Читать книгу Надежда после жизни. Найти себя - Рина Кумихо - Страница 2

Глава 2

Оглавление

Если хочешь найти врача в трущобах, который не станет ни о чем спрашивать, то есть лишь одно место – местный блошиный рынок, где кипит вся жизнь окраины.

Туда я и направляюсь.

Ноги быстро разминаются после неудобного лежания на щербатом и неровном полу старой развалюхи. Я ускоряюсь и оказываюсь в одном из примыкающих к главной улице рынка переулков. Там есть лишь две двери, что ведут в противоположные постройки – старые кирпичные дома, сумевшие вырасти лишь в два этажа. Я толкаю одну из них вперед и скрип режет мне уши. Длинный пыльный коридор окружает меня свой темнотой.

– Смажь петли, наконец, Вуд! – кричу я только тогда, когда дверь плотно закрывает за мной «пейзаж» улицы, где бродит много местных стукачей. – Где вы?! Мне нужна помощь! Линь!

– Тебя не было уже больше недели. Ты нас очень обидела с доктором, – прихрамывая, спускается ко мне по добротной, но уже облупившейся лестнице Линь. Его нога так полностью и не восстановилась от издевательств подручных Ксандера.

– Извини, были дела. Видишь, я пришла – исправляюсь! – кидаюсь я к нему в объятия и крепко сжимаю его, обвивая руками шею парня. Он улыбается – я чувствую это. – Где Вуд? И включите свет!

– Свет привлекает много внимания. Нам все видно. Доктор в подвале. А что случилось? – провожает он меня к дверям шкафа, за стеной которого есть проем.

– Нужен его талант лечить людей. И быстро.

– Ты? Что? Где?! – кидается он ко мне с серьезным выражением лица и осматривает меня с ног до головы на предмет «неисправностей».

– Это не я! – уже спускаюсь я по узеньким ступенькам вниз.

– А кто?! Ты же ни с кем не водишься, кроме нас с Вудом!

Я молчу. Линь прав.

После того, как я решила покинуть Прайма, его войну и выбрать свой путь, то решение мое поддержали лишь двое: Линь, что тогда был очень плох, и Вуд, который сказал, что он – врач, а не убийца!

Они ушли за мной. Ушли вместе со мной.

Линь был плох, он нуждался в длительном восстановлении.

Вуд принял решение, что они смогут устроиться и без меня, не привлекая лишнего внимания. В первом гетто – самом большом из всех – такая возможность есть. Я смогла навестить их лишь два раза за все время. И Линь постоянно злиться на это, стараясь пойти за мной. Его останавливает лишь моя просьба о помощи Вуду. Тот изучает мою кровь, чтобы найти решение контроля моих сил. Пока я их лишь только боюсь.

– Ты не ответишь мне на вопрос? Надежда, ты стала очень скрытной. Что задумала? – шутливо толкает меня Линь, выводя из воспоминаний. Он не дает мне время, чтобы подумать над моим старым вопросом: почему Прайм нас всех трех так легко отпустил? Не хочется думать, что вместе со мной ушел и его шпион.

– Парень. Вор. Его нужно поставить на ноги уже к завтрашнему вечеру. У него жар и лихорадка.

– И где ты только ищешь себе таких друзей? – чмокает губам Линь и уже звякает колбами на столе, который стоит у него на пути. – Док, я опять врезался в эти склянки! Нельзя убрать?!

– Нет! – крик из дальнего угла. Там кто-то копошится в кипах бумаг, что уже подшиты и покрыты желтизной времени. – Они там стоят – там их место!

– А если я их разобью?

– Так и будешь хромать до конца дней. Лечить не буду!

– Вуд, у меня к тебе есть дело! – встреваю я в их беседу.

– Надежда? Я рад тебя видеть!

Вуд выходит из-за стола, но не выпускает из рук ручку и свой потрепанный блокнот. Его халат помят. Прическа говорит мне о том, что док здесь уже не первый день.

– Как давно ты ел?

– Ел? – удивленно переспрашивает он меня. Искренне задумывается. – Думаю, что пару часов назад.

Я смотрю на Линя. Он пожимает плечами и согласно кивает:

– Он прав. День назад и плюс-минус пару часов.

– Вуд?!

– Не переживай, я в порядке. Что у тебя случилось? – отрывается он от созерцания меня и своих данных, которые он так кропотливо собирает вот уже несколько месяцев.

– Нужно вылечить человека. Парня.

– Где он?

– Недалеко. На окраине есть старый заброшенный дом. Правда, он больше похож на сарай в который попала бомба, но патрули обходят его стороной – это плюс. Поможешь?

Вуд не спешит отвечать мне согласием. Он садится и приглашает меня сделать тоже самое. Линь предпочитает остаться на ногах, оперевшись на край стола.

– Я раньше не замечал за тобой острую нужду в помощи ближнему. Говори, Надежда. И пока не расскажешь все как есть на самом деле, то я и шагу отсюда не сделаю. И ты тоже, – завершает Вуд свою речь.

– Говори, Надежда, – подбивает меня Линь, играя за «команду» Вуда. – мне тоже интересно узнать причину твоей безграничной доброты! Ты что-то удумала и решила утаить от нас. Я уверен, док, она просто решила уберечь нас и расквитаться с Ксандером сама. Даже зная, что у меня причин для его изощренного убийства не меньше, чем у нее!

Линь прав. И самое обидное для меня, что прав во всем.

Я опускаю глаза, подтверждая его правоту. Мне придется им все рассказать. Нужно как можно скорее вернуться к Никсону, чтобы уберечь его от вездесущих патрулей. Да и люди Роверса, я уверена, не отвяжутся от него.

– Он смог проникнуть за стену, что охраняет центр этого гетто. Проник и украл деньги у одного богатея, что трется у ног власти. Проник, забрал деньги и смог выйти обратно. Он же поможет мне добраться до Ксандера, чтобы я могла убить его! – едва не брызжу я слюной, вспоминая о том, кто там безжалостно расправился со всеми моими близкими.

– Вот! Вот то, о чем я говорил, док! – вскрикивает Линь и начинает мерить широкими шагами и так не большое помещение подвала, переделанного под лабораторию. – Она решила пойти к нему одна. Без нас! Без меня!

– Успокойся. Много ходишь – твоя нога отнимается и ты потом не можешь даже с кровати подняться, – охлаждает пыл моего бравого друга Вуд. – А насчет тебя, – поворачивается он ко мне. – я буду готов через пару минут. Линь останется здесь и присмотрит за всем.

– Я не буду сидеть молча и наблюдать за колбочками, пока вы там что-то решаете сделать!

– Нам и ее больного будет за глаза, – отмахивается от Линя легко доктор. Я не могу сдержать улыбки.

– Не обижайся, Линь. Если я соберусь уходить во второе гетто за Ксандером, то только с тобой. Обещаю тебе, – беру я его руку в свою. Она вся покрыта рубцами и кожа давно огрубела. – Там действительно нужен лишь Вуд и его докторские способности.

– Хорошо. Я останусь. Но помни, что ты мне пообещала! – сжимает мои пальцы Линь. Я киваю ему в ответ.

– Я за необходимыми лекарствами.

Вуд уже не обращает на нас внимания и подходит к своему столу и небольшому сейфу, что стоит за ним. Он набирает приличный рюкзак лекарств.

– Всегда удивлялась: где вы взяли столько денег, чтобы снять так быстро этот дом и все обустроить здесь? – вырывается у меня помимо воли.

В голове у меня вновь вспыхивает мой не озвученный вопрос о Прайме.

Линь просто выходит, поднимаясь по лестнице вверх. Вуд начинает бормотать себе под нос названия обезболивающих и жаропонижающих.

– Ответа я, видимо, не дождусь. Жду тебя на углу дома, где стоит рыбная лавка.

– Надежда, – останавливает меня в последний момент Вуд.

– Да?

– Не думай обо всем на свете. Начинает болеть голова.

– Даже у таких как мы? – приподнимаю я вверх одну бровь.

– Даже у таких как ты! – слышу я ответ на свой вопрос.

Больше мне не хочется разговоров. Нужно еще купить еды для себя и Никса.

* * *

Мы спешим с Вудом до моего с Никсом временного пристанища. Нужно преодолеть пару открытых перекрестков, на которых можно встретить тех, кого встречать мне никак не хочется. Да и Вуду лишние глаза ни к чему.

Он прижимает к себе свои инструменты и медикаменты, что упакованы в удобную толстую сумку. Мне кажется, что если ее бросить в воду, то она не промокнет.

– Когда у него началась лихорадка? – слышу я вопрос.

Я иду впереди Вуда – показываю дорогу.

– Ближе к утру. Хотя и до этого его бил озноб и добивала температура.

– Кхм, – задумывается он, не замедляя шага. – надеюсь, что это лишь простая простуда.

– А что может быть иначе?

– Не знаю. Все может быть в нашем мире.

Мне не внушает такой ответ уверенности.

Вуд нагоняет меня и приобнимает за плечи. Я улыбаюсь и едва заметно киваю ему головой. Этого достаточно, чтобы он увидел. Я чувствую его поддержку.

– Не бойся, Надежда. Мы спасем твоего помощника. Если он важен для тебя, значит он важен и для меня.

– Почему?

– Наверное, я начал чувствовать то, что люди называют «привязанностью».

– И как ощущения? – поддеваю я его.

– Тягучее чувство. Словно ты прилепила жвачку к моей и своей спине, а я не могу ее отодрать.

– Не очень-то сравнение, – хмурюсь я и поигрываю бровями.

– Какое есть. Ты говорила об этом переулке? – отвлекает меня от нашего разговора вопросом Вуд.

Я поворачиваю голову и смотрю на старый облупившийся дом. Его крышу уже наполовину разобрал ветер, а вторую половину растащило местное хулиганье на свои вечерние костры для посиделок.

– Да. За ним тот дом, где Никс.

– Самая настоящая помойка. Как ты можешь здесь жить?!

– Это нормальное место, куда с не особой охотой заходят патрули. А значит, для меня – это райское местечко.

– Ладно, идем.

Мы ускоряемся и сворачиваем за угол.

Никс часто дышит, натянув потертый плед до самого подбородка. Его глаза закрыты, но под веками лихорадочно мечутся зрачки, словно он видит страшный кошмар. Пальцы сжимают край пледа с такой силой, что костяшки уже стали белыми. Крупные бисерины пота покрыли его лоб и вот-вот скатятся вниз на циновку.

– Никс! – кидаюсь я к нему, пытаясь отогреть его своим телом. Приподнимаю голову и кладу ее себе на колени. Он лишь шевелит губами, не произнося ни слова. – Открой глаза! Очнись! Я привела тебе помощь. Он – врач и поможет тебе! Ведь ты сможешь ему помочь, Вуд?! – смотрю я на парня, который сейчас так хладнокровно проверяет свой шприц с мутноватым содержимым.

– Не знаю. Но нужно как можно скорее ввести ему антибиотики, чтобы прошла лихорадка.

– Что это?

– «Коктейль». Смесь из лекарств и трав. Мое изобретение, которое я думал опробовать, чтобы подтвердить результаты исследований.

– Ты хочешь вколоть Никсу что-то, что неизвестного как подействует?!

– Да. А что? – искренне удивляется моему вопросу Вуд. Все же хладные мыслят по-другому, в отличии от людей. И я сейчас понимаю и Вуда, и Никса. – Не попробовав, мы точно будем знать, что ему станет плохо и он может умереть. А вот если попробуем, то будет шанс на его излечение. Не думаешь, что это как-то лучше?

– Вуд, но он – человек! И он сейчас болен.

– Надежда, ты позвала меня, чтобы я помог ему. Либо дай мне сделать это, либо я пойду. На те лекарства, которые разрешены официально советом семерых у меня нет разрешения. А это – аналог всех их вместе взятых. Настолько сильное средство, что поднимет твоего нового друга на раз!

Я поджимаю губы и кладу ладонь на лоб Никса. Он что-то бормочет. Я не слышу его слов.

– Пустишь? – присаживается рядом со мной Вуд.

– Делай, что считаешь нужным.

Я отодвигаюсь и позволяю помочь Никсу. Голова паренька все еще покоится на моих согнутых коленях.

Вуд без колебаний вводит иглу под кожу Никса и он вздрагивает, выгибается в дугу. Я едва успеваю его подхватить.

– Держи его, Надежда!

– Что с ним?!

– Считай, что я влил топливо для истребителя в полудохлую лошаденку. Теперь, надо ждать.

Никс начинает метаться во сне. Мне остается лишь прижать его собой, схватив его руки чуть выше запястья.


Конец ознакомительного фрагмента. Купить книгу
Надежда после жизни. Найти себя

Подняться наверх