Читать книгу Жестокий отбор - Оксана Гринберга - Страница 4

Глава 4

Оглавление

286

Скоростной поезд, похожий на белоснежную стрелу, несся по монорельсовой дороге, рассекая выжженную безжалостным солнцем Сайруса плоскую, как блюдце, саванну. Мы направлялись на другой конец материка, и наш путь лежал через Пустынные Земли – золотисто-желтую гладь, убегающую к горизонту, чтобы где-то там, на границе видимости, уткнуться в темный силуэт Красных Гор. Летел поезд на такой скорости, что пейзаж за окном сливался в белое раскаленное марево.

Участниц Большого Отбора разместили в двух вагонах, чье прохладное, кондиционированное нутро было разделено прозрачными стенками на небольшие купе с удобными креслами, столиком и приветливо распахнутой дверцей мини-бара. Многие тут же не преминули воспользоваться имперским гостеприимством, вылавливая пластиковые бутылочки с охлажденным соком и тонизирующими напитками.

Я сидела рядом с Маршей, одетой в простенькие малиновые шорты и невообразимо рваную майку, прорехи в которой являли миру ровное, загорелое тело. На другой стороне, прикорнув в мягком кресле, дремала темнокожая красотка в черном облегающем платье и с шипастыми украшениями на шее. Четвертая спутница – манерная темноволосая Мия с планеты Третьего Круга Тригуан – откровенно скучала. Собеседницами мы с Маршей оказались так себе. Не успели рассесться, как Мия заявила, что она – на высших строчках рейтингов и собирается на равных бороться за сердце Сатора Сола с претендентками из Элиты. Обвела нас внимательным взглядом, будто бы ожидала возражений и готовилась вступить в спарринг на Наследника здесь и сейчас.

Я равнодушно пожала плечами. «Удачи!» – пробормотала Марша, не отрываясь от визора. Девица надула пухлые розовые губы, затем томным жестом откинула длинные волосы с выкрашенными в синее концами. Повела роскошными плечами. На ней было легкомысленное розовое платье без лямок, державшееся… Я так и не поняла, на чем оно держалось.

– Вы, с Четвертого Круга, помните о своем месте! – высокомерно заявила нам.

Марша на ее замечание не отреагировала, хотя Земля входила в Третий. Я же давно знала свое место, и оно было далеко отсюда. В Сто Третьем Секторе, в небольшом городке под названием Новый Рим, в трехкомнатном домике, где моего возвращения ждала моя семья… Вскоре красавица, устав от нашего молчаливого общества, отправилась в другое купе, где обсуждали наряды, в которых девушки собирались блистать на Национальном Отборе.

Блистать…

Противный Тир этим утром заставил меня надеть золотистое платье без рукавов с пышным подолом. Я пыталась протестовать – куда в таком в дорогу?! – но возражений он не принимал. Еще и повесил на шею блестящее украшение в виде знака бесконечности. Мои волосы ассистентка уложила в сложную прическу из кос, перевив их золотыми нитями.

– Неплохо, – отозвалась Адели. – Золотая наша девочка…

Мне удалось лишь отстоять удобные сандалии без каблука. Единственная польза от такого наряда – пышный подол скрывал прикрепленный к бедру пистолет.

Прохладный металл придавал мне чувство уверенности. Он, пейзаж за окном и Марша, уткнувшаяся в экран, на котором – экзаменационные вопросы третьего курса Космической Академии Земли.

Я скосила глаза, и подруга угодливо пододвинула ко мне визор. Пусть Адели утверждала, что у нашей дружбы срок ровно до появления главного приза, Наследника Империи Сол, но я так не считала. На приз мне было наплевать, да и Марша, разоткровенничавшись вчера на крыше, призналась, что пришла на Отбор вовсе не из-за Сатора. Конечно, покорить сердце главного холостяка и стать Адорой Империи заманчиво, но абсолютно недостижимо.

– Не стану об этом даже думать и тебе не советую! На Сайрус слетелись претендентки с планет Низших Кругов. После Национального Отбора из нас останется только сотня, к которой присоединится Элитная сотня, автоматически прошедшая во второй тур. – Замолчала, улыбнулась пролетавшему мимо дрону. Когда он нас покинул, продолжила: – В Большом Отборе победит кто-то из Элиты. Уверена, что ее имя давно известно, а все это… – обвела взглядом на роскошный ресторан. – Это всего лишь шоу. Показной спектакль, имитация свободы выбора, которую в кои-то веки предоставила Империя Низшим Кругам. Надо же – какое счастье! – нам позволили выбирать себе Императрицу! Заметь, не Императора, – Марша сверкнула глазами, – а Императрицу! Слабое, но утешение тем, кто лелеет мечты хоть что-то изменить.

– Изменить?

– На планетах Третьегох и Четвертого Кругов давно уже неспокойно.

Я кивнула – мне ли не знать!

– Того и гляди взбунтуются, – продолжила Марша. – Вот и выдали нам Большой Отбор – гигантское визио-шоу с иллюзией демократии, чтобы хоть как-то успокоить горячие головы.

Те, кто так думал, явно просчитались. Горячие головы Сайруса, собравшиеся у центрального входа резиденции, успокаиваться не собирались. Вместо этого они снова что-то взорвали.

– Не волнуйся, этих скоро разгонят, – заявила мне Марша. – Или сами разойдутся. Поголосят, плакатами потрясут и разойдутся. На Сайрусе спокойно, не то что…

Она перечислила несколько планет Третьего Круга, о которых я даже не слышала.

– Допустим… Допустим, у меня здесь важное дело, – я уже успела рассказать ей о своей миссии, – от исхода которого зависит судьба Новой Земли. Поэтому я и прилетела на Отбор. Но ты? Если все заранее решено, а Сатор Сол тебе не нужен…

Может, дело в деньгах? Крупная сумма на счету в Имперском банке на имя каждой из участниц. Не это ли привлекло на показательный конкурс Маршу Меллори?

– Гражданство Элиты, – понизила она голос, – получат все участницы, кто пройдет Национальный Отбор. Если выйдет так, как задумала, то я улечу на Рагху. А там… Знаешь, что там? Там – самая лучшая Космическая Академия в Империи! Да, серьезные вступительные экзамены, но я их обязательно сдам. А если не сдам, то вернусь через год и снова попытаюсь! И вот тогда, когда я закончу Академию, весь космос будет у моих ног.

Она распахнула темные как ночь глаза.

– Разве может сравниться брак с Наследником – брак с кем угодно! – с восхитительным ощущением абсолютной, безграничной свободы? Когда ты сидишь в капитанском кресле, а вокруг – бесконечность межзвездного пространства…

Я не нашла, что ей ответить. Попросту не знала, но в глубине души разделяла ее восторг и завороженность космосом. Звезды манили меня. Звали, словно пытались что-то сказать, намекнуть на что-то, находившее глубинный отклик в подсознании, заставляя не спать по ночам, вглядываясь в рисунки созвездий на черном небе.

– Если же я закончу Академию на Земле, – продолжала Марша, – то самое большее, на что смогу рассчитывать, – водить пассажирские корабли с пятого по девятый класс между планетами Солнечной Системы. Возможно, мне предложат работу в системах побогаче, но это все… Это предел, и дальше уже никак. А я хочу большего, Эйви! Намного большего, чем… «Вас приветствует капитан круизного лайнера Марша Меллори, – дурашливым голосом протянула она. – Наш корабль только что покинул стратосферу Земли, и вас ждет увлекательное путешествие по маршруту Земля-Венера. Время в пути – десять часов. Желаю приятного полета!».

– Я бы не отказалась прокатиться по маршруту Земля-Венера, – улыбнулась ей.

Она нетерпеливо взмахнула гривой рыжих волос.

– Если я выучусь на Рагхе, то буду летать на межзвездных лайнерах.

Империя давно покорила надпространство, создав корабли, способные пронзить ткань мироздания и преодолеть гигантские расстояния за время, равное удару сердца. Марша Меллори из небольшого европейского городка уверенно шла к своей цели, а ее целью был глубокий космос. Выигрывала несколько региональных отборов, пока, наконец, по результатам всепланетного голосования не была признана достойной представлять Землю на Большом Отборе. Сейчас подруга находилась на семидесятой строчке рейтинга и вполне могла рассчитывать пройти и Национальный.

Я же… После того, как по всем каналам показали глупую драку на пятом уровне – вернее то, как я кинулась защищать девушку с планеты Третьего Круга, – тоже немного поднялась из подвала таблицы.

– Уже сто шестидесятая! – заявила довольная Адели, когда я вернулась к команде.

Они сидели в большой гостиной, уткнувшись в экран с круглосуточным каналом Большого Отбора, где сьемки и интервью с участницами перемежались рекламой и сводной таблицей рейтингов. На круглом столе – тарелки с едой, какие-то полузасохшие желтые резко пахнущие хлопья, дольки фруктов, открытая бутылка с чем-то, что, судя по запаху, не одобрил бы командор Харас, а у мамы испортилось настроение на целый день.

– Продолжай в том же духе, Эйви! Этим вечером у вас совместный ужин с проконсулом Сайруса, а через пару дней…

Пришлось ее расстроить. Число протестующих возле резиденции росло, несмотря на уверения Марши, что они поорут и разойдутся. Охрана уже с ними не справлялась. На помощь прибыли полицейские, но им тоже не удалось взять ситуацию под контроль. Вернее, она, эта ситуация, продолжала ухудшаться. Нас с Маршей даже попросили покинуть крышу – вокруг резиденции закружили флайеры с оскорбительными плакатами. На них – требования имперским подстилкам убираться с Сайруса.

– Включите местные новости, – попросила я Адели.

Дальше стало интереснее. Противники Большого Отбора – вернее, имперской политики – принялись забрасывать здание горящей гадостью не только с земли, но и воздуха. Чтобы разогнать многотысячную толпу, пришлось призвать на помощь регулярную армию. Нас все же заверили, что ситуация под полным контролем, но при этом приказали оставаться в своих комнатах.

Я попыталась, но долго оставаться не получилось. Поднялась и ушла, и никто не смог меня остановить. Брела по длинным пустующим коридорам, пропахшим паленой пластмассой, вдыхала воздух, словно пронизанный вибрациями страха. Думала о том, как мне найти Тимира. Может, расспросить?.. Я знала, что он – в охране проконсула Рагхи, прибывшей за два дня до прилета Грхана, но не знала его нового имени.

Анор Тимир Харас погиб на Свеге-82.

В одном из коридоров я наткнулась на охрану. Поинтересовалась, есть ли раненые и убитые со стороны защитников, но они не сочли нужным разговаривать с участницей Большого Отбора во вздорном платье с пышной юбкой. Рявкнули, приказав вернуться в комнату. Тут здание вздрогнуло. Завизжали противопожарные сирены, и трое в черных бронежилетах и шлемах припустили к эскалатору. Я же отправилась на восьмой этаж, вспомнив, что там располагалось обзорное окно.

– Что вы сейчас чувствуете? Вы очень напуганы? – пристала ко мне журналистка из «Имперского», на которую натолкнулась возле того самого окна.

Нас было трое – она с оператором и я, прилипшая морской звездой к прозрачному толстому стеклу. Стемнело, внизу колыхалась людская толпа, над ней – огни полицейских дронов. Тут и там появлялись яркие вспышки и загорались синим силовые поля, которыми протестующие защищались от разрядов полицейских парализаторов. Люди в черной форме приказывали манифестантам разойтись. В ответ их засыпали камнями и бутылками с зажигательной смесью.

– Вы расстроены отношением части жителей Сайруса к Большому Отбору? – продолжала молоденькая журналистка.

От страха у нее мелко трясся подбородок.

– Я расстроена лишь тем, что к нам относятся, как к безмозглым дурам и имперским подстилкам, – ответила ей с досадой. – А еще тем, что участницам до сих пор не раздали оружие. Мне жаль, что проконсулу не удалось вовремя разогнать толпу, но я уверена, охрана не позволит им ворваться в здание. Если это произойдет, нам потребуется оружие, чтобы себя защитить. Или же постоять за тех, кто не умеет им пользоваться.

Впрочем, скоро все улеглось – как только прибыли отряды регулярной армии. Толпа разбежалась, а сотня активистов, ратующих за отделение от Империи, попала в тюрьму. Об убитых или раненых новостные каналы молчали, зато по внутреннему интеркому сообщили, что сегодняшние мероприятия Отбора отменяются. У проконсула Сайруса нашлись более важные дела, чем ужин в компании ста восьмидесяти шести претенденток за внимание Сатора Сола.

Так и не узнав ничего о Тимире, отправилась спать. Помню, вытянулась в кровати, размышляя, почему мой рейтинг после заявления о ношении оружия опять пополз вверх.

– Тебе, Эйви, стоит сперва думать, а уж потом говорить! – заявила куратор, войдя ко мне в комнату, чтобы пожелать доброй ночи.

Адели выглядела встревоженной. Ходили слухи, что следующим утром нас перевезут в другое место, но… Несмотря на свои связи, больше ничего узнать ей не удалось.

– Отстань от девочки, – подал голос Тир.

Стилист замер в дверях, улыбнулся мне приветливо. Я же натянула до шеи пушистый мягкий плед, пряча от мужского взгляда кокетливую пижамку, выданную мне Адели. Тир тоже сменил одежду на темное трико и обмотался ремнями с ног до головы, словно пулеметными лентами. А я подумала: он что, спать в этом собирается?!

– Неужели до сих пор не поняла? – набросился он на Адели. – С твоим-то чутьем, моя дорогая! В куче золы нам попался истинный бриллиант, поэтому мы не станем ни во что вмешиваться. Пусть Эйвери Мэй говорит, что думает, и поступает, как знает. Наше с тобой дело – небольшая огранка, лишь малые штрихи к ее образу. Легкая шлифовка, и она засияет так…

– Что ее свет застит глаза Сатору Солу, – задумчиво произнесла Адели. – Возможно, ты прав, мой дорогой! Но все же… Девочка моя, будь поаккуратнее с заявлениями. На планетах Третьего Круга ношение оружия без разрешения считается серьезным преступлением.

Я промямлила что-то несвязное.

– Спокойной ночи, Эйви!

– Сладких снов.

Вздохнула украдкой. Мое «преступление» припрятано в ворохе вещей, которыми успела обзавестись с легкой руки стилиста. Затем вздохнула еще раз, подумав о том, что миссия снова под вопросом – проконсул Рагхи изменил планы, сочтя прилет на Сайрус небезопасным. Приказал развернуть корабль, так и не высадившись на планету.

Утром объявили, что нас перевозят в другой город в трех тысячах километров от столицы. Девушек отправляли отдельно от команды, поэтому я простилась с Адели и Тиром до вечера. Вскоре появились организаторы с логотипами Большого отбора – два сердца в одной ладони – и нас под охраной загрузили в пассажирские флайеры. Полет через город к центральному вокзалу Сайруса по пятой воздушной линии прошел для меня крайне увлекательно. От невиданных чудес столицы кружилась голова, и я то и дело ловила себя на том, что, раскрыв рот, рассматриваю проносящиеся мимо спортивные, семейные, пассажирские флайеры. Разглядываю мигающую в воздухе дорожную разметку; огромные, трехмерные рекламные проекции и отражения нашего вытянутого флайера с логотипами Отбора на светлых боках, мелькавшего в зеркальных окнах зданий, устремляющихся ввысь на несколько сотен уровней.

Наконец, остановились возле прозрачного здания вокзала, похожего на гигантскую изогнутую чашу со сверкающими на солнце стенками. Я немного занервничала, разглядев рамки сканнеров на входе, но участниц Большого Отбора пропустили без досмотра. На дальнем пути нас уже дожидался белоснежный скоростной поезд, покачивающийся над монорельсом на антигравитационной подушке.

В разноцветной, возбужденно переговаривающейся толпе, давно уже позабывшей вчерашние тревоги, промелькнули мои недруги. Девицы, с которыми мы повздорили на пятом уровне резиденции, тоже меня заметили. Скривились и отправились в первый вагон. Я же подхватила Маршу под руку, и вскоре мы нашли свободное купе во втором. К нам присоединились Мия и темнокожая девушка, красивая до умопомрачения, которая знакомиться не стала, вместо этого решительно заснула в кресле у окна.

Поезд тронулся, набирая ход. Несмотря на спокойную уверенность новой подруги, умиротворяющий пейзаж и пистолет на бедре, на душе у меня скреблись кошки. Кошек я видела лишь на картинках, но… Мне было не по себе. Пыталась отвлечься разговором с Маршей, затем долго читала экзаменационные вопросы третьего курса Космической Академии, но и это не помогло. Мысли крутились вокруг миссии, ради которой я прилетела с Новой Земли. Проконсул отменил полет на Сайрус, и до него мне уже не добраться. Что теперь делать? Ждать Национального Отбора, надеясь его пройти – этим утром я обнаружила себя уже на сто пятидесятой строчке, – чтобы встретиться с Сатором Солом?

Нет же, в первую сотню мне не попасть! Что тогда?!

Еще и Тимир… После нашего разговора он так и не появился, и от него не было никаких вестей. Неужели снова исчез, оставив меня после шестилетнего отсутствия?! Или же с ним что-то случилось? Но что? Нет, он не погиб в столкновениях с протестующими – кажется, тогда вообще никто серьезно не пострадал…

Где же он?

На месте мне не сиделось, поэтому я прошлась по вагонам, прислушиваясь к разговорам в купе. Говорили о Саторе, Национальном Отборе, модной в Империи одежде и следующем туре на Бадейре. Напрасно я лелеяла мысль, что Тимиру удастся пробраться в поезд… Его нигде не было. К удивлению, я обнаружила, что охраны в вагонах тоже нет. Девушек полным-полно, и больше никого, лишь суетливые дроны-операторы…

Поделилась наблюдениями с Маршей, но она пожала плечами, вновь уткнувшись в визор. Спящая темнокожая девушка отсутствием охраны тоже не заинтересовалась. Вернулась Мия – в соседнем купе ее тоже не особо полюбили. Прислушалась к нашему разговору, поджала пухлые губы. Откинувшись на спинку кресла, вытянула длинные ноги. Взглянула высокомерно и заявила, что это всего лишь шоу.

– Эти взрывы, шум-гам, протесты – все это ерунда! Все подстроено, наиграно от начала до конца. Шоу, говорю я вам! Таким образом они нас проверяют. Ждут, когда кто-то струсит и сбежит, расчистив дорогу достойным.

– Они? – переспросила у нее.

– Организаторы, – пояснила Мия.

Я вспомнила трясущийся подбородок журналистки и то, как рьяно неслись охранники по коридору, заслышав взрывы. Покачала головой, но к голосу Мии уже присоединились другие.

– Шоу, это все шоу… – понеслось по вагону. – Большой Отбор… Проверяют… Все подстроено…

Вздохнув, я уставилась на однообразный пейзаж за окном.

– Значит, они сбежали, – произнесла Марша, отложив визор.

– Думаешь? – растерянно переспросила у нее. – Загрузили нас в поезд и отправили куда глаза глядят со скоростью тысячу километров в час?

– Да нет же! – с досадой протянула Марша. – Я о твоих предках, улетевших с Земли.

Война с Китаем была настолько близка, что, казалось, от нее отделял лишь короткий, испуганный вздох. Ядерные державы так долго портили друг другу нервы, что стало ясно: у одной из них они скоро не выдержат. Оставалось лишь дождаться, кто сорвется первым. Аналитики давали печальные прогнозы – в войне уцелеет не больше десяти процентов населения. Именно тогда ученые из России, Америки и Европейского Союза объединились, чтобы создать космическую станцию «Пилигрим». Отобрали лучших из лучших, идеальный генофонд. Собрали знания о Земной цивилизации и отправили корабль в тысячелетнее путешествие на далекую экзопланету в слепой надежде, что у человечества будет шанс выжить.

Еще один шанс, но уже на Новой Земле.

– Вообще-то, мы считаем, что улетевшие на «Пилигриме» совершили подвиг, – улыбнулась я.

– Война все же была, – сообщила Марша, – но не такая разрушительная, как подсчитали эксперты. И это была последняя война на Земле. С тех пор мы полностью восстановили планету. Когда нас обнаружила Империя Сол, смогли почти сразу же вступить в Третий Круг. Наша экономика, уровень развития соответствовали стандартам Империи…

– И вы не протестовали? Не было…

– Нет! – отрезала Марша. – Земля больше не собирается ни с кем воевать. К тому же нам подошло то, что предложила Империя. Это была отличная сделка, о которой мы ни разу не пожалели.

Тут Марша скосила глаза, и… Оказалось, над нашими головами завис дрон из «Третьего Имперского». Согласно взмахнул белыми крыльями, затем в недрах механического тела заиграл гимн Империи Сол, которым нас каждое утро потчевали на Новой Земле, если мы не успевали выключить визоры. Я сдавленно усмехнулась, но тут…

Тут поезд дернулся, и сердце пропустило удар. Дрон замолк на пожелании долгих циклов жизни Императору. Затем, обездвиженный, свалился мне на колени.

– Что это еще за гадость?! – завопила Мия, вытряхивая из пышной прически еще одного.

Сбросила на темное пластиковое покрытие. Наступила, оборвав жизненный путь дрона из «Второго Визио-канала Сайруса». Собиралась продолжить возмущаться, но внезапно замерла, задумалась. Наконец, рот искривился в торжествующей улыбке.

– Это новое испытание! – возвестила она.

Испытание?.. Мы с Маршей переглянулись.

Поезд явно замедлял ход.

– Кажется, двигатели не работают, – произнесла подруга растерянно. – Дроны потеряли управление…

И тут же полезла к окну, принявшись всматриваться в головокружительно-голубое небо.

– Я знаю, почему не работают двигатели, – глубокомысленно заявила Мия. – Потому что их отключили!

– Кто бы мог подумать! – саркастически пробормотала Марша.

– Это означает, что к нам прилетит… Сатор Сол! – торжествующе продолжила Мия. – Не смог дождаться результатов Национального Отбора и решил нас увидеть… Неожиданная встреча в пустыне – это так романтично!

– По дронам ударили скорее всего ультразвуком, – неожиданно произнесла высоким, с хрипотцой голосом темнокожая девица. Наша соседка проснулась и уставилась на меня ярко-синими глазищами. – Обезвредили, лишив организаторов глаз и ушей. Затем взломали защиту и отключили подачу энергии в двигатели. Сейчас врубят тормоза.

Словно решив подтвердить ее слова, поезд дернулся. Марша, прилипшая к окну, упала бы, если бы я ее не подхватила.

– Корабли, – хмуро произнесла она, поблагодарив меня за помощь, – заходят на посадку. Пока не могу разобрать…

Поезд сбавлял скорость, но уже без рывков.

– Двухдвигательные. С-14 или С-15. Скоростные, – пояснила Марша, кивнув на вытянутую, хищную морду того, что просвистел в опасной близости от нашего вагона.

Наконец, поезд остановился. Замер посреди саванны. Затем, вздохнув, отключились антигравитационные подушки. Я уставилась на стаю длинноногих животных с огромными ушами, похожими на локаторы, что неслись прочь, напуганные ревом заходящих на посадку кораблей и вихрями поднятой пыли. Девушки, подстрекаемые Мией, прильнули к окнам, принявшись высматривать Сатора Сола.

На долю секунды мне тоже захотелось подойти к окну на той стороне вагона, где приземлились корабли, но дурацкое предчувствие, от которого засосало под ложечкой, умоляло меня держаться подальше. Как можно дальше от происходящего! Я словно чувствовала запах приближающейся опасности. Она пахла раскаленной почвой саванны и… кровью.

Не выдержав, все же привстала на сидении, пытаясь разглядеть из-за спин претенденток, что там происходит.

Распахнулись люки, высыпали люди в черном. В черных рясах! На головах – даже не шлемы, а какие-то странные темные колпаки с прорезями для глаз. Зато в руках – вполне нормальное оружие. Кажется, короткоствольные лазерные автоматы класса «Б2». Я неплохо изучила науку атора Барра, только вот отсюда так сразу и не разглядеть…

– Что там? – неожиданно поинтересовалась у меня темнокожая.

Быстро пересказала ей увиденное. Марша заерзала на кресле, вздохнула, посмотрела на меня растерянно. Впрочем, тех, кто не разделял Мииных убеждений в том, что к нам прибыл с романтическим визитом Наследник Империи, оказалось довольно мало. Остальные же, возбужденно переговариваясь, ждали встречи с дорогим гостем.

– Трое… Нет, четверо вошли в первый вагон, – продолжала я докладывать, – и еще четверо идут к нашему.

То, что люди в черном сперва отправились к конкуренткам из другого вагона, вызвало вопль зависти у обитательниц нашего. Несколько претенденток даже ринулись к пластиковой перемычке, разделяющей поезд. Тем временем девушки из первого вагона высыпали наружу, и оставшаяся снаружи троица, судя по всему, приказала им построиться.

Со свистом и причмокиванием распахнулись двери в голове и хвосте нашего вагона. Появились черные, двое с каждой стороны. Я не ошиблась – у каждого в руках оказались те самые автоматы. Если на планетах Третьего Круга было запрещено ношение оружия, то эти парни о запрете ничего не слышали. Безразличным голосом приказали всем покинуть поезд. Перепуганные девушки в первом купе поинтересовалась у одного из черных, что происходит, но он не ответил. Вместо этого качнул оружием.

Одна из девушек покорно поплелась к выходу. Вторая – темненькая, хрупкая – испуганно вжалась в кресло, но мужчина рывком поднял ее на ноги.

– Пошевеливайся!

– Сатор Сол решил с нами поиграть в похищение, – заявила Мия, подмигнув мне накрашенным глазом, после чего походкой Императрицы проследовала к выходу.

– С дурами не играют, – произнесла ей вслед темнокожая, – их ведут на убой. Это Женихи Темного Бога, – сказала уже нам.

– Кто? – растерялась я.

Мы с Маршей недоуменно переглянулись. Наша попутчица пожала плечами.

– Женихи… – повторила одна из проходивших девиц, заслышав ее слова. – Жених приехал!

– Эй! – я не знала, как обратиться к темнокожей, чье лицо вновь словно окаменело, приняв безразличное выражение. – Какие еще женихи?!

– Зейна, – вспомнила Марша. – Ты ведь Зейна? Я видела твое шоу. Женщина-змея, покорившая огонь… Ты с планеты Тарвис, и вы всего лишь в шаге от Второго Круга.

Зейна перевела взгляд на Маршу. На долю секунды мне показалось, что в ее облике и впрямь промелькнуло что-то змеиное.

– Это было великолепное шоу, – быстро заверила ее подруга, и мы с ней дружно закивали головами.

– Самое лучшее на Отборе! – добавила я меда в голос.

Ну и пусть не видела ее презентацию!

– Они будут убивать, – внезапно произнесла Зейна. – Радикальные муда…и, помешанные на чистоте крови и поклонении своему кровавому Темному Богу. Убивают девственниц, чтобы пользовать их после смерти в своем извращенном раю. На моей планете этот культ давно запрещен, но… – не договорила. – Они, словно сорняки, пустили корни по всему Низшему Кругу.

И я отстраненно подумала… Девственниц здесь целый поезд. Зачем им так много?!

– Уверена? – спросила у Зейны. – Но… Как они узнали, что поезд не будут охранять?

Не ответила. Марша замерла с раскрытым ртом, я же прикоснулась через ткань платья к пистолету, глядя, как по проходу к нам приближались двое черных.

Тут мне жутко, жутко захотелось, чтобы из распахнутого люка одного из кораблей появился этот самый… дурацкий Сатор Сол! Или же кто-то из черных сбросил колпак, а под ним оказался улыбающийся организатор в темной форме с логотипом Большого Отбора. И пусть это будет всего лишь шоу…

Большой Отбор, очередное испытание. Романтическое свидание в пустыне.

Зейна сдернула с шеи шипастое ожерелье и принялась наматывать на ладонь. Сжала, показав мне кулак, ощетинившийся острыми шипами.

Этот жест говорил яснее любых слов.

Жестокий отбор

Подняться наверх