Читать книгу Проклятия Градерона - Марина Клингенберг - Страница 1

Глава первая
Долгожданная встреча

Оглавление

Высокая ледяная гора, вырываясь из густого тумана, словно зловещая башня, неизбежно приковывала взгляд. Обычно она неестественно белела в сумраке, но сегодня и без того всегда неприветливое небо заполонили темные тучи, поэтому впечатление было еще более гнетущим. Горная вершина вздымалась к мрачному небу грязно-серым колом, а у ее подножия в туманной дымке мелькали призрачные силуэты, навевая нехорошие предчувствия и почти мистический страх даже у опытных воинов, которым выпало несчастье проходить мимо в последние часы. Впрочем, все до единого торопились уйти подальше от этого гиблого места.

Но Кристиан не собирался следовать их примеру. Наоборот, он уверенным шагом шел прямиком к ледяной горе. Он знал, что при ближайшем рассмотрении в этом жутком пейзаже не будет ничего необычного и тем более пугающего: просто надвигающаяся непогода и собравшиеся в очередной раз отступники. В последнее время они почему-то все чаще появлялись перед горной цепью, и это могло серьезно нарушить его планы. Как назло, собирался дождь, и видимость грозилась стать нулевой.

Кристиану потребовалось прийти сюда всего три раза, чтобы отступники перестали нападать на него – теперь при его виде они или быстрым шагом отходили подальше, или ограничивались издевательскими криками, к которым незваный гость, конечно, не прислушивался. В общем, он, как правило, мог чувствовать себя чуть ли не в полной безопасности.

Однако сегодня Кристиан был не один. И, конечно, люди, некогда изгнанные за свои преступления из Эндерглида и Градерона, непременно воспользуются шансом и попытаются расправиться с ребенком. Поэтому следовало быть начеку.

Кристиан опустил взгляд и посмотрел на шедшего рядом с ним мальчика лет шести с такими же, как у него, золотистыми волосами, только пока еще короткими – кончики едва доставали до плеч. Невооруженным глазом было видно, что они с Кристианом родственники, и это добавляло лишний плюс к вероятной затее отступников. Кристиан мог рассчитать их поведение на несколько шагов вперед, это было несложно.

– Прикрой голову, – сказал он. – И держись поближе ко мне.

Мальчик послушно накинул на голову капюшон. Другой призыв был излишним: всю дорогу он, взволнованный, мертвой хваткой держался за плащ Кристиана, не отходя от него ни на секунду.

Ледяная гора была уже совсем близко. Силуэты, словно по волшебству, исчезли из туманной дымки, но это ровным счетом ничего не значило.

Скорее, наоборот, такое стремительное исчезновение – близкий вестник опасности…

Так и есть! Кристиан выхватил из ножен меч и молниеносным ударом отбил нападение человека, неожиданно выскочившего из тумана. Потом схватил своего маленького спутника за плечо и, круто развернувшись, ударил другого нападавшего, нацелившегося на ребенка. Из тумана на помощь своим бросились еще трое, но в последний момент почему-то передумали – должно быть, поняли, что все равно ничего не выйдет.

– Отлично, – Кристиан вернул меч в ножны. – Теперь можем подниматься.

Он посмотрел на испуганного мальчика. Конечно, тот дико волновался и смотрел на ледяную вершину с заметной дрожью во всем теле. Но он и представить себе не мог, как билось в этот момент сердце Кристиана.

Едва они ступили на тропинку, змеей огибающую белую гору, пошел дождь. Пока еще совсем слабый, но тяжелые тучи обещали в самое ближайшее время устроить нечто куда эффектнее. «Нужно торопиться», – рассеянно подумал по этому поводу Кристиан, но шага не ускорил. Страх неудачи и неверие в чудо сковывали все его существо. Да и опасно было бежать по ледяной тропе.

К тому времени, как они достигли пещеры наверху, дождь значительно усилился, поднялся ветер. Так что, несмотря на естественную неприязнь к этому заколдованному месту, забравшему жизнь его брата, Кристиан был рад пройти внутрь. Здесь царила тишина, из-за пустующего пьедестала струился свет, выхватывая из ледяных стен навеки застывших людей, дерзнувших попытаться похитить магический браслет. Кристиану не раз казалось, что они смотрят на пустой пьедестал с горечью и обидой…

Но сегодня он не обратил на них никакого внимания. Они приблизились к единственной ледяной глыбе, лежащей на полу. Сквозь толщу льда виднелись искаженные голубоватым отсветом длинные золотистые волосы. Бледное лицо. Облачение стража Рассвета… В этом ледяном гробу спал мертвым сном Балиан.

Кристиан с трудом оторвал от него взгляд и посмотрел на своего маленького спутника. Мальчик нерешительно коснулся льда кончиками пальцев, но тут же отдернул руку и вопросительно посмотрел на Кристиана.

– Смелее, – ободрил тот и с немалым трудом выдавил на лице подобие улыбки.

Должно получиться, – сказал он себе. Просто обязано. Но как тяжело, как страшно представить, что Балиан действительно проснется. Что-нибудь скажет… Что? Кристиан старался и не мог не думать об этом. Он чувствовал, что просто не переживет, если ничего не выйдет, и толща льда так и останется толщей льда, гробом, упрятавшим в себе его брата.

– Ну же, – снова поторопил Кристиан, но глаза его не отрывались от лица Балиана.

Мальчик закусил губу и, глубоко вздохнув, положил обе ладошки на лед. От них по всей площади льда тут же полыхнуло ярко-голубое свечение. Мальчику стало страшно, но, помня данные ему наставления, он не убрал рук, и искры, струящиеся пугающим потоком, продолжали вспыхивать и гаснуть. Лед под пальцами будто бы становился мягче… Он таял.

В это было сложно поверить, но прошло меньше минуты, и весь лед у пьедестала превратился в воду.

В голове у Кристиана не осталось ни одной мысли. Балиан лежал перед ним. Лежал, и вокруг него не было толстого слоя льда. Он был совсем такой же, как раньше, как в тот роковой день. Даже заметен след от пореза на сгибе локтя – то было в Дилане, во время войны с Галикарнасом, когда Балиан встретил на поле боя давнего врага и оставил его там же, а сам получил только такое, смешное ранение.

Но он был страшно бледен. Кристиан уже стал подозревать худшее; он наклонился и протянул к нему руку, но Балиан вдруг резко дернулся, закашлялся и попытался сесть.

– Балиан! – прошептал Кристиан, не веря своим глазам. – Балиан…

– Что?.. – Балиан, судя по всему, хотел спросить, что с ним случилось, но снова закашлялся – вода от растаявшего льда попала ему в горло.

Его голос. Он жив.

Кристиану потребовалось немало сил, чтобы приказать себе поторопиться и следовать согласно плану. Время стремительно убывало, и то, что Балиан был жив, совсем не значило, что все будет в порядке.

– Балиан, – проговорил Кристиан. Его голос сам собой стал много мягче, чем прежде – и как было приятно вновь обращаться по этому имени! – Нужно идти. Ты можешь встать?

– Нет, – Балиан, наконец, откашлялся и воззрился на него возмущенным взглядом. – Что вообще происходит? Что слу…

Балиан оборвал себя на полуслове. Он вспомнил сам.

Он, Кристиан и Юан успешно завершили войну с Галикарнасом, нашли Хранителя Ключа Градерона и заключили с ним договор – он возвращает им украденный золотой пергамент, исполняющий все, что на нем напишут, а они взамен открывают Врата Рассвета и с чистой совестью пропускают его в Этериол. В конце концов, им было велено только вернуть пергамент, а не вершить правосудие над ворами.

Розетта, к огромной радости Балиана, отправилась с ними. Они уже были на пути в Эндерглид, когда ей вдруг захотелось подойти к горам. Они с Балианом поднялись наверх… Розетта умоляла его взять золотой браслет, лежащий на пьедестале… Он кинул его ей, а потом…

– Балиан, – Кристиан накинул на него плащ – Балиан дрожал от холода. – Нужно уходить.

– Почему синий? – уставился на накидку Балиан. – Откуда… Эй, вы чего?! – заорал он вдруг. – Почему вы в градеронской одежде? Спятили?

– Послушай, – Кристиан снова завернул его в синий плащ, который Балиан с видом полного презрения сбросил на лед. – Я знаю, это очень трудно понять. Но за то время, что ты спал, многое изменилось. Прошло десять лет, Балиан.

Балиан оторопело уставился на него. Потом криво улыбнулся.

– Очень смешно, Кристиан.

– Я не шучу.

– Ну конечно! Если прошло десять лет, – Балиан указал на стоящего рядом с ним мальчика, – то почему Юан ни капли не изменился? Ну, если только совсем чуть-чуть, – поправился он, всмотревшись в ребенка.

– Это не Юан. Это мой сын. Демиан.

Мальчик сделал шаг вперед и, наклонив голову, бойко проговорил:

– Для меня большая честь познакомиться с тобой, Балиан.

Балиан смотрел на него, раскрыв рот. И вдруг снова лег на лед.

– Я лучше еще посплю, – сказал он.

Кристиан понимал, как дико прозвучало все это для Балиана, но он не мог дать брату времени на раздумья. Балиан и так слишком долго пролежал здесь.

– Балиан, я умоляю тебя, пойдем. Ты можешь идти? Я помогу тебе.

Балиан приподнялся на локте и сердито уставился на него. Но потом его взгляд невольно скользнул по человеческим силуэтам, замершим в ледяной стене, и он решил не спорить.

Однако встать при всем желании было не так-то просто. Ноги слушались Балиана с огромным трудом, правая рука совсем не двигалась и сильно болела, в нее словно впивались изнутри тысячи иголок. Вдобавок к этому дышать было тяжело, грудь сильно сдавливало.

С помощью Кристиана он все-таки поднялся и даже сделал несколько шагов, но брату все равно пришлось его поддерживать. Делал он это с непривычной для Балиана легкостью.

Втроем они вышли из пещеры. На улице бушевала настоящая буря – дождь хлестал с такой силой, что причинял ощутимую боль. Балиан, хотя терпеть не мог все, что связано с Градероном, все-таки закутался в плащ. В голове его было мутно, он практически ничего не видел и не понимал. Кристиан шел рядом, но в нем чувствовалось что-то странное. Запоздало Балиан отметил, что голос его звучал не так, как раньше, что, в целом, он вообще изменился, не говоря уже о том, что теперь он, Балиан, едва доставал ему до плеча, а золотистые волосы брата спадали до самого пояса. А его одежда! Синий плащ, серебристые доспехи с синим полумесяцем. И вдобавок ко всему этому – шедший рядом ребенок в темно-фиолетовой тунике и такой же накидке.

Все это казалось бредом, от которого у Балиана кружилась голова. Действительно прошло десять лет? Какая глупость. Еще вчера, он помнил, они вышли из Врат Заката, чтобы вернуться в Эндерглид. Но если все так, то кто этот мальчик, так удивительно похожий на Юана? Балиану было легче поверить, что его родители вернулись с того света и завели еще одного ребенка, чем в то, что это сын Кристиана.

– Кристиан, – тихо проговорил Балиан, вынужденно цепляясь за руку брата. – Где Юан?

Они уже спустились с горы, и Кристиан настороженно оглядывался, помня об отступниках. Но, конечно, маловероятно, что они нападут в такой дождь. Ничего нельзя было разглядеть в двух шагах. Куда вероятнее, что это они ожидали атаки от них.

Услышав вопрос Балиана, Кристиан посмотрел на него и слабо, как-то неуверенно улыбнулся.

– Он встретится с нами позже.

Балиан не нашел в себе сил настаивать на более подробном ответе. Ноги не держали его, голова кружилась, правая рука уже совсем не чувствовалась. Дышать, правда, стало немного легче, легкие жадно принимали пропитанный влагой воздух, но Балиан все равно хотел поскорее оказаться под хоть какой-нибудь крышей и как следует оценить свое состояние. Но не в его правилах было жаловаться, и он не проронил ни слова. И без того было ясно, что Кристиан и сам порядком спешил.

Однако идти пришлось очень долго. Балиан потерял счет времени и не поверил своему счастью, когда перед ним распахнулась дверь, и он ввалился в относительно теплую, совершенно незнакомую ему комнату. Балиан окинул ее взглядом – ничего особенного, две кое-как сколоченные кровати, стол, покрытый сажей очаг. Мило, но на башню Эндерглида совсем не похоже. О чем он и сказал Кристиану.

Деревянная дверь отрезала от них шум надоевшей бури.

– Мы не в Эндерглиде, – сказал Кристиан. – До Эндерглида было бы слишком долго идти. Руэдейрхи предупредил, что ты будешь в плохом состоянии, так что мы…

– Причем тут Радаерхи? Ты что, с ним разговаривал? – Балиан подозрительно посмотрел на него, но Кристиан отвел взгляд и ничего не ответил.

Он скинул с себя мокрый плащ, снял доспехи и пояс с мечом. Под ними у него тоже были темные одежды с символикой Градерона. Балиан все меньше понимал, что происходит. Сначала он подумал, что Кристиан и этот мальчик, Демиан, специально оделись по-другому, чтобы, скажем, пробраться на гору – кто знает, как тут все теперь? Но в таком случае плаща было бы более чем достаточно.

Кристиан бросил что-то в очаг, и там тут же радостно заплясало пламя. Потом налил в кружки какое-то питье и поставил их на решетку. Только после этого он, наконец, снова посмотрел на Балиана.

– Многое изменилось, Балиан, – сказал он. – Я готов рассказать тебе все в мельчайших подробностях, но мне не кажется, что сейчас удобное время для этого. Как твоя рука?

– А ты откуда знаешь, – буркнул Балиан.

Он посмотрел на руку, которая отказывалась ему подчиняться. Ее ощущение частично вернулось, боль притупилась, но пальцы двигались с огромным трудом.

– Надеюсь, к утру пройдет, – сказал Кристиан и протянул ему кружку с горячим напитком.

Балиан взял и с опаской принюхался – вдруг старший брат перешел на сторону зла и решил жестоко подшутить над ним, налив ненавистного вина? Но нет, напиток хоть и отдавал спиртным, на вино похож не был. Вторая кружка досталась Демиану. Он не проронил ни слова с тех пор, как они вышли из пещеры, но украдкой поглядывал то на Балиана, то на Кристиана – робко и с интересом.

Осушив кружку, Балиан почувствовал себя много лучше. В голове прояснилось, дышалось свободно, он согрелся, и даже боль в руке уже не казалась такой ноющей. В любой другой ситуации это было бы приятной переменой, но когда усталость и разбитость отошли на задний план, все вокруг приобрело новые и совсем не приятные очертания.

– То есть ты хочешь сказать, что прошло десять лет, – сказал он.

– Да, – подтвердил Кристиан. – Взяв Солфордж, ты попал под проклятие и спал во льду. Как те люди в стенах… Ты сам видел. Мы пытались что-нибудь сделать, но все было тщетно. Только один человек был способен снять проклятие. Руэдейрхи, правитель Градерона.

Балиан постарался представить, как лежит в пещере, покрытый льдом. Вышло неважно.

– А Гволкхмэй? – спросил он.

– Все были расстроены, – сказал Кристиан. – Но Гволкхмэй и Тристан сказали нам, чтобы мы смирились и забыли о тебе, потому что вернуть тебя невозможно – все равно что пытаться оживить мертвого… Но мы не могли забыть. Да и не пытались.

Балиан молчал. Десять лет. Чем больше он сознавал это, тем больше реальность напоминала кошмарный сон.

И тут Балиан вспомнил.

– Розетта! – он вскочил на ноги. – Где она? Что с ней?

Кристиан удивленно посмотрел на него. Меньше всего он ожидал, что после всего случившегося Балиан заговорит об этой девчонке таким взволнованным голосом.

– Балиан, в том, что ты попал под проклятие, виновата только…

– Где Розетта?! – Балиан ударил кулаком по столу.

– Она умерла, – сказал Кристиан. – Мы нашли ее мертвой около горы в тот же день. Похоже, она утонула.

Балиан потрясенно умолк. Долгое время он не говорил ни слова, глядя в одну точку. Поверить в смерть Розетты было еще сложнее, чем в то, что неожиданно, почти в один миг минуло десять долгих лет.

– Я пойду спать, – наконец, сказал он и, подойдя к кровати, яростным движением набросил на нее синий плащ.

– Балиан, я не сказал, что я…

– Что ты служишь Градерону? А то по тебе не видно! – Балиан не смог сдержаться, и сумбурные чувства, копившиеся последние часы, вышли наружу с громким криком: – Понятия не имею, что тут у вас произошло, и не хочу этого знать! Тебе же лучше, если все это – идиотский розыгрыш! И твой сын, или кто там он тебе, уже сто лет как дрыхнет! – Демиан и впрямь спал, сложив руки на столе и положив на них голову. – Не знаю и не хочу знать, откуда он взялся, но ты бы положил его, что ли, в кровать! Все! И не трогай меня! – он плюхнулся на расстеленный плащ и, проигнорировав жалобный хруст ветхой мебели, отвернулся к стене.

Кристиан продолжал сидеть за столом. Слова Балиана, конечно, причинили ему сильную боль, но он не мог его в этом винить. Балиан не знал, что тут творилось, и сколькими жертвами обернулось его спасение. Пусть эти жертвы и исчислялись не мертвецами, а чувствами, от этого было не легче.

Впервые за десять лет к глазам Кристиана подступили слезы. Не от боли, а от чудовищного облегчения и счастья. Пусть Балиану тяжело, пусть он совершенно оправданно кричит, но он жив и снова рядом. Это важнее всего…

Балиан проснулся через два часа. Он не чувствовал себя отдохнувшим, правая рука отчаянно ныла, но спать больше не хотелось.

Он тихонько повернулся. Кристиан все так же сидел за столом, созерцая потемневшую от времени столешницу остекленевшим взглядом.

Теперь Балиан смог как следует разглядеть его лицо. Взрослое, красивое, но непривычно холодное и отстраненное. Балиан вспомнил, что наговорил, и ему стало стыдно. Если для него прошла всего одна ночь, а для Кристиана и Юана – десять лет, страшно было представить, что они почувствовали, когда нашли его во льду. Как он мог упрекнуть Кристиана в службе Градерону? Конечно, это ужасно, это не поддавалось пониманию, но Балиан знал, как его братья относились к врагам Эндерглида. Кроме того, Кристиан с детства не переносил темноты, а ведь в Градероне царила вечная тьма. Если какие-то обстоятельства заставили его сделать что-то для тамошнего правителя, у него должны были быть действительно серьезные причины. А Балиан даже не захотел узнать о них, просто выкрикнул все, что тревожило его в тот момент, чем, наверное, здорово ранил Кристиана.

Балиан вспомнил его взгляд, когда он только очнулся. Взгляд, жаждущий поверить в происходящее. И что Кристиан получил в ответ? Яростные крики.

Балиан постарался представить, что обнаружил его или Юана во льду. Что бы он испытал? Тут и говорить не о чем, смертельное горе. Но он бы обязательно нашел способ все исправить. И они нашли, пусть и через долгих десять лет.

Но врожденное упрямство все же взяло свое, и, хоть Балиан и чувствовал угрызения совести, он никак не мог отделаться от обиды. Кристиан имеет дела с ненавистным им всем Градероном! Да еще водит с собой неизвестно откуда взявшегося сына! И как он говорил о Юане – неуверенно, таким странным тоном…

Наверное, с ним что-то случилось, – мелькнула у Балиана страшная мысль. Как и с Розеттой… Кристиан сказал, что она умерла, но Балиан не мог в это поверить. Может, она просто вернулась в Дилан и вышла замуж, а Кристиан побоялся сказать? Это было бы лучше, чем безвозвратная смерть.

Подумав об этом, Балиан резко сел в кровати. Кристиан поднял голову и посмотрел на него, но ничего не сказал.

– Извини, – пробурчал Балиан. – Я погорячился. В голове чертов туман.

– Ничего, – Кристиан едва заметно кивнул. – Я все понимаю.

Балиан встал и подошел к столу. За ним все еще спал Демиан.

– Сколько времени прошло? – удивился Балиан.

– Пара часов, наверное.

– И он все это время спит здесь?

– Да… Я забыл, – Кристиан взял мальчика на руки и положил его на вторую кровать.

– Забыл? Он же прямо перед тобой сидел!

Кристиан пожал плечами. Ему явно не хотелось говорить о Демиане.

С минуту они молчали. Потом Кристиан собрался с силами и сказал:

– Мы десять лет ждали, когда ты вернешься. Десять лет.

– Понял уже… Прости, – неуклюже извинился Балиан за свою выходку. – Где Юан? – спросил он, и голос его чуть дрогнул.

– Он должен скоро прийти.

– Скажи мне правду, – не выдержал Балиан. – С ним что-то случилось?

– Нет… – Кристиан выглядел растерянным. – С чего ты взял?

– Ты странно говорил о нем. И почему он не пошел с тобой? У него что, каждый день родные братья оживают?

Кристиан впервые улыбнулся своей прежней, ничем не скованной улыбкой.

– Я просто не представляю вашу встречу. Ведь ему уже шестнадцать. Да, вы теперь ровесники, – он засмеялся, увидев, как вытянулось лицо Балиана. – И не говори глупостей. Конечно, он безумно хотел прийти, но Гволкхмэй и Тристан словно бы прознали… Не знаю, что у них там сейчас творится. Юану пришлось пойти на задание. Он был готов сбежать, но я его отговорил.

– Задание?

– Да. В одиннадцать лет он стал воином Рассвета.

– Почему воином? – совсем не понравился такой поворот Балиану. – Почему не стражем? Он же так хотел…

– Из-за тебя, – сказал Кристиан. – Да, он хотел стать стражем, но им запрещено покидать Эндерглид, ты же знаешь. А став воином, он смог постоянно навещать тебя… И… И свободно приходить ко мне…

– То есть ты… – начал Балиан, но осекся.

– Я предал Эндерглид и служу Градерону, – сказал Кристиан. – Прости. Я знал, что тебя это выведет. Но уж лучше так, чем мы бы больше никогда тебя не увидели.

Балиан старался свыкнуться с полученной информацией, но это оказалось непросто. На смену гневу пришла какая-то болезненная опустошенность, мешающая думать.

– А Розетта? – спросил он с надеждой. – Где она?

– Она умерла, – безжалостно проговорил Кристиан.

Балиан изо всех сил пытался найти в его словах хоть один признак лжи. Но не смог.

– Кто это сделал? – прошептал он, все еще слабо осознавая происходящее. – Ее убили? Да?

– Она пыталась сбежать с Солфорджем, но споткнулась, ударилась головой и упала в воду. Так, по крайней мере, предположил Арес. Он нашел ее, когда искал Тараноса…

– Таранос?! – Балиан было снова повысил голос, но предпочел утихомириться – в горле стоял ком. – Это он…

– Не думаю, – возразил Кристиан. – Помнишь о записи в пергаменте, которую сделал Арес? Таранос не может никого убить. Почему ты не хочешь поверить в то, что это несчастный случай?

– Потому что это слишком… Несправедливо! – Балиан словно со стороны услышал, как дрожит его голос, и умолк.

– Балиан, пойми и нас, – мягко проговорил Кристиан. – Разве это справедливо, поступать так с тобой? А мы? Ты не представляешь, что мы испытали, когда увидели тебя подо льдом. Юан все руки в кровь разбил. Я боялся, что он сойдет с ума, и не мог его успокоить – самому хотелось кричать и бить лед. Ты считаешь, мы могли думать о Розетте? Арес рассказал нам, что она выполняла приказы на Тараноса.

– Мне все равно!

– А нам – нет. И ты бы тоже так думал, будь ты на нашем месте. Ты знаешь, что это так.

Да, это действительно было так. Но это не значило, что он, Балиан, мог так быстро и просто примириться с ужасной мыслью, что Розетты больше нет. Балиан был уверен, что это не могло быть правдой. Он не хотел, чтобы его убеждали в обратном, и чтобы избежать этого, спросил:

– А что Таранос? Вы его убили?

– Нет, – вынужден был разочаровать его Кристиан. – Пока мы были с тобой, Арес поймал его и отвел в Градерон. Руэдейрхи приговорил его к тюремному заключению. Больше я его не видел.

– Ладно, – скрепя сердце, сказал Балиан. – А что насчет тебя? – он смерил взглядом его темную одежду.

– Ненавидишь меня? – Кристиан чуть улыбнулся.

– Нет. Просто не могу поверить, что сижу за одним столом с градеронцем.

– Очень смешно. – Но Кристиан понимал, что Балиан ждет логического объяснения, оправдывающего эту ужасную для него деталь, и сказал: – Я пошел к Руэдейрхи и спросил, может ли он освободить тебя. Он сказал, что да, но что он готов на это только в том случае, если я прослужу ему верой и правдой десять лет. Я согласился.

– Согласился? – выкрикнул Балиан. – Не лучше ли было выбить из этого козла все…

– Это было бы бесполезно, – оборвал его Кристиан. – Поверь. Ты просто ни разу его не видел и не говорил с ним. Так или иначе, я рад, что он сдержал свое обещание, и мое предательство не оказалось напрасным.

– А Юан? – Балиан был в отчаянии. – Он тоже…

– Он хотел пойти со мной, но я уговорил его остаться в Эндерглиде. Я же сказал, он стал воином Рассвета.

– И ты так просто бросил его одного?

– Я спросил его согласия, – отвечал Кристиан ровным голосом. – Я сказал ему, что если он захочет, я останусь с ним и никуда не пойду. Но он, как и я, предпочел пойти на все, лишь бы вернуть тебя. Впрочем, все это время мы виделись. Постоянно. Сначала тайком, Рэвенлир согласился приводить его сюда раз в несколько месяцев. Но потом… Потом кое-что случилось, и он смог приходить ко мне… В Градерон.

Балиан хотел спросить, что же такого могло случиться, ведь чужак – что в Градероне, что в Эндерглиде, – это немыслимо. Но тут за дверью послышался шум. Кто-то, продираясь сквозь непогоду, подходил к дому.

– А вот и Юан, – Кристиан оглянулся на дверной проем.

Буквально через секунду скрипнула дверь, и в дом ворвался юноша с огромным мешком за спиной. Балиан не успел его толком разглядеть, а он уже, попутно кинув на пол свою объемистую ношу, бросился ему в объятия.

– Балиан! Балиан, ты живой… Это правда ты… Балиан!

По его голосу Балиан понял, что Юан плачет, но он так опешил, что совершенно не знал, что делать. Он помнил брата маленьким шестилетним мальчиком, а сейчас к его груди прильнул вполне взрослый парень, лица которого он даже не видел – только золотистые волосы, забранные в высокий хвост и щекочущие ему лицо.

– М-м… – только и промычал Балиан и посмотрел на Кристиана, как бы спрашивая, не обознался ли он.

Но Кристиан занимался тем, что закрывал дверь и поднимал с пола принесенный Юаном груз.

– Юан, ты бы дал ему на себя посмотреть, – пришел он на помощь уже в процессе разбора провизии.

– А! Сейчас, – Юан отстранился и, утерев слезы, радостно улыбнулся Балиану.

Он был почти одного с ним роста, с милым лицом, которое могло похвастаться богатейшей гаммой положительных эмоций, и, в целом, походил на прежнего себя. Только прическа была очень уж странная: высокий хвост и две коротенькие косички, свисающие вдоль щек.

– Нет, я так не могу! – Юан снова бросился к Балиану и, прижавшись к нему, всхлипнул. – Балиан…

Балиан еще несколько секунд стоял в растерянности, но потом, улыбнувшись, обнял Юана в ответ. Тот поднял на него радостные, заплаканные глаза и огорошил просьбой:

– Ударь меня!

– Это еще зачем?

– Я помню, ты меня по голове бил, вот так! Ой, извини! – спохватился Юан, осознав, что вместо желанного подзатыльника он сам наградил им брата. – Ты не представляешь, как я рад!

– Ладно, только перестань реветь, – Балиан совсем растерялся.

– Я очень чувствительный, – самокритично отметил Юан. – Привет, Кристиан! – обернулся он к старшему брату. – Извини, сам понимаешь. Тебя я тоже жутко рад видеть! Встань туда, пожалуйста, чтобы я мог сразу на вас двоих смотреть.

– Я не претендую, – сказал Кристиан. – К тому же, я должен уйти, ты же знаешь.

– Куда это ты собрался? – резко повернулся к нему Балиан.

– Увы, меня без задания тоже не оставили. Но я скоро вернусь, это не займет много времени.

– Ой, Демиан! – Юан тем временем заметил спящего мальчика. – Ну вот, а я тут ору. Что ж не предупредили? – он склонился над кроватью. – Кристиан, по-моему, он простыл. Надо напоить чем-нибудь горячим…

– Ничего. Вернемся, Рейта вылечит, – безразлично проговорил Кристиан.

– Нельзя же так! – укорил Юан.

– Слушай, – Балиан внимательно наблюдал за их разговором – Кристиан даже не глянул в сторону Демиана. – Это точно твой сын?

– Да, – сказал Кристиан. – А что, не похож?

– Похож, но, может, это Юан что-то не то сделал?

Юан не выдержал и прыснул.

– Скажешь тоже! Его-его, не сомневайся. Кстати, Кристиан, мне пришлось одного воина Заката немного побить, и он обещал тебе пожаловаться. Представляешь? Если встретишь его, знай – он сам виноват!

– Так ему и скажу, – Кристиан повязал пояс с мечом и направился к двери.

Проходя мимо Балиана, он что было сил сжал его плечо. Юан тут же подсуетился и схватил обоих братьев за руки.

– Все, – сказал он. – Вот теперь я счастлив.

– Ты говорил это на прошлой неделе, – напомнил Кристиан. – Когда пообедал.

– Ну тебя, Кристиан! Все испортил! – Юан надулся.

– Извини. Просто мне действительно пора.

– Я знаю, – вздохнул Юан. – Удачи! И помни о том, что ваш закатный сам виноват.

– Возвращайся быстрее, – буркнул Балиан с некоторым смущением.

Кристиан улыбнулся. Кивнув братьям на прощание, он вышел из дома навстречу бушующей стихии.

– Что с ним такое? – хмыкнул Балиан.

– Ты не злись! – сказал Юан, подходя к столу и выбирая из разложенной на столе еды что-нибудь повкуснее. – Ему совсем несладко пришлось, правда. Я-то хотя бы все десять лет в Эндерглиде провел.

Балиан снова переместился на кровать. Юан подсел к брату и протянул ему огромный кусок мясного пирога. Тот с большим азартом накинулся на угощение и еле выговорил с набитым ртом:

– Ну, расскажи хотя бы, что за чертовщина тут у вас творилась.

– Конечно, – с готовностью кивнул Юан.

Проклятия Градерона

Подняться наверх