Читать книгу Азы волшебства. Принципы магического взаимодействия с миром - Патрик Данн - Страница 3

Введение

Оглавление

Если вы ищете магические слова, то вряд ли найдете что-то лучше, чем абракадабра! Никто не знает, что оно означает на самом деле и означает ли что-либо вообще. Впервые это слово упоминается в рецепте изготовления амулета. Почему из всего бесчисленного множества слов, нанесенных на талисманы, обереги и таблички, дошедшие до нас из древности, именно оно пережило тысячелетия, – это тоже загадка. Почему цирковые маги не выкрикивают, например, «абрасакс!» или «абалата!»? Почему именно «абракадабра»?

Возможно, это слово само обеспечило себе выживание и популярность. Вероятно, оно служит напоминанием о том, что, независимо от цирковых фокусников и их трюков, настоящая магия по-прежнему существует. Абракадабра может дать нам ключ к магии.

Один из вариантов происхождения этого слова – арамейская фраза авра кедабра. Она означает «создаю, говоря». Арамейский язык близок к ивриту. Иисус, обращаясь к друзьям, родственникам и Богу, говорил по-арамейски. Глагол авра, «я творю», в арамейском языке соответствует ивритскому глаголу эвра. Но в иврите проводится различие между разными типами творения: если вы делаете что-то из ничего, то говорите эвра, а если делаете одно из другого – эцор. Получается, что выражение абракадабра означает следующее: «Я создаю что-то из ничего, когда говорю – подобно тому, как из ничего появляются и мои слова». Однако в соответствующих космологиях только Бог может создавать из ничего. Эвра – глагол, используемый применительно к Богу, а не к людям. То есть сказать абракадабра – значит произнести заклинание обожествления.

Обожествление меня не очень интересует – меня больше занимают язык и магия. На Земле существует примерно шесть тысяч языков, и каждый здоровый ребенок овладевает, как минимум, одним из них. Дети усваивают язык без усилий, им не нужно зубрить его, и хотя иногда они делают забавные ошибки, тем не менее овладевают новым языком гораздо быстрее, чем взрослые. Скорость, с которой дети выучивают язык, – доказательство того, что в нем есть нечто прочно укорененное в человеческом существе.

Магия не так универсальна, как язык, но близка к этому. Представления о магии существуют в большинстве культур, и многие люди на Земле верят в нее в той или иной степени. Некоторые материалисты трактуют подобное положение дел как проявление ужасающего невежества. Но очевидно, что, как и в случае с языком, изучать магию заставляет людей нечто врожденное.

Моя цель в этой книге – исследовать пути взаимодействия магии и языка. Отношение к языку не только формирует магию в прошлом и в настоящем. Лингвистика и семиотика проливают свет на многие вопросы, связанные с магией. После выхода моей первой книги многие читатели писали мне, что им хотелось бы более научного подхода к материалу. Однако у меня не было желания писать чисто научную работу. Я хотел написать нечто практическое и в то же время поучительное. В моей первой книге содержалось много описаний упражнений и ритуалов, в этой книге их меньше. В первой книге были техники, в этой – теории. Тем не менее маг, который ищет практические приемы или заклинания, найдет здесь информацию о заклинаниях, глоссолалии, инвокациях, мантрах и медитации. А те, кого интересуют техники, обнаружат, что в этой книге они исследуются более глубоко, чем в обычном руководстве с поэтапными инструкциями.

В главе 1 рассказывается о том, как лингвистические и семиотические теории самым неожиданным образом проливают свет на практику магии. Я ввожу идею семиотической сети и объясняю, как использовать ее для повышения эффективности магической работы. Кроме того, описываю теорию магии, предполагающую воссоздание тех семиотических кодов, при помощи которых мы интерпретируем реальность всякий раз, когда выполняем магические действия.

Глава 2 продолжает первую: в ней разъясняется, как язык связывает мир материи с миром сознания, и вновь дается часть теории – на этот раз фонетической; раскрывается природа магических звуков.

Глава 3 посвящена заклинаниям. В ней исследуются традиционные заклинания, взятые из разных источников: от традиционных ирландских и шотландских до староанглийских и ведических. Я анализирую структуру заклинаний и те чрезвычайно важные особенности, которые их объединяют, несмотря на совершенно разное происхождение. Читатель, интересующийся созданием устных магических заклинаний, возможно, сочтет эту главу полезной для себя.

В главе 4 рассматриваются письменные магические знаки и сигилы. В моей предыдущей книге уже шла речь о дефиксионе как об очень простой форме магии. Здесь же я более глубоко погружаюсь в данную тему, показывая, как выглядят дефиксионы эпохи постмодерна в действии.

В главе 5, «В поисках первоязыка: от Вавилона к енохианскому наречию», я рассматриваю попытки отыскать первоначальный язык, причем как научные, так и магические. Я даю некоторые советы, касающиеся составления высказываний на енохианском языке, а также предлагаю метод расширения енохианского лексикона, основанный на базовых лингвистических принципах словообразования.

В главе 6 говорится о другом способе нахождения первоязыка – глоссолалии, или «говорении на языках», – и обсуждается применение этой до сих пор недооцениваемой техники в различных магических операциях.

В главе 7, «Каббала: грамматика чисел», я объясняю основные принципы гематрии. Кроме того, здесь обсуждается существование английской каббалы. Приложение 1 содержит английский каббалистический словарь.

В главе 8 рассказывается о традиционных и современных подходах к использованию мантр, или формул силы. Лингвисты редко изучают мантры, однако некоторые языковые феномены, например семантическое пресыщение, помогают объяснить, как работают мантры и, возможно, магия вообще. Я говорю о том, как находить и создавать новые мантры и формулы и как применять их в магии.

Глава 9 посвящена структуре ритуала, который рассматривается как разновидность мифа. Исследование мифа и нарратива, а также современное представление о метафоре помогают объяснить, как мы видим мир и как мы можем его изменить.

Заключительная глава 10 повествует о том, как истории, которые мы сами себе рассказываем, иногда мешают эффективной магии. Я заканчиваю книгу размышлениями о том, что язык порой словно отделяет нас от бесконечности, но в то же время может послужить для открытия двери в непознанное.

Надеюсь, что, когда вы будете открывать эту дверь, книга сработает не как ключ, а как кольцо для ключей. У каждого человека свой ключ к просветлению, но есть одна вещь, которая нас объединяет независимо от наших различий, – это язык. Говоря, все мы творим. Желаю вам найти свое магическое слово, свою абракадабру.

Азы волшебства. Принципы магического взаимодействия с миром

Подняться наверх