Читать книгу Хроники книгоходцев - Милена Завойчинская, Милена Валерьевна Завойчинская - Страница 3

Глава 2
О дефибрилляторе, неожиданных откровениях Аннушки и тяжелом разговоре с Иваром Стенси

Оглавление

– Ты больной?! – изумилась я, повысив голос, и тут же закашлялась.

– Кир, помнишь, ты мне рассказывала про дефибриллятор из твоего мира, которым запускают сердце, если оно остановилось? И про клиническую смерть, которая, по сути, есть обратимый этап, переходное время между жизнью и смертью. И что у вас из такого состояния вытаскивают безо всякой магии. Главное, чтобы срок был не более трех – пяти минут. Ну… вот. Я подумал, что прошло совсем немного времени, сердце твое не билось, а горло уже восстановили. Но пока магистры пытались бы вернуть в тебя душу… И не факт, что получилось бы. Точнее, это я потом подумал, а в тот момент был в состоянии аффекта, и единственное, что всплыло: молния – это электричество, ведь ты сама мне так говорила. А значит, если ударить тебя током, то есть молнией, то сердце опять должно забиться. Ну я и… два раза.

– Ну ты… вообще-е-е, – выдохнула я.

– Но ведь сработало! Кирюш, сработало! Тебя… кхм… так долбануло, что аж дугой выгнуло, а потом… Ну, короче, сердце завелось. Правда, мне потом так досталось от магистров, ох! Как вспомню головомойку, которую мне устроили… Ректор чуть не прибил, главный лекарь шипела и обещала, что не будет лечить такого гада, как я, который глумится над трупом напарницы. Аннушка… Вот с ней легче оказалось, она заступилась и все им объяснила. Знаешь, мне кажется, что она бывала в твоем мире или в аналогичных.

– А если бы я обуглилась от твоих «два раза»?! – всплеснула я руками. Посмотрела на ложку, вырвала ее из рук своего «кормильца» и треснула его по лбу. – Это же молния! Святые дикобразики! Да у меня, наверное, косы дыбом стояли во всю длину от такой реанимации. Как я пеплом-то не осыпалась?!

– Прости, – потирая лоб, пострадавший от столового прибора, повинился любимый напарник. – Говорю же, я был в состоянии аффекта. Кир, ты себе представить не можешь, в каком я был ужасе. Вообще ничего не соображал, только видел твое окровавленное бездыханное тело и понимал, что если тебя не станет, то и мне жить незачем. Просто не смогу без тебя. Так запаниковал, что… Но вообще, я же не настолько сильный стихийник, чтобы выпустить разряд такой мощи, который мог бы испепелить. Сам не понимаю, как в принципе умудрился молнии создать. И не переживай, мне за это уже морду набили. Два раза…

– Кто? – прыснула я.

– Ривалис и Мальдин. Но я им потом все объяснил, и остальным тоже. А то Лола и Тина намеревались мне глаза выцарапать.

Я с улыбкой покачала головой:

– Ужас! Так, ладно, а с Иваром-то что?

– Избегает нас. Извинился, подарки всем парням вручил, ну кто пострадал. Оружие хорошее, конечно, не такое, как твои меч и кинжал, но очень достойное. Ребята-то из небогатых семей, сами никогда не смогли бы ничего подобного купить. Мне тоже перепало, хотя мы все отказывались. А потом всё. Уходит от разговоров, на переменах сразу же сбегает, от Юргиса и Эварта отсаживается на лекциях. Винит себя во всем и считает, что он опасен для окружающих.

– На самом-то деле это я виновата, – погрустнела я. – Все из-за моей глупости.

– Поговори с ним, – погладил меня по руке напарник. – Ему очень плохо.

Я только кивнула. Поговорю, конечно.

Меня продержали в лазарете до вечера, после чего выгнали со справкой о том, что еще два дня я должна отлеживаться и к занятиям меня на это время не допускают. Все преподаватели были предупреждены, так что мне оставалось лишь выполнять предписания лекарей. А чтобы полноценно отдохнуть и правильно питаться, было решено отправить меня в наш с Карелом особняк. Это Аннушка так распорядилась. Она зашла проведать меня, с невозмутимым выражением лица оглядела с ног до головы и произнесла:

– Отвратительно выглядите, Золотова. Вам совершенно не идет облик упырицы.

От такого заявления я даже задохнулась, а темная фея продолжила:

– Надеюсь, в ваши ближайшие планы больше не входит смерть? – Понаблюдав за тем, как я отчаянно мотаю головой, она продолжила: – Это хорошо. А то, знаете ли, вам это все равно не удалось бы.

– М-м-м? – промычала я.

– Вы, Золотова, крайне утомили меня своими способностями влипать в неприятности. У вас просто поразительная жажда умереть. То в замке на артефакт Исконной Тьмы бросаетесь, то активируете другой древний артефакт, высасывающий магию из всего окружающего, то со всей… кхм… силы налетаете на шипы дерхана в боевой трансформации. Но и этого мало: ваш напарник от большого ума решил добить вас молнией. И это – Карел Вестов! Образец здравомыслия и спокойствия. Я уже не упоминаю все ваши попытки спрыгнуть со скалы при побеге от дракона и прочие художества.

– Но я же не специально, магистр! – шепотом, но от всей души оскорбилась я.

– Да-да, я в курсе. У вас, адептка, как у кошки, девять жизней? Нет? Впрочем, это уже неважно. Я, видите ли, Золотова, не привыкла лишаться учеников. Это удар по моей репутации, а я ею очень дорожу. Поэтому, пока ваше бездыханное тело валялось и пугало окружающих разорванным горлом, мне пришлось принять меры. Очень вовремя, кстати. Не успей я, пока магистр Литаниэль сращивала рану, все могло бы закончиться не так радужно. Ваш напарник поступил крайне безответственно, хотя я понимаю его мотивы. Но силы-то нужно соразмерять! Теми разрядами, которые он умудрился с перепугу выпустить, можно было спалить средних размеров деревушку.

Я таращилась на нее, совершенно не понимая, о чем речь и что она успела предпринять. Но на ус намотала. Ух, Карел! Дефибриллятор, блин!

– Так вот, Золотова. У меня для вас две новости, хорошая и плохая. Начну с плохой. Жить вам теперь предстоит о-очень долго. Даже предположить не берусь сколько. Теперь хорошая – вы никогда не состаритесь и убиться в своей обычной глупой манере не сможете, потому что регенерация у вас теперь, как у меня. Полагаю, даже если вы спрыгнете со скалы и разобьетесь в лепешку, то, полежав некоторое время, встанете, отряхнетесь и пойдете по своим делам.

– А-а-а… – медленно кивнула я. – А почему?

– Золотова, но это ведь очевидно! – подняла она брови, глядя на меня с неодобрением. – Или у вас после смерти умственные способности атрофировались? Это было бы весьма огорчительно.

Она полюбовалась моим изумленным лицом, ибо я реально ничего не понимала. Я стала упырем? Зомби? Бессмертным пони?

– Адептка, – со вздохом произнесла темная фея, – не так уж сложно догадаться, что могло привести к подобным метаморфозам. Я влила вам в рану немного своей крови. Недостаточно для того чтобы вы стали такой, как я, но вполне подходящую дозу, чтобы ваш организм немного мутировал. Зато у вас теперь прибавится сил, вы сможете учиться намного больше и не будете уставать так сильно, как раньше.

Так все же последнее. Я теперь бессмертный пони…

– Золотова!!! – возмущенно сверкнула глазами магистр Кариборо. – Меня еще никто никогда так не оскорблял! Что вы себе позволяете?!

Ой, оказалось, последнее я прошептала вслух.

– Магистр, что вы! Это просто фраза из иронического стишка моего мира! Я ни в коей мере… Вы же знаете, как я уважаю вас! И спасибо! Я… простите, ничего плохого не думала и не имела в виду!

– Что за стишок? – недовольно поинтересовалась преподавательница бестиологии и фейриведенья.

– …От работы дохнут кони, ну а я… бессмертный пони! – закончила я, протараторив весь стих, который в моем мире знает любой русскоговорящий человек, бывающий в Интернете, и виновато заморгала.

Авторство этого шедеврального произведения мне было неизвестно, но только ленивый не цитировал его.

– Ну-ну, пони… Увидимся в выходные. Вам предстоит многое наверстать, занятия уже идут несколько дней. А вы пропустили не только их, но и ежегодный бал начала года. Говорите адрес вашего с Вестовым дома, я открою портал.

– Магистр! – позвала я. – А я теперь внешне такой навсегда и останусь? Девятнадцатилетней соплюшкой? А как же повзрослеть, расцвести, похорошеть?

– Адептка, – в удивлении изогнула бровь Аннушка. – Я сказала «не состаритесь», а не «не вырастете и не повзрослеете». И потом, косметика вам на что? Оденьтесь прилично, сделайте прическу, макияж и будете выглядеть так, как пожелаете.

Я мысленно прикинула, что, пожалуй, это неплохо. Выглядеть старше я всегда смогу, если захочу. А вот юнее – тут нужно сильно постараться. Осмыслив, я продиктовала адрес нашего с Карелом особняка.


Там темная фея передала меня с рук на руки встревоженной Лариссе, которая уже была знакома с магистром Кариборо. Экономка выслушала инструкции и клятвенно пообещала, что все будет в точности исполнено. Потом помогла мне подняться на второй этаж и исправно два дня кормила легкими, но очень вкусными блюдами и давала по часам лекарства для восстановления голосовых связок и поднятия жизненного тонуса.

А вот гостей не было. Только Карел меня навещал, остальных на порог не пускали, чтобы не тревожили больную, то бишь меня. Но зато за двое суток в постели я полностью переписала все конспекты, переданные мне друзьями, прочитала главы учебников, содержание которых уже рассказывали на лекциях. Догонять-то нужно.

Еще Ларисса принесла мне в комнату конверт, который притащил Ривалис. В нем обнаружилось небольшое письмо от княгини Клайтон. Не знаю, что Зайчик рассказал родителям о произошедшем, но они беспокоились о моем самочувствии и желали скорейшего выздоровления. Еще леди Лариэль сообщала, что Мишка уже учится и ему очень нравится школа, а она внимательно следит, чтобы все книги, которые он читает, были зачарованы от стихийного образования порталов. А в конце ее письма была приписка корявым детским почерком с кучей ошибок, помарок и полным отсутствием запятых. Видно было, что Михалиндару пока не очень дается грамота и написание слов, но он старается. За неделю-то научиться он толком ничему не мог. Мой подопечный волновался, все ли со мной в порядке, потому что он почувствовал что-то плохое, но не смог разобраться в ощущениях. Заканчивал эльфёнок свое послание так:

«Мама Кира я стораюсь и выпалняю обищяние а ты ни вздумай прапасть. Ты мне очиньочинь нужна я биспокаюсь за тибя. Бериги сибя жду письма. Твой мидвежонок Мишка».

Я с улыбкой прочитала эти искренние слова и, наверное, впервые с момента, как этот мальчуган стал моим, почувствовала к нему что-то теплое и родственное. Так странно, есть кто-то, для кого я – мама… Я честно написала ответ и леди Лариэль, и на отдельном листочке – Мишке. Уверила, что ничего непоправимого со мной не произошло, просто приболела, а малышу пожелала успехов в учебе и похвалила, что он молодец и я уже вижу прогресс. Письмо я тем же вечером передала через Карела, чтобы Рив смог его отправить домой и всех успокоить.

За эти два дня мое здоровье до конца восстановилось, голос стал прежним, и с новыми силами я вернулась в ВШБ, чтобы сразу влиться в учебу. Оставалось найти где-то на территории школы Ивара, потому что в комнате он отсутствовал. Либо же не открыл мне, что тоже вполне вероятно.


Утром, готовясь к занятиям и столкновению с огромным количеством школяров, я прихорашивалась как к… серьезному собеседованию. Ведь вся школа в курсе произошедшего, значит, на меня будут пялиться, оценивать и обсуждать: насколько хорошо меня подлатали и подурнела ли я после этого. Знаю я «доброту» обывателей. Так что тщательно уложила волосы, навела марафет, воспользовалась румянами, чтобы не быть похожей на восставшего мертвеца. Хотя… я – он и есть. И наряд выбрала не сразу, ведь в такой ситуации одеться в своей обычной раздолбайской манере я не могла себе позволить. В итоге даже Лоле надоело, что я копаюсь, и она волевым решением сунула мне в руки один из разложенных на кровати комплектов и распорядилась:

– Это! И пусть все сдохнут от зависти!

Я фыркнула, но слова соседки определенно подняли мне настроение.

А начался первый для меня учебный день со столкновения с Иолой Дексовой. Вот уж кого мне для полноты счастья не хватало, так это ее, но, похоже, она-то как раз меня караулила. Увидела в столовой во время завтрака и прямиком рванула к нашему столику. Я, заметив ее манёвр, только закатила глаза и продолжила подъедать пышный омлет с грибами. Лолина с Тиной нахмурились и мрачно уставились на спешащую на всех парах эльфийку, которая жаждала чьей-то крови. Моей, наверное. Карел тоже подобрался и, судя по его лицу, граф Вестов, для которого немыслимо было оскорбить женщину (это я уже твердо осознала за два-то года нашей дружбы), готовился поставить на место мою врагиню.

– Если эта гадина хоть что-то ляпнет, я ей все космы повыдергиваю, – кровожадно прошипела Лола.

Тина молча кивнула и крепко сжала в кулачке вилку, вызвав удивленный взгляд парней. Из всей нашей гоп-компании Тельтина была самой милой, тихой и покладистой.

– Золотова! – громко позвала Иола, остановившись возле нас.

– Н-ну? – лениво обернулась я к ней и окинула внимательным взглядом с ног до головы. – Прикольная сумка у тебя, Дексова.

– А? – сбилась с воинственного настроя блондинка и машинально поблагодарила: – Спасибо.

– Из кого пошита? Из коровы, которая нашла полянку с галлюциногенными грибами? – без тени улыбки поинтересовалась я, рассматривая предмет, о котором шла речь. – Очень необычная расцветка: пятна разных оттенков и все такие кислотные…

– Ты-ы-ы! – взвыла Иола, поняв, на что я намекаю.

Народ же вокруг вдруг скосила страшная эпидемия бронхита. Все дружно давились кашлем, прикрыв лица. Тина даже забыла про свое страшное оружие – вилку.

– Очень модный аксессуар! – спокойно продолжила я. – В моем мире растаманы[1] с руками оторвали бы.

Эльфийка застыла с открытым ртом, явно не понимая, издеваюсь я или говорю серьезно. Я же, не давая повода заподозрить меня в гадости, смотрела ей в глаза честным-честным взглядом.

– Так что хотела-то, Дексова? – налюбовавшись на проблески мыслей на ее лице, спросила я.

– Это все из-за тебя! – отмерла она. – Ивар пострадал из-за тебя. А ты! Почему ты не умерла?!

– Дексова, ты окончательно мозги растеряла?! – рявкнула Лола, поднимаясь из-за стола. – Так я сейчас их тебе быстро на место вправлю.

– Видишь ли, – хмыкнув, перебила я свою любимую соседку, жаждущую расправы, – у меня есть еще тут дела. Да и тебя, дурищу, пожалела. Ты помнишь мое предупреждение? Как же ты без меня, Иола? Сама-то подумай. И да, я тоже по тебе соскучилась. А ты, наверное, ночей не спала все лето? Так мечтала меня увидеть поскорее?

– Ты-ы-ы! – опять взвыла Дексова, потрясая руками.

– Скучная ты какая-то, – поджала я губы. – От радости все слова забыла? Иди сладенького поешь. Говорят, сахар стимулирует мозговую активность.

Народ опять закашлялся, причем не только за нашим столом. А я подала ребятам знак, что можно отправляться на лекции, и первая встала. Парни честно держались до выхода из столовой, и лишь когда мы вышли в коридор, а дверь за нашими спинами закрылась, не выдержали:

– «Корова, которая паслась на полянке с галлюциногенными грибами», – заржал Юргис.

– Кир, ты злая, – простонал сквозь смех Ривалис.

Остальные, уже не скрываясь, хохотали и утирали слезы.

– Кир, растаманы правда носят такую жуть? – с улыбкой похлопал меня по плечу Карел. – И кто это вообще?

– О-о, это субкультура, такие типы, которые курят наркотическую траву, заплетают волосы в дреды, слушают определенную музыку и носят одежду в расцветках «вырви глаз».

– А-а, наркоманы, – брезгливо скривились парни и снова расхохотались, вспомнив наш диалог с Иолой Дексовой.

Я улыбалась, хотя на душе было погано. Рано утром, сразу как проснулась, я опять бегала к Ивару, но мне снова никто не открыл. К завтраку он не пришел, и где его искать, было неясно. Придется теперь ждать, пока закончатся все занятия, ибо доставлять удовольствие любопытным и отлавливать дерхана на переменах я не собиралась.


В перерыве между парами меня вызвал ректор, чтобы побеседовать о случившемся. Он поинтересовался моим самочувствием, а потом спросил:

– Кира, вы будете подавать жалобу на адепта Стенси? Нужно заводить судебное разбирательство? Все же это серьезное происшествие. Пока что его просто наказали в рамках нарушения школьных правил, но наибольший ущерб был нанесен именно вам. Вам и решать.

– Нет, магистр, – помотала я головой. – Никакого суда! Это случайность. Ивар дрался с парнями, да. Но в моей травме я виновата сама, просто не сумела вовремя затормозить и налетела.

– Я в курсе, было много свидетелей, – кивнул маг. – Но спросить должен был. Может, хотите денежную компенсацию? Ивар Стенси из обеспеченной семьи, думаю, они заплатят вам и за моральный, и за физический ущерб.

– Ничего не нужно. Мы сами разберемся, магистр Новард. Спасибо.

Закончились все лекции, мы успели сходить в столовую на обед, где опять не оказалось неуловимого Изверга, хотя Юргис и Эварт сказали, что на парах он был, но их избегал. И вот когда мы с Лолой вернулись в общежитие, я решительно бросила сумки и отправилась в мужской корпус. Постояла немного под дверью, подслушивая, и убедившись, что шорохи мне не мерещатся, начала стучать. Сперва костяшками пальцев, потом кулаком, затем ногой. В итоге, сообщив, что буду долбиться, пока он мне не откроет, я прислонилась к двери спиной и принялась методично колотить в нее каблуком. Из соседних комнат выглядывали студиозы, кто-то попытался сделать мне замечание, но был послан, кто-то предложил влезть в окно, раз уж мне невмоготу, и тоже был послан. И лишь минут через десять Ивар не выдержал и рывком распахнул дверь.

– Ой! – воскликнула я, спиной влетая в его комнату и плюхаясь на попу.

– Кира! – сухо произнес возвышающийся надо мной парень.

Я вскинула голову, чтобы возмутиться его поведением, да так и застыла с открытым ртом. Медленно подняла руку и прижала ее к губам.

– Ива-а-ар! – выдохнула, во все глаза таращась на седую прядь в черных как смоль волосах дерхана.

– Не сиди на полу! – обронил он, захлопнув дверь и отойдя к окну. Даже не помог мне подняться…

Ну ладно, мы не гордые. Я сама встала и сделала к нему шаг, мимолетно мазнув взглядом по притаившемуся на кровати Гаврюше. Грустный лемур тут же попытался слиться с обстановкой, спрятавшись под подушкой, и я снова посмотрела на хозяина комнаты.

– Ивар, я не знала, – прикоснувшись к своим волосам, прошептала я. – Мне никто не сказал.

– Неважно, – покачал он головой. – Что тебе нужно?

– Поговорить! Я ведь хотела тебе все объяснить, но не успела. А потом… ну и вот.

– Мне уже все сообщили Лола и Карел, – отвел он глаза, глядя куда угодно, только не на меня. И все же, не выдержав, укорил: – Ты могла сказать мне, что напугана, еще в замке.

– Я… растерялась. Мне твой прадед столько всего наговорил, что я в ужас пришла. Причем самое страшное, что он меня не обманул, я ведь потом уточнила у тебя. Да еще твоя мама добавила… – виновато сникла я. – У меня такая паника была, я не знала, что делать, чего ожидать. Понимала только, что не могу, не хочу так. И в тот момент мне вдруг показалось, что отсрочка в три года – это правильно. Мне ведь все равно учиться, торопиться некуда. И мы ведь с Ривалисом просто друзья, между нами ничего не было и нет. Ты это знал, я даже предположить не могла, что все выльется в такое… такое…

– Это уже неважно, – холодно повторил он.

– Нет! Важно! – всплеснула я руками. – Откуда мне было знать, что ты так психанешь? Как-то не предполагала я, что все превратится в драму «так не доставайся же ты никому». Неужели ты действительно предположил, что я изменяю тебе? И с кем? С Ривалисом! Мы ведь просто друзья, так же как и с Карелом. Всего лишь – друзья!!! – в очередной раз повторила я, акцентируя наши приятельские отношения с ребятами. – И ты всегда такой невозмутимый, отстраненный, непробиваемый…

– Как оказалось, не такой уж я непробиваемый. Я плохо контролирую себя, – повернулся ко мне спиной парень. – Более того, я неадекватен и опасен.

– Ивар, – тихонько позвала я. Он не оглянулся, и я продолжила: – Давай мириться, а? Я соскучилась по тебе. Все ведь закончилось нормально. Я в порядке, ребята тоже. Я виновата, ты вспылил, но… Да, я не могу и не хочу больше ехать в твой мир, это для меня оказалось неприемлемым, но ведь мы с тобой…

– Нет больше нас с тобой, Кира! – резко развернулся ко мне дерхан, заставив от неожиданности вздрогнуть и отшатнуться.

– Что? – подумала я, что ослышалась.

– Я опасен! Всегда думал, что уж тебе-то я никогда не причиню вреда, а сам… Ты понимаешь, что я испытал, когда из-за меня погибла девушка, которую я любил? Из-за того, что я потерял контроль над эмоциями, не смотрел назад, забыл о том, что в боевой форме, и выставил руку с…

– Но ведь это я налетела на твою руку! Я! Ивар, это просто трагическая случайность! И виновата в своей травме – я! С таким же успехом я могла напрыгнуть на твой меч, если бы ты сражался с кем-то оружием, а я подлезла под руку. И щит не поставила, за что мне наверняка еще достанется от магистра Аррона…

1

Растаманы – молодежная субкультура, последователи Растафариа́нства. Используют для идентификации комбинацию цветов «зеленый-желтый-красный», зачастую носят дреды, слушают музыку регги.

Хроники книгоходцев

Подняться наверх