Читать книгу (Не) твой сын демон - Ольга Рыжая - Страница 4

С трудом я смогла дождаться окончания рабочего дня. Хорошо, что на этот день было записано не так много народу, и я смогла подготовиться не только морально.

В кафе на площади «Трёх фонтанов» было многолюдно, но за конфиденциальность разговора я даже не переживала, ведь генерал заказал отдельную кабинку. А накидывать полог молчания я умела с легкостью, как полагаю и генерал. Перед тем как войти в кафе немного постояла, приводя мысли в порядок. Я могла быть уверенной в себе, но не знала, как отреагирует генерал на мою просьбу и вообще насколько быстрыми могут быть стражи в форме.

Кивнув учтиво, официант проводил меня в кабинет, где меня уже ждал генерал. За полгода, что мы с ним не виделись он совсем не изменился, он был все такой же подтянутый и широкоплечий.

– Добрый вечер Луиза! Прекрасно выглядите! – произнес мужчина, кивнув мне с легкой улыбкой на губах, отодвигая для меня стул.

– Благодарю! – ответила, изобразив подобие улыбки, присаживаясь за стол.

– И так, я вас внимательно слушаю. – Чем я могу вам помочь? – спросил генерал, после короткого обмена любезностей и чашки великолепного кофе.

– Я хочу усыновить ребенка. Но не абы кого, а определенного, младенца, – добавила, когда мужчина вопросительно поднял бровь. – Я нашла его на улице, пару дней назад и боюсь, пока я буду официально собирать бумаги, проходить школу приемных родителей, его усыновят. Поэтому решила попросить помощи у вас в этом вопросе, – добавила чуть тише, и отвела взгляд в окно, где возле фонтанов бегала детвора разного возраста.

– Зачем вам это надо? – спросил генерал, задумчиво постучав пальцем по столу. – Вы не знаете кто его родители, какая у него наследственность… К тому же насколько я знаю у вас уже есть дочь…

– Малыш – здоров, физически и психически. Это подтвердил целитель «скорой» и обследование, которое провели в «доме малютки». Сегодня утром я получила письмо от них. Меня известили на правах будущего усыновителя, – пояснила, почему мне вдруг прислали результаты обследования.

– Ну хорошо, – согласился мужчина напротив. – Но не проще ли родить самой? Вы молодая и здоровая женщина…

– Ничего не выходит, – ответила, нервно сжав переносицу двумя пальцами, чтобы сдержать эмоции и рвущиеся наружу слезы.

Не люблю жаловаться и посвящать посторонних в свои проблемы, но тут пришлось поделиться. С таким человеком как генерал нельзя было иначе.

– Ясно. – Тогда чем или как я могу помочь вам в этом вопросе Луиза? – спросил мужчина, не став делать вид, что это вроде как не в его компетенции.

– Помогите мне обойти систему! – выпалила я на одном дыхании. – Помогите, мне забрать малыша домой уже сейчас, а документы оформить потом. – Выше вас только король, – произнесла, отворачиваясь к окну, чтобы мужчина не видел моих слез. – В ваших силах дотянуться до любого, задать нужные вопросы и получить результат без бесконечных отговорок, тогда как я… – Буду долго и упорно ходить по кабинетам и натыкаться на очередной бюрократический препон, а вы…

– Но я тоже не Господь Бог! Усыновление, это целая бюрократическая система! Мои возможности тоже, к сожалению, ограничены…

– Я не прошу наказания, отмщения, власти, денег, освободить преступника или пойти против власти… Все, что я хочу – это забрать спасенного мной малыша, спасти маленькую жизнь и сделать ее счастливой! – воскликнула я в отчаянии, уже не скрывая своих слез. Уже понимая, что ничего не выйдет с быстрым усыновлением, и возможно мне придется забыть этого лепечущего и смотрящего на этот мир темными глазками малыша… Слезы снова побежали из глаз.

– Не плачьте, я подумаю, что можно сделать с этой ситуацией и позвоню, – произнес мужчина задумчивым голосом. – А сейчас позвольте мне откланяться, дела не ждут! – встал мужчина из-за стола, и кивнув на прощание вышел из кабинета.

Но я в отличии от него уходить не торопилась, мне надо было прийти в себя и заодно подумать, кто сможет мне еще помочь с быстрым оформлением документов и самим усыновлением. Ведь сдаваться я не собиралась.

Немного посидев наблюдая как счастливая семья играет в догонялки возле фонтанов… знакомая такая семья. Девушка-мама была мне знакома по утреннему сеансу, а рядом с ней была вероятно ее маленькая дочка. Мужчина, что стоял в отдалении наверно был тем самым двоеженцем, у которого была «больная» жена.

Вот бывают же такие… нехорошие личности, которые обманывают сразу двоих женщин. Хотя кто знает, может у него действительно все не так просто в семье.

Окончательно успокоившись, и приняв решение пойти с утра в опеку и «Дом малютки» может там я смогу встретить понимание «за вознаграждение», поспешила домой, где меня ждала моя любимая доченька. А вот мой дорогой супруг отсутствовал, но это не стало для меня неожиданностью, еще по дороге домой получила от него сообщение на магфон, что его снова попросила приехать мама, моя свекровь…

К сожалению, ему приходится ездить к ней довольно часто, ведь у нее последние несколько лет стала ухудшаться память она не помнила некоторые моменты, и удивлялась совместным фотографиям. По этой причине я стала реже оставлять с ней Элейн, только в крайнем случаи, ведь она живет далеко загородом, и случись чего… Ведь в некоторых случаях даже опытные целители не всегда могут помочь, а дочь такая быстрая и неутомимая, а еще шкодная.

В свои четыре года, она может легко взобраться на дерево или забор, чердак и еще множества мест… Мне страшно представить, что будет если бабушка про нее забудет…

Утро следующего дня началось как обычно со сборов в садик и капризов дочери, ей, как всегда, не удавалось вместить свои игрушки в маленький рюкзачок. Причем она ими не будет играть в группе, они просто будут лежать у нее в шкафчике. Наверно она их забирает с собой, чтобы я в них не играла пока она в садике…

Но вот все вопросы решены, капризы прекращены, самые важные игрушки собраны в рюкзачок, и мы отправляемся на нашем магавто в садик. По дороге аккуратно завожу разговор о «братике», как она отнесется к его появлению в нашей семье. Нахмурив по-взрослому бровки, Элейн поинтересовалась: – А он будет большой или маленький?

– Маленький, совсем младенец, примерно такой же как твоя Китти, – привела в пример ее куклу -пупса, с которым она не расставалась.

– Значит он не будет отбирать мои игрушки и ломать их? – вновь поинтересовалась в сажным видом дочь.

– Нет, не будет, – ответила ей с улыбкой. – У него будут свои игрушки для маленьких деток, а когда он подрастет я куплю ему отдельные игрушки для мальчика. И конечно, любить я его больше, чем тебя не буду, ведь любовь не яблоко, ее не разделить на дольки и дать одному больше, а другому меньше, – вспомнила про детские страхи и решила сразу объяснить, что мама не может любить одного больше, а другого меньше. Ревность мне совершенно ее не нужна.

– Ладно, тогда можешь заводить этого «братика», – махнула дочка беспечно рукой, давая свое разрешение.

Пряча улыбку, поблагодарила дочь за разрешение, радуясь в душе, что Элейн не ревнивая, ну пока во всяком случаи.

Отвезя дочь в сад, поспешила на работу, ведь я не могу опаздывать, меня ждут мои пациенты, а для некоторых из них ждать очень тяжело. Но боги были видимо на моей стороне сегодня, поэтому я нигде не задержалась и не опоздала. Вскоре пришла пациентка с послеродовой депрессией, рождение тройняшек стало для нее не только радостным событием, и не смотря на помощь близких она чувствовала стойкое расстройство настроения, чувство одиночества и печали, которое не позволяет ей нормально взаимодействовать с детьми, что мешает сформировать правильное родительское поведение.

Мы с ней проделали уже большую работу, привели пошатнувшееся после родов здоровье в порядок, и наметили план дальнейших действий. Мне было радостно слышать, что она смогла без внутреннего протеста этой ночью перепеленать и успокоить одного из проснувшихся малышей.

Следующие мои пациенты не были такими тяжелыми поэтому к обеду я была уже свободна, на послеобеденное время записей у меня не было. А все потому, что обычно мы с мужем в среду проводим полдня вместе, ходим в кино, сидим в кафе, а потом идем забирать дочь из садика, если позволяет погода мы гуляем всей семьей в сквере около нашего дома. Получается такой мини семейный день. Но не сегодня.

Сегодня муж занят на работе, а я собираюсь штурмовать органы опеки и попечительства. В помощь генерала я уже не верила… решила как обычно полагаться только на себя.

Звонок магфона застал меня, когда я собиралась уже с решительным настроем покидать свой кабинет. Увидев имя абонента, сразу напряглась, ожидая самых плохих новостей провела пальцем по экрану принимая вызов.

– Добрый день Луиза! Не отвлекаю? – спросил генерал участливым голосом.

– Добрый! Нет, я сейчас свободна, – ответила как можно более спокойным голосом. Пусть не думает, что я нетерпением и надеждой ждала его звонка.

– Подойдите желательно сегодня в опеку к Зинаиде Львовне, она поможет вам решить ваш вопрос, – произнес мужчина фразу, которая перевернула мой мир.

– Спасибо вам большое! – воскликнула, не сдерживая радости и благодарности в голосе.

– Пожалуйста, рад был помочь, – с улыбкой в голосе произнес генерал и отключился.

Всего полчаса спустя я уже стояла возле желтого здания с красной табличкой возле двери, где должна была решится судьба маленького ребенка, надеюсь, моего будущего сына. С замиранием сердца вошла в просторный холл, а затем пошла по длинному коридору ища тот самый заветный кабинет. А найдя его, вдруг успокоилась и приняв спокойное выражение лица, постучалась и зашла в кабинет.

– Здравствуйте, чем я могу вам помочь? – спросила женщина среднего возраста, указывая мне на стул для посетителей.

– Меня зовут Луиза Стенли, и я хочу усыновить определенного младенца с примесью демонической крови, который сейчас находится в доме малютки имени святой Камелии, – ответила быстро и четко.

– Луиза Стенли…, – протянула женщина, задумчиво глядя на меня. – Ааа, вы от Итана Всеволодовича! – воскликнула она радостно. – Так, а муж, что не с вами? – спросила она, посмотрев на дверь.

– Ммм, нет, у него важное совещание, соврала не моргнув глазом.

– Позвольте, я возьму оттиск вашей ауры и приступим к заполнению бумажек. Бюрократия, сами понимаете, – развела женщина руками, а затем положила предо мной стопку бумаг.