Читать книгу Имперская Академия Магии - Оксана Недельская - Страница 3

Глава 2

Оглавление

«Гарри Поттер» исчез в чаще, и спустя пару минут я рискнула задать вопрос, рассматривая со всех сторон браслет, который вцепился в руку, как живой:

– Что это?

Выглядело нежданно-негаданно обретённое украшение гладким и ровным, будто мне посчастливилось родиться с ним – тёмная бронза, никаких паек или хотя бы шероховатостей. И снять невозможно.

– А я ж почём знаю, – вскинулся парень, – наверно, господин маг наказал за неподобающее обращение! Как ты так опростоволосилась?

– Я случайно! Просто немного растерялась.

Господи, что такого сказала-то?

– Вот возвернётся господин маг, прощения попросишь, авось простит. У тебя странное имя – Веста. Не слышал такого. И фамилия какая! Фе-си… Нет, не выговорю.

– Фелицина, – я расплылась в улыбке на простодушное признание парня.

– А я – Толль.

– Приятно познакомиться, Толль, – ещё шире улыбнулась я.

– Ты прям как высокородная разговариваешь, – восхитился блондин, – настоящая, что ль? Не похо-ожа… Откуда пришла-то?

В ответ я всё продолжала улыбаться (даже губы заболели), а сама мысленно молила всех местных богов, чтобы подкинули какую-нибудь идею, потому как интуиция продолжала вопить – правду говорить нельзя.

– Ну? – поторопил Толль.

В узких небесно-голубых глазах читался неподдельный интерес.

– Мы с мамой и папой жили в Мглистом лесу, – решившись на импровизацию, принялась врать я, – много лет назад с ними произошла какая-то неприятность, подробности они мне так и не рассказали, в общем, им пришлось уйти в лес. А недавно мама и папа погибли. Я жила одна, а сегодня всё же решилась попробовать выйти к людям. А тут ещё эта нечисть! Не представляю, как мне удалось вырваться.

Непритворные слёзы потекли ручьём, потому что подумала я о своих настоящих родителях – что они будут делать, когда узнают, что их единственная дочь пропала?

– А чего ж ты господину магу про это не сказала? – удивился Толль, – он бы помог. И поможет! Маги завсегда помогают убогим.

– Родители почему-то просили никому не говорить, – заревела ещё сильнее, уже не сдерживаясь.

– А сколько тебе кругов5? – Блондин смотрел с явным сочувствием.

Возраст, что ли, спрашивает?

– Двадцать один.

– Ага, я понял! К посланнику Башни Силы решилась пойти? Завтра как раз будут смотреть тех, кто дорос! Сама-то Башня от нас дале-ече, так к нам каждый год приезжает.

Понятия не имею, что бы это значило, но головой кивнула.

– Я-то уж было подумал, что демон из Нижнего мира вылез! Кажется, и господин маг так решил, – шёпотом добавил Толль, вытаскивая из мешка пару огромных красных яблок.

Одно протянул мне, а вторым тут же аппетитно захрустел. Я с благодарностью приняла вкусно пахнущий фрукт, но откусить почему-то не смогла, хоть и успела проголодаться, пока занималась рефлексией.

Мы, не сговариваясь, уселись на мягкую травку.

– Несколько кругов назад, недалече от этого самого места открылась дверь из Нижнего мира.

Голубоглазый понизил голос, будто рассказывая сказку, но торжественности, которую он пытался изобразить, мешало активно поедаемое яблоко и забавный говорок.

– Дверь-то не то что дверь, а такое, почти круглое, ну-у, как дуга у лошади, вот! Ка-а-ак полыхнёт! Оттуда вышла девушка. Ох и красивая-я-я.

И вдруг замолчал нахмурившись. Пару минут я терпеливо ждала продолжения, но блондин будто завис – сидит, явно механически крутит остатки яблока, губы шевелятся, а пустые глаза смотрят в одну точку.

– Так что с девушкой? Где она теперь? – рискнула поинтересоваться, и Толль, встрепенувшись, повернулся ко мне.

– Да то не девушка была, а демон из Нижнего мира, вона как!

Парень начал вращать руками и закатывать глаза, весь его вид семафорил о серьёзности озвученной информации, и я изобразила удивление, чтобы не разочаровывать человека. Тем более, что на самом деле прониклась – возможно, речь идёт о другой попаданке! Вот только, почему девушка оказалась демоном какого-то непонятного Нижнего мира?

– А тебе мать с отцом не рассказывали? – отвечая на мой вопрос, Толль чуть не захлебнулся от удивления.

– Нижний мир, ну-у, эта-а…

Пытаясь найти подходящее объяснение, парень запыхтел, как переваренная каша в кастрюле. Похоже, сам не очень-то знает, о чём речь.

– Это как преисподняя, вот, – наконец, разродился голубоглазый, – Там жуть така-а-ая-я… И каждый ведает, что оттуда к нам лезут демоны. Прикидываются людьми, и лезут! В наших краях это впервой приключились. К нам в том разе дознаватель из столичного Управления Магии приезжал. Цельный магистр! Ну или не магистр… Но чародей точно! Серебряный камень – боевой маг! А мы тута больше окудника и не видали никогда. Только ещё чаровник, посланник Башни Силы, раз в круг приезжает магов выявлять. И сейчас вот…

Толль нервно оглянулся в сторону леса и громко шмыгнув носом, закончил:

– … чародей-некромант пожаловали.

Значит, красная серьга – это некромант. Мамочки…

– А как его зовут? – зачем-то поинтересовалась я и прикусила язык, потому что блондин с ужасом распахнул глаза, того и гляди, из орбит выпадут.

Снова что-то не то брякнула.

– Чтобы господин маг сказал простолюдину своё светлое имя? Ты в своём ли уме?

– Мама говорила, что если помочь чародею, он может назвать имя, а ты помогаешь этому господину магу, я подумала, вдруг он тебе открылся, – выдумала на ходу и попала в десятку, потому что Толль расслабился и даже слабо улыбнулся.

Пожалуй, ещё немного, и я стану заправской лгунишкой. Получу почётное звание «Врушка года».

Вернее, круга.

– Чем я могу помочь некроманту? До лесу сопроводить надобно, а я под руку попался. Господину магу всё одно, кто доведёт. А ежели бы он мне имя своё сказал, так тебе бы я точно не проговорился. И вообще никому. Держи карман шире. Эх…

Парень грустно махнул рукой. Так и не решив, кого в моей ситуации хуже встретить – боевого мага или некроманта, – я спросила:

– Ты, наверно, тоже хотел бы стать магом?

– Конечно, кто ж не хочет! – оживился парень, – это тебе не то, что косарём, на поле цельный день руками махать. Маг – это большой почёт и большой прибыток, вона как! – мечтательно протянул он, – Завтра вместе пойдём к посланнику Башни, потому как мне только-только исполнился двадцать один круг. Видала, как свезло? А кому-то круг ждать приходится, когда после Дня Посвящения выпадает из матери выйти. Эх, ежели вдруг Башня даст мне магию, я помру, но стану настоящим магом! Чтобы монеты домой присылать. А то матери-то как тяжко без меня будет.

Парень опять смачно шмыгнул носом и утёр его балахонистым рукавом рубахи.

Надо же, и ему двадцать один, и мне. Странно всё это… Но мечты парня подхватила:

– Я тоже надеюсь, что мне повезёт. А куда боевой маг подевал ту девушку? И с чего взяли, что она демон?

Толль вдруг вскинулся и заговорил раздражённо, совсем не в своей манере:

– Я не знаю ничего. Ничего не знаю! Демон – он демон и есть!

И так же внезапно успокоился, будто сдулся:

– Её сожгли на Главной площади.

Мне стало дурно. По-настоящему замутило и закружилась голова, словно выпила бутылку шампанского в одиночку. Это значит, такая судьба меня здесь ожидает? Тоже ведь появилась неизвестно откуда. Может, и портал какой-нибудь был, просто я не заметила.

А парень, не уловив перемены в моём настроении, которое резко переключилось с отметки «плохое, но терпеть можно» на «совершенно отвратительное» вдруг лихо подмигнул, ни дать ни взять заправский заговорщик, – и предложил:

– А пойдём к нам на постой до завтра? У нас есть свободная комната для проживателей6 – в прошлом круге старший брат уехал в Тормид на заработки. Мама дозволит, она добрая. Двор выметешь, свиньям бурьян порежешь, может, ещё какую работу сделаешь. Да много не попросит. Денег-то у тебя, поди, нет?

Но я не успела ни порадоваться столь щедрому предложению, ни тем более ответить – нашу милую беседу прервал рвущий душу протяжный вопль. Мне подумалось, что так может оплакивать свою судьбу смертельно раненое существо.

Мы с Толлем вскочили на ноги, собираясь бежать, куда глаза глядят, но вместо этого дружно замерли. А затем раздался оглушительный хлопок. В тот же миг от леса отделилась белёсая масса и стремительно поплыла в нашу сторону.

Блондин как-то странно вытянулся, а я потеряла дар речи вместе с даром кричать, хотя и очень хотелось. Зато, когда неоформленное «нечто» на ходу превратилось сначала непонятно во что, а потом в давешнего мага, мгновенно успокоилась, чего нельзя сказать о Толле – он затрясся всем телом, словно осиновый лист на ветру, а затем рухнул, как подкошенный.

– Зачем вы убили его? – прошептала я в ужасе, едва сп’ало оцепенение.

Тот, кто только что был лопоухим Толлем, теперь выглядел как хорошо просушенная мумия. Маг невозмутимо взирал на это безобразие, а лошадь, неизвестно как появившаяся рядышком, меланхолично щипала траву и отгоняла хвостом назойливых насекомых: к вечеру мелкие кусачие злыдни появились в прохладном воздухе, чтобы тут же напасть на всё съедобное. В том числе на меня.

– Он умер почти три круга назад, – огорошил некромант, – стал второй жертвой вахуба, о котором только что рассказал тебе. Я поднял его, потому что понадобился проводник из местных. Побеспокойся лучше о себе, Фе-ли-ци-на.

В придуманную мной фамилию он вложил такую порцию неприкрытого скептицизма, что я вздрогнула.

– Вахуба?

– Демон Нижнего мира. Иное название – «выпивающий жизнь», – соизволил пояснить маг.

Его взгляд, и без того почти ощутимо холодный, заледенел ещё больше и стал тяжёлым, как надгробная плита.

– Неплохо сопротивляешься, – тихо продолжил мужчина, – Я хочу понять, почему не вижу твои мысли. Кто тебя инициировал?

– Инициировал? – прошептала я в полнейшем изумлении.

Меня начисто выбила из колеи информация о том, что Толль, казавшийся живее всех живых, на самом деле давно является полуразложившимся трупом, а с кладбища его поднял чокнутый некромант. Не зря, ой не зря я не смогла съесть то красивое яблочко.

– Отвечай на вопросы и не вздумай врать – на костёр ты уже наговорила, – очевидно, местный Гарри Поттер был недоволен, – Посланник Башни тебя не инициировал, а без инициации пользоваться магией невозможно. Итак?

– Меня никто не инициировал, – ответила чистую правду.

Некромант чуть приподнял широкие чёрные брови, выразив таким способом то ли удивление, то ли недоверие, то ли и то и другое сразу.

– Это ложь, но ты в неё веришь, – задумчиво проговорил он, – и браслет молчит. Кто ты такая?

В глазах брюнета я прочла смертельную угрозу, и называть его «Гарри Поттером» моментально расхотелось. Это, скорее, Волдеморт.

– Вы меня убьёте?

Вопрос вырвался не к месту, но надо скорее прояснять ситуацию.

– Кто ты такая? – ровным тоном переспросил маг, – Учти, ещё одна ложь, и наша беседа будет закончена самым неприятным для тебя способом.

Пришлось рассказать. Он внимал с олимпийским спокойствием, будто по сто раз на дню выслушивал барышень, попавших в их мир невесть откуда. Хотя, кто его знает? Может, так и есть.

– Эрмэт дармаз улисс, иномирянка… Мог бы догадаться, – глухо пробормотал мужчина, а в хмуром взгляде, наконец, мелькнули человеческие эмоции.

«Улисс» – знакомое слово, при этом явно не имеющее никакого отношения к знаменитому роману Джеймса Джойса. Подумать об «эрмэт дармаз» я не успела, потому что следующая фраза прозвучала как гром среди ясного неба:

– Иномиряне подлежат срочной отправке в Головное узилище7 Империи, – как по заученному отчеканил маг, но его губы искривила полуулыбка.

И, видимо, заметив, как меня затрясло, тут же добавил:

– Спокойно, Фелицина. Я не сделаю этого. И надёжно скрою иномирное происхождение, ничего не бойся.

– Но почему? – прошептала я, чувствуя, как всё же начинают проступать предательские слёзы.

Некромант поморщился.

– Мы ещё поговорим об этом. По поводу остального… – он замолчал, пристально вглядываясь в моё лицо.

Странно, но только теперь я разглядела цвет глаз мужчины – зимнее свинцовое небо в пасмурный день. А широкий чёрный ободок на радужке создавал впечатление, что я смотрю в бездонные колодцы с ледяной водой. Жуть, одним словом.

– Полагаю, ты будешь молчать. В твоих интересах забыть о нашей встрече. Любые обвинения в сторону магов проверяются на Кристалле истины Милосердной матери, так что неизбежно всплывут сведения о твоём происхождении. И неважно, какой приговор Магистратум8 вынесет мне, твой приговор будет хуже, чем сожжение на костре.

На последней фразе слишком живое воображение подкинуло такую неприятную картинку, что меня бросило в жар и замутило от несуществующего запаха палёного мяса. Но накатившая следом дикая усталость перевела страх в состояние отстранённого пофигизма. Видимо, в организме сработал внутренний предохранитель. Давно пора.

– И что теперь?

Здоровый пофигизм вообще способен творить чудеса, и думаю, им пора начаться. Чудесам, в смысле. Я закрыла глаза и попыталась представить, что всё происходящее не больше, чем дурной сон – слишком много всего навалилось на одну меня за такой короткий промежуток времени. Но не тут-то было.

– Веста, ты можешь прожить обычную спокойную жизнь, – вдруг заговорил маг совсем не похожим на прежний, завораживающим до дрожи в коленях голосом.

Я распахнула глаза и вскрикнула от накатившего ужаса. В ледяных, но всё же вполне человеческих глазах некроманта теперь клубилось НЕЧТО.

Кто смотрел на меня из бездонной глубины? Жизнь? Смерть? Вечность?

А человек, через которого НЕЧТО обратилось ко мне, продолжал ронять в пространство слова, будто нанизывал на волшебную нить тяжёлые бусины:

– Семья… Дети… Внуки… Покой снаружи, но не внутри… Внутри – буря, неудовлетворённость, тоска… Опустошение… Пустота… ПУСТОТА. Или неизвестность… Смерть… Трудности… Любовь… Предательство… Жизнь… Выбор… ВЫБОР.

Я каким-то шестым чувством ощутила, как НЕЧТО замерло.


Кажется, оно рассматривало меня.


Кажется, с интересом.


Миг – и нет его. Исчезло, растворилось.

Как-то иначе я представляла себе Пифию… Правда, и нахожусь совсем не в храме Аполлона. Посмотрела на некроманта, но он выглядел так, будто произошедшее, что называется, «в рамках игрового процесса». Даже соблаговолил почти улыбнуться.

– Останешься жить здесь или готова отправиться в Имперскую Академию Магии?

Остаться здесь – это муж, дети и внуки, но пустота в конце? Нет, спасибо. Моя активная натура с ума сойдёт от однообразия сельской жизни. Если уж попала в магический мир, так хоть повидать что-то интересное.

– Я бы предпочла Академию, но что, если ваша Башня не даст мне силу?

– Башня никому не даёт силу, – улыбка пропала, а от ледяного тона некроманта, кажется, температура воздуха понизилась на несколько градусов, – Положись на меня.

Может, он не некромант, а стихийник? Ветряной. Или снежный. Какие стихии бывают в магических мирах? Я в этом не очень сильна.

– Так ведь Толль сказал… – начала я и запнулась, вспомнив, кем оказался бедный парень.

– Простые люди знают то, что положено. Ни больше, ни меньше, – маг едва заметно усмехнулся, причём явно не сказанному, а собственным мыслям.

Сначала удивительное предсказание Нечто, а теперь и откровение мага запутали меня окончательно: я уже не понимала вообще ничего. То есть абсолютно.

– Как же так?

– Хочешь сказать – там, откуда ты пришла, всё иначе?

Странно, но до этого момента я ни разу не подумала, что можно попробовать вернуться домой, а тут вдруг аж подбросило. Пусть у нас жизнь не такая безоблачная, как иногда мечтается, но всё же я сто раз предпочту хорошо знакомую реальность этой, явно рухнувшей с дуба.

– Может быть, вы просто поможете мне вернуться домой? – спросила с надеждой.

Глупо, конечно, задавать вопрос, будучи почти стопроцентно уверенной в ответе, но вдруг? Вдруг…

– Нет, – отрезал маг, подтвердив худшие опасения, – Для своего мира ты мертва. Только смерть может пронести сквозь Грань в этот, забытый всеми богами, мир.

В его голосе и взгляде мне почудилась такая чудовищная тоска, что будь я собакой или волком, завыла бы от накатившей вдруг вселенской безнадёги.

– Смирись, Фелицина. Обратного пути нет.

5

Круг – местный год, 403 дня.

6

Проживатель – постоялец, квартирант

7

Узилище: темница, тюрьма.

8

Магистратум – магический суд

Имперская Академия Магии

Подняться наверх