Читать книгу Расплата за любовь - Ольга Брюс - Страница 2

Не глядя на мужа, Люба повернулась к свёкру:

– Виктор Андреевич, вы можете дождаться мальчиков? Мне уже полчаса как нужно открыть магазин, и так сильно опаздываю, больше задерживаться не могу. А учительница обещала долго детей не задерживать. Она сказала, что покажет им класс, проведёт первый коротенький урок и сразу же отпустит. Только нужно, чтобы родители дождались и разобрали своих ребят.

– Люба, – нахмурился Артём. – Вообще-то я тоже здесь. Если хочешь, могу подбросить тебя до магазина и вернуться за близнецами. В чём проблема-то?

– Проблема в том, что у тебя внезапно могут появиться очень важные дела, – резко повернулась к мужу Люба. – Те дела, которые важнее твоей семьи. Я не хочу отвлекать тебя от них. Так что мне проще обратиться за помощью к Виктору Андреевичу. Он ещё ни разу не подвёл нас, и я уверена, что никогда не подведёт.

Она кивнула свёкру, повернулась и пошла прочь, только махнув рукой, когда муж окликнул её:

– Люба! А что мне делать с этими цветами?

– Отнеси учительнице, – спокойно посоветовал ему отец. – Ты же знаешь, где находится её кабинет.

Краска бросилась в лицо Артёма, а перед глазами снова возник обворожительный образ красавицы Инги в нижнем белье.

– Пап, давай ты сам, – сунул Артём оба букета в руки отцу. – Мне и в самом деле некогда.

Он тоже повернулся, чтобы уйти, но Виктор задержал его:

– Постой! Сынок, ты прекрасно знаешь, что я никогда не лез в твои отношения. Ни тогда, когда ты был мужем Анжелы, ни тем более теперь, когда ты столько лет прожил с Любой. И, может быть, именно поэтому могу сейчас спросить у тебя: что между вами происходит?

– Ничего, – пожал плечами Артём. – А разве что-то не так?

– Хочешь сказать, что ты считаешь вот это нормальным? – Виктор кивком головы показал в ту сторону, куда ушла Люба. – Раньше бы ты ни за что не оставил её в таком состоянии. А сейчас даже не попытался остановить.

– Я не понял, – нахмурился Артём. – Ты что, на её стороне? Вообще-то это я твой сын, если ты забыл.

– Ну почему же, я всё помню, – Виктор был серьёзен как никогда и это очень не понравилось Артёму.

– Тебе не кажется, пап, что ты выбрал не самое удачное время для отцовских нравоучений? Люба – моя жена. Мы вместе уже десять лет и, поверь мне, сможем решить все наши проблемы.

– Значит, они всё-таки есть? – не отступал от своего Виктор.

– Нет у нас никаких проблем, – Артёму не удалось сдержать своё недовольство. И он, заметив это, поспешил увести разговор в сторону: – Мне остаться или ты заберёшь мальчишек?

– Люба попросила меня, – тихо ответил отец, выделив последнее слово. – И я хочу, чтобы она и впредь доверяла мне. Так что можешь ехать по своим делам. Кстати, загляни в Заречный. Кузьмич просил посмотреть, что с его Чернухой. Я обещал, что ты заедешь к нему.

– Хорошо, – кивнул Артём и, не простившись с отцом, направился к машине.

Проводив сына долгим внимательным взглядом, Виктор отправился в класс, где учились его внуки, и лично поздравил учительницу с первым сентября, вручив ей сразу два букета.

***

Люба торопливо шла знакомой дорогой к магазину, где работала, и, то словом, то улыбкой, отвечала на приветствия односельчан. За последние годы Касьяновка, когда-то совсем маленькая деревушка, очень сильно разрослась во все стороны. И жизнь тут тоже стала другой. Старая школа, попавшая под государственную программу, семь лет назад была отремонтирована и теперь выглядела не хуже городских. Тогда же был построен новый детский сад на пять групп, а Люба помнила ещё те времена, когда там работали всего два воспитателя.

Дом культуры тоже обновился, а еще частные предприниматели построили в центре Касьяновки два магазина: продуктовый и хозяйственный. Но кроме них в разных концах Касьяновки работали ещё три ларька, где можно было купить и продукты, и самую необходимую бакалею.

Люба работала продавцом в центральном продуктовом магазине, который касьяновцы очень быстро окрестили "Красным"магазином, из-за цвета его кирпичных стен и коричневой крыши.

Они так и говорили, прекрасно понимая друг друга:

– В Красный такую вкусную селёдку завезли, кума! Беги, пока всё не расхватали!

Или:

– М-м-м, где это ты такое печенье прикупил?

– В Красном! Больше у нас здесь такое нигде не найдёшь!

Люба улыбалась, зная острый на язык народ Касьяновки, и ко всем относилась одинаково хорошо, кроме, пожалуй, матери Артёма и его сестры Вики, которые так и не простили его за то, что он отдалился от семьи. В Красный магазин они обе принципиально не ходили и с Артёмом жили в одной деревне совсем как чужие.

Виктория после развода с мужем вернулась к родителям вместе с дочерью Лизой, теперь уже совсем взрослой девочкой. Работала Вика школьной медсестрой, и ходили слухи, что временами она встречается с Михаилом Паламарчуком, мечтая увести его от жены Дарьи.

Впрочем, Люба таким слухом не верила. Мало ли о чём судачит досужий народ? Как говорила бабушка Анфиса, на каждый роток не накинешь платок.

Шагая по тропинке, Люба бросила грустный взгляд на дом своей бывшей подруги Кати, могилку которой навещала и убирала каждый раз, когда приходила к бабушке. Теперь, на деревенском кладбище, рядом с Катей была похоронена и её мать, Наталья Юрьевна Семёнова. Так и не оправилась несчастная женщина после гибели единственной дочери, так и не простила она Любу, не веря в её невиновность. Последний раз они встретились, когда Любаша уже была беременна близнецами. И Наталья Юрьевна, постаревшая и осунувшаяся, заметив округлившийся живот девушки, плюнула ей вслед и пробормотала какое-то проклятие. Через несколько дней её не стало, а Люба, впечатлительная, как и все беременные женщины, до ужаса боялась, что с её ещё не родившимися малышами может случиться что-то плохое. И потом ещё несколько лет была сама не своя, днём и ночью ожидая какой-то беды. Но годы шли, и тревога за детей постепенно притуплялась. Теперь же она чувствовала просто грусть от того, что судьба обошлась так несправедливо с её любимой, единственной подругой. И Наталью Юрьевну Люба тоже простила, что поделаешь, материнское горе может быть таким разным…

Она ещё раз бросила взгляд на бывший дом Семёновых и прошла мимо. Теперь там жили совсем другие люди, и их абсолютно не интересовало, кому принадлежал этот дом до них.

В касьяновской усадьбе Гусевых тоже поселилась новая семья. А вот на том месте, где когда-то был дом бабушки Анфисы, так и остался заросший вишней и яблонями-дичками пустырь. Время сравняло с землёй недогоревшие развалины, но строить там что-то новое никто не хотел, и невостребованная земля давным-давно отошла сельскому совету.

***

– Любань, ну где ты ходишь? – встретил Любу водитель Толик, неугомонный парень-балагур, развозивший по магазинам хлебобулочные изделия.

– Не сердись, Толенька, – улыбнулась ему Люба. – Мальчишки мои сегодня в первый класс пошли. Как ты думаешь, могла я пропустить их первую линейку или нет?

– Мать моя женщина! – воскликнул тот в ответ. – Это сколько ж тебе лет? Я думал двадцать пять, не больше! А на вид и вовсе как девчонка.

– Не о том ты думаешь, Толя! – рассмеялась Люба. – Жениться тебе надо, милый мой.

-Э-э-э, нет! – покрутил он вихрастой головой. – Я сначала нагуляться хочу, а потом уже сводить счёты с жизнью буду.

– Толик, так ведь семья – это ж совсем неплохо, – улыбнулась Люба. – А ты говоришь об этом как о расстреле.

– Да я тебя умоляю, Любань, – махнул рукой парень. – Что-то я ни одного счастливого мужа не видал. Все они как один на сторону смотрят. Жена хороша один год да другой, а потом приедается. А вокруг девки новые каждый год подрастают. Вот и подумай, каково мужикам в семье живётся!

И вдруг, поймав беспокойный взгляд Любы, громко расхохотался:

– Да ты что, Любань! Я же не про твоего Артёма говорю! Он у тебя кремень! Ладно, расписывайся в накладной и я помчался!

Люба натянуто улыбнулась парню, но, когда он уехал, улыбка сползла с её лица и тяжёлый вздох вырвался из самой глубины её сердца. Она повернулась и бросила взгляд на своё отражение в висевшем на стене овальном зеркале:

– Да нет, – сказала она сама себе, прислушиваясь к собственному голосу. – Чтобы мой Артём… Да никогда в жизни…

***

– Ну, сестрёнка, ты даёшь, – отсмеявшись, вытерла слёзы, выступившие на глазах, Наталья Валерьевна, учительница Олега Негоды. – Значит, Артём вошёл, а ты в одном лифчике? И что же он?

– Обалдел, конечно! – сделала невинное личико Инга. – Ну и я тоже. Зашла, называется, переодеться! Откуда я знала, что здесь у вас такие мужчины водятся.

– Да он не совсем наш, – начала свой рассказ Наталья. – Сын его от первого брака учится в моём классе. Ну и Артём Викторович принимает активное участие в жизни мальчика. По крайней мере на уровне школы. Олег проживает с родной бабушкой по материнской линии. И, насколько мне известно, Светлана Сергеевна не даёт видеться отцу и сыну, категорически пресекая любое их общение. Вот Артём и нашел выход. Он с первого класса Олега является членом родительского комитета, охотно отзывается на наши просьбы и вообще готов ради мальчика на всё. Кстати, Артём Викторович – известный во всём районе зоотехник. Он и его отец курируют все хозяйства района и прекрасно справляются со своими обязанностями.

– Значит и зарабатывают хорошо, – задумчиво произнесла Инга.

– Можно себе представить, – кивнула старшая сестра.

– Ты говоришь его Олег от первого брака? – сдвинула красивые брови Инга. – Значит, есть и второй?

– Есть, – подтвердила Наталья. – Женат он на какой-то там женщине. Я её не видела и не знаю. Но у них есть близнецы, сыновья. Это точно. Кстати, насколько мне известно, сегодня они стали первоклассниками. Так что, Артём Негода хоть и хороший мужик, но занятый давно и безнадёжно. Ты лучше скажи мне, как тебе наша школа? Осмотрела свой кабинет?

– Да, – кивнула Инга, хотя плохо расслышала вопрос сестры. Мысли её были явно не здесь, и Наталья заметила это.

– Инга, ты приехала сюда работать или крутить шашни с женатыми мужиками? Чему вас там учили в педагогическом?

– Чему и вас! – рассмеялась девушка. – Любви все возрасты покорны… и всё тако