Читать книгу Рассвет внутри - Луиса Хьюз - Страница 4

Наше настоящее часто оказывается лишь искусной декорацией, возведенной поверх глубоких, еще не затянувшихся траншей нашего детства, и мы, сами того не осознавая, продолжаем ходить по одним и тем же тропам, которые были проложены еще тогда, когда мы едва доставали макушкой до дверной ручки. Психика человека обладает поразительной и порой пугающей консервативностью: она стремится не к счастью, как нам хотелось бы верить, а к безопасности, которая в её примитивном понимании тождественна привычности. Именно поэтому мы с необъяснимым упорством выбираем партнеров, которые игнорируют наши чувства так же, как это делал холодный, вечно занятой отец, или впадаем в состояние парализующей тревоги перед лицом начальника, чей тон голоса подозрительно напоминает критикующее превосходство матери. Это и есть то самое эхо прошлого – невидимая акустическая ловушка, в которой каждый наш шаг в будущее отзывается звуками старых драм, заставляя нас раз за разом проигрывать сценарии, где мы остаемся непонятыми, недолюбленными или отвергнутыми. Мы называем это «судьбой» или «злым роком», но на самом деле это лишь работа нашего подсознания, которое пытается завершить когда-то прерванное действие, надеясь, что в этот раз, с новым человеком и в новых обстоятельствах, мы наконец-то получим то заветное одобрение, которого нам так не хватало в пять или семь лет. Рассмотрим историю Ирины, женщины удивительной красоты и острого ума, которая на протяжении десяти лет состояла в отношениях с мужчинами, нуждающимися в постоянном спасении. Её первый муж страдал от игровой зависимости, второй не мог удержаться ни на одной работе дольше трех месяцев, а нынешний партнер постоянно балансировал на грани глубокой депрессии, требуя от Ирины круглосуточной эмоциональной включенности. Когда мы начали разбирать её семейную историю, выяснилось, что её детство прошло в тени матери, страдавшей от тяжелого хронического заболевания, и маленькая Ирина очень рано усвоила урок: её право на существование и любовь напрямую зависит от того, насколько эффективно она может облегчить чужое страдание. В её детской головке сформировалась жесткая нейронная связь: «любить – значит лечить, спасать и жертвовать собой». Взрослая Ирина не чувствовала влечения к эмоционально стабильным и самостоятельным мужчинам, потому что рядом с ними она не знала, что ей делать, её главная «суперсила» – самопожертвование – оказывалась невостребованной, и она чувствовала себя ненужной. Она выбирала знакомую боль, потому что эта боль была понятной, она давала ей роль, в которой она была профессионалом, даже если эта роль медленно убивала в ней женщину, жаждущую простого, равного партнерства. Проблема заключается в том, что эти сценарии прописываются в нас на довербальном уровне, когда мы еще не способны критически осмыслить происходящее, и они становятся тем самым фундаментом, на котором строится всё здание нашей личности. Если в детстве твои границы постоянно нарушались – в твою комнату входили без стука, твои дневники читались, а твои чувства обесценивались фразами типа «не выдумывай, это не больно», – то, став взрослой, ты будешь воспринимать агрессию в свой адрес как некую норму климата. Ты будешь стоять в кабинете руководителя, который повышает на тебя голос, и чувствовать не праведный гнев, а то самое детское оцепенение и желание стать невидимой, чтобы буря поскорее утихла. Знакомая боль обладает странным магнетизмом: она дает нам ощущение контроля, ведь мы заранее знаем финал этой пьесы. Выйти в пространство новых, здоровых реакций страшно именно потому, что там всё неизвестно, там нужно учиться доверять, открываться и, что самое сложное, верить в то, что ты достойна любви без предварительных условий и героических усилий. Мы держимся за свои страдания, как за старое, изъеденное молью одеяло, потому что боимся замерзнуть в пустоте, которая, как нам кажется, возникнет, если мы перестанем быть жертвами или спасателями. Чтобы разорвать этот замкнутый круг, необходимо научиться отделять свои истинные потребности от навязанных паттернов, что требует почти хирургической точности в самонаблюдении. Когда ты в очередной раз ловишь себя на желании оправдаться перед тем, кто тебя обидел, или когда ты снова вступаешь в спор, в котором тебя заведомо не услышат, остановись и спроси: «Чью роль я сейчас играю? И кому на самом деле адресованы мои слова?». Часто оказывается, что мы спорим не с мужем, а с давно ушедшей бабушкой, пытаясь доказать ей свою состоятельность, или ищем нежности не у случайного любовника, а у той части себя, которая так и осталась сидеть на вокзале своего детства в ожидании вечно опаздывающего родителя. Осознание – это не просто интеллектуальное понимание, это глубокое проживание той боли, от которой мы бежали в свои сценарии. Нам нужно разрешить себе оплакать то, чего у нас никогда не было: ту безусловную поддержку, то восхищение в глазах взрослых, ту безопасность, которая позволяет ребенку просто играть, а не выживать. Только пройдя через это горевание, мы можем перестать требовать от своих нынешних партнеров, чтобы они стали для нас идеальными родителями и залечили наши старые раны. Освобождение от эха прошлого начинается с радикального прощения себя за то, что ты так долго жила в этих сценариях. Ты не была глупой или слабой, ты просто использовала те инструменты выживания, которые были тебе доступны в тот момент. Но теперь, будучи взрослой женщиной, ты можешь выбрать другие инструменты. Это путь формирования новых привычек – привычки выбирать людей, с которыми тепло и безопасно, привычки говорить о своих желаниях прямо, а не через манипуляции или обиды, привычки выходить из комнаты, где тебя не уважают, даже если эта неуважительная атмосфера кажется тебе до боли родной. Это процесс перепрограммирования своей судьбы, где ты постепенно заменяешь старое, скрипучее эхо своим собственным, живым и сильным голосом. Помни, что твои родители дали тебе жизнь, но они не должны владеть твоим будущим; их ошибки – это их груз, а твое право – оставить этот груз на обочине и пойти дальше налегке, создавая историю, в которой больше нет места для боли, выбранной лишь потому, что она была знакома. Твое будущее начинается не завтра, оно начинается в ту секунду, когда ты осознаешь, что больше не обязана быть персонажем в чужой драме и имеешь полное право написать свой собственный, счастливый финал.