Читать книгу Сласти-страсти, или Личный кондитер стража - Ника Крылатая - Страница 6

Утром я вставала с головной болью. Глаза еле удалось открыть. И то если бы не бубнеж Элеоноры, то с удовольствием бы не вставала.

– Евгения, хватить дрыхнуть, – недовольно выговаривала мне книга. – Тут бабуля божий одуванчик уже к нам заглядывала. Проверяла, на месте ты или нет. Нам срочно нужен замок на комнату! Она мне не нравится! Ты бы видела, как она меня разглядывала, бррр. Нет. Евгения, ты как хочешь, а нужно искать милый домик без всяких подозрительных бабок! Я под ее взглядом и звука издать не смогла!

– Тебе бы вообще лучше молчать, – я глубоко вздохнула. – Пока я не узнаю, нормально ли в этом мире, что вещь разговаривает. А то отправят нас обеих в тюрьму. Или на костер.

– Сама ты вещь, – надулась Элеонора. – А я эксклюзив. Люкс! Бренд. Так что ищи нам новое жилье, – заявила она безапелляционно.

Я, встав с кровати, подошла к стулу и взяла свою сумочку. Подошла к книге и, вынув, кошелек, показала его этой самовлюбленной дамочке.

– И что это должно означать? – фыркнула она. – Симпатичной кошелек. Увы, масс-маркет. Дешевка.

– Это означает, что местных денег за ночь у меня не появилось, – ответила я, сдерживая раздражение. – Где я их взять должна?

– Заработать? – вопросом на вопрос ответила книга. – Можешь еще найти местного олигарха, и выйти за него замуж.

– А давай ты не будешь лезть со своими советами?!

Вот что я делаю? Я ругаюсь с книгой! Наглой книгой, мнящей себя крутой блогершей. Женя, как ты докатилась до такого?

– По скользкой тропинке, видимо, – съязвила эта коза печатая. Похоже, вопрос я таки произнесла вслух, а не мысленно.

– Так, ты вообще пока молчи, – я ткнула пальцем в книгу. – Очень прошу, не болтай, пока я хоть что-то не выясню. Иначе я сделаю вид, что мне тебя подкинули и я тебя первый раз вижу. Хотя-я-я, – я постучала пальцем по губам и прищурилась, – могу тебя просто выкинуть в сугроб. Или в реку. Концы в воду-у.

– Евгения! – ахнула Элеонора. – Это книговредительство. Да я… Да я…

Она смешно пыхтела, не договорив фразу. Кажется, у меня получилось ее хоть немного припугнуть. Вот же звезда такая! Но забавная.

– Так, лежи тут и никуда не уходи, – погрозила книге пальцем. – Я пойду умоюсь и, возможно, позавтракаю. А потом начнем уборку. И я тебя очень прошу – ни слова.

– Умолкаю, – язвительно отозвалась Элеонора. – Я вынуждена подчиниться агрессии и твоей токсичности.

– Елки-моталки, – я хлопнула себя по лбу. – Вот за что мне это?

Ответа я ждать не стала. Нет, Элеонору вообще никому показывать нельзя, она своим высокомерием и превосходством просто подставит нас. Вот откуда у нее вообще такой характер взялся? Я эту Элеонору, которая подписала книгу, никогда и не видела. Просто помню, что Маруся говорила, что хотела бы ее книгу в подарок, но найти не может. А я нашла. На свою голову… Об этом я думала, осторожно спускаясь по лестнице.

– Доброе утро, миссис Бернет, – я с улыбкой поздоровалась с пожилой женщиной, которая сидела в кресле у камина и что-то вязала.

– Доброе? – она подняла на меня взгляд. – Я бы так не сказала, – и поджала губы. – Ночью опять прошел снегопад. А в моем возрасте вредно ходить по сугробам. И ты без обуви. А так бы сбегала уже в лавку. Ты девка крепкая.

– Конечно, – закивала, соглашаясь. – Только у меня не только нет обуви, я еще и не знаю, где эта лавка.

– Ох-ох, – заохала миссис Бернет, – всему тебя учи. А в моем возрасте покой нужен. Кости мои старые болят. Да капитану не откажешь, хороший мужчина. Иди на кухню, там твой завтрак на столе. Долго спишь, однако.

– Это от стресса, – я виновато улыбнулась.

– От чего? – старушка прищурилась. – Принимаешь, что ль, чего?

– Нет, что вы! От усталости это.

– А-а-а. А на вид здоровая да крепкая. Ну иди ешь. Да за уборку принимайся. Полы-то мыть умеешь?

– Умею. А еще бы постирать вещи.

– Вон ванная, бери мыло да стирай. Лохань возьми и терку.

Эх, значит, никакого стирального агрегата у них еще не изобрели. Но делать нечего. Горячая вода есть и канализация – это уже просто великолепно. Быстро поев и помыв посуду, вернулась в гостиную. Миссис Бернет, охая и ахая, поднялась из своего кресла и пошла выдавать мне уборочный инвентарь: ведро, тряпки, моющий раствор. Подняться с ведром вверх оказалось непростой задачей, очень уж крутой была лестница. Миссис Бернет вернулась в свое кресло, вздыхая, что снега слишком много, а зима какая-то суровая.

– Это все из-за ведьм, – ворчала она, – Темный Бог их забери. Наколдуют, а потом погода портится.

– Ведьмы? – я замерла с поднятой ногой. – Прям настоящие?

– А какие ж еще? – удивилась старушка. – Вредные. Но лечат лучше лекарей. В этом они мастерицы. У меня мазь как раз заканчивается, найдем тебе обувку и сходишь к Аннушке. А у вас что, ведьм нету?

– Нет, – я не стала говорить, что есть те, кто себя так называет. Но тут вроде бы это другое.

– Плохо, – вздохнула старушка. – Они иногда полезные. А кто злое дело делает, тех Палач казнит.

Палач… По спине прошел холодок. Тот мужчина в черном. Мрачный и с грустными глазами. Передернув плечами, я побрела наверх. Вот уж с кем бы я не хотела второй раз встретиться! Открыв дверь, ввалилась в комнату.

– Ну и где ты ходишь? – с порога встретила меня недовольным тоном Элеонора.

– Умывалась. Завтракала, – говорить я старалась спокойно. Не хватало еще с самого утра настроение себе портить.

– Шведский стол олл инклюзив? – с сарказмом спросила книга.

– Что? – я не поняла вопроса. Вообще уже мысленно прикидывала, с чего начать уборку. Однозначно нужно снять шторы и замочить их. Как раз пока окно вымою, они покиснут, а потом постираю и вывешу сохнуть на улицу. Выморозятся и будут пахнуть вкусно. И покрывало, точно!

– Говорю, – Элеонора вздохнула, – как будто там тебе шведский стол накрыли. Что ты ушла и пропала.

Теперь пришла моя очередь вздыхать.

– Ты вообще можешь себе просто лежать. Молча желательно. Тогда тебя никто не заметит. И проблем у тебя не будет.

Взяв стул, я перенесла его к окну и залезла на него, полная решимости снять шторы для стирки. Но стоило только тронуть ткань, как меня окутало облачно пыли.

– А-апчи! Чхи! Апчи!

Книга злорадно захихикала. Зараза глянцевая!

Не без труда, но я смогла снять шторы, обсыпавшись вся пылью. Сбегала в ванную и замочила их в лохани. Пришлось даже сразу воду поменять, такая черная стала! Потом вернулась за постельными принадлежностями. Пару минут постояв в раздумьях, прихватила еще и подушку с одеялом. Выкину на мороз, потом вытряхну.

Разобравшись с этим, полезла мыть окно. Без привычных средств было тяжело, но и жить в пыли тоже не выход. Помыла люстру, протерла пыль с мебели и деревянных стен. И все это под чутким руководством Элеоноры.

– Поставь меня, – потребовала она.

– На ноги? – не удержалась я от ехидства.

– Евгения, это вообще вот не смешная шутка. Мне надоело разглядывать потолок. Там нет ничего интересного. Поставь меня. Только мокрыми руками не хватай.

Пришлось прислонить ее к стене. Иначе бы не отстала.

– Евгения, ты комод протерла? – спросила тоном проверяющей. Хотя я вот только что этот комод мыть и закончила.

– А то ты не видела? – я полоскала тряпку в ведре. Опять надо идти воду менять. А бегать я уже устала. Да и шторы вручную стирать было тем еще удовольствием. Руки с непривычки болели. Зато стало понятно, почему они такие небольшие. Такие, к каким я дома привыкла, просто не постирать нормально!

– Хорошо убирай, я не могу жить в пыльной комнате.

– Зато в холоде, говорят, хорошо сохраняются, – как бы между прочим проговорила я, повернувшись спиной к книге.

– При чем здесь холод? – сразу же насторожилась Элеонора.

– Ну не зря же в холод продукты помещают. Может, и книгам он полезен, – пожала я плечами и продолжила вытирать стену. И очень хорошо, что эта комнатка маленькая, иначе бы я за день не справилась.

– Знаешь, что я тебе скажу, Евгения, – недовольно заговорила книга, – у тебя отвратительное чувство юмора. Ужасное просто.

– А кто сказал, что я шучу? – бросила я.

– Ах ты! – кажется, Элеонора завелась. Может, ее тоже вынести на улицу? За окошко выставить, пусть погуляет, проветрится. Но разразиться гневной тираде не дала открывшаяся дверь.

– Убираешься? – миссис Бернет с прищуром окинула устроенный мной беспорядок. – Под кроватью пол вымыть не забудь.

– Обязательно, – я постаралась улыбнуться.

– Может, и будет от тебя толк, – задумчиво проговорила она.

Я ожидала, что миссис Бернет уйдет, но она прошла к стулу и уселась. Под таким пристальным взглядом убираться было неуютно, будто экзамен сдаю. А еще я боялась, что Элеонора не удержится от комментариев.

– И как же тебя к нам занесло? – кажется, миссис Бернет решила все-таки поговорить.

– Кто-то толкнул и я упала в черный туман. А выпала уже здесь, – не стала скрывать способа своего попадания.

– Эх, – миссис Бернет тяжело вздохнула и как-то жалостливо посмотрела на меня. – Ты молоденькая, может, Светлая Богиня и не обойдет тебя своей милостью. Жаль будет, если умом тронешься.

Я так и застыла полусогнутой от этой весьма оптимистичной фразы.

– Почему это я должна умом тронуться? – я внимательно посмотрела на старушку. То страж Морган меня утешает домом скорби, теперь вот она.

– Да кто ж вас знает, – беспечно отозвалась миссис Бернет. – То Темному Богу только и известно, наверное.

– Уверяю вас, миссис Бернет, с ума сходить я не собираюсь, – постаралась успокоить старушку. Скорее, меня с ума сведет одна болтливая книга. От которой пока никакой пользы.

– Ты, главное, сначала уборку мне сделать помоги, а потом можешь, – спокойно сообщила мне миссис Бернет. Я чуть не присела там, где стояла. С комода раздалось противное хихиканье.

Ну знаете ли! Не дождетесь! Я плюхнула тряпку в ведро и принялась полоскать ее со всей силы. Хозяйка, кажется, и не собиралась оставлять меня одну. Так и не ушла, пока я не закончила.

Шторы, выстуженные на холоде, принесли с собой запах свежести. Подушка с одеялом также перестали пахнуть пылью. Постиранные вещи я повесила в ванной. Всякую мелочь можно было сушить там на специально натянутых веревках. Миссис Бернет выдала мне новый комплект постельного и полотняную спальную рубашку. Приличный такой парашют, который вокруг меня можно было обернуть раза два.

К вечеру я так устала, что из последних сил смогла помыться. Спину ломило, ноги гудели, а руки… Надеюсь, моя кожа не останется такой красной навсегда. После ужина я еле вползла в комнату.

– Фух! – резко выдохнула книга. – Евгения, я не могу больше молчать!

– Ага, – кивнула я, доползая до кровати и падая на чистое постельное. Как же приятно дышать свежестью! Элеонора еще что-то долго возмущенно бубнила о том, как ей скучно, как ей не хватает внимания и как ей тяжко, а я просто уплыла в сон, завернувшись в одеяло по самый нос. Блаженство!