Читать книгу Планета дождя - Петр Истомин - Страница 3

Здание института, самое большое из всех зданий городка, располагалось в центре и было в прямом и переносном смысле его сердцем. Зайдя внутрь, Семен увидел нескольких людей в коридоре. Все тут же замолчали и уставились на него, расплывшись в широких жутковатых улыбках.

– Доброе утро, товарищ Сорокин! – бодро продекламировал мужчина в очках, склеенных на переносице изолентой. Он был одет в грязный белый халат, как и все остальные присутствовавшие.

– Здравствуйте… – сказал Семен.

– Мы скоро уйдем, не волнуйтесь, – объявила Анна и затем повернула голову к Сорокину, – За мной.

Семен хотел задержаться и пообщаться с людьми, но Анна мягко взяла его под локоть и подтолкнула в нужном направлении. Удаляясь по коридору, Семен чувствовал, как ученые провожают их взглядами. Перед тем, как скрыться за углом, он бросил быстрый взгляд через плечо. В полумраке ему показалось, что никто из ученых уже не улыбался.

Анна отвела его в комнату, которая, должно быть, была лабораторией, до того, как из нее не вынесли почти всю мебель, оставив стол, пару стульев и несколько пустых шкафчиков с распахнутыми стеклянными дверцами. Освещение, как и везде, обеспечивала одна-единственная тусклая лампочка.

– Садись, я сейчас его приведу, – сказала Анна, указав на стул.

Семен сел, а Анна удалилась из помещения. Стало очень тихо, лишь откуда-то сверху доносилось журчание воды. Сорокин достал из внутреннего кармана пиджака блокнот и карандаш, положил перед собой на стол и стал ждать. Время тянулось медленно.

Вдруг Семен услышал позади себя какой-то скрип и обернулся. Кто-то приоткрыл дверь, ведущую в лабораторию, и смотрел на Семена испуганными глазами. Молодая девушка. Когда она поняла, что ее заметили, страха в глазах прибавилось. Девушка дернулся, собираясь убежать.

– Стойте! – Семен встал на ноги, одновременно поднимая обе руки, – Подождите. Пожалуйста.

Девушка за дверью замерла.

– Меня зовут Семен Сорокин. Можно с вами поговорить? Пожалуйста, входите.

Девушка не двинулась с места. Из-за двери выглядывал лишь ее острый нос. Наконец до Сорокина донесся очень тихий дрожащий голос:

– Вы… Вы с Земли?

– Что? – переспросил Семен.

– Вы с Земли? – чуть громче повторила девушка.

– А… Да. Да, я с Земли.

– Вы… Вы прилетели сюда на корабле?

– Да, конечно. Прилетел вчера.

В темноте блеснул испуганный глаз, а затем снова скрылся за дверью.

– Она… Она убьет меня, если узнает, что я с вами говорила…

– Кто она? – насторожился Семен, – Анна?

Вдруг Сорокин услышал отдаленный шум. Шаги. Кто-то шел по коридору к лаборатории. Он инстинктивно повернул голову на звук, а когда посмотрел обратно на дверь, она уже была закрыта, а девушка пропала. Семен подошел к двери, открыл ее и вышел в коридор, озираясь по сторонам. Он заметил, как в конце коридора мелькнул и скрылся за углом какой-то силуэт, хотел было пойти за ним, но тут сзади его окликнули.

– Эй!

Семен обернулся. К нему приближалась Анна. Рядом с ней семенил Стас Наумов.

– Вы куда собрались? – спросила Анна.

– Да я… – Семен неопределенно махнул рукой, – Мне показалось, я что-то услышал и…

Анна с подозрением посмотрела за его плечо, в дальний конец коридора, затем снова посмотрела в глаза Сорокину.

– Ты хотел поговорить с Наумовым.

– Да, – сказал Семен, – Да, верно. Давайте присядем.

Они втроем вернулись в помещение лаборатории. Сорокин и Наумов сели за стол, а Анна встала неподалеку, опершись спиной о стену. Семен отметил про себя, что она явно не хочет оставлять их наедине.

– Здравствуйте, – сказал Семен.

Наумов коротко кивнул. Его глаза бегали по лицу Сорокина. Он облизал пересохшие губы.

– Вы нервничаете? – спросил Семен. Конечно, он нервничал, что за идиотский вопрос? Кто-то послал сообщение о его убийстве. Любой человек нервничал бы на его месте.

– Просто… – Наумов кашлянул, – Не привык общаться с представителями органов.

– Я не кусаюсь, – улыбнулся Семен, – Уверен, мы со всем разберемся.

Выражение лица Наумова осталось неизменным. Семен продолжил:

– Вы же знаете, зачем я прилетел, да?

– Да. На Земле получили сигнал, сообщающий о моем убийстве, – тихо произнес Наумов.

– Верно. Очевидно, вы живы и здоровы. Но мне нужно понять, что это было. Вы мне поможете?

– Да. Чем смогу.

– Отлично, – Семен открыл блокнот и взял в руки карандаш, – Назовите, пожалуйста, ваше полное имя.

– Наумов Станислав Николаевич.

– Дата рождения?

Наумов молчал. Семен посмотрел на него и вопросительно поднял брови. Стас медленно произнес:

– Пятое мая сорок девятого, – медленно проговорил ученый.

– Кем вы работаете?

– Я старший техник лаборатории анализа атмосферы.

Семен все записал, затем спросил:

– Откуда вы родом?

– Что? – Наумов непонимающе посмотрел на Сорокина.

– Где вы родились?

Анна, стоявшая, привалившись спиной к стене, слегка поменяла позу.

– Где родился? В… В Саратове.

– Там же и работали? В одном из местных НИИ?

– Да…

Почему он так нервничает? Семен покосился на Анну. Та стояла с невозмутимым выражением лица. Семен вновь посмотрел на Наумова.

– Вы в порядке?

– Да.

– Ладно… Скажите, какие у вас отношения с коллегами?

– Что вы имеете в виду? – спросил Наумов.

– Ну, вы с ними уже восемь месяцев бок о бок, вдали от дома… Наверняка иногда сдают нервы… Вы ни с кем не вступали в конфликты или, скажем… Ну не знаю…

– Вы пытаетесь спросить, не мог ли кто-то желать мне смерти? – спросил Наумов, глядя пустыми глазами в стол.

– Ну… Вроде того.

Наумов не ответил, лишь быстро посмотрел в глаза Семену, а затем снова отвел глаза. Сорокину показалось, что при этом взгляд Наумова скользнул в сторону Анны.

– Анна, можно попросить вас оставить нас вдвоем?

– Что? – женщина выпрямилась, – Исключено!

– У меня есть основания полагать, что своим присутствием вы оказываете психологическое давление на товарища Наумова.

– Чего? Какое еще давление? Что ты несешь? – Анна сделала несколько шагов по направлению к столу, за которым сидел Сорокин и Наумов. Последний съежился при ее приближении и отвернул голову будто боясь, что она его ударит.

– А вы что, сами не видите? – спросил Семен.

Анна взглянула на Наумова, затем снова на Семена и улыбнулась.

– Он просто не любит милиционеров… Он же говорил. Да, Стас? – Анна, не переставая улыбаться, положила руку на плечо Наумову. Тот вздрогнул, но ничего не ответил.

Семен поднялся на ноги.

– Я все же попрошу вас выйти.

– На каком таком основании? – улыбка пропала с лица Анны.

– На том основании, что я милиционер. И я веду допрос. А вот на каком основании вы называете себя представителем МВД – большой вопрос. Может, покажете свое удостоверение?

Анна обдумала услышанное, затем снова очень выразительно посмотрела на Наумова.

– Ладно, думаю, вы и без меня справитесь. Пойду пока выпью чайку.

Она снова похлопала Наумова по плечу, отчего тот снова вздрогнул, и направилась к выходу. Выждав достаточное количество времени после того, как дверь за Анной закрылась, Семен сел обратно за стол.

– Стас, посмотрите на меня, пожалуйста.

Наумов нехотя поднял взгляд и уставился на Семена. Его глаза блестели в тусклом свете старых ламп.

– Скажите, вам угрожают? Вам угрожает Анна?

Наумов молчал.

– Стас, если это так… Вы должны мне сказать. Иначе я не смогу вам помочь.

– Вы не понимаете… – произнес Наумов дрожащим голосом.

– Так объясните мне. Что здесь происходит?

Вдруг Наумов наклонился вперед и заговорил очень тихим, едва различимым голосом. Семен тоже наклонился ближе, чтобы разобрать его слова.

– У вас есть корабль, да? Космический корабль, на котором вы сюда прилетели, верно? Он ведь есть, он стоит в космопорте, так?

– Да, конечно…

– Вы должны забрать меня отсюда. Заберите меня на Землю. Заберите, пожалуйста, я прошу вас, – в глазах Наумова блеснули слезы.

– Кто вам угрожает?

– Если они поймут… Если они найдут. Я спрятал его… Но если они найдут…

– Стас, успокойтесь, пожалуйста… Что вы имеете в виду?

Наумов наклонился еще ближе, так, что теперь его блестящие от слез глаза находились прямо напротив глаз Семена.

– Я украл его. Украл его у Горбоносова, понимаете? – голос ученого дрожал, Сорокин с трудом разбирал слова.

– Что украли? – спросил Семен.

– Все именно так, как мы и боялись, понимаете? Я… Я хочу рассказать всем… Рассказать, что они нам врут… Но теперь они догадываются, понимаете?.. – он говорил все быстрее, начиная запинаться.

– Стас, подождите, не торопитесь, я ничего не понимаю…

Вдруг Семен услышал шум – кто-то шел по коридору и насвистывал какую-то мелодию. Это наверняка была Анна. Сорокин посмотрел на Наумова и заговорил тихо и быстро:

– Стас, я помогу вам. Скажите мне, где вы живете. Я приду к вам вечером, вы все расскажите мне… В спокойной обстановке, хорошо?

– Да… Да… – Стас вытер слезы рукавом пиджака, – Я живу в четвертом блоке. Второй этаж, квартира сорок семь.

– Хорошо, – сказал Семен шепотом, так как Анна была уже буквально за дверью, – Не подавайте виду.

Семен успел записать адрес в блокнот и захлопнуть его прежде, чем дверь открылась, и в лабораторию зашла Анна с чашкой чая в руках.

– Итак… – протянула она, – Вы пообщались? Все хорошо?

Произнося это, она смотрела на Наумова.

– Да, – сказал Семен, поднимаясь на ноги, – Мы закончили.

– Отлично, – улыбнулась Анна, – Полагаю, тебе не терпится убраться отсюда, верно?

– Ну… – протянул Семен, не зная, что сказать, ведь он не мог оставить здесь Наумова. Однако, ему не пришлось ничего выдумывать, потому что следом Анна сказала:

– Я сейчас созванивалась с Горбоносовым, и к сожалению, есть новости… Твой корабль… В общем, он на техобслуживании.

– На техобслуживании? – спросил Семен, – А кто вас просил его обслуживать?

– Стандартная процедура… Так что сегодня вылететь ты не сможешь, мне жаль. Скорее всего, только завтра. Так что сегодня Горбоносов приглашает тебя на… Экскурсию, скажем так. Покажет, что и как у нас тут устроено.

Семен не знал, как реагировать. Какая, к черту, стандартная процедура? Что они там делали с его кораблем? Но не в его интересах было сейчас спорить с Анной.

– Что ж… Хорошо, давайте.

– Отлично, поехали. Стас, – обратилась Анна к Наумову через плечо Семена, – Возвращайся к работе.

Наумов молча встал, проскользнув мимо Анны и Семена, вышел из лаборатории и растворился в темноте. Семен направился вслед за Анной на улицу, и они снова сели в машину.

– Куда мы едем? – спросил Семен.

– В оранжерею, – ответила Анна, – Горбоносов тебя ждет.

Семен не мог припомнить никаких оранжерей на городском плане, но решил не уточнять. Как выяснилось через пару минут, оранжерея была оборудована в здании спортивного комплекса, около которого Анна припарковала машину. Внутри их уже ждал Горбоносов.

– Товарищ Сорокин, здравствуйте, – расплылся он в улыбке, от которой Семену снова сделалось не по себе, – Как вам спалось? Как продвигается ваше… “Расследование”?

– Спалось неплохо, – сказал Семен, чуть было не добавив “после вашего чудесного чая”, – Скажите, что с моим кораблем? Я хотел сегодня улететь на Землю, очевидно, у вас тут все в порядке.

– Он на ТО. Наши техники меняют расходники и все такое… Это не займет много времени, завтра утром уже все будет готово. Давайте я пока покажу вам нашу оранжерею, где мы выращиваем овощи.

Горбоносов отступил в сторону и жестом пригласил Семена пройти внутрь спортивного зала. Там Сорокин увидел картину настолько странную, что от удивления встал на месте как вкопанный.

Здание спорткомплекса внутри было обшарпанным, стены облупились, а крыша в некоторых местах прохудилась, и из дыр текли струи воды. От трибун остались только металлический каркас, все сиденья были убраны. Спортивная площадка была сплошь засыпана черной землей. Слева направо тянулись ряды грядок, на которых в свете установленных на металлических столбах розовых ламп росли чахлые кустарники помидоров, огурцов и каких-то злаков.

– Впечатляет, верно? – услышал Семен голос Горбоносова за своей спиной.

– Как вы?..

– Огромным трудом. Местная каменистая порода оказалась совершенно непригодна для сельского хозяйства, так что ее пришлось удобрять… Удобрять очень длительное время прежде, чем мы смогли хоть что-то вырастить. Слава богу у нас остались семена, которые привезли с собой для экспериментов.

– Но зачем?.. – Семен обернулся, – Ведь у вас с собой запас продовольствия с излишком.

– Да, – Горбоносов смотрел на ряды кустарников так, как художник смотрит на свою картину, – Но запасы кончились. Видимо, рассчитали неверно. Или, может, мы слишком много едим, – он улыбнулся шире.

– Поразительно, – искренне восхитился Семен.

Горбоносов довольно хмыкнул.

– Да уж, это не Земля. Организовать здесь быт очень сложная задача. Наш институт и городок в целом питают несколько водяных электростанций, турбины вращаются за счет непрекращающегося потока дождевой воды. У нас есть котлы, где вода собирается, фильтруется и нагревается, а затем подается в дома. Правда, много чего уже вышло из строя… Мы чиним то, что можем, но…

Горбоносов развел руками.

– Вы можете запросить необходимое оборудование на Земле.

– Станция связи не работает, вы что, забыли?

– Тогда почему просто не слетать на Землю? Слетайте туда и объясните, что оборудование вышло из строя.

– Если бы все было так просто… – тихо произнес Горбоносов.

– Что вы имеете в виду?

Горбоносов проигнорировал слова Семена и повернулся в сторону выхода, приглашая его проследовать за ним:

– Пойдемте, я покажу вам инженерную станцию.

Сорокин отправился следом за Горбоносовым, они втроем сели в машину Анны и отправились куда-то за пределы городка. Семен понимал, что Горбоносов просто тянет время. Они с Анной просто не хотят его отпускать, но вот почему? Еще утром Анна хотела, чтобы Сорокин убрался с этой планеты как можно скорее. Что поменялось?

Машина остановилась через несколько минут, как показалось Сорокину, посреди пустой равнины. Но когда в небе в очередной раз вспыхнули молнии, он разглядел ряды водяных мельниц, о которых читал при подготовке к полету. Их вид по-настоящему впечатлял.

Мельницы представляли собой конструкции высотой примерно с девятиэтажный дом. На одном из торцов этих конструкций виднелись расположенные горизонтально лопасти, которые шли друг за другом от земли до самого верха, образуя что-то наподобие лестницы. Семен знал, что эти лопасти прикреплены к специальной ленте, которая образовывала гигантскую вытянутую петлю. Вторая часть лопастей скрывалась под специальным кожухом таким образом, что льющийся с неба дождь постоянно давил на видимую часть лопастей и заставлял ленту вращаться. Та в свою очередь вращала генератор.

Рядом с мельницами находилось несколько одноэтажных зданий. Семен знал, что это котельные и насосные станции.

– Не буду приглашать вас зайти внутрь, – сказал Горбоносов, не оборачиваясь, – Но думаю, масштаб задумки вы можете оценить и отсюда.

– Да, это удивительно, – сказал Семен, – Я до сих пор не могу понять, как удалось построить все это…

– Да, это настоящее чудо науки… – мечтательно произнес Горбоносов.

Семен бросил взгляд на часы.

– Прошу прощения, но я… Устал… И, честно говоря, еще не подстроился под местный часовой пояс. Вы не могли бы отвезти меня в санаторий? Я бы принял душ и лег пораньше.

– А мы собирались поужинать. Точно не хотите? Даже чаю не попьете? – на этот раз Горбоносов посмотрел на Семена через плечо.

“Нет уж”, – подумал Семен, – “Сами пейте свой чай, мне хватило.”

– Нет, спасибо… Я правда устал. А завтра утром первым делом я улечу на Землю. Я правда хотел бы как можно скорее оказаться дома.

– У вас… Какие-то дела? – спросил Горбоносов.

– Мой отец… Он… Тяжело болен.

– О, понимаю. Что ж. Хорошо, Анна, отвези нас, пожалуйста, к санаторию.

Анна молча включила передачу и развернула машину обратно к городку. Семен ехал и думал об отце. Сегодня ночью он улетит отсюда. Плевать на техническое обслуживание, топлива в баках хватит на обратный путь. Но нельзя было оставлять Наумова на Юпитерии. Он заберет его с собой на Землю. А дальше – пусть комитет разбирается…

Само собой, Анна проводила Семена прямо до двери в его номер. Холодно улыбнувшись, она пожелала ему спокойной ночи и, дождавшись пока Семен закроет перед ней дверь, двинулась по направлению к выходу.

Сорокин решил выждать хотя бы полчаса. Когда он повернул ручку, а дверь не поддалась, Семен даже не удивился. Он был заперт.

Подойдя к окну, он осторожно выглянул на улицу. У санатория стояла машина – и это была не машина Анны. За ним следят, они точно не хотят, чтобы он покидал стены этого здания.

Сорокин подошел к своей сумке, лежавшей у входа со вчерашнего дня, и достал из нее складной нож.

Затем он подошел к двери и просунул лезвие ножа в щель между ней и косяком чуть выше дверной ручки. Молясь, чтобы дверь была достаточно ветхой и отсыревшей, Сорокин крепко схватился за рукоятку ножа и стал давить, навалившись всем весом. Когда он уже подумал, что ничего не получится, раздался хруст и скрежет, на пол полетели щепки, а замок вылетел из паза. Семен почувствовал боль в районе ребра правой ладони – это вырвавшееся на свободу лезвие ножа полоснуло его, оставив порез.

Сорокин поморщился от боли. Зайдя в ванную комнату, он осмотрел порез, убедился, что он неглубокий, промыл рану и залепил ее пластырем из аптечки, которую достал из сумки.

После этого он поднял с пола нож, сложил его и повесил на ремень, чувствуя, что ему может пригодиться любое оружие. Затем он подошел к двери и стал прислушиваться – не раздаются ли из коридора шаги. Было тихо, только дождь барабанил по оконному стеклу. Сорокин проверил пистолет в кобуре, открыл дверь и выглянул в коридор. Никого.

Семен понимал, что выйти через центральный вход он не может, а потому отправился по лестнице вверх. Звук шагов гулким эхом разносился по лестничным пролетам. По мере того, как он поднимался выше, коридоры становились все менее освещенными, а количество висевшей в воздухе пыли увеличивалось. На седьмом этаже не было никаких источников света, и Сорокину пришлось достать фонарик, чтобы добраться до двери, ведущей на крышу. Слава богу, она была не заперта. Семен надавил на ржавую металлическую поверхность двери. Петли издали жалобный скрип, моментально утонувший в шуме дождя, льющегося снаружи. Вода тут же залила ему ноги, создав небольшие водопады на ступенях лестницы.

Семен выключил фонарик и вышел на плоскую крышу, сплошь залитую водой. Само собой, водосточные трубы, расположенные по углам санатория, были абсолютно бесполезны – они попросту не могли справиться с таким потоком дождевой воды. Столь же бесполезной была пожарная лестница, спускающаяся вниз по северной стене здания – о каких пожарах могла идти речь, когда на планете идет бесконечный дождь? Однако здание было построено по типовому проекту, лестницу сохранили, и она оказалась очень полезной для Сорокина. Ведь именно по ней он собирался спуститься, оставшись незамеченным для человека, сидящего в машине у входа в санаторий. Спуск занял несколько минут – ступени были скользкими, и их было почти не разглядеть в темноте. Наконец, когда Семен достиг земли, какое-то время у него заняло восстановление дыхания. После этого он огляделся, убедился, что поблизости нет никого, и быстрым шагом двинулся к жилым корпусам.

Подъезд встретил его неприветливым воем ветра в лестничных клетках. В сыром свете единственной лампочки, дрожащей под паутиной проводов, стены казались облезлыми и усталыми. Тускло-зеленая краска облупилась, обнажив потрескавшийся бетон, а на полу, усеянном мусором, серели размокшие от дождя тряпки и какие-то бумаги. За запотевшими окнами мерцали вспышки молний, размытые каплями дождя, медленно стекавшими вниз. В воздухе стоял запах застоявшейся канализации. Подавив рвотные позывы, Сорокин поднялся на второй этаж по обшарпанной лестнице и отыскал дверь с номером сорок семь. Подумав несколько секунд, он постучал. Ответа не было. Семен постучал еще раз. Снова ничего. Тогда он взялся за дверную ручку и повернул ее. Дверь поддалась. За ней была беспросветная темнота.