Читать книгу О.Л. Книппер – М.П. Чехова. Переписка. Том 1: 1899–1927 - Ольга Книппер-Чехова - Страница 52
1901
20. О.Л. Книппер – М.П. Чеховой
Оглавление24 августа 1901 г. [Москва – Ялта]
Как поживаешь, милая моя Машечка? Как здоровье, главное? И физическое, и нравственное? Каждый день жду от тебя письма. Лучше тебе без меня?
Знаешь, все наши недоразумения за летние месяцы мне хочется стряхнуть, как гадкий кошмар, и не хочется вспоминать об этих нелепостях. Тяжело и грустно[192]. Сделаем так, чтоб этого не было больше. Ведь мы любим же друг друга. Я к тебе искренно привязана и большего не желаю – только бы тебе было хорошо, только бы не было призрачных страданий. Приезжай бодрая, крепкая, и давай жить по-хорошему. Домик я сняла славненький в доме Бойцова на Спиридоновке за 850 р. Очень уж уютненький и расположение отличное, Антон покажет тебе план приблизительный. Комнаты небольшие, но все ровные, и кухня – прелесть, и кругом сады, воздух чистый. На улицу выходят новомодные большие дома. Двор большой, чистый, теперь еще кончают стройку и потому завалено, но к 1-му сент. все вычистят и я начну переезжать. Хочется перевезти вещи до твоего приезда[193], чтоб не было много суеты. В домике есть настроение.
Как здоровье Маши и Марфуши? Напиши. Как новая повариха, приехал ли Арсений? Наладилось ли хозяйство после разгрома? Пиши все.
Все о тебе спрашивают, все тебе кланяются, мама целует крепко. Привози все свои этюды, у нас есть 2 отличные рамы, и можешь подарить моей маме парочку, будут висеть с шиком, и реклама тебе. Слышишь, Маша? И мне подари, не скупись.
Та квартира нелепа и мещаниста, хотя три большие, высокие комнаты, но без ватера – это ужасно, и 4-я комната, кот. лежит отдельно, – низкая и маленькая, тебе бы нельзя там жить. Пиши скорее. Кланяйся, мамаше поцелуй ручку. У нас есть комната для мамаши, если же хочешь – можем сдать какой-ниб. девице. Целую тебя крепко, крепко. Твоя Олька
192
В августе М.П. писала брату Михаилу: «Отношения мои с невесткой пока неважные, что будет дальше, не знаю».
193
М.П. приехала в Москву 3 сентября; А.П. приехал 17 сентября и уехал 26 октября. Незадолго до отъезда, 19 октября, он писал своему знакомому, издателю «Журнала для всех» В.С. Миролюбову: «Жена моя, к которой я привык и привязался, остается в Москве одна, и я уезжаю одиноким. Она плачет, я ей не велю бросать театр. Одним словом, катавасия».