Читать книгу Город-сказка. Душевные рассказы о Рио-де-Жанейро - Мария Цветкова - Страница 3

– Жужу, скорее сюда!

Смуглый босоногий мальчик что-то высматривал из окна своего дома, скорее похожего на маленькую кирпичную коробку. Его глаза усиленно искали кого-то на шумной, многолюдной улице, вид на которую открывался с предгорья холма.

– Жу, они снова хотят украсть его!

Из толпы детей, снующих то тут, то там, выбежала девочка. Их с мальчиком взгляды встретились. Он показал пальцем на небольшую площадь прямо посередине улицы:

– Змей, Жужу! Беги скорее!

– Бету, болван! – крикнула Жужу то ли с упрёком, то ли с недоумением. – Почему ты всё ещё там? Спускайся скорее! Не мне же всё время следить за твоим змеем!

Мальчик кинулся к двери. Жужу была самой быстрой из всех детей в округе, включая парней. Жужу не бегала, а почти что летала над землёй. Она мигом пересекла улицу и спустя пару секунд оказалась на площади, на которой уже была компания таких же, как Бету, смуглых поджарых мальчиков.

– Vai embora, galera! 8– крикнула Жужу. – Не ваше. Нечего брать то, что вам не принадлежит.

Двоё из трёх парней опасливо оглянулись на Жужу. Третий – видимо, самый главный – приветственно улыбнулся ей.

– Нечего было оставлять его здесь, Жу. Ты же знаешь, в коммуне всё общее. А то, что не общее, храни дома под кроватью.

В этот момент на площадь вбежал Бету.

– Отдайте змея, – запыхавшись, решительно потребовал он. Один из мальчиков успел взять изделие в руки и уже собирался делать ноги.

– Брось, Бету, – продолжал главный и самый высокий из всех, – Ты сам оставил его здесь. Если оставил змея на улице, он уже не твой, и я могу забрать его. Так, ребята? – он обернулся к двоим, стоящим позади. Те с издёвкой кивнули.

– Ты прекрасно знаешь, что я оставил его сушиться, а вовсе не для того, чтобы твоя собачья голова брала его в свои грязные руки.

«Собачья голова» хитро посмотрел в сторону двух других воришек и подмигнул.

– Я ведь хотел забрать его, – он указал пальцем на низенького паренька, крепко державшего змея, – Но теперь вижу, что ты сделал его не так хорошо, как мог. Плохая работа, Бету. Нам ничего не остаётся, кроме как выбросить твоего змея. Эй, Кафу, – долговязый обратился к низенькому, – Ты слышал? Выбрасывай, он всё равно не будет летать.

Кафу кивнул, но главный, подождав пару секунд, продолжил:

– Хотя постой. Какой-то он слишком большой, да? Так просто не выкинуть. Надо его предварительно свернуть…

– Ломаем? – басом спросим Кафу.

– Ломаем! – ехидно улыбнулся главный.

– Матеуш, прекрати, – голос у Бету начал дрожать, но он не подавал виду и старался напрячь одновременно все мышцы в руках и ногах, чтобы выглядеть внушительнее и опаснее. – Я не стану повторять. Ты знаешь, что змей мой. Кафу должен отдать его.

Жужу стояла рядом с Бету, но не подавала голоса. Она наблюдала за тем, как её друг будет выходить из сложившейся ситуации и не хотела мешать. Однако, несмотря на явную несправедливость и то, что компания этих троих вот уже какой месяц кошмарила всех детей в округе, Жу получала удовольствие от игры, которую затеяли Бету и Матеуш.

– Смотри-ка, Бету, – обратился к хозяину змея Матеуш. – Я не согласен. Я не хочу ничего возвращать.

– Вернёшь.

Жужу слышала, как голос Бету с каждой минутой становится всё тише. Любой другой подумал бы, что Бету наливается яростью, и вот-вот в два прыжка окажется рядом и ни с того ни с сего ударит Матеуша. И только Жужу знала, что Бету уже начал терять прежний напор и скоро сдастся.

– Кафу! – Матеуш обернулся и махнул рукой.

– Тише, Матеуш.

Неожиданно рядом с компанией оказался ещё один человек. Спасение пришло откуда не ждали.

– Отдай-ка змей Бету. Не дури, парень, – тяжёлая рука опустилась на плечо Матеуша.

Уверенность Матеуша тут же испарилась. Он знал этот голос, и знал, кто пришёл.

– Тогда пусть он не оставляет своих змеев на общей площади, – раздражённо процедил Матеуш, не оборачиваясь. – Какого чёрта?

– Успокойся и не бранись, rapaz. Эта площадь на то и общая, чтобы на ней можно было оставлять всё, что вздумается, без мыслей о том, что это могут забрать. Посмотри на меня, – тяжёлая рука тряхнула Матеуша.

– Да, сеньор, – Матеуш недовольно уставился на старика Салинаса.

– Ты знаешь правила коммуны. Никто ни у кого не ворует, парень. Отдайте змея Бету и иди-ка.

Сеньор Бениту Салинас был настойчив и порой звучал грозно, но по отношению к детям всегда был ласков и к их проделкам относился с пониманием, хотя и знал, что за любую проделку последует наказание. Кафу положил змея на то место, где изделие лежало с самого начала.

– Идём, – обратился Матеуш к остальным.

Не взглянув на Бету и Жужу, компания поплелась с площади.

– Vai com Deus9, – сказал вслед всем троим Салинас.

Матеуш, не оборачиваясь, только махнул рукой.

Бету и Жужу остались наедине с Салинасом.

– Иди и посмотри на своего змея, Бету, – сказал Бениту.

Не говоря ни слова, Бету подошёл к изделию и взял его в руки.

– Не так хорошо, как в прошлый раз, но тоже сойдёт, – обратился он к Бениту, внимательно осмотрев змея. – Мог бы сделать лучше, но как вышло.

– Хорошая работа, парень, – Салинас положил ему руку на плечо. – Я помню, сколько времени ты над ним работал.

– Деда, как думаешь, он полетит? – с надеждой посмотрел на Салинаса Бету.

Салинас подмигнул Жужу.

– Ты его сделал. Ты лучше знаешь, полетит или нет. Почему ты, кстати, оставил змея на улице?

– Я нанёс на него ещё больше клея. Так, чтобы в небе не развалился, чтобы было надёжнее. Дома он бы не высох, слишком влажно. А на солнце…

Салинас поднял голову и посмотрел на холм.

– Скоро закат. Пойдём-ка к нам, Жу. Выпьешь кофе. Ты, наверное, целый день на жаре бегала.

Бету и Жужу были друзьями с самого детства. Они родились и выросли в Видигале, в фавеле10 на юге Рио-де-Жанейро. Так же, как и остальные дети коммуны11, они любили играть в футбол, прыгать со скал на ближайшем диком пляже и запускать в небо воздушных змеев. Бету был лучшим мастером воздушных змеев в округе. Его родители, получившие шесть классов образования – как и многие, живущие в фавеле – улыбались и говорили, что сыну повезло больше, чем им, ведь у него есть явные задатки инженера. Жужу тоже была сообразительной девочкой, но, в отличие от Бету, не питала любви к своему дому. Она хотела поскорее вырасти и вырваться из этого мира бесконечных перекособоченных домиков, приютившихся на высоком холме. Бету не понимал её желаний. Ему нравилось жить в коммуне, где всё и всегда было понятно.

– Дурак, – качала головой Жу. – Разве ты не понимаешь, что здесь у тебя нет будущего?

Но Бету, которому едва исполнилось десять, не совсем понимал, что значит слово «будущее». Будущим для него являлся завтрашний день, когда он снова пойдёт пинать с ребятами мяч, а потом будет допоздна клеить в своей комнате воздушных змеев.

– Жу, – растерянно говорил Бету, – Разве тебе здесь не нравится? Здесь наши друзья, наши семьи. Наш дом.

– Это не дом, Роберту, а тюрьма.

Жужу закрыла глаза. Берту испуганно оглянулся – вдруг кто слышал слова Жужу?

– Я вырасту и уеду отсюда. Может, в Сан-Паулу, Ресифи или Белу-Оризонти. Я уеду в большой город. Я боюсь всю жизнь прожить так, как они.

– Кто?

– Мои родители.

– Они ведь хорошие. И всегда радуются, когда я прихожу к тебе.

– Да, хорошие и добрые. Но доброта – всё, что у нас есть. Мы бедные. Все здесь очень бедные, Роберту. Мы все такие бедные…

Бету всё хуже понимал Жужу. С недавних пор она стала какой-то задумчивой и раздражённой. Она агрессивнее отнимала мяч у нападающих, ещё быстрее бегала, и ещё хлеще отвечала задирам-старшеклассникам. Бету вспомнил, как год назад они с Жужу прыгали в океан со скал. Родители не разрешали ни ему, ни ей этого делать, но одним утром друзья всё равно тайно сбежали из дома на рассвете и отправились искать приключения вместе с более старшими ребятами коммуны. До тех пор, пока родители не проснутся. В тот день всем детям было так весело. Бету до сих пор иногда видит этот сон – как они с Жужу с разбегу, взявшись за руки, бегут и прыгают со скалы вниз, погружаются глубоко-глубоко, в бескрайнюю синеву, а вокруг них миллионы пузырьков, рыб, медуз, ракушек, морских черепах…