Об интегральном измерении украинского кризиса. Иллюзия виртуальности и реальность иллюзий

Реклама. ООО «ЛитРес», ИНН: 7719571260.
Оглавление
Ольга Байша. Об интегральном измерении украинского кризиса. Иллюзия виртуальности и реальность иллюзий
Введение
Шизофрения сетевого пространства
Открытие, закрытие и фиксация дискурса
Структура книги
Глава 1. Во имя неолиберальной утопии
Неолиберализм, демократия и национальный суверенитет
Неолиберализм и украинская независимость
Явление Зеленского: изощренность симулякра
Глава 2. Сумеречная зона без правды и лжи
Партийная машина глобализма
Интегральная реальность
Зеленский – Голобородько – Зеленский
Эктоплазма экрана
Главаз. Сопротивление бессмысленно
«Не випускай землі з рук»
Похоронить коммунизм
Морализация политического
Глава 4. Нашествие варваров
Война за цивилизацию
Война за демократию
Объединение мира вокруг «правды»
Финальная битва добра и зла
Глава 5. Глобальная фиксация дискурса
Отмененные смыслы Майдана
Отмененные смыслы СВО
Смысловые узлы оппозиционного дискурса
Глава 6. Интегральная шизофрения
Антимышление
Двойное послание
Падение воображения
Заключение
Библиография и источники
Отрывок из книги
Постмодерн – понятие сложное. Разные мыслители, пытавшиеся осмыслить эпоху постмодерна, акцентировали внимание на разных ее аспектах [Павлов, 2023]. В этой книге данное явление рассматривается сквозь призму теорий, фокусирующих внимание на социально-философском воображении постмодерна, которое начало формироваться в Европе во второй половине XX в. как проявление кризиса сознания, связанного с переосмыслением Второй мировой войны, Холокоста, войн деколонизации, войны во Вьетнаме и прочих проявлений кризиса западной модели современности. В глазах многих европейских интеллектуалов перечисленные трагические события ознаменовали собой несостоятельность веры в то, что эта модель несет человечеству процветание и прогресс. Напротив, все эти рукотворные кошмары символизировали крах надежд на всемирное торжество гуманизма, воспетого Просвещением.
«Огромное чувство вины, разделяемое как интеллектуалами, так и политиками» [Baudrillard, 1994], привело к «широкому неприятию веры в прогресс, научные знания и человеческую способность изменить общество к лучшему, улучшить человеческую историю» – так суть происходящего сформулировал британский социолог Франк Вебстер [Webster, 1995, р. 164]. Как следствие этих трансформаций, по наблюдению французского исследователя Заки Лаиди, политика перестала находить свою легитимность в видении будущего, а свелась «к управлению обыкновенного настоящего» [Laidi, 1998, р. 7]. Широкое распространение получило иронично-скептическое отношение к наиболее взлелеянным ценностям эпохи Просвещения, которые и определяли идеологию западного модерна.
.....
Обсуждая возникновение «глобального общества риска», Ульрих Бек – еще один немецкий философ – также указывал на «чувство кризиса», проявляющееся в страхе утраты безопасности и неспособности знать, контролировать и устанавливать простые причинно-следственные связи. В глобальном обществе риска, по теории Бека, люди теряют «контроль над реальностью» [Beck, 2007, р. 292] и ищут «утраченную безопасность» [Beck, 2010, р. 79]. Это изнуряющее для человека состояние, по мнению Бека, происходит потому, что «формируется сумеречная зона между уходом национальной эпохи и наступлением космополитической эпохи» [Beck, 2007, р. 2] – трансформация, при которой человечество оказывается в совершенно новой системе координат, постоянно мутирующей и не дающей ощутить твердую почву под ногами.
Эта сумеречная зона проявляется в одновременности неодновременного, гибридизации «уже нет» и «еще нет», а также замене линейной логики «или/или» на нелинейные сценарии «и/и». Она объединяет «то, что раньше казалось взаимоисключающим – общество и природу, социальные науки и материальные науки, дискурсивное конструирование рисков и физические угрозы» [Beck, 2010, р. 27]. Смешиваются существующее и несуществующее, настоящее и отсутствующее, близкое и далекое. Устраняются барьеры между добром и злом, нормальным и девиантным. Растворяются различия между возможностью и реальностью, субъективизмом и объективизмом, равновесием и разрушением. В ходе этой трансформации старые концепции с устойчивыми значениями превращаются в «категории-зомби», чья кажущаяся стабильность – не что иное, как иллюзия, остаток модернистского воображения.
.....