Читать книгу Meine Chance (Zweisprachig: Deutsch + Russisch). Oder Das lustigste Buch darüber, wie man das Glück nicht verpasst - Neya Evans, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 4

(Версия автора, или Как я перепридумала астрономию, сидя на кухне, и теперь жду звонка из Нобелевского комитета, попутно допивая третью чашку кофе и пытаясь не уронить печенье в клавиатуру)

Давайте на минутку отвлечёмся от котов, подвалов и сломанных машин — и поговорим о высоком. О космосе. Тема ответственная, я понимаю. Но я не боюсь ответственности. Я боюсь только одного: что мои открытия украдут, пока я пишу книгу, а не патентую теорию. Ну и ещё я боюсь, что Нобелевский комитет не найдет мой номер телефона. Я уже представила: сидят там лауреаты во фраках, пьют шампанское, и вдруг главный нобелевский секретарь говорит: «А где та женщина с теорией про две стороны Солнца? У кого её телефон?» А ему отвечают: «Она его в холодильник положила. Рядом с маслом». И всё. Премия уплывает к какому-нибудь дядьке с бородой, который просто подтвердил существование бозона Хиггса. Скукотища.

У меня есть своя теория Солнечной системы. Она лучше официальной, потому что основана на здравом смысле, наблюдениях из окна моей кухни и фантазии, которая никогда не подводила. Ну, кроме случаев с ключами в холодильнике. И с пультом в морозилке. И с телефоном в духовке. Но это мелочи, космоса они не касаются. Хотя, если подумать, духовка — это такая маленькая звезда, только не горячая. Или горячая, если включить. В общем, параллели прослеживаются.

Приготовьтесь. Сейчас я разрушу всё, что вы учили в школе. Простите, учитель астрономии, если вы живы. Если нет — тем более простите. Вы уже там, наверное, всё знаете и сами смеётесь над учебниками, особенно над параграфом про наклон земной оси. Кто вообще это придумал? Земля наклоняется, как пьяная балерина? Да ну бросьте.

Версия 1. Солнце — это ядро, и у него есть две стороны

Учёные любят усложнять. «Наклон Земли», «угол падения лучей», «эклиптика», «перигелий», «афелий»… Боже, у них даже слова такие, что язык сломаешь, пока выговоришь — уже три раза чаем поперхнешься, и клавиатуру зальёшь, и кот обидится, что на него не обратили внимания. А я считаю так: у Солнца есть две стороны. Как у блина. Как у медали. Как у моей бывшей свекрови — одна тёплая, душевная (когда ей от меня что-то надо), а другая — холодная стерва (когда я отказала). И никаких тебе «афелиев».

Основано на многолетних наблюдениях: зимой я мёрзла, летом потела. Чистая наука, двойной слепой метод. Я даже окно не открывала, чтоб чистоту эксперимента не нарушить и сквозняк не спутал карты.

Итак. За один год Земля может «рассмотреть» Солнце со всех сторон. Значит, делаю я гениальный вывод, у Солнца есть две стороны — передняя и задняя. Как у поп-звезды: на обложке журнала одна, а в жизни — совсем другая, без фотошопа и грима, да ещё и с утра не выспавшаяся.

Когда лето — Землю греет горячая сторона. Как сковородка, на которой жарят яичницу с беконом в шесть утра, пока все спят, а вам уже не спится, потому что сосед решил сделать ремонт. Поднесла руку — больно, значит, всё работает, можно яичницу снимать. Когда зима — мы перебегаем на холодную сторону. Солнце говорит: «Девки, погуляли и хватит. Шашлыки закончились, шампуры помойте, теперь получайте холодную сторону, готовьте валенки, доставайте шубы и терпите до апреля. И не надо мне тут про глобальное потепление».

Почему обратная сторона холоднее? Тут всё просто, как бухгалтерский баланс после Нового года, когда уже всё равно всё пропало. Внутри Земли ядро — это плюс. Магнитное поле — это минус. А Солнце — это голое ядро, без кожуры. Как очищенный апельсин, только огненный, размером с миллион Земель, и его никто не ест, потому что обожжёшься, да и вилка расплавится. И даже ложка не поможет.

Они притягиваются, как магниты. Как двое бывших, которые случайно встретились в лифте и теперь делают вид, что рассматривают потолок, хотя на потолке только старая краска и паутина. Но магнитное поле не даёт им слипнуться намертво. Иначе мы бы все пожарились, как шашлык на майские, когда шашлычники перепутали мясо с углями и ушли в запой. Хорошо, что есть магнитное поле — оно как прихватка на кухне: руку можно держать близко, но схватиться не даёт, терпи, дорогая. А если бы не оно — мы бы давно были с Солнцем в обнимку и даже не пикнули, только пар бы пошёл. И всё, конец трансляции.

Теперь о самом интересном. Почему ранним утром и поздним вечером Солнце не обжигает, хотя находится близко? Учёные говорят о Южном и Северном полюсах Солнца. Я тоже люблю поговорить, тем более бесплатно, и меня пока никто не останавливает, хотя соседи уже стучат по батарее.

Северный полюс Солнца — тёплый, душевный, почти как курорт в Сочи, только без магнолий и пьяных туристов, которые орут «Любэ» под окнами до утра. Когда Солнце близко (утром или вечером), к нам обращён именно он. Греет, но не сильно. Как вежливый человек, который пришёл в гости и говорит: «Я тут погреюсь немного, чайку попью, но если что — я отойду, вы не стесняйтесь, я не навязчивый, у меня свои дела, мне ещё к Венере зайти». А когда Солнце в зените, в самой верхней точке, то поворачивается к нам своим Южным полюсом. И это уже не вежливый гость, а пьяный сосед с мангалом, который лезет обниматься и орёт: «А давай пожаримся! Давай шашлык сделаем! А шашлык есть? Нет? Тогда будем жарить всё, что горит!». И жарит так, что можно получить тепловой удар, потерять сознание и очнуться уже в больнице с капельницей, а рядом сидит медсестра и говорит: «Что, опять на солнце перегрелись?». Зато загар ровный, ничего не скажешь. Как у копчёной курицы.

Зимой мы видим другую сторону Солнца — холодную. Она как мороженое в минус тридцать. Как взгляд моей мамы, когда я говорю, что опять потратила всю зарплату на косметику и новую кофточку, а старая ещё нормальная, носи давай. Этот взгляд холоднее полярной ночи, поверьте. Я под ним даже летом замерзаю. И шапку надеваю. И шарф. И варежки.