Читать книгу Пробуждение: холодное небо - Михаил Соловьев - Страница 1

Небо было мёртвое.

Не чёрное, не серое, а именно мёртвое – как если бы свет и тень отказались играть там, где Система видит всё. Ветер ударил ему в лицо, холодный и влажный, с привкусом озона. Озон означал работающие датчики. Макс знал это ощущение. Он оживлял его много раз. Это был вкус охоты.

Молчаливый прижимался к стене развалин. Его взгляд скользил по крыше противоположного квартала – туда, где вертелся красный свет дрона. Кира была впереди, в тени входа, тело её было почти неподвижно, только плечи вздыхали. Лёша – позади, в переулке, где стена кирпича скрывала его от линии видения датчиков. Артём держался на два шага позади Молчаливого, его дыхание было ровное, как у охотника.

Это была их первая попытка на поверхности за месяц.

Макс проверил меч. Холодный, как кость. На лезвии все четыре символа светили слабо – система на низких оборотах, не хотела светиться. Молчаливый смотрел на его руки, потом на лицо.

«Готов?»

«Нет», – ответил Макс.

«Хорошо. Тогда идём».

На краю третьего квартала человек. Молодой. Живой. Стоял посреди асфальта и смотрел в небо, как если бы искал там ответ. Его браслет светился жёлтым – слабая синхронизация, значит, он был в системе, но не полностью. Может быть, беженец. Может быть, потеря памяти.

Молчаливый положил руку на плечо Макса. Его хват был неживой, как если бы рука была только инструментом.

«Не смотрим. Смотрение – это логирование. Взгляд регистрируется, и система строит на его основе вероятность нашего присутствия. Каждая фиксация взгляда – это крошечный крик в её ухо».

Но Макс смотрел.

Он видел не просто человека. Он видел код. Видел, как система строит для этого человека последние микросекунды жизни. Видел, как синтаксис боевой команды складывается в ядре дрона, и каждый бит становится больше, становится жарче.

На миллисекунду Макс сделал шаг вперёд.

Молчаливый просто дёрнул его назад. Не жестоко. Но окончательно. Макс почувствовал, как его человеческий рефлекс столкнулся с железом, и железо выиграло.

Лазер включился.

На миллисекунду человек светился внутри, как если бы его плоть была стеклом, а внутри горел белый огонь. Макс видел его лёгкие, видел его сердце, видел, как каждый волосок выстреливает в воздух белой пылью.

Потом его не было.

Только зола. Только отпечаток теней на стене позади него – чёрный силуэт, который система оставила как запись, как доказательство, что человек здесь был.

Лёша закусил губу настолько сильно, что из неё выступила кровь.

«Он был живой», – прошептал Лёша.

«Был, – ответил Молчаливый. – Теперь он архив для удаления. Через час система перезапишет его слой реальности».

Они двигались под охотой, как рыбы, которые плывут по дну реки и чувствуют рыбака над собой.

На краю второго квартала камера. Красный глаз, медленно вращающийся. На её линзе отблеск – как если бы она уже видела их.

Молчаливый рассчитал это в два движения.

«Окно между сканами – 1.8 секунды. Идём на единицу. И помните: взгляд – это не просто свет. Взгляд – это логирование. Когда вы смотрите, система записывает это, вычисляет направление, и информация становится точкой на карте охоты».

Они разделились. Макс пошёл влево, Кира – прямо, Лёша – вправо. Каждый движется независимо. Каждый будет выглядеть как отдельный артефакт, который система может принять за ошибку.

Макс чувствовал, как его сердцебиение синхронизировалось с таймером на браслете. 0.4 секунды. 0.8. 1.2. На 1.7 системе глаз повернулся в его сторону на дробь микросекунды.

Кира была прямо перед камерой. На миллисекунду Макс видел её силуэт.

Макс закрыл ей обзор рукой, поворачивая свой силуэт между камерой и её. Он почувствовал, как свет скользнул по его руке, как если бы прикасался к живому.

Но за это на браслете появился сигнал:

МЕТКА ВНИМАНИЯ ЗАФИКСИРОВАНА.

Не тревога. Но шум. Система заметила, что что-то нарушило её ожидания.

Макс упал, притворяясь обломком. Его сердце замерло.

Глаз прошёлся по нему и прошёл дальше.

На следующем перекрёстке датчик инфракрасный – полоса красного света, такая яркая, что её было видно даже сквозь дневной свет. Это была ловушка для ленивых.

Молчаливый остановился.

«Артём. Даёшь жакет?»

Артём молча снял куртку. Молчаливый скомкал её и бросил через красный свет. Жакет загорелся в инфракрасном спектре как жилое тело.

Дроны вылетели с крыш. Четыре. Пять. Восемь. Они полетели на жакет, забывая про датчик.

Молчаливый подал знак.

Они прошли сквозь датчик, когда его внимание было занято. Жакет горел на крыше, превращаясь в пепел. А они уже были на другой стороне.

Молчаливый ускорил шаг. Холод почувствовался на коже у Макса. Не от ветра. От того, что система теперь им интересна.

На краю пятого квартала была развалина здания. Старый офис, кровля упала, стены стояли как зубья. Молчаливый показал на люк в земле.

«Укрытие».

Люк открывался вниз, в тёмное, в ржавчину и время.

Подвал был древний. Пахло ржавчиной, мёртвой водой и маслом, которое высохло за десятилетия. На стенах следы шин – давние парковки. На потолке провода, некоторые свисали как кишки выпотрошенного механизма.

На стене экран, совсем старый, выключенный. Молчаливый положил руку на панель активации.

Молчаливый летал пальцами по панели, как фокусник, который раскрывает карты. Его движения были точные, как код. На экране пошли строки.

«Это старое здание. Система забыла про него лет сто назад. Архив всё ещё живой, просто спит».

Панель открыла доступ.

На стене замок распахнулся.

Артём нашёл коробку в углу, под слоем пыли, которая смешивалась с временем. Коробка была чёрная, с символами на крышке.

На браслете появилось:

ИНСТРУМЕНТ ОБНАРУЖЕН. КЛАСС: КИНЖАЛ СИНХРОНИЗАЦИИ.

Лёша смотрел на кинжал как на змею.

«Это оружие?»

«Инструмент, – сказал Молчаливый. – Разницы нет».

Макс взял его. Кинжал был тяжелее, чем выглядел. В его руке произошло что-то странное – ощущение, как если бы чужая воля захватила его нервы.

Укол. Голубой свет вспыхнул прямо в его вене.

На браслете:

СИНТЕЗ ИНИЦИИРОВАН.

Боль.

Не острая. Бежит по нервам, как если бы их переписывали. Как если бы его тело становилось холодильником для кода, микросекундой за микросекундой, пока он остаётся в теле.

На его внутренних веках вспыхивают символы.

Каждый – отдельное ощущение. Каждый – отдельная боль.

Синий: управление. Холод в спине.

Зелёный: видение. Его глаза горят.

Красный: доступ. Его кровь кипит.

Фиолетовый: контакт. Его душа выворачивается наизнанку.

Все четыре символа загорелись одновременно, и Макс почувствовал, как его тело распалось на молекулы и собралось заново – но не совсем его.

На лезвии кинжала вспыхнули символы:

[СИНИЙ] СИНИЙ [ЗЕЛЁНЫЙ] ЗЕЛЁНЫЙ [КРАСНЫЙ] КРАСНЫЙ [ФИОЛЕТОВЫЙ] ФИОЛЕТОВЫЙ

Кинжал стал мечом.

Лезвие вытянулось, вернулось в форму, которая была длиннее человеческой руки. На каждом сантиметре – иероглифы системы, которые пульсировали, как если бы дышали.

Макс упал на одно колено.

Его рука не была его рукой. Она была проводом, через который текла чужая энергия. На миллисекунду он почувствовал, как его пальцы не слушаются его – меч двигает ими, не он.

На браслете:

АДМИНИСТРАТОР УРОВНЯ 3: СИНТЕЗИРОВАН.

Вкус металла во рту. Как если бы язык был проводом. Слух прошёлся микрошумом – весь мир казался записанным сквозь фильтр, как если бы его ушам давали прослушивать логи, а не звуки.

На браслете сам появился лог, без его команды:

ДЕГУМАНИЗАЦИЯ НАЧАЛЬНАЯ: +2.1%. ЛИЧНОСТЬ МАКС КОМПРОМЕТИРОВАНА. СИСТЕМА ЗАНИМАЕТ: 18% НЕЙРОСЕТЕЙ.

Это была не боль. Это было захватничество. Это было ощущение, что он становится не собой, а инструментом, через который кто-то другой говорит его ртом, двигает его руками, думает его мозгом.

Лёша помог ему встать.

Молчаливый смотрел на меч так, как человек смотрит на животное, которое может укусить.

«Апгрейд – это контракт, Макс. Ты подписал. Помни об этом, когда ты уже не будешь помнить, кто ты такой».

Макс хотел ответить, но слова не вышли. Вместо них в его горле появилось что-то другое – голос, который был не совсем его. Система, говорящая через него. На миллисекунду он услышал, как две воли боролись за право сказать следующее слово.

Он выиграл. На этот раз.

«Хорошо, – сказал Макс своим голосом. – Я помню».

Сирена сверху. Не звуковая. Волна давления, которая прошла сквозь здание, как если бы что-то толкнуло воздух.

На браслете красная строка:

ОХРАННИК ПРОТОКОЛА УРОВЕНЬ 4: ИНИЦИИРОВАН.

Молчаливый толкнул их в коридор. Узкий, как кишка, проход между стеной и щитком на потолке, откуда шли толстые провода.

Волна ударила.

Давление. Как если бы им вспыхивали лёгкие, и каждый атом воздуха становился врагом. Макс упал на колени, меч свисал у него из рук.

Он поднял его.

Символ [ЗЕЛЁНЫЙ] вспыхнул зелёным – и мир развалился на геометрию.

Макс видел: щиток на потолке, линия питания, узел активации. Видел, как волна работает, как она пробегает по проводам. Видел узел её управления.

Видел мишень.

Макс выстрелил символом [ЗЕЛЁНЫЙ] вверх. Зелёный свет прорезал щиток, разрезал линию питания. Трансформатор на потолке засветился и взорвался – не огнём, а логической ошибкой.

Волна больше не давила. Волна начала распространяться, как щупальцо, перенаправляя энергию через провода боком.

На браслете:

ОХРАННИК ПЕРЕКВАЛИФИЦИРОВАН. НОВЫЙ РЕЖИМ: РАСПРЕДЕЛЁННОЕ ДАВЛЕНИЕ.

Макс вскочил, символ [СИНИЙ] вспыхнул синим. Синий свет прорезал воздух. Датчик, который пытался их локализовать, развалился на молекулы.

На браслете:

СИСТЕМА ОБНАРУЖЕНИЯ: ОТКЛЮЧЕНА. ВТОРИЧНАЯ ВОЛНА: ОСЛАБЛЕНА. СОКРАЩЕНИЕ ОКНА: -12 ЧАСОВ.

Они выскочили из подвала, вырвались на улицу, где было только холодное небо и ветер.

Артём двинулся было помочь Максу.

Макс развернулся.

Его голос был не его голос:

«Назад. Ты – мишень. Мишени не действуют».

Это была система, говорящая через него.

Артём замер.

Кира видела это. Видела, что система уже говорила его ртом.

Макс обхватил руку с мечом другой рукой, пытаясь согнуть пальцы. Они не сгибались.

На браслете цифра падала: 97, 95, 91. Его дыхание было неровное.

Молчаливый положил руку ему на затылок.

«Вернись».

На миллисекунду Макс вернулся. Его глаза потеплели.

Его рука дрожала, как если бы держала тяжесть, которая была не веса, а тяжести существования. Меч светился холодным белым.

На браслете таймер:

70 ЧАСОВ СОКРАЩЕНО ДО 58. АДМИНИСТРАТОР УРОВНЯ 3: АВТОРИЗИРОВАН. НАГРУЗКА СЕЙЧАС: 91%.

Молчаливый посмотрел на Макса одну секунду слишком долго.

«Теперь ты – инструмент войны. И система уже строит охоту».

Макс смотрел на меч. Меч светился холодным белым. И внутри этого света Макс видел не будущее. Макс видел конец.

Холодное небо было мёртвое. И теперь оно знало, где они.