Читать книгу Похмелье после вчерашнего - Ольга Ли - Страница 1

Глава 1

Оглавление

Нетвердой рукой Кира осторожно нашла кнопку ночника. Выключатель щелкнул, и загорелся слабый голубоватый свет. Щурясь, Кира посмотрела на мужа. Олег спал, отвернувшись к окну, голова чуть виднелась из-под одеяла. Осторожно спустив ноги на пол, Кира нащупала тапки, надела их и поднялась с постели. Широкая супружеская кровать едва слышно скрипнула.

Дотянувшись до кресла, Кира взяла халат, вытерла слезы и затянула потуже пояс.

Зачем она так много выпила сегодня вечером? Вопрос вопросов.

Коридор их большой квартиры хорошо освещался от окна – уличный фонарь заливал ярким светом не только кухню, но и часть прихожей. За стеклом шел снег. Кира остановилась в холле перед дверью туалета и на минуту залюбовалась снежинками, летящими под светом фонаря. Ее всегда завораживал падающий под фонарем снег – красиво, спокойно. Кира представила, как хорошо было бы сейчас оказаться на улице и подставить лицо под холодные, легкие снежинки. В детстве она любила ловить их ртом. Снежинки падают на закрытые глаза, на горячий лоб… И тают, тают…

Паркет под ногой скрипнул, и Кира вернулась в настоящее: на душе скребли кошки, а на сердце точно положили тяжелый камень.

Все-таки не нужно было выяснять сегодня отношения с Олегом. Ну вот что она хотела выяснить? Почему он опять так поздно приехал домой? Почему не предупредил, не позвонил, что задержится?

Ах да, он звонил, но она была недоступна.

Так она и поверила! Уж лучше бы сказал правду.

Тяжело вздохнув, Кира тряхнула волосами, открыла дверь в ванную и, включив свет, зажмурилась, ослепленная ярким люминесцентным сиянием лампы. От резкого света Киру немного качнуло в сторону, и в голове сам собой всплыл вопрос: сколько же она сегодня выпила?

Три бокала кампари неразбавленного, но со льдом. Сначала было хорошо, а потом… Потом было очень плохо. И от кампари, и от слез.

Кира вошла в ванную, закрыла дверь. Невольно взгляд скользнул по зеркалу, и она поймала свое отражение. Ужас, до чего она дошла. На кого стала похожа. Щеки бледные, глаза красные, лицо опухшее, а нос синий, точно слива. Какое уродство. Какая пошлость. Зачем она столько ревела?

И как только у Олега язык повернулся сказать: «Все твои проблемы от хорошей жизни».

О да, она живет очень хорошо. Просто всем на зависть!

Тяжело вздохнув, Кира села на бортик ванны, открыла кран с холодной водой, попила с ладони, не обращая внимания на то, что вода заливается за ворот халата, и, приблизив лицо к зеркалу, еще раз взглянула на отражение.

«Надо с этим кончать, – подумала она. – Чем скорее, тем лучше. Прямо завтра. Не устраивать сцен, не выставлять себя дурой. Не пить».

Она опять бросила взгляд на свое отражение и тут же отвела глаза. Вид у нее был, прямо скажем, не секси. Волосы торчали, как у нечесаного дикобраза, морщины проступили точно под увеличительным стеклом.

«Нет, совсем не пить не получится, – напомнила себе Кира. – Завтра день рождения…»

Подставив ладонь под слабую струю, она некоторое время смотрела, как вода стекала между пальцев и с журчанием сливалась в сток. Когда руке стало нестерпимо холодно, Кира несколько раз плеснула себе в лицо и закрыла кран.

Вернувшись в спальню, она сбросила халат и забралась под одеяло. Олег даже не шелохнулся.

Спала она плохо, а утро началось в целом как обычно, если не считать того, что муж, делая вид, что совсем не помнит, как они вчера ругались, преподнес ей подарок ко дню рождения – новый фен и сертификат на процедуры в спа-салоне. Кира прочитала название: «Роза Ветров». С ума сойти, какой оригинальный подарок! – процедуры в спа-салоне, которым владеет его дама сердца. До чего заботливая парочка!

– О, фен! Как мило. – Кира быстро положила коробку на свободный стул, сверху бросила сертификат и, одарив мужа улыбкой, расцеловала в обе щеки.

«Три есть, четвертый не помешает, – произнесла она мысленно. – А спа-процедуры? Мне, пожалуй, давно пора обратиться к специалистам, чтобы они довели мою внешность до совершенства».

– Хорошо, что ты, Олежа, знаешь, к кому меня послать. Спасибо тебе, дорогой, ты такой заботливый и внимательный, – сказала она уже вслух.

Олег не заметил иронии в ее голосе (или сделал вид) и, откусив бутерброд, самодовольно улыбнулся – угодить жене так легко!

– Как ты себя чувствуешь? Выспалась? – поинтересовался он с заботливым видом. – Голова… не болит? Дать тебе аспирин?

«Это как дополнение к твоему подарку?» – хотела спросить Кира, но вслух сказала:

– Нет, дорогой. Аспирин мне не нужен, я уже выпила. И голова не болит, спасибо за заботу.

– Хорошо, – благодушно кивнул Олег. – Значит, вечером…

– Да, вечером в ресторане. В семь, – бодрым тоном закончила Кира за мужа. – Мне не нужно перезванивать и беспокоиться насчет столика?

Она старалась выглядеть беззаботной, но в душе все равно чувствовала себя осликом Иа, который потерял свой хвост и никак не может утешиться.

– Разумеется, перезванивать не нужно, – ответил Олег с некоторой досадой. – Я же лично бронировал его неделю назад.

– Спасибо тебе, мой хороший, ты такой внимательный. – Кира снова улыбнулась мужу и повторила уже больше для себя: – В семь в «Ривьере». Кутнем!

Что ж, она, пожалуй, не против провести вечер в ресторане без большой компании, один на один с мужем. Хотя у нее совсем не было настроения праздновать день рождения. Но настроение…

Открыв холодильник, Кира с задумчивым видом уставилась в его нутро. Что она хотела достать? Не за настроением же она сюда полезла?

Машинально ухватив пакет с молоком, она после недолгого раздумья все же поставила молоко обратно на полку и взяла грейпфрутовый сок.

– Не знаешь, куда это наш профессор с третьего этажа переезжает? – спросила Кира, подойдя чуть ближе к окну. Внизу у подъезда шла погрузка в машину книг соседа-профессора и каких-то больших емкостей, похожих на аквариумы.

– Понятия не имею, – пожал плечами муж.

Его телефон дал сигнал о том, что пришло новое сообщение, и, прочитав его, он тут же увлеченно принялся что-то писать в ответ. А Кира с ревностью подумала: ну вот, человек еще не вышел из дома, а его уже рвут на части. С утра до вечера Олег не отрывался от телефона, беспрестанно с кем-то переписывался. И кто его знает, кому он и по какому делу писал – по работе ли или по иной нужде?

Кира смерила мужа изучающим взглядом, невольно отмечая, что переписка Олегу явно доставляла удовольствие.

Ей ужасно захотелось разрушить его идиллию с телефоном, но она решила не делать этого, а просто сидела и наблюдала за подвижным лицом мужа.

– Раз уж у меня сегодня день рождения и ты такой милый, так любишь меня, может, ты подбросишь меня до работы? – спросила она, когда Олег закончил переписку и положил телефон на стол.

Ответ мужа она знала, но ей все равно хотелось увидеть его реакцию.

– Я? – Олег даже кусок яичницы с вилки уронил. – Но я… мне же совсем в другую сторону.

– Не можешь? – Кира изобразила на лице огорчение. – Жаль. Как же я повезу торты и шампанское? Моя-то машина, наверное, еще до конца недели, если не дольше, будет в сервисе. – Она тяжело вздохнула. – Ты не интересовался, почему ее так долго ремонтируют?

– Скажи спасибо, что она вообще жива после твоих номеров, – с досадой ответил Олег. – Я звонил. Говорят…

Кира скорбно улыбнулась и, не дав мужу закончить фразу, произнесла:

– Да ладно, неважно. Может, ты тогда вызовешь мне такси? В честь праздника. Таксист точно никаких номеров не отмочит. Довезет нас с шампанским, не расплескав. В целости и сохранности.

Олег снова взял со стола телефон.

– Зачем тебе тащить все это из дома? Ты что, не можешь секретаршу послать за шампанским? – пожал он плечами.

– Секретарша отвечает за крепкие напитки. А пара бутылок приличного шампанского не такая уж и тяжесть, – сказала Кира.

Но Олег ее уже не слушал: он снова что-то писал в телефоне.

Кира подумала, что он заказывает ей такси, но, закончив писать сообщение, Олег произнес:

– Нет смысла вызывать тебе такси сейчас. Ты же еще даже не умылась. А такси, если я вызову, будет у подъезда через пять минут. Давай ты вызовешь сама, когда будешь выходить из дома. А я сейчас быстро выпью чай и побегу, хорошо, лапочка?

Кира пожала плечами и ответила:

– Конечно.

Отчего-то ей опять пришел на ум образ ослика Иа, хотя она тут же подумала: «Но ведь хвост-то все-таки нашелся. Значит, есть надежда, что и у меня все еще будет хорошо».

Она поставила перед мужем чашку с чаем и стала нарезать лимон.

– Тебе положить?

Олег уставился на лимон с мрачной задумчивостью, словно не понял, что перед ним.

– Нет, благодарю. – Он опять уткнулся в телефон, а закончив переписку, залпом выпил чай и поднялся из-за стола. – Ну все, я пошел. Извини, что не смогу помочь тебе сгрузить в такси торты и шампанское. – Он чмокнул Киру в щеку. – Будь умницей. Не делай глупостей. И не хандри. Сегодня у тебя будет много подарков, моя девочка.

– Угу… – кивнула Кира и тоже поднялась, чтобы проводить Олега.

В свои сорок девять Олег выглядел просто отлично. Худощавый, подтянутый. Ежеутренние пробежки делали свое дело (в хорошую погоду он выходил в ближайший парк, а зимой или когда было пасмурно бегал на домашней беговой дорожке в лоджии своего рабочего кабинета). В его двадцать восемь, когда Кира с ним только познакомилась, Олег был далеко не таким ухоженным и холеным. Весил килограммов на десять больше, стригся отвратительно. Сейчас же от него нельзя было отвести глаз. Он превратился в очень интересного, уверенного в себе мужчину.

Кира усмехнулась: семейная жизнь явно пошла ее мужу на пользу. А возраст стал еще больше подчеркивать те его достоинства, которые всегда были при нем, – высокий рост, великолепную осанку, благородного каштанового оттенка густые волосы. Но самыми красивыми в его внешности по-прежнему, конечно, оставались глаза – яркие, синие, почти васильковые, в обрамлении черных ресниц. Даже самую невзрачную женщину такие глаза сделали бы красавицей, а уж что говорить о мужчине!

Распахнув входную дверь, Олег на мгновение замер на пороге, проверяя в карманах куртки, не забыл ли он ключи.

– Еще раз с днем рождения, лапочка, – сказал он, улыбнувшись, и собрался было добавить что-то еще, но тут у него в кармане зазвонил телефон.

Мгновенно переключившись на разговор, Олег захлопнул за собой дверь, однако Кира еще могла слышать его голос с лестничной клетки:

– Да, Наденька, привет. Ну как ты сегодня?

Кира вернулась в кухню, налила себе кофе, но, сделав глоток, отставила чашку.

Какая тоска.

Пару минут она тупо смотрела в одну точку перед собой. Потом встала из-за стола и прошлась по пустым комнатам, собирая разбросанные вещи. Олеговы носки, халат, спортивные штаны… Вечно он оставлял где попало свои вещи. Встретилась парочка и ее вещей… Никогда тут не будет порядка! Эта квартира слишком велика для двоих и к тому же захламлена сверх меры.

Кира вдруг остановилась на полпути к спальне, пораженная внезапной мыслью: а может, это не квартира сверх меры захламлена, а она сверх меры придирчива? «Ну подумаешь, носки валяются! Моих вещей тут тоже хватает. И если честно, даже больше, чем Олеговых».

Она вошла в спальню, застелила постель и, скинув халат, встала голышом перед зеркалом, придирчиво рассматривая себя.

И что она в самом деле? Все у нее в порядке. И сама она в порядке. Руки, ноги, попа, голова, грудь. Нигде ничего не висит. Взгляд потухший? Но это ерунда. Разве она не знает, как его включать?

И вообще ей совершенно не на что жаловаться. Олег – исключительный, просто идеальный муж. Он много работает. Заботлив. Адвокат нарасхват. Умный, тонкий, чуткий мужчина. Много времени отдает работе? А кто не отдает? Она тоже много работает, чтобы придать хоть какой-то смысл своей жизни. Олег привлекательный, нравится женщинам. На него заглядываются, да. Поэтому-то его Роза Ветров – нормальное явление. В конце концов, любой идеальный мужчина как раз так и устраивает свою жизнь, что у него есть и своя Роза Ветров, и любящая жена. Да и нет никаких доказательств, что у мужа роман на стороне!

«Хватит нагнетать, – приказала себе Кира мысленно. – К тому же пора одеваться».

Она остановилась перед шкафом с одеждой и в задумчивости принялась обозревать свой необъятный гардероб: что бы надеть?.. Вот же ежедневная дилемма.

Машинально сняв с вешалки светло-бежевое трикотажное платье и бросив его на постель, Кира принялась рыться в ящике с бельем, мысленно накачивая себя позитивными сентенциями.

«Сегодня будет чудесный день. Я обещаю себе это. Сегодня я сама подарю себе самый радостный день в этом году!»

Ее взгляд упал на фотографию, стоявшую на столике возле двери: Олег и она. Снимок был сделан сто лет назад, на даче его родителей, в один из ее первых приездов к ним. Сколько же ей здесь? Двадцать? Олегу, соответственно, тридцать один. Какое хорошее фото! Она в теплых, обволакивающих объятиях мужа, оба смотрят в объектив, в одну точку. Оба сияют как две медные тарелочки. Оба выглядят очень счастливыми. Олег плотно сжимает губы, старается сдержать смех. Над чем же они так смеялись тогда?..

Кира провела пальцем по фотографии, обводя контур Олеговых смеющихся губ. Она тоже на этом снимке получилась довольно милой.

Как быстро пролетели эти восемнадцать лет жизни… О том, что, в общем-то, все было хорошо, понимаешь, только когда оглядываешься назад.

Раньше они любили друг друга. А теперь? Как понять, осталось ли хоть что-то от того чувства, которое зафиксировано на этом фото?

Кира вернулась к своей чашке с кофе и в задумчивости уставилась на натюрморт, висевший напротив окна: рыжая тыква, связка красного лука и стопка бурых фаянсовых тарелок, изображенных на темном фоне. Подарок Олега – не к какой-то особенной дате, а просто спонтанный подарок, сделанный несколько лет назад, – до сих пор вызывал приятные эмоции. И идеально вписывался в интерьер.

Кухню в прованском стиле (о такой она мечтала много лет) ей, хоть и с большим трудом, удалось-таки оформить не на даче, а в их городской квартире. Причем деревенская простота и скромность потребовали от нее не только серьезных материальных вложений, но и больших эмоциональных затрат. Однако все получилось! Да так, что знакомый издатель глянцевого журнала по интерьерам предложил сделать иллюстрированный фотографиями материал на тему «Стиль кантри в мегаполисе». Олегу очень понравилась эта идея – выпустить номер «Стильного дома» с фотографиями их кухни (хотя в свое время он был против переделки интерьера), но Кира (возможно, чтобы досадить мужу) от предложения издателя отказалась, заявив, что это нескромно – щеголять своим благосостоянием перед другими людьми, ведь не все так хорошо обеспечены. Однако если начистоту, то затраты были хоть и большие, но все же умеренные. Например, латунные и медные сковородки и кастрюли – сейчас это необыкновенная роскошь – попали к ней практически даром. Их она не покупала. Что-то ей подарили, что-то осталось от прабабушки Олега. Стены, выкрашенные в оливковый цвет, тоже обошлись недорого: за жидкие обои она заплатила копейки, зато какой эффект – абсолютная иллюзия натурального камня! И оттенок удалось подобрать такой, какой она хотела, – под цвет фартука и столешниц, отделанных аккуратной керамической плиткой. А вот за кухонный гарнитур (столы и шкафы с широкими фасадами и открытыми полками), массивный обеденный стол, стулья и табуреты, которые она заказывала в известной мебельной фирме, пришлось заплатить о-о-очень много. Дизайнер посоветовал использовать светлое дерево и искусственно его состарить, но результат не разочаровал – все получилось очень мило. Не пожалела она и средств для изготовления декоративных балок на потолке, искусственного камина и пола из керамического гранита. Олег ужасно ворчал, когда узнал, во сколько ей все это обошлось, но ему-то что за дело? Она же его деньги практически не трогала – в основном использовала свои сбережения. Кира усмехнулась: это муж еще не видел чеки за бытовую технику, плиту и холодильник в ретростиле! А увидел бы – назвал бы ее сумасшедшей, потому что вся эта «мелочовка под старину» оказалась невероятно дорогой.

Одного жаль – сейчас этот чудесный интерьер уже устарел, прованский стиль потерял свою актуальность буквально сразу, как только Кира закончила ремонт кухни.

И так во всем… Вынашиваешь какую-то идею, мечту, горишь чем-то. А едва это воплотится в жизнь, как тебе уже это не нужно – и более того, это не только не ценится, но и мешает жить.

Мысли Киры снова вернулись к мужу, ко вчерашней ссоре.

Надо было признать, что она сама виновата – спровоцировала Олега, выпила слишком много.

Просто ее будни так скучны, так однообразны, они похожи на будни хомячка в клетке – каждый новый день предсказуем на многие годы вперед.

Все это – эту ежедневную рутину, Розу Ветров, постоянную занятость на работе, надвигающуюся на них с Олегом, как тяжелый гранитный шар, разъединенность их жизней – нужно было как-то предотвратить. Но как?

Что делают жены, когда узнают, что у мужа имеется интерес на стороне? Скандалят, впадают в депрессию, пьют в одиночестве?

Внезапно ей пришла идея перед началом нового жизненного цикла (все-таки как никак для нее начинался новый год) составить себе список из того, что бы она желала сделать в ближайшие двенадцать месяцев. Она открыла в телефоне «заметки» и произнесла громко, как если бы выступала на сцене:

– Итак, напишем правила новой жизни. Первое…

И погрузилась в глубокую задумчивость. Потом все же напечатала: «Первое: больше гулять».

Нужно начать выходить на улицу. Пусть даже без Олега. Нельзя ограничивать жизнь только офисом и домом. Нужно в конце концов начать жить. «Нужно вспомнить, что у меня есть я. К тому же прогулки снимают стресс.

«Второе: начать нормально питаться – на одном кофе долго не продержишься».

«Третье: сегодня же попросить Таню, чтобы унесла кофемашину из моего кабинета. А то искушает».

Кофемашина стояла в ее кабинете на столике возле окна, и во время работы Кира то и дело отвлекалась на соблазнительные запахи. Выпивала по три, а иногда и больше трех чашек кофе в день.

Убрать, убрать. Сегодня же убрать. Пусть у Тани стоит.

«Четвертое: бросить пить».

Хотя бы пить меньше – если совсем бросить не получится.

«Кажется, я уже об этом говорила?» – напомнила себе Кира.

«Пятое: перестать все время думать об Олеге. О том, как я ему безразлична».

Никакая жена не думает так много о своем муже.

«Шестое: не хандрить.

Седьмое: найти мужчину, для которого я буду важнее его работы – которому я буду важнее всего.

Восьмое: больше читать и гулять. Можно ведь и одной погулять – рядом с домом отличный парк».

«Так… кажется, я иду по кругу, – подумала Кира. И продолжила свою мысль: Гулять в парке глупо – к парку прилагаются алкоголики и маньяки».

«Девятое: сделать что-нибудь с лицом, чтобы оно было не таким хмурым и опрокинутым».

Можно просто попробовать улыбаться. «Олег когда-то говорил, что у меня красивая улыбка…»

Кира несколько раз растянула губы в улыбке: улыбка озорная, улыбка кокетливая, улыбка сексуальная… Она чувствовала, что все эти улыбки получались у нее почему-то с оттенком грусти. Черт. Она совсем разучилась улыбаться.

«Десятое: разлюбить мужа».

Если хорошенько постараться, то это совсем не трудно сделать.

Кира перечитала все десять пунктов, сделала глоток кофе и скривилась.

– Какая гадость.

Кофе совершенно остыл, но она все равно его выпила и пошла краситься.

Похмелье после вчерашнего

Подняться наверх