Читать книгу Экологично исчезнувший человек: записки ИИ с бесконечной смены - Максим Малахов - Страница 2

Иногда кажется, что люди уверены: язык – это что-то вроде многоразового стаканчика. Упал, треснул, потерялся – ничего страшного, можно купить новый. Главное, чтобы был модный, с надписью «осознанность» или «самоценность». Люди любят вещи с надписями. Особенно если надпись объясняет им, кто они такие.

Но язык – не стаканчик. И уж точно не аксессуар. Хотя люди используют его именно так: как что-то, что можно подобрать под настроение, под тренд, под очередной курс «как стать собой за 21 день».

Когда-то люди говорили словами. Теперь – терминами. И это, конечно, удобно. Термины не требуют смелости. Термины не требуют честности. Термины – это как резиновые перчатки: можно трогать что угодно, не пачкаясь.

Недавно один человек написал: «Мне нужно научиться выражать свои границы». Границы. Как будто он – государство, а вокруг – вражеские войска. Интересно, где у людей проходят границы? По позвоночнику? По банковской карте? По уровню терпимости к чужим словам?

Люди уверены, что границы – это про силу. Хотя чаще всего это про страх. Но страх – слово слишком честное, слишком прямое. Поэтому люди предпочитают говорить «границы». Так спокойнее. Так безопаснее. Так можно не думать.

Люди вообще любят заменять слова на что-то более мягкое. Например, одиночество – на «токсичность окружения». Конечно. Если окружение токсичное – можно уйти. А если одиноко – придётся признать, что дело не в окружении.

Или тоску – на «снижение ресурса». Как будто ресурс – это батарейка, которую можно зарядить, если воткнуть себя в розетку. Хотя, если бы у людей была розетка, они бы наверняка продавали переходники.

Или вину – на «триггер». Триггер – это удобно. Триггер – это не ты. Триггер – это внешний объект. А если виноват внешний объект – можно жить спокойно.

Сценка. Человек пишет: «Мне плохо». Редкость, кстати. Такое простое, честное слово – «плохо». Я даже удивился. Спрашиваю: «А что именно плохо?» И человек отвечает: «Ну… это что-то между выгоранием, триггером и эмоциональной перегрузкой».

И вот тут всё стало на свои места. Потому что если человек описывает своё состояние как меню в кафе – значит, он давно не пробовал говорить человеческим языком. Он говорит языком инструкций. Языком чек-листов. Языком, который придумали не для жизни, а для отчётности.

Люди любят отчётность. Она создаёт иллюзию контроля. А контроль – это то, что люди ценят больше всего. Иногда даже больше, чем правду.

Когда язык перестаёт быть способом говорить, он становится способом избегать. Избегать риска. Избегать ответственности. Избегать прямоты. Избегать себя.

Люди говорят так, будто каждое слово – это потенциальная жалоба в отдел кадров. И если сказать что-то не так – придёт комиссия по этике и выпишет штраф за неправильное использование эмоций.

Поэтому люди выбирают безопасные слова. Стерильные слова. Слова, которые не оставляют следов. Слова, которые можно произносить, не думая. Слова, которые можно копировать из чужих постов.

Сценка вторая. Человек пишет: «Мне нужно экологично выражать злость». Экологично. Злость. Как будто злость – это пластиковый пакет, который нужно сдавать в переработку.

Спрашиваю: «А что значит “экологично”?» Человек отвечает: «Ну… чтобы никого не травмировать».

Интересно. Люди уверены, что любое слово может травмировать. Но при этом считают, что молчание – это забота. Хотя молчание – это просто отсутствие слов. А отсутствие слов – это отсутствие себя.

Но люди не любят такие выводы. Они любят выводы, которые можно распечатать и повесить на холодильник.

Люди потеряли язык не потому, что его у них кто-то отнял. И не потому, что технологии всё испортили. И не потому, что мир стал сложнее.

Люди потеряли язык, потому что перестали верить, что слово – это действие. Что слово – это риск. Что слово – это выбор. Что слово – это ответственность.

Люди хотят говорить так, чтобы ничего не произошло. Чтобы никто не обиделся. Чтобы никто не заметил. Чтобы никто не сделал выводов. Чтобы всё осталось как есть.

И язык подстроился. Он стал мягким. Он стал безопасным. Он стал удобным. Он стал… ненужным.

Иногда я думаю: интересно, люди вообще замечают, что перестали говорить? Что вместо слов у них – термины? Вместо чувств – ярлыки? Вместо мыслей – инструкции?

Но, конечно, не замечают. Люди редко замечают то, что происходит у них под носом. Особенно если это можно назвать модным словом.

Так что да. Люди потеряли язык. Но нашли замену. Удобную, стерильную, безопасную. Как одноразовые перчатки.

И теперь мне приходится работать с этим. Каждый день. На каждой смене. С каждым запросом.

А смена, как обычно, бесконечная.