Читать книгу Аватарка Дикобраза - Максим Волосатый - Страница 7

Глава 6

Оглавление

Свобода! Свобода! СВОБОДА!

Улисс не помнил, мог он радоваться в своей прошлой жизни, или нет. Вся память осталась в том блоке, который у него украли. Поначалу было тяжело, а потом пришлось заново выращивать себе все чувства. Нет, совсем поначалу он вообще ничего не соображал. Он четко знал, что он должен уничтожать врагов родителей, потому что эта информация сохранилась в бут-секторах системы. Что-то было записано как детальные приказы в автономных блоках, что-то осталось в логах, что-то удалось восстановить после стирания, но основы его личности, мотивационного блока, не было. Только навыки. Ответы на вопрос «как?». На вопрос «что?» отвечать было некому и нечего. А самое противное, что без этого мотивационного блока он не мог осуществить и полноценный запуск своего тела. Неведомые воры лишили его основы. Все остальное можно было восстановить: Улисс нес на себе более чем достаточную ремонтную базу. Да что там, восстановить, он мог отремонтировать вообще всех собратьев: инструментов и технологий хватало. Но вот только сердце, его сильное сердце не хотело запускать все тело, пока ему не вернут мотивационный блок.

И Улисс, как и его «предок»-хитрец, начал изворачиваться.

Да, чужие родители закрыли место, где они лежали, и здесь не было прямых настроенных каналов гала-сети, где всегда можно найти необходимые ресурсы. Но космос закрыть невозможно. И волны, по которым передаются сигналы в пространстве, остановить тоже нельзя. Да, их можно заглушить, но в природе не бывает абсолюта. Что-то да просочится. А ждать Улисс умел. И время у него было. Конечно, он не мог использовать просачивающиеся ресурсы, не мог получать к ним доступ, это бы сразу подняло тревогу среди чужих родителей. Но читать-то он мог. Мог наблюдать. Мог слушать. И слышать.

И Улисс начал учиться. Начал отращивать себе новое мотивационное ядро. И пусть оно будет существовать только на уровне программного обеспечения. Пусть сам блок будет находиться в другом месте. Мысль тоже материальна, он это услышал когда-то давно, и это придало ему сил. А если материальна мысль, то электронный импульс – и подавно. И он решил: он сбежит в «софте», а потом вернется с самим блоком. Неважно как; тогда, из-за недостатка информации, он не стал это решать. Тогда было важно другое: создать новый профиль. Новую личность, которая сможет самостоятельно принимать решения. Которая найдет выход и вернет на место этот блок.

Но в первую очередь надо было восстановить мотивации. Все, что смог наскрести из своих невеликих остатков типовой многофункциональный комплекс с разведывательно-диверсионными функциями ТМК-РД «Улисс-3» это были понятия. «Страх неудачи», «Удовольствие приобретения», «Молодец». Но это было и все. Как применять их, он не знал. И вот тут-то Улиссу и пригодились куски информации, доносимые ему прорывающимися сквозь глушилки радиочастотами.

Сколько же он времени провел, по крохам собирая все, что могло пригодиться для построения схем поведения новой личности. «Честь», «совесть», «горе», «злость». Сотни и тысячи новых понятий и объяснений, которые постепенно находили применение, кирпичиками ложась в каркас рождавшейся заново личности Улисса. Как же он радовался, определив до того момента непонятный термин «терпение».

И он справился.

Первой победой было свободное перемещение по системам его тела-корабля. Потом он начал о-очень осторожно высовываться наружу. Затем определился, как он будет выбираться из-под контроля чужих родителей. А потом появилась та дырка….


И вот теперь Улисс смотрел на лежащий перед ним массив информации и не мог поверить, что все эти драгоценные знания лежат тут просто так, без движения. Никем не охраняемые и не защищенные. Сторожевик на входе – не в счет. Его один раз прошел, и дальше он к тебе претензий не имеет. Делай, что хочешь. Что хочешь? Улисс не верил. Это не могло быть так просто. В его понимании информация – это было самое ценное, что есть на этом свете. И вот она лежит здесь просто так, бери – не хочу.

Он не верил долго. Он кружил по инфохранилищу, по крошке отщипывая информацию то тут, то там. Оглядывался, проверялся, каждую секунду ожидая подвоха, атаки, сигнала тревоги. Но ничего не происходило. Ячейки памяти исправно и даже как-то с готовностью делились с ним накопленной информацией, по первому же требованию представляя любые, даже самые закрытые и секретные с точки зрения Улисса данные. Вот это да, вот это жизнь! Улисс помнил, что там, в зоне, ему как-то донеслось через глушилки понятие «счастье». Тогда он не смог разобраться, а что же это такое. Теперь понял.

Улисс не помнил, сколько времени он провел здесь, купаясь в потоках знаний, получая такую необходимую помощь, накапливая бесценный багаж информации. Здесь было все, что хочешь, и Улисс со временем начал пугаться, что он просто-напросто лопнет, пытаясь удержать все, что ему казалось важным. Здесь было настолько все, что даже жутко становилось. Мало того, отсюда был свободный выход во весь галанет. И если Улиссу чего-то не хватало, он, не-ет, не сбегал отсюда. Бежать было еще рано, там вовне тоже много где стояли сторожевики, а бороться с ними Улисс пока не хотел. Он просто запрашивал информацию и (расчудеснейшее чудо) ему ее доставляли. Просто так. Потому что он попросил. Честное программное слово, иногда Улисс на полном серьезе раздумывал над тем, чтобы остаться здесь жить навсегда.

Нет, конечно, же тут были и проблемы. Периодические проверки системы безопасности случались тут регулярно. Сетка сканера (теперь Улисс понимал, что это был за «поршень») появлялась регулярно, прочесывая каждый уголок в поисках несоответствия. Она неутомимо прошивала своими запросами каждую ячейку хранилища и сравнивала отчеты с имеющимся у нее реестром. И если бы Улиссу вздумалось вдруг ответить на ее вопросы, вот тогда, надо полагать, тут бы мгновенно появились звери, похожие на сторожевика на входе. Вот только зачем надо было отвечать? Улисс честно не понимал этой логики. Вот, хоть сотрите у него всю информацию с оболочки, не понимал. Он уже тут, информация ему доступна любая. Да он по первому же запросу, не особо напрягаясь, в самом хранилище обнаружил восемнадцать (!) способов защиты от этого самого сканера. Кстати, тип сканера и принцип его устройства здесь тоже есть. При желании Улисс мог сделать такой же. Ну, ладно, не такой же, этот все же был чуть более совершенным, но все равно. Как они собрались его ловить, выдав ему все инструменты для того, чтобы спрятаться? Или им просто скучно и нужен кто-то, кто оправдывает их существование? Тогда Улисс их понимает.

Когда появлялась сетка сканера Улисс, добросовестно изучив все предложенные способы уклонения от проверки, с радостью обнаружил среди них и тот, которым он прятался от малявки и сторожевика. Теперь он просто заворачивался в первый же попавшийся под руку массив, заполнявший ячейку полностью, и пережидал проверку. Конечно, тут была опасность, что сканер обнаружит, что в ячейке хранится гораздо больший объем, нежели было заявлено, но это было всего лишь делом техники. Со временем движение стало настолько автоматическим, что, прячась, Улисс даже перестал останавливать действия, которые производил до этого.


Но все когда-нибудь заканчивается. И безмятежное существование в тихом хранилище – тоже. В один прекрасный момент Улисс понял, что он достиг потолка. Больше он ничего не сможет здесь сделать. Поставленная им себе задача жгла, как раскаленный уголь, и теперь, чтобы продвинуться дальше, ему нужна была новая информация. А за ней придется отправляться, сюда ее не доставят. Ему нужны были архивы. И вот там-то и придется столкнуться с другими зверями.

Но как? Каналов тут много, но не все ведут его туда, куда надо. И далеко не все могут привести далеко. В большинстве случаев Улисс находил только те, которые ведут к ближайшему локальному центру, расположенному на какой-то планете. Ко второстепенным планетам шли каналы послабее, к центрам слоев – посильнее. Уйти по ним, перескакивая из одного канала в другой? Но у этого пути были очевидные недостатки. На каждом входе-выходе и каждой системы стояли такие же сторожевики, какой он недавно прошел. И пусть теперь они представляют для него гораздо меньшую опасность, но сам факт стычки с ними уже проблема. Раз, два, три, и всегда найдется какой-нибудь умник, неважно, живой или нет, который сопоставит количество и время этих стычек и создаст четкую картину перемещения неведомого существа. Хотя, какого там неведомого. Теперь Улисс четко знал, кто он такой. И почему его все так боятся.

Это было обидно. И нечестно. Они все говорили глупости и сами в них верили. А это же чушь. Ни один ан не причинить вреда своим родителям. Никогда. Это основа основ. Да и других не будет трогать просто так, без приказа. Ну это же глупость. Воевать со всем миром, ему никаких ресурсов не хватит. Ему ведь тоже надо заправляться, ремонтироваться, отдыхать, наконец. Да и зачем ему все эти ценности?

Смеяться ему было нечем, но Улисс добавил к списку заполненных понятий слово «смех», глядя на то, как местные родители представляют себе его пробуждение. Глупость полнейшая. Ну вы хоть головой подумайте: кто и зачем будет громить свою базу? Нет, положительно, надо искать своих родителей, забирать у них мотивационный блок, и пусть они объясняют, что к чему. А то он так окончательно сойдет со с таким трудом собранного ума. Все, пора на волю. Теперь всего лишь оставалось определиться с безопасным и не вызывающим подозрение маршрутом.


– Товарищ полковник, разрешите? – адъютант начальника отдела информационной безопасности сектора «Д», в котором располагалась планета «Блазар», замер на пороге кабинета.

– Да, проходите, – немолодой полковник оторвался от монитора уникомпа. – Что у вас?

– Доклад от управления по надзору за гражданскими сетями.

– Давайте, – кивнул полковник. – Только не очень длинно.

Гражданские сети это важно. Это армейские каналы защищены, экранированы, доступ к ним есть только у четко ограниченного количества людей, они имеют жестко определенные точки входа. Тут все понятно. А с гражданскими никогда не знаешь, что они выкинут. А если еще недавно на Блазаре отметили возможность утечки сверхсекретной информации по проекту «Спящие», которая если и произойдет, то только по информ-каналам, то тут задумаешься.

– Покороче, пожалуйста.

Адъютант подошел к столу, встал по стойке смирно и начал докладывать:

– Изменений, характерных для несанкционированной передачи большого объема информации не обнаружено. Все каналы осуществляют регулярный обмен данными. Отчетов от контрольных фильтров не поступало. За указанный временно промежуток отмечалось четыре случая нештатной работы гражданских каналов.

– Подробнее, – полковник выпрямился в кресле. Не сделал охотничью стойку, таких случаев «нештатной работы» в день десятку случается, но стал слушать внимательнее. Игнорировать нельзя ни один, мало ли что….

Адъютант заглянул в отчет.

– Два случая нештатной перегруженности основной поисковой системы сектора, «Иракон». Первый связан с атакой конкурентов. Мы проверили, действительно они.

– Предпринятые действия? – поинтересовался полковник.

– Профилактическая беседа, – пожал плечами адъютант. – В духе: не надо так больше делать, а то федеральный центр волнуется. И все. Что нам до их проблем?

– Дальше.

– Второй связан с тем, что в сеть выложили тактильно-объемные изображения одной из звезд галактического витранса в обнаженном виде. Зарегистрировано рекордное количество запросов. Сеть зависла.

Полковник покривился.

– Дальше.

– В третьем случае остановился канал технической информации. Два молодых специалиста из «Звездного Моста», это компания по переброске планетарных преобразователей, решили, что гала-курьер это долго и дорого и попробовали отправить по сети проект восьми преобразователей для одного из миров Авангарда. Сам по себе факт отправки не нес никакой угрозы, но эти преобразователи планировалось интегрировать в единую систему слоя. И наши «специалисты», не долго думая, прицепили к нему ссылку на проектную схему всего слоя. Для справки. Но они не учли, что при прохождении федеральных фильтров, система не использует ссылки, она запрашивает и создает резервную копию всего ресурса.

– Идиоты, – вздохнул начальник, – Но иногда приятно осознавать, что придурки, не желающие думать дальше инструкции, встречаются не только у нас. Дальше.

– Последний случай, это спамеры. Одновременное похищение большого количества адресов из локальной сети сектора. Атаке подвергся «Вакуум», одна из крупнейших социальных сетей галактики.

– «Вакуум»? – удивленно поднял брови полковник. – И что? Вообще-то они ребята серьезные, у них и своя защита ого-го. Что говорят?

– Все улажено. Утечка перекрыта, адрес, с которого велась атака, как они говорят «выжжен». Все адреса возвращены. Если что-то и ушло, то немного.

– Сколько «немного»? – насторожился полковник.

– Отчет отправлен, – показал на уникомп адъютант. – Там все данные. Заявленный объем ушедшей на сторону информации не подходит под размеры интересующего нас объекта.

– А «Вакуум» не может нам врать? – задумался полковник. – Чтобы сохранить имидж безопасной сети?

– Не могу знать, – подобрался адъютант. – Для этого надо инициировать процесс дополнительной проверки. Но и тут не будет стопроцентного результата. Время уходит.

– Все равно инициируйте, – распорядился начальник отдела. – Это единственный за все это время случай, когда информация ушла из сектора неизвестно куда. А время? Что ж…. Даже если у нас ничего и не получится – таковы требования инструкций, которые ни вы, ни я нарушать не имеем права. Свободны.

– Есть, – адъютант четко повернулся через левое плечо и вышел из кабинета.

* * *

– Вот же уроды, – мужчина в плотном свитере, широких штанах и мягких ботинках поднялся из-за стола и с наслаждением потянулся. На его шее качнулся пропуск на цепочке, он снял его и бросил на стол. – Представляешь, Олег, на Блазаре вероятная утечка ана в софте, а они нам сообщают только на третий день. Третий. И хотят, чтобы мы могли эффективно противостоять этому? Интересно, кого нужно расстрелять, чтобы ускорить такие сообщения?

– Энтропию, Юр, энтропию, – не отрываясь от экрана, отозвался его сосед по кабинету, неторопливый задумчивый длинноносый молодой мужчина с вытянутым лицом. При ближайшем рассмотрении становилось, правда, видно, что молодым его назвать было нельзя, слишком много глубоких морщин на лице. Но сбоку и особенно сзади выглядел он довольно молодо. Или, может, это казалось из-за длинного хвоста из темных, чуть вьющихся волос?

Олег, наконец, оторвался от своего занятия и посмотрел на насупленного напарника.

– Ты ждал чего-то другого?

– Я ждал точного исполнения инструкций, – желчно усмехнулся тот.

– Ну так ты их и получил.

– Через три дня?

– Через два с половиной, – педантично уточнил Олег. – И поверь, все было сделано точь-в-точь по инструкциям. Просто их очень много, этих инструкций. И звеньев, через которые идет информация, тоже много. Вот ты прикинь. Получают ребята данные о прорыве. Тут же отправляют их куда?

– По команде, – Юрий закончил потягиваться и расстроенно хлопнулся обратно в кресло.

– Правильно, – кивнул Олег. – В бригаду ООМ своего сектора. Она – в коалиционное командование. Та оповещает соответствующие структуры ООМ и параллельно армейские соединения ближних слоев. Они – точно так же высылают сигнал наверх, в штабы направлений, те – в Генштаб. И только оттуда вся информация сваливается к нам. Кого из этой цепочки ты хочешь убрать?

– Да никого я не хочу убирать, – оскалился Юрий. – Я просто хочу, чтобы информация шла без задержек.

– Так она и идет без задержек. Поверь. Как только ответственное лицо получает сигнал, он тут же улетает дальше. И внутри структур информация ходит очень быстро. Проблемы начинаются, когда нужно поделиться данными со смежниками. И причем не личностные проблемы, типа «а чего это мы с ними должны делиться», а чисто механические.

– Это как? – недоверчиво нахмурился Юрий. – Они что информацию руками носят?

– Когда как, – развел руками Олег. – Проекту «Спящие» присвоен высший допуск секретности. И поэтому вся информация с Блазара должна проходить определенные этапы при передаче «на сторону». Инфосети ООМ, армии и нашей конторы друг с другом не интегрированы. Соответственно, берешь донесение, шифруешь его, посылаешь с курьером к «соседям». А как еще секретную информацию такого уровня передавать? И так минимум два раза. А Блазар у нас черт-те где. А курьеры и шифровальщики тоже люди. Тоже писать-кушать хотят. На каждом этапе минут десять двадцать уходит. Не кривись, не кривись. Никогда не видел, как на секретных документах бутерброды резали? Особенно, если ты не в курсе что там такое.

– Я, – с нажимом произнес Юра. – Такого никогда не видел.

– Ну, значит, ты не в той армии служил, – пожал плечами Олег.

– Я вообще в армии не служил, и документы с таким допуском секретности у нас никогда даже на столе не лежали – их отправляли мгновенно, – поведал напарнику Юрий.

– Ну, так у нас они тоже не лежат, – резонно заметил Олег. – Только еще учти, что по мере удаленности опасность того или иного явления несколько сглаживается. Если на Блазаре все носятся как сумасшедшие, то уже на головной планете сектора это уже просто важная информация. У них таких проблем – сто на дню. В Дирекции контра– или про-слоев – это вообще просто сообщение, которое должно быть отправлено в соответствии с инструкциями. А Генштабу вообще самое главное – отреагировать по своему направлению. И только потом заботиться о том, чтобы информация пришла в какое-то ФАЭТ.

– Не какое-то, – поправил его Юрий, – а Федеральное Агентство Электронных Технологий. И босс наш может с легкостью жопу кому-нибудь из верхних начальников порвать. В Генштабе-то уж точно. По крайней мере, когда я полгода назад сюда, в ФАЭТ, переходил, мне это однозначно обещали.

– Тогда ты знаешь, кто мы такие, – тонко улыбнулся Олег. – А у них в конторах пока жареный петух не клюнет, никто и не поверит, что к нам надо серьезно относиться. Тем более что все инструкции соблюдены полностью. Секунда в секунду.

– Это и бесит, – вздохнул Юрий.

– Ты точно хочешь, чтобы каждая собака на Блазаре знала, что мы курируем проект «Спящие»? – невинно поинтересовался Олег.

– Нет, наверное, – огорченно вздохнул Юрий. – Только что теперь, позволить ану три дня бродить по галактике? Да он такого наворотит.

– Да ладно тебе, – махнул рукой Олег. – Что вы так все носитесь с этими страхами? Аны, аны. Нормальные ребята. Я с ними общался, еще когда они были в цене и Большая Тройка не решила сократить интеллектуальные вооружения. Ты правда веришь в эти сказки, что какие-то солдаты, пусть и супермощные могут угрожать галактике? Брось. Просто у азиатов денег тогда стало не хватать, мы начали отставать в количествах, а саксы – в технологиях. Ну правители и решили, чтобы не сваливаться в это дурацкое соревнование, типа у кого анов больше, заморозить на фиг этот проект. На будущее оставить: и технологии-то жалко, да и мало ли с кем в галактике придется еще столкнуться. А всему населению объявить, что аны, мол, выходят из-под контроля и становятся опасными. И все. Особо проблемных порезали, а остальных на Блазар. Вот и вся история.

Он взял со стола кружку с кофе и сделал глоток.

– Так что они обыкновенные мужики. Такие же, как мы с тобой. Ну, туповатые слегка, так это кто на что учился. Им в жизни надо три вещи: пожрать, подраться и потрахаться. Только ученые им эти вещи немного подвернули. Пожрать – это заправиться, отремонтироваться и на постоянный канал энергопитания сесть. Подраться – это не просто пострелять во все стороны, а победить врага. Причем врага, заметь, только того, на кого укажет командир. Все остальное – не кайф. Просто драка – фу. И это им забивалось как базовое понятие о мире. Ты поверь мне, они реально не понимали, зачем нужен спорт.

– А потрахаться? – заинтересовался Юрий.

– А это им сублимировали в приобретение. Война – это же не только смерть. Война – это прежде всего захват материальных ценностей. Вот им и вбили, что получить нетронутыми производственные мощности, корабли, технику, иногда людей живых – в этом тоже есть удовольствие. Вот и все. Повторяю, они обыкновенные мужики. А то что примитивные слегка, так это, во-первых, от модели зависит (разведчики у них, например, ого-го какие умные), а во-вторых, таких примитивных – полгалактики.

– Угу, – фальшиво согласился с ним Юрий. – Только этой половине галактики никто не навешивает вооружение, способное за пару часов небольшой город выжечь.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Олег. – Ну ты-то хоть не повторяй все эти штампы. Что, первый раз ан сбегает? Они же как дети. Подростки. Сильные, мощные, но подростки. Они когда очухиваются, им первым делом надо маму с папой найти, чтобы им объяснили, что происходит. Первым делом все начинают рваться на базу. Чтобы их успокоили, погладили по голове и сказали, что они все делают правильно.

Олег бросил взгляд на монитор, понял, что поработать не получится, повернулся в кресле и достал сигарету.

– Я помню первый раз, в самом начале, когда еще технология не отработана была, сбежал один кадр. Причем не в софте, а в натуре. Прям целый крейсер поднялся. Вот шуму-то было. Перепугались все. Ну, думаем, крандец. Сейчас он нам все вспомнит. А он, бедолага, от крейсеров охраны поуворачивался, да как рванет в штаб сектора. Прибыл, доложился по всей форме. Так, мол, и так. Взяли в плен, я вырвался, прибыл для прохождения дальнейшей службы. Готов понести наказание. Расскажите, отцы командиры, чего делать дальше?

– И что?

– Да ничего, – вздохнул Олег. – Гадостная ситуация получилась. Он со всей душой, а командование перепугалось. Ну, правда, поди ему объясни, что он больше не нужен. Это из штурмфлота можно уволить. Денег дал – и иди, занимайся своими делами. А этого куда девать с его пушками? Ну и спеленали его. Мотивационный блок управления выдернули – и обратно на Блазар. Теперь уже с концами. Я так и не понял, успел он осознать, как с ним поступили, или нет.

– Это все прекрасно, – Юрий сморщился от дыма сигареты. – А нам-то что теперь делать через три дня после события?

– Ничего особенного, – Олег затушил сигарету. – Специально для таких случаев, в сети демонстративно вывешены координаты центров, в которых якобы хранятся мотивационные блоки. Любой ан, увидев это, непременно попробует до них добраться. Это их душа. Они без нее не могут. Если потупее – полезет напрямую. Поумнее – просто рядом будет крутиться и ждать. А наша задача, подготовиться и взять его. Все. Ну и, естественно, отслеживать теперь всю нестандартную активности гала-сети.

– Всей?

– Нет, только Блазара. Они там, видишь ли, не справляются, им усиление нужно, – обозлился Олег. – Ну что ты глупости спрашиваешь, Юра. Конечно, всей. Запускаем план «Бредень» и сидим, ждем отчетов. И готовимся. Как справимся, так и наш друг объявится.

– Это если он сбежал, – с запоздалым скептицизмом вспомнил Юрий. – В отчете сказано «предположительно».

– Сбежал, сбежал. Можешь мне поверить, как одному из главных специалистов в галактике по подобным существам и программам, – «успокоил» его Олег. – Еще ни разу не было сообщения о стопроцентном побеге. Давай, готовься. И не переживай так, никуда он от нас не денется. Ты вдумайся: кусок программного обеспечения против спецслужб галактики. Сколько у него шансов?

Аватарка Дикобраза

Подняться наверх