Читать книгу Брачное агентство, или как я стала герцогиней - Марина Орлова - Страница 1

Глава 1

Оглавление

У вас случались ситуации, когда из-за одной маленькой ошибки ваша жизнь кардинально менялась? У меня была. Одна, нелепая, крохотная, но понесшая за собой непоправимые последствия.

Сейчас, вглядываясь в потолок моего нового жилища, я вспоминала с чего все началось.

Я бы сказала, что началось все с нелепой просьбы моего брата. Дело в том, что мой брат владелец знаменитого на весь город брачного агентства «Счастливые узы». Собственно это и послужило началом конца моей привычной жизни.

Дождливым вечером, сидя за интересной книгой в кресле у камина, я «старательно» делала вид, что слушаю эмоциональный рассказ Ивара. На деле же, краем глаза дочитывала главу. Завтра мне нужно будет выставлять новую партию литературы на прилавки, необходимо уже сейчас определиться, какие книги претендуют на самые продаваемые места. А тут братец с какой-то очередной проблемой.

Рассказывал он долго, упорно и эмоционально, размахивая руками, то повышая, то понижая голос. И делал это так самозабвенно, что не особо следил, слушаю я его или нет. А я, периодически кивая головой в самых «громких» местах рассказа братца, дочитала главу и уже мысленно определила полочку, на которую ее завтра поставлю. Определенно, эта книга заслуживает центрального места.

– Агата! – возмущенно позвал меня братец, отчего я невольно вздрогнула. – Ты меня совсем не слушаешь! Опять со своими книжками, а на родного брата даже времени не можешь найти, – с обидой возмутился Ивар.

– Неправда! – вспыхнула я. – Я все слушала!

– Да, неужели? – язвительно хмыкнул Ивар, сощурив красивые голубые глаза. И, вообще, брат у меня красавец. Разумеется, когда не кривится так язвительно, особенно на меня. – И о чем же я говорил?

– Эм… Все плохие, ты хороший? – осторожно предположила я. Обычно к этому сводились все жалобы Ивара на жизнь, так что и сейчас я понадеялась на удачу.

Брат закатил глаза и что-то буркнул себе под нос на тему: «За что ему такая сестра?». Я бы ответила, да боюсь, Ивар сильно расстроится. Поэтому дипломатично отмолчалась и, чтобы сделать ему приятно, даже книгу отложила. Недалеко. На колени.

– Агата, сколько можно гоняться со своими книжками? – решил достучаться до моей сознательности он. Очень даже зря. И вообще обидно! Я, в отличие от него, практически ежедневно не насилую его мозг своими проблемами с книжным магазином. А вот брат не только меня терроризирует своими рассказами, так и более моего носится со своим агентством, точно курица с яйцом. И я ему, между прочим, никогда это в упрек не ставила.

А он, мало того, что использует меня точно плакательную жилетку, так еще попрекать умудряется! Нет, ему срочно нужно жениться! Пусть жене мозг выносит, иначе я свихнусь скоро. На него и так косо смотрят – сапожник без сапог. Уже десять лет как открыл свое агентство, создал сотни и сотни семей, а сам все никак не определится. В ответ на мои неловкие попытки намекнуть ему, что, как бы, пора, родной, пора, Ивар лишь фыркает, отговаривается гордым: «Я – закоренелый холостяк». Или же переводит стрелки на меня. Мол, не нравится жить с братом – сама выходи замуж и слушай умного мужа в отдельно взятом доме. Собственно, на этом наш спор и заканчивается, так как со свадьбой я тоже не тороплюсь.

А зачем? Мне и так хорошо! Наши родители давно развелись и завели новые семьи. Так получилось, что нам с братом в этих семьях места не нашлось. Поэтому мой, на то время, уже совершеннолетний брат забрал меня, двенадцатилетнюю девчушку, жить с собой в другой город. Родители у нас не из бедных, потому, когда Ивар сообщил о своих намерениях меня забрать и жить отдельно, те с облегчением вздохнули и откупились от нас стартовым капиталом, которого хватило бы на пару лет безбедного житья. Вместо обычного прожигания, Ивар решил открыть свое дело. Деньги от родителей приходили и в следующие несколько месяцев, пока бизнес брата не стал давать стабильный доход. После он сообщил родителям, что в их помощи мы не нуждаемся. Те обрадовались еще больше, но, должна признать, совсем нас спонсировать не прекратили. Ивар позлился, а после стал откладывать полученные от родителей переводы.

– Тебе в приданное, – сообщил он мне как-то.

То ли брат считал, что я могу строить свою жизнь как хочу, то ли ему просто было не до меня, но в то время, когда я повзрослела, и у приличных семей стали бы подыскивать подходящего жениха, Ивар этим не обеспокоился.

Тогда мы ограничились лишь парой фраз:

– Ты замуж хочешь? – прямо спросил у меня братец, чем вверг в шок. Испуганно прижав к груди очередную книгу, я отрицательно замотала головой с такой интенсивностью, что чуть шею не свернула.

– Нет, – пискнула я, боясь, что Ивара мой ответ несильно волнует.

– Отлично, – и ушел.

Собственно, на этом вопрос с моим замужеством был закрыт до тех пор, пока я не начинала вредничать.

Годы шли. С того памятного разговора, прошло около двух лет и братец задумался, что со мной делать. Девица я уже взрослая, замуж не хочу, но оставить меня и дальше просто чахнуть дома он не мог.

– Ты чем хочешь по жизни заниматься? – как всегда беспардонно вопросил он, отчего я, даже не сразу сориентировалась. – В смысле, что тебе нравится, хотела бы заниматься чем-то всерьез? Что ты умеешь?

Единственное, что мне тогда пришло в голову:

– Книжки читать, – тихо проблеяла я. Братец посмотрел на меня с удивлением, затем усмехнулся.

– Ну, книжки, так книжки.

На следующий день, Ивар сообщил, что купил мне книжную лавку. Я вначале не поверила, а когда он мне бумаги показал, визжала, как ненормальная, и чуть было не придушила брата в объятиях радости. Это был самый замечательный подарок в моей жизни. Хотя, нет. Лучше было, когда Ивар забрал меня жить к себе.

Какого же было удивление брата, для которого просто «игрушка» сестры, стала приносить неплохой доход под моим руководством. Ивар, конечно, помогал мне поначалу, но потом я быстро втянулась и стала заниматься лавкой самостоятельно, сделав из нее полноценный магазин.

С тех пор мы зажили еще более счастливо. Немногочисленные, редкие споры, которые даже ссорой назвать трудно, ни в счет.

– Так, чего ты хотел? – скривилась я, не желая начинать давнишний спор.

– Мне нужна твоя помощь!

– Чего? – немало удивилась я, так как на моей памяти слышу это от Ивара впервые. Помимо моральной поддержки, он от меня никогда ничего еще не требовал.

– Слушала, значит? – со скепсисом посмотрел он на меня, но я даже не думала краснеть. Вот еще! – Мне нужно, чтобы ты вышла замуж завтра.

– ЧТО?! – вскочила я с места, отчего книга, лежащая на моих ногах, отлетала и угодила прямо в горящий камин. Я вскрикнула пуще, прежнего, и чуть ли не голыми руками кинулась вытаскивать книгу из огня, пока та не успела испортиться окончательно. Брат меня опередил и кочергой (он-то умный, в отличие от меня, и калечиться из-за книги не спешит), вытащил из камина несчастную книжку, затаптывая пламя ногой.

Трясущимися руками я проверила книгу на сохранность и только вздохнула: особых повреждений нет, но товарный вид потерян. Вот же!

– Теперь, может, вернешься к разговору? – послышалось от брата.

К разговору? Какому разговору? А! Точно!

– Ты выгоняешь меня замуж?! – со всем возмущением, на которое только была способна, спросила я, угрожающе сверкая глазами и неприлично тыча пальцем в сторону Ивара.

– Поразительная девушка, – со вселенской печалью покачал Ивар головой. – Другие мечтают замуж выйти, а эта: «Выгоняешь!», – передразнил он, а мне стало обидно. Нет, правда, обидно! За что он так со мной? Неужели я ему мешаю жить? Мог бы просто сказать, я бы переехала. Но зачем сразу замуж?!

– Я не хочу замуж! – воскликнула я, чувствуя, как поднимаются к горлу предательские слезы.

– Ну, так не выходи, – невозмутимо пожал Ивар плечами. А я зависла от нелогичности его заявлений.

– То есть, как? – даже слезы высохли, так и не пролившись. – Ты же только что сказал, что я должна завтра выйти замуж.

И вообще, почему так рано? Почему хотя бы не послезавтра? Завтра, между прочим, наступит через два часа. И за кого? Уверена, брат меня любит и первому встречному бы не отдал такое сокровище, как я, но, все же, несмотря на мое к нему доверие, хотелось бы увидеть жениха до свадьбы. О-о-очень задолго до свадьбы. За пару лет, к примеру!

С тяжелым вздохом, брат, терпеливо, ну просто очень терпеливо, стал пояснять ситуацию, повторяя уже сказанное прежде, но проигнорированное мной.

Не так давно к нему в агентство заявился один тип. Тип в высших кругах популярный и влиятельный, от того и очень неожиданный в таком месте, как брачное агентство. Тот с ходу заявил, что ему нужна невеста. Причем, как можно скорее. Как таковых, предпочтений у типа не было, так как тот пояснил, что брак будет фиктивным и ровно на один год. Из пожеланий он потребовал, чтобы была не слишком старой, не слишком страшной и обязательно аристократкой и из хорошей семьи. Собственно, это было единственное «обязательно». Потребовав, чтобы о его просьбе никому не было известно и ему нашли невесту за неделю, тип удалился, но обещал вернуться на днях, посмотреть кандидаток.

Так как персоной тип оказался значимой, Ивар занялся его вопросом лично. Как и обещал, клиент явился через несколько положенных дней, где ему предоставили обширный выбор (все-таки у брата самое крупное агентство, а не шарашка какая). Тип, по словам Ивара, «ткнул не глядя», сообщил дату и время свадьбы, принес копию брачного договора, чтобы невеста ознакомилась, и удалился.

И вот, казалось бы, все подготовлено в лучшем виде: невеста не только согласилась с условиями брачного контракта, та, узнав, кто жених, визжала от счастья, как резанная, да и к самой свадьбе все подготовили. Но сегодня утром выясняется, что невеста соврала о своем происхождении и аристократкой не является. А это, на минуточку, было единственным условием.

В итоге, Ивар спешно связался с женихом, предложил ему другую кандидатуру, тот отговорился «лишь бы была» и был таков. Но вот проблема, сама кандидатура была не в городе. Но, узнав о предложении Ивара, бросила все дела и мчится сюда. Вот только все равно не успевает. Свадьба утром, а невеста вернется не раньше вечера.

Говоря о женихе, брат сообщил лишь имя: Клим Венес. Что-то знакомое… вот только вспомнить не могу. А ну и ладно! Не мне же замуж выходить.

– От меня-то ты чего хочешь? – не поняла я.

– Мне нужно, чтобы ты завтра в церкви расписалась за эту девушку, – подвел итог брат.

– Я-то тут причем? – вполне справедливо возмутилась я.

– А кто, я? – не выдержал Ивар. – Я, между прочим, мужчина. И, уж извини, ну никак не могу расписываться за Венеру Лоранс.

– А я, значит, могу? Я вот, ну ни разу, не Венера!

– Правильно. Но ты девушка, что уже делает тебя «Венерой» больше, чем меня. Ну, что тебе стоит? – сменил братец тактику. – Я же так редко тебя о чем-то прошу, – надул он губы.

У-у-у, гаденыш! Уже за тридцать давно стукнуло, а корчит из себя невинное дитя! И ведь знает, на что давить!

– Не могу я! У меня завтра утром поставка товара. Мне книги принимать нужно! – уже менее уверенно отказывалась я. Губы брата дернулись, но он удержался от победной улыбки, за что ему честь и хвала, иначе, из принципа бы отказала.

– Да там делов-то! – продолжил этот коварный соблазнитель. – Прибежала, расписалась, убежала. Все! При желании, можешь поздороваться, – засмеялся он и я растаяла. В самом деле, что я, своему любимому брату помочь не могу? К тому же такая мелочь – расписаться другим именем!

– Ладно. Давай, рассказывай подробнее, – сдалась я.

***

Я стояла у храма и в нетерпении притоптывала ножкой. В очередной раз сверилась со временем. Нет, все правильно – тип опаздывает. На свою же свадьбу! Как так можно вообще?! Хам!

И сам опаздывает и других задерживает. Других – это меня, если непонятно. Возможно, он считает, что его невеста и ждала бы его, всего такого бесценного, до скончания веков, вот только я – не его невеста и ждать не собираюсь! Даю ему еще пять минут, и если не явится – его проблемы. Я свою часть договора выполнила? Выполнила! А то, что не дождалась его приезда – это уж извините! Мне ясно сказали, в какое время я должна прийти. Я пришла! Причем, из врожденного чувства пунктуальности, вообще на десять минут раньше явилась! И вот стою уже на двадцать минут больше положенного! А у меня, между прочим, тоже дела есть! У меня книги с минуту на минуту должны доставить. А кто их принимать должен? Правильно! Я должна!

Я раздраженно вздохнула и обвела вокруг взглядом. Прошлась по лицам и никого напоминающего Венеса не обнаружила.

Ивар дал мне подробные описания жениха, но никого, даже отдаленно его напоминающего, не увидела. Вот же!

Я задержала дыхание, пытаясь восстановить спокойствие, досчитала до десяти, выдохнула. Вроде помогло.

Так, сколько там еще осталось? Ага, минута.

От нечего делать, стала поправлять подол юбки. Так как замуж выхожу я вместо другого человека, то наряжаться в похожее на свадебное платье не стала, посчитав это излишним. Но все же место и случай располагали некоторую торжественность и, в виде исключения, сегодня пребыла в своем парадном платье, которое старалась надевать только в крайних случаях, ввиду его непрактичности и абсолютного неудобства. Платье было светло-бежевого цвета, что, по словам брата, шел мне необычайно, с открытыми плечами, корсетом и пышной юбкой. Отвратительное платье. В нем не то, что шевелиться – дышать трудно! А этот… Тип еще имеет наглость продлевать мои мучения!

Естественно, данный факт только сильнее портил мне сейчас настроение, заставляя подбирать в уме все ругательства, которые я при случае обязательно выскажу братцу за его клиента.

Все, минута прошла! С чистой совестью и некоторым злорадством, я поднялась с тахты, на которой ожидала все это время. Оправила юбку, которая помимо неудобства еще и безбожно мялась, и пошла на выход. Далеко не ушла, так как врезалась в, не пойми откуда взявшегося, мужчину.

– Прошу прощения, – тоном, свидетельствующим о совсем противоположном, попросила я и предприняла попытку обойти его. Но мне снова не дали. Хамло!

– Вы из брачного агентства «Счастливые узы»? – немного хрипло спросили меня. Я подняла голову, так как мужчина оказался значительно выше меня, и с интересом стала его разглядывать. Скептически сопоставив приметы, что дал мне братец, с мужчиной, нашла определенное сходство: высокий, темноволосый, с приятной внешностью, за тридцать, светлые глаза со скучающим выражением, немного вытянутое лицо. Вроде сходится.

– Господин Венес? – на всякий случай уточнила я у мужчины, который с не меньшим интересом разглядывал меня.

Тот задумчиво кивнул.

– К вашим услугам, – сообщил он и предпринял попытку улыбнуться. «Попытка» – потому что улыбкой эту кривую усмешку назвать трудно.

– Вы опоздали, – хмуро заметила я и, не дожидаясь, когда мужчина предложит сам, развернулась в сторону малого зала бракосочетаний.

– Виноват, – нагнав меня, признал Венес. – Помнится, господин Гансе показывал мне портрет совершенно другой девушки, – совершенно справедливо заметил мужчина.

– Все верно. Ваша невеста прибудет только вечером. Так сложились обстоятельства. Я – доверенное лицо леди Лоранс и представляю ее интересы, – кивнула, не сбавляя шага, порылась в сумочке, достала все доверенности и сунула в руки Типа. Тот несколько удивленно на них посмотрел.

– Леди Агата Гансе? – прочел он вслух. – Кем вы приходитесь хозяину агентства?

– Сестра, – отмахнулась я и остановилась у красивых резных дверей в храме. Оправила юбку в очередной раз (не ткань, а гадость какая-то!), поправила прическу, что от моего «забега» несколько поистрепалась, и решительно постучала.

Вообще, по правилам, в храмах женят в основном зале, где много места для гостей и сама церемония проводится по всем правилам. Но бывают исключения, как наш случай, когда отказываются от пышной свадьбы и вместо церемонии просто быстро заключают брак посредством обычных формальностей, таких, как подписей в документах и магической привязки. Для этого в храме имеется специальный кабинет, возле которого мы сейчас и стоим.

– Войдите! – послышалось из-за двери и я, собственно, вошла. Тип за мной. – Вы опоздали, – заметил очевидное мужчина в священных одеждах, на деле же обычный юрист. Только одет понаряднее.

– Прошу прощения, – опять же неискренне попросила я, садясь за стол без разрешения. Сейчас не до приличий. У меня там привоз! – Так как мы уже опоздали, думаю можно оставить официальную часть и сразу перейти к делу, – нетерпеливо и невежливо попросила. –  Я тороплюсь, – с намеком посмотрела на виновника моей задержки. Тот неопределенно пожал плечами, мол, ничего не знаю, я тут не причем. Ах, так? Хамло!

Служащий церкви, несколько оторопел, от моего поведения, растерянно посмотрев на типа с выражением на лице: «Вы уверенны, что желаете жениться на этом?». Тип его взгляды проигнорировал и так же попросил поторопиться. И вот удивительное – мою просьбу поторопиться проигнорировали, но стоило об этом сказать Типу, как юрист сразу же завозился с бумагами. Но я успела заметить тень облегчения на лице служащего, когда тот узнал, что я – доверенное лицо.

– Мне нужна доверенность и все документы жениха и невесты, – проблеял служащий тоненько.

Я послушно протянула все необходимое, как и жених.

Пока служащий шуршал бумажками, я пребывала мыслями совсем в другом месте. По идее, привоз могла бы принять и Блиса – моя работница, что помогала мне с магазином, но, как назло, в квитанциях о привозе нужна именно моя роспись, как заказчика. По-хорошему, давно пора было сделать на Блису доверенность, но все как-то руки не доходили. Сделав себе мысленную пометку сходить к нотариусу и оформить доверенность, немного перевела дух.

С нетерпением посмотрела на служащего, который все суетился, заблудившись в бумагах. Нечего себе его перекосило! Вон как пытается угодить Типу. Понаблюдав за манипуляциями изрядно покрасневшего служащего, обреченно подумала, что от его поспешности стало только хуже.

Я поборола в себе желание прикрыть лицо рукой в нетерпении и раздражении и принялась оглядываться вокруг. Взгляд зацепился за Типа, который в отрытую и с явным интересом меня рассматривал.

Раздраженно повела плечом и не стала говорить ему о правилах приличия и что нельзя вот так нагло рассматривать незнакомую девушку. Просто сама сегодня не раз эти правила нарушала. Следовательно, молчим и всем своим видом показываем свое недовольство.

Через минуту случилось чудо – служащий пододвинул все нужные документы на подпись. Сначала Типу, потом мне. Причем, молча, без необходимых уточнений «Согласен ли..?» , «Согласна ли..?». Ну, хоть на этом «спасибо».

Быстро расписалась сначала в магическом брачном договоре, затем в свидетельстве о браке, даже не посчитав нужным в них заглядывать. Мне-то что? Пусть леди Лоранс об этом думает. Я свое дело сделала!

С чистой совестью встала, схватила копии документов для брата, скривилась, поправила платье, опять скривилась, так как, кажется, получилось только хуже. Кивнула мужчинам в знак прощания. И все это под внимательным взглядом Типа. Сделала шаг в сторону двери, но была поймана за руку. Удивленно посмотрела на свою конечность и, с видом «сейчас кто-то без руки останется!», перевела взгляд на того, кто меня удерживал.

Тип не проникся, лишь усмехнулся еще наглее.

– Мы еще не закончили, – оповестил он меня.

– То есть, как? – удивилась я, прокручивая разговор с братом в памяти. Я четко помню, что он говорил лишь о подписях. Прибежала, расписалась, убежала. Так? Из этой цепочки я только «убежала» не выполнила до сих пор.

– Нужен еще поцелуй, – невозмутимо пожал Тип плечами.

– Какой еще поцелуй? – большими глазами уставилась я сначала на него, потом на служащего. Служащий открыл, было, рот что-то сказать, посмотрел на Типа и резко рот захлопнул, мелко-мелко кивая.

– Д-да. Поцелуй жениха и невесты, – подтвердил служащий, немигающим взором наблюдая за Венесом.

– Да, пожалуйста! Приедет вечером невеста, то есть, уже жена, и целуйтесь с ней на здоровье! Хоть оба! – возмутилась я, пожимая плечами. – Я-то тут причем?

Тип смерил меня насмешливым взглядом, отчего моя к нему неприязнь резко возросла. Хамло!

– Брак не может быть официально зарегистрирован, пока все формальности не будут учтены. Значит, вы не уйдете отсюда, пока служащим церкви не будет зафиксирован поцелуй жениха и невесты. В противном случае, будет считаться, что ваш брат не выполнил свою часть сделки. Следовательно, понесет крупную неустойку, прописанную в нашем договоре. Вы этого хотите?

Я не стала упоминать, что мы, вообще-то, сейчас большую часть формальностей пропустили. Меня другое волновало.

– Но я ведь не невеста, – растерянно нахмурилась я, затравленно посмотрев на не менее затравленного служащего. Ясно, от него поддержки ждать не стоит.

– Вы – ее законный представитель, – с явным удовольствием напомнили мне.

Вот было у меня желание плюнуть на все, развернуться и уйти. Пусть братец сам с этим разбирается и при надобности целуется с Типом. Мне никто и ничего про поцелуи не говорил!

Но тут же вспомнилось, сколько всего для меня сделал Ивар, и мне стало совестно.

Обреченно вздохнув, я подставила Типу щеку, закрыла глаза, чтобы не видеть это безобразие, и недовольно буркнула:

– Только быстро.

Я услышала смешок и вместо ожидаемого поцелуя в щеку, ощутила прикосновение на своих губах! Хамло!!!

Я настолько оторопела, что первое время стояла без движения, позволяя себя не только целовать, но еще и неприлично крепко прижимать к мужчине. Этот… Тип и не думал заканчивать. Пользуясь моим ступором, совсем уже нагло, раскрыл мой рот и углубил поцелуй до совсем неприличного, придерживая мой затылок одной рукой и обнимая за талию другой.

Потихоньку я стала отмирать, что не укрылось от мужчины, и тот поторопился меня выпустить из объятий, но все же не отпустив до конца, проверяя, как я стою на ногах.

Красная, как помидор, я возмущенно смотрела в наглые глаза довольного, словно кот объевшийся сметаной, Типа и не нашла ничего лучшего, чем сдавленно сказать:

– Всего доброго, чтоб вы подавились!

После позорно рвануть за двери, словно ужаленная.

С первым поцелуем в твоей жизни, Агата! Поздравляю!

Только на улице я смогла немного отдышаться. Поймала первый попавшийся экипаж, назвала адрес своей лавки и с облегчением свалилась на сиденье.

Отдышаться толком мне не удалось. Правой рукой провела по лицу, стирая с губ следы недавнего поцелуя, а когда взгляд упал на мою конечность, я не сдержала пронзительного визга: по моей кисти, от безымянного пальца до запястья, все ярче и ярче проявлялась брачная магическая татуировка!

***

Вот уже третий час к ряду я реву и, как ни странно, не успокаиваюсь. Наоборот, набираю обороты. Подумать только, я замуж вышла! Я! Замуж! И за кого?! За это Хамло аристократическое!

– И-и-ивар, ну ты же такой умный! Ну, придумай что-нибудь! – вновь завопила я, некрасиво вытирая нос рукавом, с мольбой и надеждой взирая на, нервно расхаживающего взад-вперед, брата.

Тот наворачивал уже не первую сотню кругов, возможно, протоптав тропинку в ковре, но, несмотря на мою многочасовую истерику, так ничего и не придумал. Вот и сейчас Ивар сказал:

– Что ты от меня хочешь, Агата? Венес ясно сказал, что ты его полностью устраиваешь в качестве жены. И разводиться он не собирается.

Моя истерика пошла по новой. Неприлично завопив, словно баньши, я уткнулась лицом в подушку, сотрясаясь от рыданий. Ну, как, так-то?! Ну, за что мне такое? Венес это специально! Вот нутром чую, что этот Тип решил надо мной поиздеваться. Я ему сразу, еще в храме, не понравилась, и тот просто воспользовался ситуацией, чтобы потешить свою природную мерзопакостность!

Ненавижу!

Чем, спрашивается, ему эта Венера не угодила? Она, кстати говоря, еще явилась в тот же день с разборками. Мол, я у нее мужа украла. Еще судом грозила! Но напоминание брата, о том, что та подписала договор о неразглашении, немного ее пыл остудил.

– Агата, давай успокаивайся, – позвал меня Ивар, но добился прямо-противоположного. У меня аж второе дыхание открылось. – Зато, теперь ты – герцогиня. Это же здорово! – попытался меня утешить брат.

Вот лучше бы не напоминал, ей-богу!

Ко всему прочему, это Хамло оказался никем иным, как герцогом! Герцогом, что б его! Следовательно, на него даже надавить нельзя, сам, кого хочешь, раздавит. Да и брату с таким ссориться ни к чему, иначе тот разгромит в пух и прах все, чего Ивар так долго и упорно добивался. Ну, надо же было так попасть?!

Не хотела Агата замуж, так нет же! Выскочила! И не просто выскочила – герцогиней стала! Отличилась, молодец! Осталось с полки пирожок взять.

– Посмотри на это с другой стороны. Молод, хорош собой, да с таким титулом! Он не муж – а сказка, – надрывался Ивар.

Сказка! Ага, конечно! Сказки разные бывают. В моем случае, она скорее трагичная.

– Ну, не нравится – хорошо, – видя, что перечисления «достоинств» моего мужа (господи, слово-то какое страшное!) на меня не влияют, сдался братец. – Тебе всего-то год его потерпеть! Это не так уж долго, – заверяли мой затылок, так как из недр диванной подушки я так и не выбралась.

Хорошо брату говорить! «Не долго»! Это не ему придется выбросить из жизни целый год и провести его с ненавистным тебе человеком. Это не ему, следуя пунктам брачного договора, придется играть на публике счастливых молодоженов. ГОД!

Судорожно вздохнув, я вспомнила и другие пункты.

Первое – я официально соглашаюсь, что наш брак длится ровно год, после чего не препятствую разводу. Новый титул, а так же значительные откупные, остаются мне после расторжения брака. Муж обязуется этот год полностью меня содержать и выдавать ежемесячную сумму на личные расходы.

Второе – я не имею права разглашать информацию о том, что замужество фиктивное, всячески подтверждая легенду о «счастливой семейной паре». Для этого я обязана появляться на всех приемах вместе с мужем (нет, я вряд ли когда-нибудь привыкну к этому слову), поддерживать легенду и жить с ним в одном доме!

Помимо всего прочего, в договоре прописывалось, что жена не имеет права подавать на развод раньше положенного срока; она не имеет права на интрижку на стороне на время, пока действует соглашение; она не имеет права разглашать все, что происходит внутри дома герцога. Были еще какие-то «Не имеет права», но сейчас все вспомнить не получается. Естественно, ограничения к самому герцогу не относятся. Кто бы сомневался!

Единственное, что радует, в договоре четко указан пункт о «супружеском долге». А именно – только с согласия обеих сторон. Я своего согласия давать не собиралась, так что, бояться мне нечего. Договор магический, следовательно, принудить против воли у герцога не получится.

– И мама успокоится, – добавил братец тихо. Я всхлипнула и подняла на брата красные, как у кролика или алкоголички со стажем, мокрые глаза.

– Она все еще настаивает на моем замужестве? – братец хмуро кивнул.

На самом деле, моим замужеством не беспокоился лишь братец. Мама же, наперебой с отцом, стоило только мне войти в подходящий возраст для замужества, а, следовательно, для выгодной им «сделки» с какой-нибудь подходящей семьей, резко вспомнили, что у них есть дочь «на выданье». До этого момента моя жизнь их как-то не интересовала, пока я из просто дочери, не стала ценным ресурсом для достижения своих целей. Вот уже четыре года мне сначала ненавязчиво, затем уже не скрываясь, сватали все новых и новых мужчин. Если бы не Ивар, который установил надо мной официальную опеку, как только забрал, я бы уже давно была замужем за «подходящей партией» и, наверное, сейчас ждала бы четвертого ребенка. Фе. Но настаивать родители не могли, так как официальными опекунами уже не являлись, а Ивар не торопился от меня избавиться.

Отец быстро понял, что лишь теряет время, пытаясь склонить меня к замужеству, но мама упорно не сдавалась. Хотя, в последний год перестала еженедельно навещать меня под видом: «Ой, мы тут мимо проезжали» с очередным кавалером для меня, иногда годившиеся ей самой в отцы. Сейчас она пару раз в месяц нудит про какого-то одного конкретного мужчину. Она, конечно, говорила имя, вот только я его уже точно не вспомню даже под пытками. Столько их было, кандидатур и имен, что всех и не упомнишь!

Тут братец скорее прав. Маман успокоится, узнав о моем замужестве. Попыхтит, конечно, что выскочила замуж не за того, кого она хотела, но, в конечном итоге, смирится.

В целом, все не плохо, если подумать. Условия контракта не такие уж ужасные, и я с титулом останусь даже после развода, хотя меня и мой устраивал. Маман, опять же, оставит меня в покое. Правда, через год я буду считаться «разведенкой», но для меня это мало что изменит, так как сейчас на мне не менее позорный статус «старой девы» и чудачки.

Живи и радуйся, как говорится. Но нелепость ситуации и мой муж не давали мне покоя. Вот не могу я так! Отвратительное ощущение и муж под стать. Бесит он меня!

– В конце концов, в этой ситуации ты виновата сама! – не выдержал брат.

Ага, с козырей, значит, решил пойти! Паразит!

Я, конечно, ошиблась, но я не виновата! В том, что я по ошибке вписала в брачный договор свое имя, вместо «Венеры Лоранс», исключительно вина герцога. Если бы он так не опоздал, я бы постоянно не думала о своем привозе новой литературы с этими квитанциями и прочим. А, значит, и вписала бы все верно. То есть, моей вины тут нет и быть не может! Точка! И попробуйте убедить меня в обратном.

– Ладно, уже поздно, а тебе еще собираться, – устало вздохнул брат, чем «добил». Новая порция слез, соплей и криков, ну никак не соответствующих истинной леди, не заставила себя долго ждать. Но Ивар не проникся. Скривился, перекинул мое рыдающее тело на плечо и понес в мою комнату, помогать с переездом.

Сегодня днем от герцога пришло письмо, где тот настоятельно советует, завтра же явиться к нему домой с вещами, согласно договору.

– Тебе меня совсем не жалко-о-о! – тянула я, давя на чувство вины брата. Тот хмыкнул и весело согласился:

– Ни капельки. Сама виновата – сама же и расхлебывай. Ты – девочка взрослая, со своими проблемами разбирайся сама. К тому же, как таковой, проблемы я не вижу.

– Я его не люблю! – возмутилась я, приводя единственный весомый аргумент «против».

– С твоими книгами, вряд ли когда-либо, кого полюбишь. Для этого сначала надо от них оторваться, – парировал брат. – А так сходишь замуж для приличия, потом сиди в своем магазине хоть до старости. Никто и слова тебе не скажет.

Я даже задохнулась от возмущения. То есть, для него замуж, все равно, что на другую улицу сходить, что ли?

Ну, братец!!! Погоди у меня, я тебе это припомню!

И Хамло это еще пожалеет, что не отказался от меня в качестве жены. В договоре сказано, что только жена не имеет права подавать на развод раньше положенного года. Про самого мужа ни словечка…

***

Брачное агентство, или как я стала герцогиней

Подняться наверх