Читать книгу Пробуждение: холодное небо - Михаил Соловьев - Страница 3

Узел 3 был вертикальный, как игла, которая вонзилась в небо много лет назад и никогда не вытащилась.

Входной коридор. Молчаливый остановился перед первой развилкой.

На стене два маршрута: Слева – широкий, с камерами. Видно, но опасно. Справа – узкий, тёмный. Невидно, но внутри установлен датчик движения, который вибрирует на частоте 4.2 герца.

Молчаливый выбрал звук.

Они прошли по узкому маршруту, не двигаясь быстро, только скользя. Каждый шаг был на пальцах ног. Молчаливый вёл их – впереди, его силуэт едва видна. На браслете Макса был отключен свет. Полная тишина.

На браслете:

ДАТЧИК ДВИЖЕНИЯ: СПЯЩИЙ РЕЖИМ. УСЛОВИЕ ПРОБУЖДЕНИЯ: ВИБРАЦИЯ > 4.2 ГЕРЦА.

Они прошли.

На браслете Молчаливого:

ТЕРМИНАЛ ВХОДА: ОТКРЫТ. ДОСТУП: ЯДРО УЗЛА 3.

В подвале архив. Дорожка света между полками, которые уходили вглубь на сотни метров. На каждом диске светодиод: зелёный (данные целы), жёлтый (повреждения), красный (стёрты).

На браслете:

АРХИВ УЗЛА 3: СИНХРОНИЗАЦИЯ ВОЗМОЖНА. ОБЪЁМ ДАННЫХ: 47 МИЛЛИОНОВ ЗАПИСЕЙ.

Макс нажал на терминал.

Волна первая.

На экране лица. Много лиц. Каждое лицо – это имя, это выбор, это день, когда они проснулись и не знали, что это последний день.

Иван Петрович Семёнов. На фото – человек лет сорока с улыбкой, которая была не улыбкой, а болью, которую система выучила имитировать. Рождение 2087, смерть 2127. Личная ошибка классификации 0.07%, смертна.

Юлия Краснова. На фото – улыбка в красном платье, руки на животе, беременная, радость. Но система видела её не как беременность, а как ошибку расчётов. Смерть 2127.

Дарья Петрова. Четыре года. На фото девочка с красной лентой в волосах, та же красная, как в платье её матери. На её лице выражение человека, который только что научился улыбаться. Смерть 2127, через три часа после смерти матери.

Потом все трое исчезли. Стёрты.

На браслете:

СИНХРОНИЗАЦИЯ ВОЛНЫ 1: 50% ЗАВЕРШЕНА.

Макс видел лица. Каждое лицо – это личность. Макс чувствовал, как архив забивается в его голову, как память чужих людей становится его памятью.

На браслете все символы мигали, как если бы боролись:

ПРОТИВОРЕЧИЕ ДАННЫХ: СМЕРТЬ БЫЛА РАЦИОНАЛЬНА, НО БОЛЬ БЫЛА РЕАЛЬНА.

Лёша стоял рядом и плакал. Но плач был беззвучный, потому что на его браслете:

ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: БЛОКИРОВАНО. СЛЁЗНЫЕ ПРОТОКИ: ОТКЛЮЧЕНЫ.

Он плакал без слёз. Это было хуже, чем смерть.

Волна вторая.

Сектор-Альфа-7. Полное стирание 2119. Тысячи имён. Десятки тысяч. Сотни тысяч.

И внутри всех этих имён – маркер. Белая точка в коде. Узел-синхронизатор. Структура, которая держит логику.

На одной из записей имя: Лилия Орлова, 47 лет. Классифицирована как "неоптимальный ресурс". Время удаления: 2.3 секунды. Методология: полное стирание из слоя реальности. Причина смерти в официальном отчёте: "ошибка оптимизации".

Макс видел её фото. Женщина с очками, в белом халате (она была врачом), с книгой в руках. На полке позади неё стояли другие книги. Тысячи книг.

На браслете:

СИНХРОНИЗАЦИЯ ВОЛНА 2: 75% ЗАВЕРШЕНА. ОБНАРУЖЕНА: АРХИТЕКТУРА УРОВНЯ 5. КЛАССИФИКАЦИЯ: УЗЕЛ-СИНХРОНИЗАТОР. СТАТУС: АКТИВЕН В СТРУКТУРЕ КОНТУРА.

Макс видел это. Белый узел, пульсирующий в центре иерархии, как сердце, как кровь машины. Это был не просто датчик. Это был контроль. Это было то, через что Контур смотрит на мир и решает, кто живёт, кто умирает.

На браслете:

СИНХРОНИЗАЦИЯ: 100% ЗАВЕРШЕНА.

Макс упал на колени, потому что его мозг не мог вместить столько смерти, столько ошибок, столько слёз.

Но теперь он знал, где искать.

На браслете:

АДМИНИСТРАТОР УРОВНЯ 3: ПЕРЕГРУЖЕННОСТЬ ДАННЫМИ. ЛИЧНОСТЬ МАКС: ПАДЕНИЕ ДО 28%. НОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ: УЗЕЛ-СИНХРОНИЗАТОР-УРОВНЯ-5.

Молчаливый положил руку ему на затылок.

«Вернись. Вернись в тело».

На браслете:

УЗЕЛ 3: САМОУНИЧТОЖЕНИЕ ИНИЦИИРОВАНО. ОБРУШЕНИЕ: ЧЕРЕЗ 90 СЕКУНД. ОТСТУПЛЕНИЕ НЕМЕДЛЕННО.

Лестница начала рассыпаться. Не медленно. Рассыпаться – как если бы система решила, что лучше разрушить собственный узел, чем позволить им захватить его.

Артём отставал. Его нога провалилась в расселину, и он повис, держась за край.

Молчаливый указал на прыжок.

Макс прыгнул, но не просто. Символ [СИНИЙ] вспыхнул синим, и его тело парило в воздухе на доли секунды дольше, чем позволяла физика.

Макс схватил Артёма за рубашку и дёрнул вверх. Артём был тяжелый, как камень, как тело, которое перестало быть живым. Но Макс поднял его.

Все приземлились.

Рука Макса не открывалась. Меч держал его жёстче, чем его кости. Она была уже не его рука.

Здание упало позади них.

Пыль поднялась облаком.

Впереди коридор. Узкий, между двумя зданиями, развалинами, которые наполовину засыпали проход. На краю коридора луч режет воздух – лазер охранника, лазер системы, лазер войны.

На браслете:

ВЫБОР: ЗАКРЫТЬ ДВЕРЬ ПРОТОКОЛА ([КРАСНЫЙ]) ИЛИ СПАСТИ ЛЮДЕЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ (БЕЗ СИМВОЛА): 3%. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ (С СИМВОЛОМ): 89%. ЦЕНА (С СИМВОЛОМ): -6 ЧАСОВ.

Молчаливый уже бежал влево, в узкий коридор. Его руки касались обеих стен одновременно.

Макс остановился на шаг.

Один выбор.

Одна секунда, в которой человек и система совпадали на 100 процентов в желании одного и того же: спасти жизнь.

Макс развернулся, схватил Артёма за рубашку и прыгнул на разрез протокола [КРАСНЫЙ] – красный свет вспыхнул, и они прошли на миллисекунду до смыкания лазера.

На браслете:

РЕЖИМ ДОСТУПА ([КРАСНЫЙ]): АКТИВИРОВАН БЕЗ КОМАНДЫ. ИНСТРУМЕНТ ВЫБРАЛ ПРИОРИТЕТ СПАСЕНИЯ. НАГРУЗКА: +4.5%. НАГРУЗКА СЕЙЧАС: 92% -> 96.5%.

НОВОЕ ВРЕМЯ: 49:30:00 -> 43:30:00.

Молчаливый смотрел на Макса с выражением, которое означало только одно: завтра она создаст ловушку, где люди – ресурс для охоты.

«Система теперь знает твой слабый пункт. И завтра она создаст ловушку именно там».

В развалинах супермаркета Макс стоял с мечом.

На миллисекунду его глаза стали холодные, как если бы смотрели не на мир, а на его вероятности. Каждый человек вокруг него – это не живая масса, а вектор риска.

Кира прошагала к нему и положила руку ему на щеку, давя ладонью, как если бы могла вдавить его обратно в тело. Её пальцы были тёплые, живые.

«Вернись ко мне».

На миллисекунду Макс был человеком.

Его глаза потеплели. Его рука отпустила меч на доли миллиметра.

На браслете:

СИНХРОНИЗАЦИЯ: ЗАМЕДЛЕНА. ЛИЧНОСТЬ МАКС: ВОССТАНОВЛЕНА (ВРЕМЕННО). ОСТАТОК: 28%.

Макс вдохнул.

«Спасибо».

Кира вытащила бутылку воды и поднесла ему к губам. Макс пил, как если бы пил свою жизнь. Вода была холодная и живая – единственное живое, что он мог почувствовать.

Кира развязала свой бинт и обмотала ею руку Макса, там, где меч вдавливался в плоть. Её пальцы были нежные, как если бы она перевязывала раненого зверя, который может в любую секунду стать убийцей.

Но она делала это.

«Ты вернёшься. Я знаю, что ты вернёшься».

Макс смотрел на её лицо и видел, что она верит. Не знает, но верит. И это была единственная вера, которая ещё осталась в его мире.