Читать книгу Видение Анастасии - Павел Фёдоров - Страница 3

Предисловие

Оглавление

Старик вошёл в свою комнату на верху башни. Он достал из выдвижного ящика стола ключ, который лежал в небольшом кожаном мешочке. Открыл нижний ящик стола и достал из него железный небольшой ларец, открыв ключом его, вынул большой серый блокнот и две одинаковые толстые тетради в обложках из коричневого картона. Сев за стол, он разложил их на столе и прочитал: «Записки», «Сотворение», «БезСмертие». Старик открыл блокнот, затем надел очки, после чего стал внимательно медленно читать:

«К разумным жителям Земли, к расе, именующей себя Человечеством, может обратиться иная разумная раса с единственной целью – познание. Тогда, с учётом современного уровня знаний и заблуждений жителей Земли, необходимо уже сейчас определиться в том, а как нам необходимо развиваться, чтобы иметь возможность действительно объективно познавать и исследовать Природу, а также иметь возможность вести диалог с более развитыми и более разумными расами.

К настоящему времени Человечество составило себе представление, в целом, о том, что разумная раса Землян возможно не является единственной во Вселенной. В том, что в действительности нет каких-то, пусть даже ещё не открытых, незыблемых законов Вселенной и постоянных мировых констант, что Мир хаотичен, в нем нет ничего незыблемого, в том числе и мерности. Мерность пространства во Вселенной колеблется, плавно меняется в весьма широких пределах.

Разумная раса, в противовес живому индивидууму, в эволюционном процессе создаёт новые виды живых существ, которые происходят от некоторых из старых видов, и нашей заботой должно быть, чтобы новые виды разумных рас на Земле произошли от той, которая сейчас в реальности существует на Земле. Именно это соображение должно определить стратегию развития разумной расы – Человечество!

Мышление живой материи, само существование и развитие живой материи имеют общую основу. И то, и другое является противотечением энтропии. В мышлении это противотечение выражается в поисках логичности.

По-видимому, правильнее было бы считать сегодня Человечество не разумной, и пока даже не потенциально разумной расой, поскольку ограниченность мышления всё же не является у нас врождённой. От Природы человеческий мозг наделён совершенным аппаратом мышления.

Самовоспитание разума заключается не только в постройке сложной системы логического мышления, но и в переработке и улучшении фундамента, на котором эта система базируется. У Человека не было и нет никаких препятствий для настройки своего логического фундамента. Если наш метод восприятия бытия и можно назвать мышлением, где целевое расщепление логического фундамента на понятия "нет" и "да" является единственно доступным, то эта система мышления является самой примитивной из всех возможных. Дискретизация логики вынуждает нас распространять принцип дискретизации и на все сущее.

Движение по ступенькам абстрагирования ко все более общим признакам считается нами единственным верным путем познания истины, между тем, как это движение является путём, уводящим в обратную от истины сторону, во Тьму! Не случайно все наши абстрактные конструкции, именуемые философскими системами, взаимно противоречивы, хотя базируются на одной и той же логике. Шаг за шагом погружаясь во мрак по ступенькам абстракции, шаг за шагом теряя связь с реальным миром, философские системы постепенно утрачивают ориентировку и доходят до того, что в тупиковой точке этого движения, на вопрос о первенстве материи или духа, дают диаметрально противоположные ответы. Логика, основываясь на "да"–"нет", вынуждает нас всегда и везде проводить границы между различными комплексами признаков предметов, причём из-за слабости этой логики энтропия верховенствует в процессе проведения границ, и они прочерчиваются весьма хаотично, нелогично даже с точки зрения нашей же логики, что особо доказательно подчеркивается неодинаковым расположением их в словах разных человеческих языков.

На проведении этих хаотических границ основан ваш способ общения, считающийся нами одним из высших достижений человеческого разума. Вся общественная и личная мораль руководствуется правилами, поляризующимися понятиями: "добро"–"зло", "жизнь"–"Смерть", "выгода"–"проигрыш", "признание"–"непризнание", "любовь"–"ненависть" и прочее в том же духе, хотя смысл этих диаметральных понятий у разных народов различен, да и у одного народа меняется с течением времени. И сейчас, считая себя просвещённым Человечеством, в суде определяют виновность или невиновность подсудимого по принципу "да"–"нет", что может быть ещё допустимо для решения Судьбы одного Человека, но совсем не может быть приемлемо для решения судеб народов!

Одним из важнейших признаков для систематизации расы, как разумной, является то, что каждый ее представитель превыше всего ставит деятельность коллективизированного разума. Соответственно и Человек, как разумное существо, должен превыше всего ставить развитие разума Человечества. Функции Человека сводятся к тому, чтобы воспринять информацию от предыдущего поколения людей, исказить ее собственными случайными догадками и передать искаженную информацию следующему поколению. Хаотические флуктуации в движении мысли разумного общества необходимы, чтобы после исторического отсева непременно нашлись зигзаги движения мысли, соответствующие зигзагам изменения объективной картины бытия.

В настоящее время на Земле фактически имеют влияние два разновибрационных, с различной энергией, сторон – условно – Светлых и Тёмных Сил, это говорит о том, что на Земле одновременно существуют позитивные и негативные вибрации. Они оказывают различное воздействие в разных точках планеты…. В некоторых точках пространства вибрационные энергии Тёмных Сил имеют значительный приоритет, посредством чего они будут иметь большие возможности воздействия на планету… Другими словами, Земля постепенно начинает разделяться на два различных измерения. Это происходит из-за взаимного влияние Сил Света и Сил Тьмы на Землю. Силы Тьмы уничтожают окружающую среду, в то время как Силы Света стараются улучшить ее, приводя в первозданное состояние. Подобное противостояние сдвигает Землю в новую размерность высших вибраций, в то время как другая часть будет стремиться к низшим вибрациям.

Но, псевдоразумное Человечество живёт лишь минутными удовольствиями и руководствуясь не разумом, а поведенческими инстинктами. Среди людей немногие понимают в полной мере цели и задачи, которые на самом деле поставлены перед Землянами, или имеют о них хоть какое-то представление. Фактически, большинство людей еще не осознают где находятся – начиная от здоровья и кончая технологиями».


Старик подумал над прочитанным некоторое время, потом перевернул блокнот обратной стороной, открыл его и продолжил чтение:

«Чтобы понять смысл деятельности, нужно выйти за ее пределы. Внутри неё мы можем понять только смысл ее отдельных частей. Смысл всякой деятельности лежит вне ее пределов. И смысл жизни – вне её пределов. Внутри самой жизни мы его никак не обнаружим. Мы сможем понять только смысл отдельных дел и житейских событий.

Не хочется заниматься самообманом, или жить постоянно убегающим завтрашним днём, или идти на поводу у других. Хочется чего-то такого, чтобы наша жизнь имела смысл сейчас и в каждый момент. Тогда надо выходить за пределы жизни.

Где нам найти такое дерево, чтобы не плутать в жизни? Такое дерево есть – это наша большая цель. Но она должна быть действительно большой, как это дерево, а значит, лежать за пределами жизни. Большая цель – это цель, к которой можно прийти, но только после Смерти. Маленькой цели можно достичь и при жизни. Большая цель помогает увидеть свой путь. Человек большой цели знает свой путь.

Я всегда помню о ней – своей Смерти. Человек, увидевший путь, не хозяин своей Судьбы, потому что теперь путь выбирает его, диктует ему, что делать и чего не делать, он управляет им.

Кто видел подлинное Мастерство, не будет восхищаться менее совершенной работой. Странно устроен Человек, для него путь к несчастью кажется более привлекательным, он легче. Кто Мастер, а кто под-Мастерье? Не так просто бывает в этом разобраться. Но и Мастер, и под-Мастерье знают, кто из них, кто.

Каждый из нас управляет миром, хотя, может быть, даже не знает об этом, или делает это плохо. Тот, кто имеет путь, постоянно учится управлять миром все лучше и лучше. Нельзя успешно идти по пути, не управляя другими хорошо, но также и нельзя хорошо управлять другими, не имея пути.

Люди, имеющие путь, не могут помешать друг другу, потому что путь не сооружение и не плод фантазии. Он существует, пока существует Человек. Его можно увидеть и узнать, его можно устрашиться, можно смутиться или ему обрадоваться. Не ступить на него – значит блуждать без дороги. Сначала мы выбираем путь, потом путь выбирает нас. И шагу не можем ступить в сторону. У того, кто имеет путь, времени всегда достаточно. Независим лишь раб момента, не имеющий в запасе вечности. Ведь взгляд из будущего всегда спокоен и ясен. Любой перечень заслуг в прошлом не перевесит целесообразности в будущем. Имеющий путь никогда не поступает потому что. Он всегда поступает для того чтобы.

Только тогда мы понимаем, что мы, собственно, можем, когда понимаем, что именно мы не можем. Мы исполняем его волю и действуем от его имени. Мы сильны, потому что он сильнее нас. Мы умны, потому что он умнее нас. Мы добры, потому что он щедрее нас. Мы спокойны и решительны, потому что он всегда знает, что нам следует делать. Наши слова полны правды и убедительны, потому что он дает нам свои слова. Мы любимы другими, потому что он любит нас, осеняя своим теплом и силой. Он – это наш путь. Для каждого свой, единственный.

Ступени Мастерства образуются сменой привычного на противоположное. Как горизонталь ступени сменяется вертикалью. Он непредсказуем. Трудно сказать, что произойдет, если нарушить его слово. Ясно одно – произойдёт что-нибудь совершенно ужасное. И мысль о неповиновении обрывается на середине, потому что стынет кровь от ужаса. Он – как Тьма. Ничего в его планах разглядеть невозможно. Он – как гром. Никогда не угадать, куда ударит и кого поразит. Он – как огонь. Невозможно приблизиться. Тепло рядом, но невыносимо горячо, если пытаться стать еще ближе. Он бездействует. Как бездействует плывущий под стремительным парусом по сравнению с гребущим веслами. Его любят и его боятся. Эти два самые сильные чувства идут за ним рука об руку.

Твёрдое – то, на что можно опереться. Пустое – то, на что нельзя опереться, провалишься. Надо отличать твёрдое от пустого. Это самое важное из всех искусств. Комбинация твердого и пустого всегда даёт пустое.

Страх – весьма важное чувство, его нельзя игнорировать, им нельзя не пользоваться, ведь страх дан Человеку на благо. Это хорошее, полезное чувство, оно может не только унизить Человека, низведя его до животного, но и возвысить. Не то главное, что Человек боится, а то, чего именно он боится, за что именно он боится. Переход от страха к бесстрашию – резок, чтобы твёрдое отделить от пустого. Нельзя размазывать границы страха, нельзя размазывать и границы бесстрашия. Всему свое место, имеющее точные границы.

Нет правил более ценных, чем те, что защищают Человека от самого себя. Закон обратной силы не имеет – так общество защищается от самого себя.

Победа – передышка в пути, которую надо разглядеть. Ее можно увидеть, разглядывая весь путь, увидеть и узнать. Тут нужно неспешное созерцание, а не суетливая предприимчивость. Нельзя разглядеть победу, не разглядывая ее, не тратя на это разглядывание времени. Только на него, и ни на что другое. Время бежит, ответственность растёт, давит всё больше и больше, и остаётся одно – увидеть победу. Понимание важнее знания.

Искушения и соблазны подстерегают всякого Человека. Каждый имеет свой опыт противостояния им. Искушение может войти в наш дом через двери, а может войти через окна, но может родиться прямо в нашем доме. Это алиби для самого себя – Я сделал всё, что мог, остальное от меня не зависит – вот его формула. Формула яда, которому трудно найти противоядие. Ничто так не мешает прозрению победы, как желание действовать в критический момент. Когда все вопиет: действуй! Но действовать в такую минуту – значит поддаться слабости перед искушением алиби. Что важнее: победа или сознание невиновности? Когда, действуя, обретаешь победу.

Не отделив пустое от твёрдого внутри себя, не проложив границу между тем, что от тебя зависит, и тем, что не зависит, нельзя быть искренним. Не зависит от меня лишь одно: Я не могу не идти по пути. Не ищи алиби, не изображай управление, не развивай кипучую деятельность по достижению победы, а управляй и побеждай. Только путь тебе судья.

Выбирая путь, думай, кто по нему пойдёт. У каждого – свой путь. Приблизиться к Человеку – значит узнать его путь, даже если он сам не знает. Нет дела благодарнее, великодушнее и благороднее, чем дать Человеку увидеть его путь.

Управляй многими, как управляешь немногими. Искусство управления большим – армией, городом или страной – заключается в управлении им как малым. Не смущаться, не теряться, не идти на поводу у событий и мнений. А увидеть в большом то малое, чем стоит управлять.

Пустое пространство и пустое время – важные средства контроля. Сила в безразличии, в готовности без эмоций выслушать любую правду, принять решение не тогда, когда оно возможно, а тогда, когда оно потребуется. Принять из будущего, а не из прошлого!

Человек прокладывает путь в новое, неизведанное сперва мыслью, потом словом и, наконец, делом. Прежде чем совершить поступок, думайте о его значении. Такие раздумья могут изменить и содержание самого поступка. Поступок должен быть чистым и ясным.

Награждая и наказывая, не обманывай и не прощай. Награждается и наказывается не Человек, а его деяние. Каждый Человек не похож на других, он имеет свой мир со своими собственными законами. Мир, где он – единственный себе судья, выносящий высший и окончательный приговор, где он – главный подсудимый. И судья в большинстве случаев добр к подсудимому, а если и не добр, то, уж во всяком случае, имеет достаточно времени, чтобы досконально вникнуть в малейшие детали и нюансы. Хотя бы и прошло много лет.

Стоит только начать награждать или наказывать Человека, а не его деяние, как тотчас же этот высший судья возьмет дело на пересмотр, а тебе может даже не сообщить о его результатах. И ты никогда не сможешь конкурировать с этой судьёй в тщательности рассмотрения дела. Желая наградить, думай не только о том, какой награды заслуживает деяние, но и о том, сможешь ли ты сдержать обещание, даже если другие люди будут против – те люди, от которых зависит решение вопроса.

Что касается прощения… Судья никогда не прощает. Простить может кто-то другой. Кто-то другой может помиловать. Суд и помилование – процедуры разные. Тот, кто их смешивает, оказывает плохую услугу. Уж если тебе так хочется простить провинившегося, найди того, кто попросит за него. Преврати прощение в помилование.

Война – путь обмана, обман – путь войны. Любая война – это война и против своего народа, а как же иначе! Любая война требует обмана. Но и имеющий путь ведёт войны. Неискренность с собой – наркотик, потребность в котором возрастает все больше и больше. Это война против себя на истощение. Сплав зависти, спеси, неуважения к себе, неуверенности, отчаяния и озлобленности. Это отсутствие пути. Страх большой цели. Ненавистное преклонение перед имеющими путь. Имеющий путь не обманывает первым. Имеющий путь удерживает других от обмана. Он всегда искренен с собой. Ведь это – начало начал.

Обсуждай то, что последует за поражением, отойдя от настоящего момента так далеко в будущее, чтобы противник был согласен вести такое обсуждение. Взгляд из будущего подготавливает настоящее. Наиболее бесцельна борьба за прошлое. Предельный её случай – месть. Месть – это попытка изменить прошлое, но его не изменишь. Разве что в воображении.

Человек, не имеющий путь, так или иначе, реже или чаще не в ладу со временем. Сама жизнь – способ проведения, отпущенного на нее времени. И то, как расставлены приоритеты – что первостепенно, а что можно отложить на потом, – делает Человека таким, каков он есть. Борьба за настоящее – самый кровавый вид борьбы. Борьба за будущее – наиболее достойный вид борьбы. Борьба за настоящее годна лишь для того, чтобы зафиксировать поражение противника или обнажить его подлинные намерения, если, конечно, эта борьба не обманный ход. Борясь за будущее, надо не лишать противника возможности увидеть, но приближать его к видению пути.

Местность Смерти – положение, в котором можно или победить, или умереть, откуда нет дороги к жизни или она не видна. Чтобы сломить сопротивление врага, надо показать ему дорогу к жизни. А чтобы ты стал непобедимым, надо поместить себя в местность Смерти – отнять у себя дорогу к жизни. Помещение в местность Смерти – это нагружение ответственностью. Тот, кто нагружает ответственностью, не выступает как ее причина.

Лабиринт жизни имеет коридоры, двери и комнаты. Наступает время, когда двери чаще закрываются, чем открываются. А вот и последняя дверь, которая всегда не заперта – наконец Человеку удаётся выбраться из лабиринта жизни. Где он теперь? Что с ним? Только выбравшись из лабиринта, Человек понимает, где он, собственно, находился, и если снова вернётся, будет знать путь. Идти в обратном направлении – большое искусство. Не закрывай за собой, а тем более не захлопывай двери, оставляй возможность вернуться. Не говори: этот Человек или эта дорога никогда мне не понадобятся. Прежде чем сказать, подумай: сумеешь ли вернуть это слово, если понадобится. Прежде чем сделать, помедли: не испортишь ли что-либо, пусть малое, но непоправимо. Точность поведения вовсе не исключает его мягкости. Именно точность освобождает от применения неумной и травмирующей силы. Искусство отличать обратимое от необратимого – искусство владения временем.

О том, что Человек умер, обыкновенно узнают по поведению других людей. Здесь и слов недостаточно, поведение важнее. О том, что Человек смертен, мы тоже узнаем от других. И нет у нас иных свидетельств об этой стороне жизни, кроме полученных от других.

Другое дело – тело Человека. Оно обращается в прах, и это не зависит от мнения или слов людей. И если бы не это, если бы не тело, кто знал бы, что и вправду жил Человек, что он не придуман? Тело дано Человеку, чтобы наводить его на мысль о Смерти. Тело – важное свидетельство того, что Человек есть или что он был. Это свидетельство не только для других людей, но и для самого Человека. Когда он обнаруживает, что его тело отсутствует, он сомневается в своем существовании, и только поведение других людей говорит ему, что он есть или был.

Если бы мы не узнавали от других людей о Смерти, как бы мы догадались о ней?! Тело – главные часы Человека. Тело стареет. Зачем ему все часы мира, если есть эти главные? Вторые по значению часы – тела других людей. Многим кажется, что собственное тело – часы неточные, что они могут спешить или отставать. Но все становится на свои места, стоит лишить Человека этих главных часов. Тогда-то и становится ясно, что иные часы ничего не показывают.

Какое же время отмеряют главные часы? Время подвижности тела, другими словами, время жизни. Чем больше подвижность Человека, тем больше в нём жизни, тем больше сил и возможностей для открывания дверей. Он может экономить силы и возможности, не тратить силы на закрывание дверей за собой, не совершать по возможности необратимых поступков. Но все же часы идут, отмеряют время, и однажды Человек полностью лишается возможности движения. Часы идут. Вновь открытые двери – минуты и секунды на этих часах.

Другие часы – это тела других людей, животных и растений, механических и прочих иных устройств. Тех, что сделаны людьми, и тех, что даны в пользование людям другим путем. И хотя все они показывают время по-разному, есть между ними известное сходство. Дети играют. Один из них с закрытыми глазами считает до десяти, остальные прячутся. Он играет в часы. Они играют в не существование их тел.

Чем ребёнок, играющий в часы, хуже иных часов? Ничем. Он отмеряет время. Время не существования тел других детей. Когда это время истечет, тела могут начать обнаруживаться. Это время до жизни, до ее появления. Если никто и никогда не видел Человека, был ли он? Тот, кого ребенок так и не нашел, играл ли вовсе? А для других детей счёт ребёнка с закрытыми глазами отмеряет время открытия дверей. Когда ведущий в игре закончит счёт, он может открыть дверь, и встреча с ним состоится. Другие часы открывают нам возможности узнать последовательность открытия новых и новых дверей. Ведь пока ребёнок не закончил считать, можно переменить место, перебежать в коридор или в другую комнату.

Если у Человека и есть часы на руке, но так темно, что он не может разглядеть стрелки и цифры, ему трудно понять, в какой последовательности совершать поступки, какие еще двери для него не закрыты. Другие часы даны Человеку, чтобы знать свой путь. Но тот, кто хорошо умеет пользоваться своими главными часами, не нуждается в иных.

Если Человек лишается главных часов и тело его не стареет, для него не может существовать пути. Поиски пути оказываются лишенными всякого смысла и надежды. Жизнь в представлении Человека и его тело существуют вечно, не имеют никакого видимого предела во времени. Он беспорядочно бродит по дому, открывая и закрывая двери. Никогда ему не выбраться из дома, который оказывается необъятным, беспредельным. Какая ему разница, что показывают другие часы, если нет главных? Полное безразличие. Какая ему разница, какую дверь открывать или закрывать, если их бесконечно много?! Если из дома все равно никогда не выбраться?!

Полное безразличие – в безразличии сила. Такому Человеку можно говорить правду, потому что он не побуждает никого лгать. Ему все равно, что скажут, но такому Человеку не говорят ничего из того, чего не хотят передавать другим людям, ведь неизвестно, что и когда он кому-нибудь скажет. Если очень хочется хоть кому-нибудь сказать правду о чём-либо – нет более подходящего Человека! Но если опасаешься, что сказанное станет известно другим людям, не стоит говорить с ним. Если этот Человек и не обещает, он все-таки может сделать. Если пообещает, может и не выполнить. Ему все равно.

А зачем, собственно, ему тело? Если тело не часы, для чего оно? Оно ведь не может разрушаться необратимо, иначе обратится в часы. Может только беспорядочно изменяться. Оно не может быть осязаемым, иначе его можно запереть, замуровать, что значит – превратить в часы. Жизнь без часов превращает Человека в призрак, в случай, в сон. Часы делают нашу жизнь осмысленной, поскольку отмеряют ее предел, а значит, и возможность выйти за него. Они отмеряют и пределы её отдельных частей, а значит, наполняют их смыслом.

Существование предела делает Человека слабым в жизни – лишает его безразличия. Ему не всё равно, какие двери открывать, потому что его главные часы напоминают ему о времени. Напоминают болью – физической и нравственной. Но также и радостью избавления от боли, радостью ожидания времени, когда боли не будет. Как обычно, часы не покажут время без циферблата, так главные часы не могут показать времени без боли, ее ожидания или ожидания ее отсутствия. Жизнь без часов – жизнь без боли и без надежды на избавление от нее.

Боязнь – неспособность сопротивляться страху, противопоставить ему нечто твёрдое. Страх – боль от ожидания боли. Боль от ожидания боли рождает ожидание страха. Цепь эта бесконечна. Хорошо ли себя чувствует Человек, ожидающий неминуемого наказания? Иной и делать ничего не может, всё время думает о неизбежном. А другой и не вспоминает: придет день расплаты, тогда и будем страдать, а пока недосуг! Боязнь жизни – это страх Смерти. Страх Смерти – это боязнь жизни. Может ли имеющий путь бояться жизни? Нет, потому что у него нет страха Смерти. Его жизнь – это лишь часть его дела, для ведения которой ему требуется его тело. Имея большую цель, он постоянно путешествует за пределы жизни, стараясь наилучшим образом использовать свое тело для дел своих. Не хватает своего тела – используй тела других людей, если умеешь управлять ими. И не столь уж важно, какую часть дел ты свершишь при помощи своего тела, а какую – при помощи других.

Тот, кто использует других людей, управляя ими, понимая их чувства, помогая им становиться лучше, помогая им найти свой путь, не делает большой разницы между тем, что он сделал сам, а что – руками других людей. Его сила – в безразличии к этому, его главные часы работают по-другому. Они отсчитывают не время Смерти, а время достижения большой цели. Имеющему путь его тело интересно в той мере, в какой оно помогает ему в его пути. Смерть немного мешает ему, если не все возможности тела были использованы и жалко выбрасывать хорошую еще вещь. Но, с другой стороны, принуждает его использовать теперь только других людей, а здесь можно выбирать. Взвесив все про и контра, имеющий путь не торопится умереть, но и не цепляется за жизнь. Для него есть более важные вещи, чем собственная жизнь. Поэтому нет никакого резона ее бояться.

Сперва рождается тело Человека, а Человек рождается лишь в момент Смерти его тела. Кто я? Мужчина? Нет. Женщина? Нет. Ребенок? Тоже нет. И уж, конечно, не взрослый. А кто же? Я – только материал. Материал, из которого я делаю себя, свою жизнь. Мое тело могут называть мужчиной, или ребёнком, или ещё как-нибудь. Конечно, Я делаю себя из этого материала не один. Мне помогают другие люди, которые жили, живут или будут жить.

И если всю жизнь Я делаю себя из самого себя, то когда же Я буду готов? Когда будет нанесен последний штрих? Ну, конечно, в момент Смерти. Какой скульптор не хочет взглянуть на свой труд? Но увидеть свое рождение нельзя прежде Смерти тела. Неоконченную работу не принято показывать. Без Смерти мы не смогли бы родиться и узнать, кто мы. Она открывает нам глаза.

Мы не одни в этом мире. Главные часы не могли бы существовать, если бы любые двери открывались без труда, если бы нам никто не мешал. Другие люди мешают нам. Другие люди помогают нам. Если бы никто не мешал и не с кем было вести борьбу, жизнь потеряла бы смысл, и мы лишились бы тела. Ведь тело – это то твёрдое, что вытесняет пустоту. Не могут два разных человеческих тела занимать одно и то же место в одно и то же время. Именно эта способность тела есть и причина борьбы, и причина жизни, и причина Смерти.

Кто умеет бороться – умеет жить и умеет умереть. Нет борьбы лишь между имеющими путь, но таких немного, а тех, кто имеет путь с первой минуты рождения своего тела, единицы в вечности. Трудно жить, ни с кем не борясь, но тех, с кем не ведут борьбы, берут за руку и уводят с собой за пределы жизни. И это – самое Светлое, что можно придумать.

Наша жизнь заканчивается потерей памяти о нашей жизни. Возврат памяти о нашей жизни возвращает и нашу жизнь. Потерять память – потерять своё Я. Наша жизнь заканчивается потерей памяти о нашей жизни, мы забываем, кто мы и что мы, а когда забудем окончательно, нас почитают умершими. Но и люди, и вещи, и всё, что нас окружало, – помнит о нас и может напомнить нам о нас, когда будет подходящий случай.

В чем сохраняется память? В чём растворяется наше Я? В вещах, в легендах, в поступках. Что позволяет собрать их воедино? Большая цель, которая вдыхает в жизнь смысл и позволяет ей вновь продолжиться. С большого дерева видно, где дорога жизни прервалась рекой и где она вновь продолжилась. У имеющего путь времени достаточно, чтобы память рассредоточить, да не рассыпать. Возврат памяти о нашей жизни возвращает и нашу жизнь. И нет радостней встречи, чем встреча в ней».


Видение Анастасии

Подняться наверх