Читать книгу Готовьте ваши денежки - Марина Серова - Страница 2

Глава 2

Оглавление

Ровно в четверть восьмого, как и было оговорено, я вошла в здание вокзала. Миновала полицейский контроль, поднялась на эскалаторе вверх и попала в толпу людей, нагруженных сумками и чемоданами. Кто-то только что вышел из поезда на перрон, кто-то спешил занять место в отъезжающем экспрессе, кто-то просто спал, подложив под голову один из многочисленных саквояжей, – я оказалась в обычном для вокзала муравейнике. Я прошла через гудящий зал ожидания, миновала справочное бюро.

Я шла быстро и решительно. Руки в карманах. Клатч под мышкой. В клатче – пистолет. Я была готова ко всему! Остановилась я, только когда оказалась напротив электронного табло, как и было условлено. Я оглядела кучкующийся у главного вокзального информатора народ – престарелая дама с горой перевязанных и перемотанных коробок, шумная стайка молодых людей с рюкзаками, несколько мужчин с разномастными чемоданами. Только я была налегке, никуда не уезжала, никого не встречала. Я просто ждала.

«Скорый поезд Зеленоград – Ангара подан на пятую платформу», – пронесся над толпой электронный голос. Я машинально посмотрела вверх. Буквы на табло подмигнули и обновились.

Зеленоград – Ангара…

Рига – Ставрополь…

Сызрань – Зеленоград…

Интересно, откуда должен приехать мой попутчик?

Возможно, он ниоткуда и не приезжает, встреча назначена здесь, чтобы лишний раз запутать меня. «Хотя… Какой в этом смысл! – тут же подумала я. – Ведь я и так ничего не знаю о людях, на которых предстоит работать!» Кто похитил мою тетю? Как зовут главаря этот чертовой шайки-лейки? Я не знала. Как не знала и того, куда меня отвозили вчера для встречи с ним. Неподалеку от какой-то стройки, примерно в получасе езды от центра. Но таких мест в Зеленограде с десяток. Да и что мне это даст? Наверняка помещение не принадлежало ни боссу, ни кому-либо из его окружения. И номер машины, на которой меня везли, я не разглядела. Во всей этой темной и неясной истории была только одна-единственная зацепка – мой попутчик по имени Марк.

И его-то я теперь и ждала!

Я взглянула на часы. Ровно восемь, а это значит, что он уже должен быть здесь. Хотя… «Как я его узнаю?» – вдруг сообразила я. Ведь я не имею ни малейшего понятия о том, кого жду. Как он выглядит? Какого возраста? Во что одет?

Я посмотрела налево, направо, назад. Когда я снова обернулась, под электронным табло напротив меня стоял мужчина. Высокий брюнет в драповом пальто с кожаным кейсом в руке смотрел на меня в упор. Это и был Марк. Когда я сделала шаг ему навстречу, то не сомневалась в этом.

– Кажется, вас я должна была встретить?..

Ни приветствия, ни улыбки, ни рукопожатия.

– Евгения? – коротко уточнил Марк.

Он сверлил меня взглядом, я зло смотрела на него – мы сразу не понравились друг другу. Ни один из нас этого не скрывал.

– Хорошо, что вы пришли без опоздания. У нас сегодня еще много дел. Надеюсь, вы на машине? – все тот же отстраненно-официальный тон.

– Разумеется, – я тоже держала себя в рамках, хотя в мыслях была сплошная нецензурщина.

– Отлично, – кивнул он. – Тогда идем. – Не дожидаясь ответа, Марк быстро зашагал вперед. «Ненавижу!» – подумала я, но – делать нечего – поспешила следом.

Пока мы шли к выходу, я отметила, что мой попутчик отлично ориентируется в здании вокзала – он ни разу не взглянул на указатели, не помедлил, не остановился, а все время уверенно шел вперед. «Он либо живет в этом городе, либо не раз здесь бывал», – поняла я.

А еще у него с собой из вещей только кейс. Я шла чуть позади Марка и смотрела на кожаный портфель у него в руке. Максимум, что туда могло уместиться, несколько рубашек и какие-нибудь документы. А это значит, что если он и приехал в Зеленоград, то точно не издалека. Впрочем, слегка помятое пальто, усталый вид и трехдневная щетина свидетельствовали в пользу того, что какое-то время в дороге Марк все-таки провел.

Мой попутчик толкнул стеклянную дверь-вертушку, и мы оказались на привокзальной площади.

– Где твоя машина?

– На соседней парковке.

«Интересно, а он в курсе, почему я согласилась его охранять?» – промелькнуло у меня в голове.

Старенький «Фольксваген» послушно дожидался хозяйку у обочины. Я нажала на кнопку сигнализации, распахнула дверцу и села в салон. Мой попутчик обошелся без приглашения – подхватил полы пальто и уселся на соседнее с водительским сиденье.

– Куда мы едем? – я перекинула ремень через плечо и повернулась к нему.

– В гостиницу.

– В какую?

– В любую!

Я пожала плечами – в любую, так в любую! – завела мотор и тронулась с места.

Машина медленно поползла вдоль тротуара, свернула на круг и влилась в общий поток автомобилей. Четырехколесная старушка то и дело ухалась в лужи, а в окно летел снег. На улице была то ли осень, то ли зима.

– Ненавижу такую погоду, – проворчала я и включила «дворники».

Два пластмассовых крепления монотонно заскользили по стеклу.

– В такое ненастье лучше всего быть дома.

Попутчик никак не реагировал на мои замечания. Он молча сидел рядом и упорно смотрел вперед. Я кашлянула – диалог явно не клеился, а мне во что бы то ни стало требовалось раздобыть хотя бы какую-нибудь информацию о людях, на которых я вынуждена была работать.

– Как доехал? – спросила я.

– Нормально, – коротко ответил Марк.

– Дорога была долгая?

– Не очень.

Я скрипнула зубами, но не сдалась.

– Зачем тебе понадобилась охрана?

– А зачем обычно тебя нанимают? – огрызнулся мужик.

– Конкуренты? – я не обратила внимание на злой тон своего попутчика.

– Считай, что да.

– Это не ответ. За тобой следят? Тебе угрожают? Или дело в чем-то другом?

– Не задавай лишних вопросов! – пресек разговор Марк.

– Я твой телохранитель и должна иметь хотя бы минимум информации, – возразила я.

– Ты мой телохранитель и должна меня охранять. Все. Точка. Больше ты ничего не должна. Возможно, тебя не предупредили, но в нашем договоре о сотрудничестве есть один маленький пунктик, – четко выговорил он.

– Какой? – на автомате спросила я.

– Если будешь совать нос не в свои дела, то… – в эту секунду мы смотрели друг на друга, Марк отвернулся первым. – Сама знаешь, что будет, – закончил он, уже не глядя на меня.

«Он в курсе всего!» – поняла я, стиснула зубы и покрепче вцепилась в руль. Господи, дай мне сил не пристрелить этого мужика раньше, чем мы окажемся в Тарасове!

– Так что давай сразу договоримся – друзьями нам никогда не стать, мы просто временно вынуждены находиться рядом. Мне нужно добраться до Тарасова, ты мне в этом помогаешь! И все! Так что можешь отложить свои философские беседы до другого случая!

– Отлично! Предпочитаешь вообще не разговаривать? – прошипела я.

– Да.

– Хочешь, чтобы я не задавала никаких вопросов?

– Уж будь любезна!

– Значит, будем молчать! – рявкнула я и уставилась на дорогу.

Меня могли запугать, мне могли угрожать, могли вынудить меня охранять неизвестно кого, но заставить любезничать с ненавистным мужиком не мог никто!

Чтобы не сорваться, я решила хоть как-то себя отвлечь и схватилась за пачку сигарет. Прикурила тонкий «Парламент», выдохнула едкий дым и почувствовала, как начинаю согреваться. «Ну и черт с тобой! – думала я, нажимая на педаль газа и обгоняя очередной автомобиль. – Не хочешь ничего говорить – не надо! Все равно узнаю то, что мне нужно!»

– Ты можешь не курить в машине? – рыкнул в мою сторону Марк.

Я отвлеклась от дороги и удивленно посмотрела на него.

Напротив меня сидел злой мужик, и у него был такой взгляд, что без слов стало ясно – будь у него возможность пустить в дело оружие, он бы не стал долго думать. Я мысленно расплылась в улыбке – что ж, по крайней мере не только мне не нравится эта экскурсия!

– Мы же договорились – не разговаривать, – не смогла я скрыть издевки в голосе.

Марк сверкнул в мою сторону глазами и отвернулся, а я с особым наслаждением сделала очередную затяжку. Оставшуюся часть пути мы провели согласно принятому решению – молча! Короткий диалог состоялся, только когда я припарковала машину у одной из центральных гостиниц города.

– Остановимся здесь? – решила я уточнить у своего спутника.

– Угу, – промычал мужик в ответ и выбрался из машины.

Я последовала за ним. Шагнула на улицу, угодила в лужу, выругалась сквозь зубы. И что за невезение – и погода дрянь, и попутчик на удивление отвратительная личность, и зонта нет. А мокрый снег превратился в дождь, и тоненький плащик совсем не спасает от холода и слякоти. Больше всего на свете хотелось оказаться у себя дома, в Тарасове, рядом с любимой тетушкой Милой.

– Ты идешь? – окликнул меня Марк.

Я тряхнула головой, взяла себя в руки (сейчас не время раскисать, Женя) и быстро зашагала за мужчиной в драповом пальто. Мы были колоритной парочкой! И до чертиков бесили друг друга!

В услужливо распахнутые двери гостиницы «Зеленоградская» я входила с неприятными мыслями в голове. Странное дело, но мы с Марком умудрились перегрызться за пятнадцать минут пути. Что нас ожидало впереди, можно было только догадываться… И лично меня подобные перспективы никак не воодушевляли.

Марк был настроен решительно. Так по крайней мере казалось. К стойке администратора он подошел без малейших колебаний, шлепнул перед клерком свой паспорт и сообщил:

– Двухместный номер, пожалуйста.

Марк обернулся ко мне и протянул руку, явно для того, чтобы я передала ему свои документы. Я проигнорировала этот жест и демонстративно отдала бордовую книжицу управляющему из рук в руки. Тот посмотрел на меня, на Марка – на парочку закадычных приятелей мы сейчас точно не походили, – раскрыл по очереди наши паспорта, пробежался по клавишам компьютера.

– На какой срок вы хотели бы остановиться в нашей гостинице?

– Четыре дня.

«Четыре дня?!» – мысленно ужаснулась я, но все же смогла сохранить на лице невозмутимое выражение.

– Плюс-минус день. У нас командировка – возможно, удастся решить все дела быстро, возможно, нет, – с охотой пояснил Марк. Он улыбался, любезничал – вел себя, как обычный человек, приехавший в чужой город по долгу службы. И только не очень довольное выражение моего лица вносило легкий диссонанс в эту сцену.

– Думаю, у нас найдется для вас отличный номер, – кивнул управляющий.

Еще пара минут ушла на оформление документов, после чего нам вернули паспорта и выдали ключи от номера. Марк забрал их себе и сгреб со стойки паспорт. К моим документам он даже не притронулся. Вот и отлично – пусть держит дистанцию!

В нашем случае дистанция была лишь временно сдерживаемой злостью. Хотя Марк не сказал ни слова о моем нелюбезном поведении в холле гостиницы, я точно знала – он в ярости. Он просто молчал, не оборачивался и не смотрел на меня. Я же следила за ним. Пока мы поднимались в лифте, я стояла у него за спиной и сверлила ее взглядом. И когда мы шли по коридору, я тоже не спускала глаз со своего попутчика. Только в номере я перестала играть в гляделки, поставила сумку на пол, сняла промокший плащ, прошла мимо остановившегося в дверях Марка и опустилась в кресло.

– Нас не обманули – номер и впрямь вполне сносный! – оценила я интерьер.

– Мы здесь все равно ненадолго, – прокомментировал Марк, запер дверь на ключ и тоже прошел в номер. Он заглянула в ванную комнату, открыл дверки шкафа, проверил ящики прикроватного столика. Когда он провел ладонью по низу подоконника, меня вдруг осенило: «Он думает, что в номере может быть прослушка?»

От кого же бежит этот человек в Тарасов? Кого он боится? И кто он вообще такой, если для того, чтобы нанять охрану, ему понадобилось похищать мою тетю?

– Я думала, что мы сразу поедем в Тарасов, – произнесла я, когда Марк закончил осмотр номера.

– У меня остались здесь неулаженные дела, – позабыв про зарок молчать, пояснил мужик. – Сегодня мы поедем к одному человеку… Встреча назначена на два часа дня. До этого никаких дел, вполне можно заказать еду в номер.

– Заказывай! – кивнула я.

Марк удивленно на меня посмотрел, я довольно оскалилась.

– Я – телохранитель и должна тебя охранять. Все. Точка. Больше я ничего не должна. Возможно, тебя не предупредили, но в нашем договоре о сотрудничестве есть один маленький пунктик, – елейным голосочком пропела я. – Я тебе не прислуга! Хочешь есть – сам заказывай себе обед! – последнюю фразу я произносила уже без фальшивой улыбки. Выговорила, отвернулась к окну и закурила.

Уж бесить мужика, так по полной программе! Возможно, это было рискованно и опрометчиво, ведь в руках у его дружков моя тетя. Но я была уверена – гнусный мужик не станет жаловаться боссу на несговорчивую напарницу. Фраза «она отказалась заказывать для меня обед» звучала малоубедительно для серьезного поклепа в мой адрес.

Я слушала, как Марк топает по комнате. Злой и взвинченный, он ходил от шкафа к кровати и обратно, потом хлопнула дверь и наступила тишина.

Я выждала пару минут, прислушалась – шум воды. Я осторожно огляделась. Нет сомнения: Марк разложил свои вещи – пальто на кресле, кейс на столе – и заперся в ванной комнате.

Словно кошка на охоте, я соскользнула с кресла и в два прыжка оказалась у шкафа. Зажав сигарету между зубами, то и дело поглядывая на закрытую дверь ванной, я занялась самым неблагородным делом – рысканьем по чужим вещам.

Я распахнула дверки шкафа, быстро проверила немногочисленные пожитки своего попутчика. Ничего. Метнулась к креслу и обыскала карманы пальто. Снова пусто! Я перевела взгляд на кейс и плотоядно усмехнулась. Потеряв всякий интерес к шмоткам Марка, я вцепилась в кожаный портфель, но уже через пару минут поставила его на место.

– Чертов мужик, – прошипела я сквозь зубы.

Надо было отдать должное Марку – уж не знаю, кем он там был на самом деле – криминальной шишкой или самой последней пешкой, но правила конспирации мужик знал на пять с плюсом и, собираясь в душ, прихватил с собой все документы – кейс был совершенно пуст!

Он был немногословен, избегал встречаться со мной взглядом и бесился, когда я закуривала. Пока это было все, что мне удалось узнать о моем попутчике.

Когда Марк вышел из ванной комнаты, я как ни в чем не бывало сидела в кресле и докуривала сигарету.

– Ты можешь не курить хотя бы в номере? – спросил он уже без прежней злобы – то ли смирился, то ли устал.

– Извини, привычка, – отозвалась я и раздавила в пепельнице окурок.

Марк вздохнул, но на этот раз смолчал, прошел к кровати и развалился на покрывале.

– Ненавижу поезда! Не могу в них спать… – произнес он. – Каждый раз после дороги мечтаю поскорее оказаться дома.

«Все-таки я не ошиблась, он приехал в Зеленоград из другого города!»

– Я тоже не люблю переезды, – говорила я, а думала совсем о другом. «Брюки, незаправленная рубашка, жилетка – куда же этот чертов мужик спрятал паспорт?» – У меня отец был военный, я с ним столько помоталась по стране, что на всю жизнь хватит.

– Вот и у меня такая же история.

Марк подложил под голову подушку и прикрыл глаза. Я тихонько переместилась на кровать – поближе к своей жертве.

– Даже если ехать нужно далеко, все равно я предпочту автомобиль, – закончил он, поудобней устроился на подушке, подтянул к себе одеяло.

Я смотрела на него и ждала. А взглядом обыскивала – карманы брюк, потайные клапаны жилетки. Мне необходимо было узнать хотя бы что-то о моем попутчике. Например, его полное имя! Я придвинулась чуть ближе.

– Даже не думай, – неожиданно произнес Марк.

Я вздрогнула и отпрянула назад.

Его хитрые серые глаза смотрели на меня в упор.

– Тебе не нужно знать ничего, кроме того, что ты уже знаешь. Иначе мне придется пойти на крайние меры. Думаю, ты прекрасно понимаешь, о чем я сейчас говорю?

Мне хотелось схватить гнусного мужика за шиворот, вытрясти из него правду, заставить рассказать все, что он знает о тете Миле.

– Так что бросай эти фокусы, они до добра не доведут, – посоветовал Марк и отвернулся от меня.

Еще немного, и наши напряженные отношения могли бы перейти в открытый конфликт. Мы были готовы сцепиться в любую секунду!

Я перевела дыхание, в очередной раз подавила злость и шлепнулась на подушки. Желание рыскать по карманам Марка как рукой сняло. Этот хитрый лис и во сне кур считает – теперь я точно это знала! И даже когда мужик мирно засопел, я не рискнула запустить руку в его портмоне. Вместо этого я натянула на себя край одеяла и закрыла глаза. Бессонная ночь и измотанные нервы дали о себе знать – я моментально отключилась.

* * *

Я открыла глаза и села на кровати. Марк стоял у шкафа и застегивал манжеты рубашки. Стоило мне только подняться, как он тут же обернулся назад.

– Нам пора, – как всегда коротко сказал он.

Без лишних слов я встала, прошла в ванную и умылась. Пока ополаскивала лицо холодной водой, я задержалась взглядом на своем отражении. Бледная, всклокоченная, с нездорово блестящими глазами – н-да, видок у меня был еще тот… А настроение и того хуже! Но нужно было работать.

Я вышла из ванной, взяла со стула плащ, прихватила клатч.

– Мы можем ехать, – кивнула я Марку.

Как уже повелось – молча мы спустились вниз и вышли из гостиницы. Холод, слякоть и мокрый снег, летящий в лицо, – ничего не изменилось с тех пор, как мы приехали с вокзала. И на парковке стоял все тот же набор машин – старенький «Фиат», «Ниссан» и мой малогабаритный «Фольк». Хотя нет… На другой стороне улицы появилась «Ауди» – капот грязный, на лобовом стекле разводы. «И что за нерадивый хозяин мог оставить свой автомобиль в таком виде?» – машинально подумала я и открыла сумочку, чтобы достать брелок от сигнализации с ключами, но что-то заставило меня поднять глаза на «Ауди». За рулем сидел мужик, жевал бутерброд и меланхолично поглядывал по сторонам, на двери гостиницы, на прохожих, на нас с Марком. Привыкшая обращать внимание на мелочи, я тут же заметила бинокль и неаккуратно скомканную карту города на передней панели перед дядькой. Нас пасли! Я ведь была знатной ищейкой и носом чуяла неладное…

Мельком я взглянула на Марка – угрюмый мужик, не глядя по сторонам, обошел машину со стороны капота и распахнул дверцу. Я не стала подавать виду, что меня кое-что насторожило, и как ни в чем не бывало запрыгнула в салон.

– Где назначена встреча? – спросила я своего попутчика, когда мы оказались в машине, и я завела мотор.

– На Соборной, дом пять.

Я кивнула и вывернула руль вправо, машина выехала на дорогу и понеслась вниз по улице. Я посмотрела в зеркало заднего вида: «Ауди» так и осталась стоять на том же месте, никто и не думал следить за нами. Еще какое-то время я размышляла о водителе иномарки, то и дело бросала взгляд в зеркало, но злосчастная машина так и не показалась на горизонте, и через какое-то время мои мысли приняли совсем другое направление.

Я не решалась бы утверждать, кем был Марк – рядовой шестеркой или правой рукой босса, но его дружки точно жили на широкую ногу! По крайней мере дом, адрес которого назвал мой попутчик, располагался в одном из самых престижных районов города – стареньком квартале с десятком так называемых сталинских пятиэтажек. Здесь не селились современные нувориши, но жили интеллигенты старой закалки.

– Нам сюда, – указал Марк на одно из раритетных жилищ.

Я послушно свернула в арку, проехала через пустынный дворик и остановилась у нужного подъезда.

– Пойдешь со мной, – принял решение Марк.

У меня не было никаких возражений на этот счет. Я вышла из машины и огляделась по сторонам. Пустые скамейки, островки грязного снега, кое-где позабытая нерадивыми дворниками опавшая листва. Тоскливая картина!

Невесело было и внутри дома – высокие потолки, зарешеченные лампочки и нескончаемый лестничный пролет. Деревянные ступеньки скрипели от каждого шага. Хотелось завыть.

Нам пришлось подняться на пятый этаж. Марк позвонил в дверь с номером тридцать два. Я оглядывалась по сторонам, ежилась от холода и пыталась понять – какая нелегкая принесла нас сюда? Мой спутник снова нажал на кнопку. Звонок тоненько тренькнул где-то в глубине квартиры, но открывать нам никто не спешил.

– Может, никого нет дома, – предположила я.

– Мы договаривались с ним о встрече.

– С ним? Это мужчина?

– Тебе не нужно знать подробностей. Кажется, мы обсудили этот вопрос. Ты просто мой телохранитель.

Я поджала губы, но смолчала, а Марк снова принялся звонить. Прошло минут пять, прежде чем щелкнул замок, створка двери чуть приоткрылась, и из темноты коридора показался низенький мужичонка неопределенного возраста.

– Мы договаривались о встрече на сегодня, – отчеканил Марк. Ни «привет», ни «пока» – очевидно, для него то было в пределах нормы!

– Да-да… – блестящие глазки хозяина квартиры забегали от меня к Марку и обратно. – Конечно… Я помню… Проходите…

Он шагнул назад, приглашая нас войти. Марк обернулся ко мне, давая знак, чтобы я шла за ним, и переступил через порог. Я проскользнула следом.

Хозяин квартиры тут же захлопнул дверь, и мы оказались в полутемном коридоре, заставленном всяким хламом – здесь было старомодное трюмо, заваленное разнокалиберными рулонами бумаги, кресло с горой непонятного добра, а на крючках, вбитых в стену, висело множество вещей – кажется, здесь был представлен весь гардероб хозяина. Подобного кавардака я давненько не видела!

Собственно говоря, не менее странно выглядел и дружок Марка – в потертых джинсах и рубашке, на шее намотан клетчатый шарф, на носу очки. Он затравленно зыркал на Марка, и его мелко потряхивало. Очевидно, он был болен.

– Все будет готово только завтра… – прошуршал он.

– Я в курсе. Хотел удостовериться, что все о’кей! Женя, подожди меня на кухне, мне нужно решить пару вопросов, – последняя фраза относилась уже ко мне. Марк даже не удосужился познакомить меня со своим странным товарищем – впрочем, меня это уже не удивляло. Я начинала привыкать к странным замашкам своего попутчика.

– Конечно, – тут же засуетился мужик, – идемте, кухня вон там.

Через темный коридор меня проводили на кухню.

– У вас можно курить? – спросила я у хозяина апартаментов.

– Конечно-конечно… Можете курить. Пепельница на подоконнике.

Я кивнула и отвернулась от странного мужика.

– Идемте в кабинет, – позвал он Марка.

Я стояла на пороге кухни и прислушивалась к удаляющимся шагам мужчин – шаркал подошвами хозяин квартиры, твердо шагал мой попутчик. Где-то в глубине коридора хлопнула дверь. Они закрылись!

В любом другом случае я бы понеслась следом и, навострив ушки, разузнала бы, в чем суть совещания на Соборной в квартире номер тридцать два. Но за короткое время, проведенное рядом с Марком, я достаточно хорошо узнала этого мужика. С ним такие дешевые трюки не проходят!

Поэтому я предпочла спокойно покурить без тычков и упреков со стороны своего попутчика – нудного поборника здорового образа жизни. Итак, где здесь пепельница?

Я обвела взглядом пищеблок и тихонько присвистнула. Здесь царил такой же бардак, как и в прихожей. В раковине – гора немытой посуды, на столе – заляпанная разноцветными красками клеенка, а на подоконнике – свалка из тарелок, чашек, рулонов бумаги, каких-то рамок и прочего хлама. Я подошла к окну и попыталась найти среди всего этого пепельницу. Но под руку попадались то грязные бокалы, то рамки. За одну из красивых лаковых рамочек я зацепилась взглядом. Под стеклом был диплом «За лучший этюд. Эду Мартынову». Следующая рамка тоже оказалась с именным сертификатом – «За лучший натюрморт. Эду Мартынову». Здесь же и статуэтка «Золотая кисть» с тем же именем.

«Так хозяин этой квартиры художник!» – дошло до меня. Теперь понятно, почему везде такое скопление бумаги, а стол запачкан красками! Так называемый художественный беспорядок – обязательная атрибутика квартиры любой мало-мальски творческой личности – не обошел стороной и сие скромное жилище!

Сзади послышался какой-то шорох. Я тут же отдернула руку от рамки и обернулась. В дверях стоял Эд.

– Извините, что напугал… – зашелестел он. – Просто хотел заварить кофе. Вы будете?

– Нет, спасибо, – мотнула я головой и на всякий случай отошла к подоконнику.

– А вот я, знаете ли, большой любитель кофе. Просто не могу без этого напитка.

Художник прошел на кухню, чиркнул спичкой, зажег газ и громыхнул чайником.

– За день могу выпить чашек пять арабики, – он обернулся и неожиданно тихо спросил. – Вы работаете на этих людей?

– Что? – опешила я.

– Я слышал, как вы переговаривались за дверью, – горячо зашептал он, – вы на них работаете. Вас тоже заставили?

До меня вдруг дошло, что его лихорадочная трясучка – это не болезнь, не сумасшествие, а признак самого настоящего панического страха. Этот страх затравленного зверька, плескавшийся в его глазах, невольно передался и мне.

– О чем вы? – одними губами произнесла я.

– Они пришли к вам, угрожали? – Эд сделал шаг мне навстречу, я невольно отступила назад. – Это ужасно! Они заставили меня!

– Вы пьяны?

– Нет, я не пьян! Я вообще никогда не пью! В доме нет ни грамма спиртного! Я совершенно трезв! И отвечаю сейчас за каждое свое слово! Меня заставили работать! Меня убьют, если я что-то сделаю не так… Это все Миша Кравец… Это по его указке…

– Кто?

– Умоляю вас, помогите мне! – Эд все же смог схватить меня за руки и теперь с мольбой заглядывал в глаза. Больше всего мне сейчас хотелось оттолкнуть его, закричать, убежать из этой ужасной квартиры, заваленной всяким хламом, и забыть, забыть раз и навсегда события последних дней. Но я осталась стоять как вкопанная на месте и слушать то, что говорил этот перепуганный до смерти человек. А он, как скороговорку, твердил: – Мне больше некого просить… Я специально оставил его одного все проверять, а сам пошел варить кофе… Мне надо было сказать вам… Мне больше некому сказать… Вот уже неделю я не могу выйти из своей квартиры… Они следят за мной! Я должен работать на них! Я должен успеть! А иначе… У меня забрали телефон, перерезали провода, я боюсь выйти на улицу. Вдруг поймают? А вы… Вы на свободе… Вы можете мне помочь…

– О чем вы? Что вас заставляют делать эти люди? Они похитили мою тетю! Кто они?

Но Эд не слышал меня, он продолжал твердить свое:

– У меня есть план… Отличный план… Но я боюсь… Я так боюсь… Ведь меня могут убить… Сообщите в милицию!

Чайник на плите закипел, Эд резко выпустил меня и крутанулся назад.

– Мне нужно вернуться, иначе он что-нибудь заподозрит! – прошептал он и метнулся к плите.

Трясущимися руками художник открыл дверцу одного из шкафчиков, достал две чашки, звякнул ими о стол, схватил банку кофе. Я смотрела, как он насыпает в кружки коричневый порошок, как наливает кипяток. В какой-то момент он обернулся ко мне и прошептал:

– Помогите мне, пожалуйста… – схватил чашки и быстро вышел из кухни.

Я осталась одна – вконец разбитая, ошарашенная. В голове был хаос похлеще, чем в квартире у господина Мартынова. Я присела на стол, выхватила пачку сигарет и нервно закурила.

Значит, я не единственная, кто волей судьбы вынужден работать на этих людей. Методику запугивания и шантажа они практикуют на всех, кого втягивают в свои аферы. Если слова Эда не были бредом (а они им не были – я в этом не сомневалась!), то его заставили работать неделю назад. За мной слежку вели последние три дня. Странная получается история – сначала им понадобился художник, потом телохранитель… И я никак не могла понять сути этих нешуточных бандитских игр – почему ни с одним из нас они не попытались договориться мирно? Зачем было похищать мою тетю? Для чего понадобилось запугивать Эда? И что вообще было нужно этим людям от бедного художника? Впрочем, вполне возможно, что очень скоро я получу ответы на все вопросы. Ведь теперь у меня в руках была главная зацепка – я знала имя человека, который стоял за всеми этими махинациями. И я буду не Женечка Охотникова, если не смогу разыскать этого чертова Мишу Кравца!

Я как раз успела докурить сигарету, когда в коридоре послышались шаги, а потом в кухню заглянул Марк.

– Нам пора, – как всегда сухо скомандовал он.

Я соскользнула со стола, затушила в раковине окурок и вышла в коридор. Эд уже открыл дверь, чтобы проводить нас. Марк, не прощаясь, вышел в подъезд. За долю секунды, пока он находился ко мне спиной, я взглянула на художника, едва заметно кивнула головой и тут же шагнула за порог.

Несчастный запуганный человек остался по ту сторону двери.

– Идем, у нас есть еще дела! – поторопил меня Марк.

Я поспешила за ним следом. Но, спускаясь вниз по скрипучим ступенькам, я ни капельки не сомневалась, что мне еще предстоит вернуться сюда.

То снег, то дождь, то снег, то дождь. На этот раз был дождь. Я села в машину, завела мотор и включила «дворники». На душе было паршиво!

А вот мой попутчик Марк как-то оживился.

– Поехали в какое-нибудь кафе, – ни с того ни с сего предложил он.

Мое дело было выполнять приказы, и я послушно повернула руль, выводя «Фольк» из тесного двора на переполненную автостраду. Мы проехали несколько кварталов вниз, свернули на перекрестке. Но из головы у меня никак не выходил запуганный человек с Соборной, из квартиры тридцать два. Не позвоню в полицию – его убьют. Позвоню – кто знает, чем это обернется для моей тети? Как же быть? Что делать? Машинально я схватилась за пачку «Парламента», потрясла ее, открыла – пусто. Вот черт!

– Мне нужно заехать в магазин – сигареты закончились, – произнесла я, подъезжая к тротуару.

Марк согласно кивнул. «Неожиданно… – подумала я. – Неужто смирился с курящей напарницей?» И, пока мой суровый попутчик не передумал, быстренько шмыгнула из машинки к ближайшему киоску. «Так как же все-таки быть? – ломала я голову, переминаясь с ноги на ногу, пока продавщица искала нужные мне сигареты. – Звонить опасно… Очень опасно…»

– Возьмите, пожалуйста! – протянули мне бело-синюю пачку.

«Так как же быть?»

Не отходя от киоска, я распечатала пачку и закурила. Руки тут же согрелись, паника внутри улеглась. Я не знала, правильное ли решение я принимаю, но, возвращаясь к машине, точно знала, как поступлю!

– Если я не ошибаюсь, то ближайшее кафе есть на соседней улице, – сообщила я Марку.

– Отлично! Туда и поехали, – дал добро мой попутчик, и я погнала машину в нужном направлении.

Я не ошиблась: кафе «Рояль» обнаружилось за ближайшем перекрестком. Уютный зал с тесно стоящими столиками, специфическая атмосфера восьмидесятых и вполне сносная кухня – это был неплохой выбор.

Мы заняли самый дальний столик. Миловидная девушка в униформе тут же принесла меню. Я без особого энтузиазма листала странички. Никакого аппетита не было, я покосилась на Марка – компания не располагала.

– Черный кофе и чизкейк, – я захлопнула папку с меню и вернула ее девушке.

– А мне жаркое и… – Марк задумался, потом посмотрел на меня и неожиданно спросил: – Может, коньяку?

Напиться и забыться – в моем случае было бы идеальным вариантом. Но я отрицательно помотала головой.

– Я за рулем, – хмуро напомнила я.

– А я выпью! – разгулялся мой попутчик.

Хотя… Может, оно и к лучшему. Пьяный Марк – болтливый Марк!

Однако пятьдесят граммов не самого дорогого коньяка не развязали язык ненавистного мужика. Единственное, что мне удалось узнать, так это причину распития алкогольных напитков.

– За успех нашей поездки! – поднял Марк рюмку коньяка.

– Надеюсь, что скоро мы уедем из Зеленограда.

– Если все пойдет по плану, то уже через два дня, – кивнул мужик.

Я насторожилась.

– Через два?

– Да, осталась пара дел, и можно будет выезжать.

– Как ты планировал добираться до Тарасова?

– На машине!

– На машине?!

– Ну да! На твоей машине!

– Не понимаю… Из Зеленограда в Тарасов есть прямой рейс.

– Мы поедем на машине, – твердо произнес Марк и принялся за еду.

Я не стала спорить, но про себя приплюсовала к уже имеющимся еще одну странность. «Этим людям был нужен художник, телохранитель и поездка из Зеленограда в Тарасов на легковом авто. Любопытно… Очень любопытно!»

– А в Тарасове? Что будет там? – рискнула я задать самый главный вопрос.

– А что там может быть? – спросил Марк.

Он жевал поданную еду и смотрел на меня совершенно невозмутимым взглядом. Убила бы гада!

– Как только мы окажемся в Тарасове, тетю Милу сразу же отпустят?

– Давай сначала доедем, а потом будем рассуждать.

Мужик взял в руки баночку соуса, встряхнул и опрокинул себе в тарелку. Я проследила за тем, как томатная жижа растеклась по тарелке.

– Но мне важно знать сейчас, – потеряв всякий страх, настаивала я. – Я тебя охраняю, я везде сопровождаю тебя, я повезу тебя в Тарасов. А что, если…

– Оставь этот разговор, – перебил меня Марк. – Если ты все сделаешь, как тебе говорят, то ничего с твоей теткой не случится!

– Ты просто не представляешь, каково это! Когда близкий тебе человек находится в опасности!

– Прекращай! – зло рыкнул Марк.

– Как я могу тебе верить?!

– У тебя просто нет других вариантов!

Я явно разозлила мужика не на шутку. Он с такой яростью махнул рукой, что нечаянно задел баночку соуса и опрокинул ее на себя.

– Черт! – выругался Марк.

– Возьми салфетку.

– Вот черт! – шипел он сквозь зубы, вытирая брюки.

– Лучше иди в туалет, – посоветовала я.

Марк отшвырнул салфетку и поднялся с места.

– Я сейчас вернусь, – сказал он и размашисто зашагал в сторону двери с табличкой WC.

Я смотрела ему вслед, не мигая. В голове отчетливо пронеслась мысль: «Это мой шанс!» И, как только Марк скрылся за дверью, я схватилась за свой клатч. В моем распоряжении были считаные секунды, и нужно было успеть!

Я перерыла содержимое сумочки. Где-то у меня должна быть ручка. Ключи, сигареты, зажигалка – все не то! Ручки не было. Я схватила карандаш для глаз, выдернула из-под тарелки салфетку и трясущимися руками нацарапала: «Я в беде! Работаю на Мишу Кравца. Пятнадцатого выезжаю с его человеком из Зеленограда через Рижскую трассу. Бандиты собираются убить моего знакомого – Эда Мартынова. Адрес: Соборная, дом пять, квартира тридцать два. Помоги! Прошу передать эту записку майору полиции Д. Евдокимову. Номер телефона: 65-75-33».

Руки не слушались и дрожали, я то и дело поглядывала на дверь, боясь, что она откроется. Меня трясло, я задыхалась. Сердце гулко билось в груди – лишь бы успеть!

Немеющими пальцами накарябав «От Жени», я свернула салфетку. Действия, когда я прятала заветное послание под тарелку, а дверь уборной открывалась – совпали. Должно быть, в этот момент моя жизнь укоротилась лет на пять как минимум. И все же я это сделала! Когда Марк шел к нашему столику, я как ни в чем не бывало глотала кофе и поглядывала по сторонам. И только взглядом с ним я избегала встречаться – боялась, что выдам себя.

– Давай договоримся, – произнес мужик, садясь на соседний стул. – Больше не обсуждать эту тему.

– Договорились, – кивнула я, не поднимая головы. Наш с Марком мир был лишь временно сдерживаемой злобой, и сейчас я понимала это как никогда раньше.

Оставшееся время в кафе я провела как на иголках. Когда Марк наконец-то попросил счет, я тихонечко выдохнула. Он расплатился, надел пальто. Я тоже не отставала – прихватила свой клатч и поспешила уйти.

Уже у выхода я мельком обернулась назад. Официантка собирала посуду с нашего столика. Поставила тарелку Марка на поднос, рюмку, приборы, взяла мою чашку. На столе осталась лежать салфетка. ТА САМАЯ САЛФЕТКА.

– Проходи, – распахнул передо мной дверь Марк.

Дольше медлить было нельзя, и я вышла на улицу.

Что же, теперь моя судьба была в руках того человека, который найдет послание. Ведь исписанная корявым почерком салфетка была единственным шансом на спасение.

Готовьте ваши денежки

Подняться наверх