Читать книгу Хорошие соседи - Оксана Евгеньева - Страница 7

Я ходила по комнате и смотрела на телефон. С самого утра я была на взводе. Ждала, когда приедет такси. Когда придет этот чертов поезд и привезет людей, которые превратят мое существование в ад. Ждала момента, когда мне придется выйти из дома. Выйти из подъезда. Сесть в чужую машину.

Я готовилась. Уложила в сумку большую шляпную булавку, пузырек с нашатырём, бутылку воды. Выпила все лекарства и сделала дыхательные упражнения на мышечную релаксацию. Я ненавидела себя за эту слабость, за эту собранность. Я ехала всего лишь на вокзал, но внутренне я собиралась на битву.

Когда время подошло и мне надо было выходить, я в последний раз посмотрела на свою уютную и такую безопасную квартиру. Скоро сюда заедут варвары, и начнется разграбление и осквернение моего пространства. Мне же придется это терпеть, потому что терпение – моя сама прокаченная мышца, размером со вселенную. Пускай молитва: я знаю, я смогу, я справлюсь, поможет мне пережить этот ужас.

Я открыла дверь и шагнула в пропасть. Знала, что сейчас буду идти не по подъезду, а по затопленному городу. В ушах будет шуметь, картинка перед глазами расплывется, почва под ногами зашатается.

Раз ступенька, два… три, девять. Еще четыре пролета, и я открою дверь на улицу.

Главное, не потерять сознание, главное, не упасть. Не спешить. Идти медленно. Размерено. Никто не должен догадаться, что мне плохо. Поэтому улыбайся, улыбайся родная. И не спеши.

Острие булавки впивалось в мою ладонь, но я не чувствовала боли. Я делала шаг за шагом. А открыв подъездную дверь, почти трусцой побежала к такси. Земля превратилась в батут и подбрасывала меня под каждый шаг.

Я рухнула на заднее сидение и закрыла дверь. Сердце еще стучало, картинка выглядела размытой, но я чувствовала пределы пространства. И знала, что если страх не перейдет в паническую атаку, то я справлюсь.

Я выдохнула и сказала:

– Поехали. – я почувствовала, как по ладони стекает струйка крови. Опять я перестаралась с булавкой. Боль начала расползаться по руке, вытесняя головокружение.

– Вы сделали табличку с именем, чтобы я мог встретить ваших гостей? – спросил таксист.

–Да. Если там будет много вещей, наймете носильщика, я доплачу. А сама посижу в машине. Если все пройдет хорошо, удвою ваш гонорар, о котором мы вчера договаривались.

– Вы сказали, у вас нога травмирована, но я видел, как вы бодро бежали. Приезжает кто-то из нелюбимых гостей? – таксист явно пытался пошутить, потому что рот его растягивался в мерзкой улыбке.

– Не ваше дело, – грубо ответила я и отвернулась к окну. С чувством юмора у меня было не очень. Сегодня – особенно.

Таксист насупился и запыхтел, осознавая, что столкнулся не с милой девушкой, а с прожженной стервой. И наверняка думал, насколько обманчива моя внешность.

***

Эля смотрела на меня с обожанием, а папа с явным беспокойством. Когда таксист уложил коробки и сумки в багажник и все расселись по местам, я уже чувствовала себя терпимо. Обратный маршрут по лестнице меня не так сильно беспокоил, потому что я была не одна. Неприятно, конечно, но не страшно. Эта мысль действовала успокаивающе, и я бы расслабилась на сидении в такси, если бы не постоянное щебетание моей сестры:

– Ты так классно выглядишь! Джинсы – улет! Такие стильные! А волосы? Ты покрасилась? У нас у всех темные волосы, а у тебя такие красивые, русые. Это этот самый аиртач, да?

Я выдохнула, вспоминая как долго искала квалифицированного мастера, способного работать на дому не потому, что нет кабинета.

– Да, он самый.

– Ты потрясающе выглядишь, Сюз. Такая тоненькая, как тростиночка. Мы так по тебе скучаем! Я слежу за всеми твоими постами в интернете. Мы тебя читаем с моими девчонками! Тебя даже моя учительница читает, я видела.

– Дочь, что-то ты бледная. Устала? – вклинился в щебетание сестры отец.

–Да, пап. У меня сейчас небольшие сложности. Я дома тебе расскажу. – ответила я. – Меня укачивает, я помолчу, хорошо?

Родственники затихли, а я видела в зеркало, как смотрит на меня водитель.

Ну точно, стерва и тварь. Вот что он думает.

Но мне было все равно. Я чувствовала себя как бабочка, которой оторвали крылья и раздавили пальцем.

***

Отец пошел осматривать квартиру, а Эля остановилась на спальне. Она открыла шкаф и разглядывала мою одежду.

– Ты бы хоть руки помыла с дороги, – сказала я.

– Помою. Это все твое? – спросила Эля. – Мне можно будет померить?

Я не ответила и пошла искать папу. Он рассматривал кухню.

– Хорошо тут у тебя. Мы с мамой гордимся тобой, – сказал он.

– Спасибо, пап. Сейчас я разогрею еду и сварю кофе. Как вы добрались?

– Все хорошо. Ты не бойся, милая. Я вижу, как ты напряглась. Мы не будем тебе мешать. Ты сможешь работать и делать свои дела спокойно.

Ага, как же! Но ответила совсем другое:

– У меня сейчас сложности. Много работы, много обязательств, сам понимаешь.

– Мы с мамой говорили тебе, нам не нужны твои деньги. То, что ты присылаешь, мы складываем на отдельный счет. Твой. Ты не должна нам помогать, доченька. Мы справляемся.

Отец опять завел эту шарманку, и я начала выходить из себя. Ага, справляются они. Поэтому сестра первым делом кинулась к шкафу смотреть шмотки.

– Пап, я бы хотела, чтобы вы с мамой тратили эти деньги. На девочек.

– Нет уж. Где это видано, чтобы дети родителей содержали? Пока я работаю, такого не будет. Так что оставь эти разговоры. Давай попьем кофе, ты мне расскажешь, что случилось, а я подумаю, как тебе помочь.

Я выругалась про себя и открыла вместо рта холодильник. Что меня всегда раздражало в отце, так это его убеждение, что он со всем может справиться сам. А главное – помочь. И я знала, как он справляется. Однажды у мамы сломалась стиральная машинка. И папа принялся ее чинить. Хотя он не то, чтобы мастер. Скорее, вообще никакой не мастер. Он работает на заводе, конечно, но в административном отделе. И самое забавное, что у него много рукастых друзей, которые могли бы отремонтировать технику. Но нет. Папа все решает сам. Он три дня разбирался с инструкциями, смотрел тематические видео в интернете. Потом разобрал машинку по винтикам. Несколько раз собирал в обратном порядке. И так по кругу, потому что не мог понять, в чем же неисправность. И все это время мы стирали одежду руками! Восемь девочек! В итоге он что-то там наколдовал так, что машинка вспыхнула, и во всей квартире погас свет. Аллилуйя! Пришлось вызывать мастера, заказывать нужные детали, ждать неделю и наконец-то нормально стирать.

Я исходила в пену все это время, а мама сидела и утешала папу, гладила его по спине, наливала ему чай. Я не могла понять, что с ними не так? И если они нормальные, то получается, что-то «не так» именно со мной? Я с ними не жила, а выживала.

Мои ранние обмороки, головокружения, тошнота по утрам делали жизнь в семье невыносимой. Никто не мог найти причину таких состояний. Но может, ее и не было? Я просто производственный брак. Лишняя деталь. И поэтому мне с ними так плохо.

Мои мысли перебил телефонный звонок. Лилия.

Я вышла из кухни в ванную, закрылась и ответила на звонок:

– Слушаю.

– Привет. Ты дома? Нужно поговорить.

– Дома, что случилось?

– Я сейчас приеду и все расскажу. Ставь чайник. Буду через 15 минут.

Лилия Разина отключилась, а я посмотрела на себя в зеркало и спросила: «Когда и где я успела так напортачить, что это все сейчас происходит со мной?». Ответа, естественно, дожидаться не стала. Просто умылась и вышла из ванной.

– Друзья, – громко начала я, – у меня сейчас будет важная встреча. Деловая. Дома. Мне бы очень хотелось, чтобы была возможность поговорить с глазу на глаз, без свидетелей.

– Но Сюз, – заныла Эля, – я думала мы просто поваляемся, поболтаем. Я так наелась, что не хочу никуда идти!

Бесполезная битва. Никто и никогда не слушал моих просьб, и все плевать хотели на мое мнение. Но на удивление папа сказал:

– Элайза, собирайся. Пойдем посмотрим на этот чудесный город. Узнаем, что тут есть интересного и пройдемся по магазинам. Надо что-нибудь купить к праздничному ужину.

Сестра неохотно встала со стула и, обернувшись на меня, с надеждой спросила:

– Можно я возьму что-нибудь из твоего? У нас один размер.