Читать книгу Ты мне (не) нужен - Мил Рэй - Страница 9

Я подхожу к Юле и упираюсь в нее прожигающим взглядом.

– Кто тебе сказал эту чушь? – гневно выговариваю подруге, а та ехидно улыбается.

– А я здесь причем? Я просто переживаю за тебя! Что с тобой происходит в последнее время? Ты сама не своя!

– Все в порядке, – говорю отрывисто и не желаю с ней откровенничать после всего сказанного Юлей.

– Лия, давай мы пойдем выпьем кофе, поговорим. Тебе ведь плохо, я все вижу!

В приступ небывалой дружеской любви, который я наблюдаю у Юли “здесь и сейчас”, мне совершенно не верится. Смотрю на ее смазливое личико и хитрые глаза и понимаю, что она просто хочет получить свою порцию вкусных сплетен от главного действующего лица.

– Мне некогда, Юля. Прости, нужно посмотреть как там Мамаева, – снова пытаюсь улизнуть.

– Мамаева… – задумчиво произносит. – Это вчерашняя роженица, ту, что перевели сразу после родов в реанимацию? Стоп! Лия, так это ее муж сегодня мерил шагами коридор и требовал подать ему тебя?

Слова Юли запускают тревогу в мою душу и теперь понимаю, что вчера все видели Руслана, а сегодня он явился и добавил почвы для пересудов!

Я отхожу от нее, направляюсь к палате, где должна лежать Вика.

– Надо же, такая тихоня и так открыто изменяешь мужу! – цедит с восторгом Юля.

Я разворачиваюсь и говорю ей прямо в лицо:

– Ну не всем же спать с женатыми тайно и рожать от них детей, как это делаешь ты!

Та округляет глаза. Хватает воздух ртом, потом спешно тараторит обвинения в клевете.

– Ты что несешь? Кто еще женат? Мой мужчина – только мой, тебе ясно!

– Это ты жене его скажи, мне-то что? – бросаю и иду дальше, а Юля остается в коридоре и пристально следит за мной.

– Его жена дура, – улыбается Юля. – Ты зря корчишь из себя уставшую от проблем. Это еще не проблемы, Лия.

Я удаляюсь от нее, прохожу мимо нашего заместителя главного врача. Николай Семенович стоит посреди коридора и рассматривает камеру видеонаблюдения, которая висит прямо над его кабинетом.

– Добрый день, Лиечка Александровна! – говорит он мне.

– Добрый день! – отвечаю с улыбкой. – А что же вы тут делаете?

–Да вот, у меня портмоне стащили в нашей клинике! Я в шоке, хотел написать заявление и думал, что тут камеры рабочие, а они, оказывается, уже месяц ничего не показывают, представляешь?

– Видимо, Максу не до этого, – думаю про себя и следую дальше, оставляя Николая Семеновича стоять озадаченным в коридоре.

У палаты Вики я нахожу Жанну. Она выходит от нашей многострадальной пациентки и едва не сталкивается со мной.

– Лия! Ты меня напугала!

– Привет, Жанна. Как она? – спрашиваю с волнением.

– Ну, пока все стабильно. Не знаю, обрадует тебя эта новость или огорчит. Но с Викой и ребенком все в порядке…

Голос Жанны и ее поведение мне не нравятся. Она смотрит на меня как-то по-другому. Жалит взглядом и улыбается беспрестанно.

– Жанна, почему ты так смотришь? – спрашиваю ее прямо.

– Да так, кое-что рассказали сегодня утром, и вот теперь думаю, может ты специально не стала госпитализировать Викторию? Ну, чтобы поскорее оказаться в объятиях ее мужа, к примеру? Хотя, не мне тебя судить. Каждый добивается счастья своими методами.

Я готова провалиться сквозь землю! Никогда бы не подумала, что слышу сейчас укор в свой адрес в неверности Максу! Хотя нет, тут еще и обвинение в непрофессионализме и причинении вреда здоровью пациентки!

Я не выдерживаю и говорю ей прямо:

– Жанна, нужно отдавать отчет, когда ты бросаешься такими серьезными обвинениями!

Та безразлично пожимает плечами, обходит меня и только ухмыляется. А я стою и обтекаю прямо у палаты глупой блондинки, которая сама сбежала из больницы!

Я оглядываюсь по сторонам и не верю, что весь этот сюр происходит со мной и именно в этот день!

В палате тихо. Размеренно щелкают датчики, по капле скатывается жидкость в трубке капельницы. А бледная Вика лежит на кушетке с закрытыми глазами.

Я прохожу к ней и немного наклоняюсь, глядя в красивое, безжизненное лицо.

– Почему же ты не осталась в больнице, Вика? Зачем поехала за Русланом, ведь он этого не стоит?! – говорю ей тихо, но блондинка меня не слышит.

После наблюдения за датчиками заключаю, что давление стабильно, как и пульс.

Оставляю девушку и думаю, что больше информации я получу у реаниматолога, которая вчера спасла Вику. У Жанны или Нелли спрашивать бесполезно.

Кажется, весь персонал клиники во главе с моим мужем ополчился на меня из-за Руслана и его любовницы!

– Чертов Касумов! – сидит занозой в голове только эта мысль.

Я иду по коридору и пытаюсь отыскать вчерашнюю бригаду. Следую по кабинетам, но врача нигде не нахожу.

Санитарка на первом этаже говорит мне, что она сменилась утром, как и положено, и теперь подробный отчет можно получить только у Жанны.

Я выдыхаю, решаю, что сейчас можно было бы выпить немного кофе. Но, кажется, что это муторное утро уже ничего не спасет!

Не хочу возвращаться наверх и забирать свои вещи в кабинете, где сидит надутая, как сыч, медсестра Нелли.

Решаю, что до небольшой кофейни идти пять минут и я не замерзну без куртки. Выхожу на улицу и попадаю под мелкий, надоедливый дождь.

Я следую по больничному двору. Около клиники стоят молодые врачи и перешептываются, провожая меня.

Мне неловко, липкие взгляды устремляются мне в спину. Я представляю, что можно придумать, видя, как жена хозяина клиники целуется ночью под окнами с мужем своей же пациентки!

И теперь никому не докажешь, что целоваться с Русланом я не хотела, а Вика ему вовсе не жена. И даже в своем отцовстве у Касумова нет точной уверенности…

Вся эта грязь давит на меня. Будто бы я втянута в чью-то ужасную, нелепую игру!

Пока заказываю кофе, понимаю, что никаких тайных врагов у меня нет и быть не может!

Есть мой уставший от брака муж и есть чужой мужчина, который решил сделать меня своей без моего желания. Вот и все. А я не хочу быть ни с Максом, ни с Русланом.

Самое ужасное, что теперь мне придется пожертвовать своей работой. Развестись с мужем, уехать из моей квартиры и начинать все сначала…

От ужасных мыслей меня будто бьет током. Я резко оборачиваюсь и вижу, как из больницы выбегают несколько сотрудников и бегут ко мне, кричат мое имя.

Я неловко поворачиваюсь и роняю полный стакан с кофе тут же на землю!

– Лия! Лия Александровна, стойте! – кричит мне санитарка и еще двое мужчин бегут следом за ней.

Мне становится вдруг страшно, и я чудом не пускаюсь в бегство по инерции. Но стою и жду, пока они подойдут ко мне и скажут, что же стряслось.

– Виктория, ваша пациентка умирает! Пойдемте, срочно, – по словам выдавливает женщина.

Я без слов срываюсь с места. Бегу в здание клиники и даже сама не понимаю, как оказываюсь около палаты Вики.

Ее уже здесь нет, она снова в реанимации, а на полу я вижу оторванные капельницы и датчики, которые только что были прикреплены к ее телу, пока стояла здесь. Не понимаю, что могло случиться за несколько минут? И почему Жанна оставила ее, если все так серьезно?!

– Это она отключила пациентку от аппарата! – кричит Жанна. – Я только что видела, как Лия заходила сюда!

Тут же стоит Юля и говорит, что тоже видела, как я иду в палату к Вике, и весь собравшийся персонал смотрит на меня, едва не тыча пальцами.

– Это не я! Я была у нее уже пятнадцать минут назад! – кричу им, а они просто пялятся на меня.

На глаза накатывают слезы, и я надеюсь, что Вику сейчас спасут! Но чуду не суждено свершиться дважды.

Заместитель главного врача, который только что видел меня в коридоре, набирает нашему главному. Значит, следующим будет знать и Максим.

Толпа постепенно начинает расходиться, но тут из реанимации возвращается отходившая туда Жанна и говорит, что молодую, эффектную блондинку не удалось спасти!

Я не верю в ее слова, хочу пойти туда, но Жанна преграждает мне путь, продолжая нагло обвинять в том, что случилось с Викой! Она не одна считает, что я могла бы убить человека!

После краткого разговора с главным врачом клиники, возвращается заместитель главного Николай Семенович и просит кого-то вызвать полицию, а потом смотрит на меня.

– Анатолий Иванович сказал, что сам сообщит Максиму Альбертовичу о случившемся. Лия, вам нужно оставаться здесь, сейчас приедет полиция… Они будут задавать вопросы, сами понимаете. Я не сомневаюсь, что ваш муж предоставит лучшего адвоката и все прояснится.

А вот я так не думаю и просто стою, беспомощно обхватив лицо руками и горько плачу....