Читать книгу Наталья Могилевская. Худеем вместе - Наталья Самойленко - Страница 3

Часть первая. Десять лет истории моей души
Глава 1. Начало

Оглавление

Закрой глаза и спроси себя:

Я это тело? И ты услышишь ответ…

Я это ум? И ответ придет снова…

И в третий раз спроси себя:

Кто Я? Мое Я – это кто?

Махайоги Сомнатх Гири Пайлот Баба Джи

Моя подруга журналист говорит, что сегодня на фоне войны в стране, смертельных болезней и нищеты любые другие человеческие истории теряют ценность. Но я уверена, что именно в такое время, когда пространство вокруг небезопасно и рассчитывать на помощь сильных не приходится, лучший путь – найти силу и поддержку внутри себя самого. Я решила пойти этим путем и ничего не ждать. Сделать свою жизнь своими руками.

Я уверена, что испытания, которые проживает каждый из нас, даны по силам, и вне зависимости от сравнения с мировыми проблемами они для нас могут быть самыми сложными. Как ребенок, переживающий о потерянной игрушке, может переживать это сложнее, чем его мама, потерявшая мужа в разводе, так проблема лишнего веса может принести глубокую депрессию и нежелание жить настолько, что все мировые проблемы покажутся не более чем фоном, звучащим из далеких новостей.

Ребенку нужна поддержка и защита родителей. Так устроен мир. Все малыши животных и растений очень хрупкие. Мне кажется важным проявлять уважение ко всем страданиям маленьких и больших людей, ко всем беспокойствам, все они достойны размышлений и посильной помощи, если помощь искренняя. Но по разным причинам мы не получаем в детстве достаточной защиты и поддержки от родителей. Они часто заняты, встревожены и увлечены друг другом. Мои родители безусловно хотели бы дать максимум, но конечно, как в любой семье мы все много времени и сил тратили на бесполезные тревоги, ссоры и непонимание.

Как быть? Оказать эту заботу и поддержку себе самостоятельно. И это вполне возможно.

Я родилась в прекрасной семье.

Папа, старший сын в большой семье, родился в блокадное время под Питером, детство провел в Кривом Роге, переехал в Киев, учился в университете Шевченко на геолога, работал в Сибири в молодости и присылал нам с сестрой письма на березовой коре. Потом он стал начальником на Киевдреве, где все ему предсказывали головокружительную карьеру, но он ненавидел Совок со всеми его правилами и был не готов подчиниться системе. Мужчина, обладающий качествами, которые редко встречаются в одном человеке. Аналитический склад ума, философский взгляд на жизнь, сильный и даже иногда деспотичный характер и при этом чуткое, ранимое и невероятно доброе сердце. Он решал математические задачки, был вольнодумцем и писал стихи, он был честен, благороден и одинок.

Мама – болгарка из переселенцев на юг Украины, которая вместе с семьей бежала от репрессий так долго, что оказалась в Средней Азии. Дедушку забрали в тюрьму, а бабушке поставили смертельный диагноз – рак – и отдали детей в детский дом, где моя мама и провела большую часть детства. Бабушка смогла выжить и забрала маму в подростковом возрасте. Они вернулись в Украину, в Крым, а мама поехала учиться в Запорожье в пищевой техникум с целью поскорее начать работать и приносить деньги в семью, для младшего брата и сестер. Мама прекрасно готовила, пела, танцевала и была такой красавицей, что я часто шучу, что мы с сестрой даже пополам ее красоту не поделили. Главный талант Мамы не так просто описать, но я постараюсь. Это тот талант, который сегодня я называю быть Женщиной, природное удивительное обаяние, которое состоит из главных женских качеств: естественность, легкость, гибкость, привлекательность. Она вся как будто переливалась разноцветными красками своей души и была потрясающе притягательна.

Они любили друг друга, и у них родились дети. Я и моя сестра.

Я с детства пела, танцевала и боготворила любимых актеров, но мне даже в голову не приходило, что можно самой стать звездой настоящей сцены и кино, я даже не могла себе представить, что этому можно где-то научиться и постепенно к этому прийти. Так бывает, когда мы создаем себе кумиров и гипертрофированные иллюзии о заоблачных умениях других людей, которые для нас якобы недостижимы и далеки, как небожители.

Поступив в эстрадно-цирковую академию, я поняла, что нет ничего невозможного и все, о чем ты мечтаешь, равно лишь времени и учебе, которые ты готов потратить на достижение мечты. Академия была родным домом для нас, где у творчества не было границ, где многие из студентов были необычными, талантливыми и обращающими на себя внимание. Во всяком случае, мы все к этому стремились, и это поощрялось.

Это были самые счастливые годы моей жизни, и не только потому, что мы были детьми, но и потому, что мне повезло с Учителями. Влюбленные, наивные, всем своим открытым сердцем мы обожали их и все, чему они нас обучали. Они искренне служили искусству и прививали нам безграничное уважение к зрителю, преданность профессии и самоотдачу в работе. Жить и умереть на сцене, как величайший артист Андрей Миронов, было единственным возможным сценарием для нас.

В отличие от учебы в средней школе, здесь мне было интересно, я старалась быть хорошей ученицей и соглашалась на любые предложения по работе. Мне повезло наблюдать и учиться еврейской мудрости и юмору у Жванецкого, Розенбаума и Клары Новиковой, гастролируя с ними в составе еврейского театра, учиться древним украинским обрядам, веснянкам, колядкам, хоровому пению в составе Украинского фольклорного театра «Родина», с которым мы часто пели литургию на службах в церквях и костелах, мне также посчастливилось работать ведущей для детей в киевском цирке. А после роли в спектакле «Ромео и Джульетта» я решила пойти учиться второй специальности на факультете актерского мастерства.

Мне кажется, я была хорошо подготовлена к работе на сцене, но я точно не была готова к работе в шоу-бизнесе. В тот же день, когда я получила свою первую заметную награду – премию на конкурсе «Славянский базар», я первый раз ушла со сцены «навсегда». Мне было 19.

Это был глубокий шок и разочарование от первого столкновения с цинизмом и жестокостью шоу-индустрии. Думаю, не стоит описывать жестокие подробности, поскольку мне кажется, что доброжелательный образ известных людей, который в итоге доходит до зрителя, в конце концов позитивно влияет на нас и приносит радость, но, поверьте, зависть, ненависть, проституция и неуважение к зрителю, с которыми я столкнулась, пошатнули мою веру в искусство и уничтожили желание работать в этой сфере.

Мы ехали домой в поезде украинской делегации из Витебска. Юрий Евгеньевич Рыбчинский, мой наставник и покровитель, был горд и очень доволен. Я выступала с его песней, мы везли премию в Украину, все были счастливы, и нас ждала горячая встреча на Родине. Поезд ел, пил, хохотал и распевал песни. Тем более неожиданным было, когда я пришла к Рыбчинскому в слезах и гордо сообщила, что ухожу навсегда.

Прошло много лет, прежде чем я поняла, что шоу-бизнес был ни при чем, его используют, как и все сильное и интересное в жизни, как наркотик, страстно, властно, жадно, без уважения и благодарности, люди, полные страхов и страстей. Так мы относимся к сексу, еде, любви, деньгам и прочим благам. Сам шоу-бизнес не виноват. Он как Солнце, просто светит. И то, как ты используешь эту силу, лишь твой выбор.

Смогла ли я сохранить веру в искусство и любовь к людям? Смогла. Смогла ли я не поддаться соблазнам? Нет.

Это был период ошибок и страстной увлеченности игрой. Ранняя популярность с первыми деньгами способны вскружить любую молодую голову. Я стала властной, требовательной, раздражительной. Все это оправдывала нечеловеческим графиком и служением людям, а на деле уже давно служила самой себе. Добиваясь огромных высот и благополучия, люди часто теряют себя, и голос искренности и доброты, чистоты и нежности звучит все тише.

В тот первый год после автомобильной аварии не стало папы.

Наталья Могилевская. Худеем вместе

Подняться наверх