Чем же ты заслужила, интересно?

– Уоу, – с восторгом произнес Джей, по-дружески хлопнув Лиру по плечу, – представь, как тебе свезло – к тебе в друзья напросились древние магические останки!

Арон хохотнул, но не отсел, продолжая любопытно коситься на Лиру.

– Класс, – кисло пробормотала девушка, разглядывая амулет. Этого только не хватало! Выходит, она нахамила не просто духу, а самому почитаемому в этом мире магическому существу. Ой, не к добру это!

– Но самое странное, – не унимался парень, – я заметил, что ты получила спирит раньше, чем было произнесено слово посвящения. К тому же я слышал, что Фенрир явился к тебе еще до призыва. Это правда?

Пока Арон говорил, несколько старшекурсников, сидевших рядом с ним, внимательно посмотрели на Лиру.

– Это плохо? – безразлично осведомилась Лира, вертя в руках спирит. Ух, с каким бы удовольствием она сейчас запустила этим бесполезным куском непонятно какого материала по любопытным лицам!

– Не знаю, – искренне пожал плечами Арон, – сколько я здесь – такого раньше никогда не было.

– А сколько ты здесь? – тут же пошла в атаку Лира.

– Пятый курс, – Арон гордо выпрямился и снял очки, обнаружив яркие голубые глаза.

– Ха, тоже мне показатель, – победно закончила Лира и перевела взгляд на амулет. – Фантазия у вас, ребята, слишком буйная.

– Ну, знаешь, – задумчиво протянул Джей, косясь на старшекурсников, – судя по активному обсуждению твоей персоны, до него тут тоже такого не было.

Лира поежилась и спрятала спирит под одежду.

– А у тебя уже есть крылья? – задала не дававший покоя вопрос Саманта Арону.

– А то! – тот указал куда-то себе за спину. – На втором месяце обучения появились.

Лира, невольно заинтересованная, внимательно посмотрела на плечи парня, пытаясь вообразить появление крыльев из ниоткуда или из куска ткани, как у Феермана сегодня.

– А размер и цвет крыльев у всех одинаковый? – поинтересовалась Саманта, собственноручно пощупав рубашку, которая тут же затрепетала не то от случайного сквозняка, не то от ее неровного дыхания. Видно было, что Арону очень льстит такое внимание и он явно подыгрывает.

– Нет, конечно. Размер крыльев – я имею в виду истинных крыльев – зависит от силы ангела. Чем сильнее ангел – тем больше крылья, – наставительно пояснил парень, явно чувствуя себя в своей тарелке, – видели бы вы, какие они у нашего ректора. Да он одним щелчком может заставить загореться всю академию, а лес на дрова пойдет.

– Видели. А плащи, значит, просто так, для красоты? – спросила Лира.

– Нет, не просто. Вообще полный комплект – накидка, плащ, капюшон – надевается на время торжественных мероприятий, как сегодня. А так старшекуры, как правило, ничего из этого не носят, только адепты оставляют накидки, которые полезны хотя бы потому, что не позволят вашей одежде порваться при первом появлении крыльев. Однако, – он покосился на девушку-старшекурсницу в розовой накидке, – есть личности, всю свою сознательную жизнь находящиеся в поисках своего… эээ… имиджа. Это как волосы, – и он почему-то уставился на волосы Лиры, – иногда получается мило, а иногда лучше ходить лысым.

– Чего и тебе желаю, – Лира недовольно провела рукой по волосам, чтобы как-то отвлечь парня. – А что это за странная дымка вокруг каждого а… студента?

Девушке трудно было произнести малопонятное слово «адепт», а уж назвать всех присутствующих здесь ангелами и вовсе язык не поворачивался. Даже после всего, что она сегодня увидела, в ангелов верилось с трудом.

Удивленный парень открыл было рот, но его прервал радостно поднимающийся со своего места Феерман. Церемония посвящения закончилась.

– Ну что ж, ребята, – прочистив горло, начал ректор, – торжественная часть закончена, и нам пора приступить к трапезе. Приятного аппетита.

Студенты, до этого момента тихо переговаривающиеся, с нетерпением уставились на стол. Лира, последовав их примеру, уткнулась взглядом в свой участок стола и едва удержалась, чтобы не высказаться на весь зал, как братья Бэртоны. Послышались смешки, но буквально через минуту секунду все занялись поеданием лакомств. Хотя «лакомства» – это слабо сказано. На всей поверхности стола после золотистой волны материализовались различные яства и напитки, да такие, что Лира едва не захлебнулась слюной. Захотелось всего и сразу: и нежный сочный ростбиф; и восхитительный запеченный картофель с креветками; и крылышко индейки, обильно политой соусом; и куриные грудки с медом и лимоном, покрытые хрустящей корочкой; и манящий шоколадно-ореховый чизкейк; и мягкие, еще теплые, сдобные булочки, покрытые сахарной глазурью. Но, как на грех, ближе всего к ней стояло непонятное червеобразное блюдо. На него девушка старалась лишний раз не смотреть, не говоря уже о том, чтобы попробовать.

– А как, – только и выговорила Лира. Саманта шумно выдохнула, а невозмутимый Джей начал молча наполнять свою тарелку. Переглянувшись, девушки последовали его примеру.

– Алв… авл… тьфу, – Арон, до этого с аппетитом уминавший пирожки, странно и жутко напоминавшие чьи-то уши, сделал огромный глоток, – альвы. Их рук дело. Хочешь? – добродушно предложил он Лире «ухо».

– Н-нет, спасибо, – сморщилась Лира; ей и «червей» перед носом хватало. – Это как наши духи?

– Не-е, – парень, напротив, с удовольствием взял червеобразный отросток и щедро обмакнул его в мисочку с соусом, – альвы гораздо ниже стоят в иерархии. Еду готовят обычные повара, а вот альвы ее доставляют. Они что-то среднее между привидением и полтергейстом. И если полтергейсты не так уж и редко встречаются в человеческом мире, то альв встретить даже здесь практически невозможно. Они невидимы, неслышны, бесплотны.

– Здесь водятся призраки? – уронила на скатерть вилку испуганная Саманта.

– Нечасто, но бывает, – согласился парень, отпивая из кружки и морщась, – фе, опять молоко.

– Что может быть романтичнее, – подбодрил девушку Николас, – встречи с бледным завывающим привидением в полночь, да, Марк?

Он подмигнул своему брату, тот одобрительно закивал.

Саманту забила мелкая дрожь. Очевидно, ее «романтично» подразумевало нечто более приземленное и безопасное, чем воющие объекты.

– Или с его головой, – безжалостно добавил Арон, колдуя над кружкой.

– Я думала, такое только в Призрачном лесу можно увидеть, – жалобно протянула шатенка.

– Не Призрачный, а Сумеречный, – важно поправил Николас.

– Шепчущий, – булькнул в кружку свою версию его брат.

И ребята вопросительно уставились на Арона.

– Верно все, – подтвердил парень, и так и эдак разворачивая свою кружку, – но чаще всего все-таки используется первая версия. Призрачный, мертвый лес.

– Еще и мертвый, – вздрогнула Лира. Саманта совсем побледнела.

– Готово, – радостно оповестил Арон, отрываясь, наконец, от кружки и разминая пальцы. Из посуды повалил дымок, странно пахнущий апельсином. Парень отхлебнул и закрыл глаза от удовольствия. – Вот она, вершина блаженства. Для чего еще можно использовать старинную силу ангельского волшебства, как не для преобразования молока в лимонад. Обожаю эту академию и ее тайные магические формулы студентов.

– Так фначит это и фыла шнаменитая феремония зашишшения? – с трудом прошипел Джей, когда голод был утолен, но рот все еще забит. Гомон в зале усилился, хотя на этот раз звучал как-то вяло.

– А ты ждал чего-то особенного? – поинтересовался Арон, задумчиво перелистывая на коленях блокнот в форме черепа.

– Слушай, а тебе не зазорно сидеть с первокурсниками? – Джей проявил полный набор гостеприимства и радушия.

– Всегда пожалуйста, адепт, – рассеянно пробормотал Арон, не обращая внимание на колкость и рассматривая неровные каракули в блокноте. – Ставить некромантию в понедельник – с них станется! Хорошо хоть до обеда. О, вам письма, – добавил он и махнул рукой на участок стола перед ребятами.

– Что, уже? – глаза Джея расширились. – Я ж только сегодня уехал, – неодобрительно добавил он, подозрительно рассматривая сизого голубя, гордо восседавшего между его рукой и столовыми приборами. Если не считать того факта, что вместо конверта на столе сидела птица, голубь парня казался вполне нормальным, чего не скажешь о посланнике для Саманты: по-боевому раскрашенная и в миниатюрных наушниках птаха-почтальон вызывала смех и даже некое сострадание.

– Хорошие у тебя родственники. С юмором, – одобрительно кивнул в сторону пританцовывающего голубя Арон, пока ребята во все глаза рассматривали посланников. – Будете медлить – ваши письма воспламенятся или начнут кусаться, – добавил он неожиданно.

– А что делать-то? – испуганно охнула Саманта, пока Джей прицеливался тарелкой в свое «письмо».

– Да шучу я, – хохотнул старшекурсник, – просто прикоснитесь к ним или погладьте.

Ребята, тревожно переглянувшись, одновременно протянули руки к птицам, и стоило им коснуться оперенья голубей, как те тут же обернулись обыкновенными конвертами. Облегченно вздохнув, адепты приступили к чтению.

– Я слышала, про Кроу говорят, что он демблуд, – внезапно в беседу вмешалась Велани, до этого тихо сидевшая за соседним столиком. – Это правда?

Раздосадовано крякнув, Арон зачеркнул первую строчку и закрыл блокнот, который тут же, после порции метаморфоз, исчез.

– Ты веришь всему, что говорят? – поморщился Арон. – Не, Дейн Кроу обычный студент, со мной на одном курсе. Один из темных, учится на боевого. Хотя, на мой взгляд, странный тип. Необщительный, всех сторонится.

– И это, по-твоему, странный? – уточнил хмурый Джей, наконец, оторвавшись от письма. – Меня, например, тоже не тянет на общение, когда ты рядом.

– Да ладно тебе, – миролюбиво ответил Арон, но на какое-то мгновение Лире показалось, что глаза парня недобро сверкнули. – Вы лучше это попробуйте, – и он придвинул девушкам кружки, из которых валил густой сероватый дымок.

– М-м, кола, – удивленно воскликнула Саманта, отпивая глоток, – попробуй Лири, – предложила девушка, пока Арон колдовал над кружкой Джея, не забывая, однако, щедро преподнести себе в дар запеченное куриное крылышко.

– И когда нас начнут этому обучать? – спросил Джей, восторженно наблюдая за преобразованием в своей кружке.

– Размечтался, – хохотнул парень, обгрызая косточку, – прежде, чем у вас не вырастут мало-мальски нормальные крылья, вы не сможете использовать ничего серьезнее рун света или искр. Да и потом, в общем-то, не всегда все удается, – как-то растерянно закончил он.

– Тьфу ты, кефир! – воскликнул озадаченный Джей, до этого с большим энтузиазмом отхлебнувший почти полкружки. Лира с удивлением обнаружила в его емкости пузырьковую жидкость, на первый взгляд, ничем не отличавшуюся от обычного лимонада.

– И такое бывает, – угорал Арон, придерживая очки, готовые вот-вот соскользнуть с его трясущейся от смеха головы, – руна морока, проще иллюзия.

– Ух, мне бы добраться до тебя, – отплевываясь, пригрозил Джей, – я тебе покажу иллюзию! Всю жизнь будешь кефиром мыться!

Арон, заливаясь смехом и не обращая внимания на угрозы ошалевшего первокурсника, быстро поднялся и махнул рукой, и над головой незадачливого любителя кефирчика появилась иссиня-черная, но совсем крохотная тучка. Сам Арон под злобные выкрики Джея, которого теперь нещадно поливала упрямая тучка, быстро двинулся к выходу, словно не замечая, как грозный Стефан уже коршуном взвился над столом и метнулся к нему, на ходу грозясь пожизненным дежурством.

Как только парень вышел, тучка вмиг рассеялась. Джей еще долго, позабыв про еду и усталость, костерил блондина, не забывая вставлять родной язык для приличия.

– У вас со школы так? – попыталась смягчить его гнев Лира. – Арон что-то говорил про конкуренцию.

– Он винит меня в том, что я у него девушку увел, – по голосу парня нельзя было понять хвастается он или жалеет.

– А ты увел?

– Еще чего! Сдался он мне со своими д… дурацкими тараканами.

– Бывает, – сочувственно протянула Лира и сменила тему. – Что вам пишут?

Несколько минут ребята сидели молча, хмуро поглядывая то на письма, то друг на друга.

– Мой папаня решил вставить свою лепту в мое обучение, – неохотно начал Джей, – если у меня возникнут какие-нибудь неприятности или неполадки с учебой – пообещал приехать лично и поставить мне памятник во дворе академии. Посмертно.

– Оптимистично, – прокомментировала Лира, – а главное искренне, любя.

– Ну, тебя они, по крайней мере, не будут доставать в течение учебного года, – буркнула Саманта и, посмотрев на друзей, вдруг отчаянно добавила, – бабуля тоже пообещала лично посетить академию. И привезти мою любимую игрушку детства – плюшевого медведя.

– Ну, я бы не сказал…

– Двухметрового медведя!

Джей потянулся к еде, старательно пряча улыбку, а Лира утешительно положила руку девушке на плечо.

– Не расстраивайся, Саманта, зато тебе уж точно не будет одиноко. Кроме того, мы всегда можем подарить медведя нашему лучшему другу, – и она лукаво посмотрела на Джея. Парень поперхнулся яблочным соком.

– Джей, а когда у тебя день рождения? – ласково поинтересовалась Саманта, сверкая невинными очами. Лира с дьявольской улыбкой придвинулась к Джею.

– Размечтались, – хрипло уведомил парень. – Так я и сказал.

– Заметано! – радостно воскликнула Саманта. – Пятнадцатого апреля я тебя порадую.

– Ты что? – недоверие в глазах парня сменилось страхом, а затем и вовсе паникой. – Как ты узнала? Откуда? Неужто Арон сболтнул, – смущенный парень быстро вскочил из-за стола. – Убью морду!

– Арона-то жалко, – сочувственно сказала Саманта, глядя удаляющемуся парню вслед, – загнется ни за что.

– А как же ты узнала? – поинтересовалась Лира. Саманта задумчиво посмотрела на свой спирит. – Благодаря дару?

– Угу, дар называется «привилегия старосты». Пока ты спала, я в деканате заглянула в журнал нашей группы. Никакой мистики. Я теперь староста, – гордо выпрямилась девушка.

– Правда? Поздравляю! – Лира искренне восхитилась такой самоотверженностью. Жертвовать своим личным временем на общественно-полезные работы? Для Лиры это было наказанием, для Саманты – гордостью. Ну правда, какая молодец!

– Вот-вот, ба тоже захочет приехать, чтобы лично поздравить.

– А твоя бабушка была, есть и будет одна на миллион, – усмехнулась Лира.

– Да кто бы сомневался, – буркнула Саманта, осторожно складывая письмо, – только каждый миллионный житель Земли присылает своей внучке полное руководство кройки и шитья и, как бонус, целый пакет практического материала. А то вдруг заскучаю.

– Да ладно? – засомневалась Лира. – Разве лучше было бы получить набор для практикующей темной ведьмы и, как бонус, облезлого кота? – и девушка подмигнула.

– Надеюсь, это был риторический вопрос, – Саманту слегка передернуло, – иначе Джею будет совсем туго, – поразмыслив, добавила девушка и зевнула, – пора в кроватку. Идешь?

– Чуть позже, – Лира кивнула на недоеденный банановый пудинг, – встретимся в спальне.

Саманта ушла, а Лира принялась ковырять пудинг, осмысливая все произошедшее. Вот только Фенрир, которого девушка рассчитывала дождаться, больше не появился.

«Не пришел, – думала она, много позже выходя из зала, – неужели бросил?» – сонно пронеслось в голове Лиры, пока она продиралась сквозь сытую толпу расходящихся студентов.

Лира не раз внимательно поглядывала по сторонам, пока шла по коридору первого этажа, но все равно на повороте в гостиную умудрилась столкнуться с блондинкой. Если Лира хорошо помнила церемонию, то сейчас перед ней стояла такая же первокурсница.

– Смотри куда… – блондинка осеклась на полуслове, пристально разглядывая пространство за плечом Лиры, да и последняя поняла, что она не упала лишь потому, что ее кто-то осторожно придерживает. Девушка обернулась и едва подавила возглас удивления: пресек ее падение не кто иной, как тот самый брюнет, ранее наблюдавший за ней у фонтана.

– Осторожнее, – попенял недовольный парень, осторожно помогая восстановить равновесие.

Глянув в лицо неловкой адептке, он застыл и даже как-то напрягся. На мгновение вокруг него вспыхнула темная дымка.

«Темный», – Лира нервно затеребила локон, вглядываясь в черные, как агат, глаза.

– Здравствуйте. Извините, – блондинка все же решила обратить на себя внимание, – это я виновата, я толкнула ее.

Лира очень удивилась разительной перемене в поведении незнакомки, но кое-что ее заинтересовало сильнее: темная дымка вокруг парня с удовольствием обвила ее руки. Испуганно отшатнувшись, Лира принялась судорожно стряхивать с рук странно дружелюбную субстанцию, попутно пятясь назад, чтобы она не прицепилась к и без того неверным ногам. Брюнет нахмурился.

– Возвращайтесь в гостиную, – скомандовал он.

– А вы не могли бы проводить меня, – выпалила блондинка, чем привела парня, собравшегося обратно в зал, в замешательство, – просто я немного заблудилась.

«Ну конечно, заблудилась. Там же тернистый путь из одного коридора и целой лестницы, – беззлобно заметила Лира, продолжая слегка встряхивать рукой, – школа флирта Николь в действии».

– Ты идешь?

Лира удивленно подняла глаза на ждущего Темного (так его мысленно окрестила Лира), за спиной которого зло сверкала глазами блондинка.

– Аа-а н-нет, я… я в зале кое-что забыла. Вы идите, я потом догоню. Я помню дорогу, – добавила она твердо, поскольку предыдущие заверения не возымели должного эффекта. И девушка быстро пошла назад, пока он не докопался к чему-нибудь еще.

Но кто бы подумал, что даже здесь, в таком своеобразном учебном заведении, она умудрилась в первый же день напороться на Николь № 2! Будто ее дома мало было. А еще этот Темный словно нарочно ее подначивает. Идти до гостиной втроем? Лучше сразу убейте, дешевле выйдет. И не так мучительно.

«Хорош денек, нечего сказать, – думала Лира, нагуляв три круга по академии и проходя через уютную гостиную. Ни на кого не глядя, девушка вышла в коридор, ведущий к их комнатам, – сначала Фенрир, потом этот Темный. Видно, не судьба мне стать общительной и дружелюбной. Даже Лунный ушел. Раньше я всегда была…»

– Лира, е-мое, ты куда пропала? – возмущенный вопрос Саманты застал Лиру врасплох. – Я тебя уже везде обыскалась.

«Всегда была…»

– А под кроватями смотрела? – поинтересовалась Лира, раскладывая свою постель. Саманта одобрительно хмыкнула и быстро забралась на кровать. Лира, недолго думая, тоже переоделась и блаженно растянулась под легким, как пух, одеялом.

– Лир, – голос прозвучал вяло, очевидно, из-под одеяла.

– М-м?

Пауза.

– Тумбочки в следующий раз тоже проверять?

Лира неслышно хихикнула.

– И тебе спокойной ночи.

Лира повернулась на бок и взглянула в окно, за которым время от времени проносились потемневшие опавшие листья. Где-то сверху в окно чуть слышно постукивала веточка. Спустя какое-то время в комнату тихо вошла третья девушка и, быстро переодевшись, улеглась. Получасом позже, когда в комнате слышалось лишь легкое посапывание, Лира, насладившись сполна умиротворенным шелестом деревьев за окном, тихо встала, ловко забралась на подоконник и привычно устроилась у окошка, обхватив руками колени.

«Раньше… но это было вчера. А сегодня я ангел, – Лира закрыла глаза, – это так внезапно, так странно. И так здорово!»

И девушка легонько потерла сонные глаза. По стеклу несмело забарабанили капли первого осеннего дождя.

Квалификация-Ангел. Кровные Узы

Подняться наверх