Читать книгу Суд присяжных. Особенности процесса и секреты успешного выступления в прениях - Рубен Маркарьян - Страница 2

Предисловие

Оглавление

В начале второй части романа Ф.М. Достоевского «Идиот» есть сцена, в которой князь Мышкин возвращается после шестимесячного отсутствия в Санкт-Петербург и приходит в дом Лебедева, где встречает его самого и его племянника, просящего в долг денег и третий день лежащего на диване по этому поводу. Племянник Лебедева жалуется князю:

«Верите ли, князь, теперь он [Лебедев] вздумал адвокатством заниматься, по судебным искам ходить; в красноречие пустился и все высоким слогом с детьми дома говорит. Пред мировыми судьями пять дней тому назад говорил. И кого же взялся защищать: не старуху, которая его умоляла, просила и которую подлец ростовщик ограбил, пятьсот рублей у ней, все ее достояние, себе присвоил, а этого же самого ростовщика, Зайдлера какого-то, жида, за то, что пятьдесят рублей обещал ему дать…

– Пятьдесят рублей, если выиграю, и только пять, если проиграю, – объяснил вдруг Лебедев совсем другим голосом, чем говорил доселе, и так, как будто он никогда не кричал.

– Ну и сбрендил, конечно, не старые ведь порядки-то, только там насмеялись над ним. Но он собой ужасно доволен остался; вспомните, говорит, нелицеприятные господа судьи, что печальный старец, без ног, живущий честным трудом, лишается последнего куска хлеба; вспомните мудрые слова законодателя: “Да царствует милость в судах”. И верите ли: каждое утро он нам здесь эту же речь пересказывает, точь-в-точь как там ее говорил; пятый раз сегодня; вот перед самым вашим приходом читал, до того понравилось. Сам на себя облизывается».

Великий российский юрист П.С. Пороховщиков (псевдоним П. Сергеич) в 1910 г. издал замечательный труд «Искусство речи на суде». Вряд ли можно будет лучше систематизировать знания из этой части ораторского искусства, нежели чем это сделал он, все последующие учебные пособия по этой теме в любом случае будут плагиатом в той или иной степени. Можно лишь дополнить созданную систему своими знаниями, опытом и выводами. Я бы никогда не взялся за эту задачу, если бы не мое участие в проекте НТВ «Суд присяжных».

П. Сергеич поместил в конце своей книги следующий абзац, который я, по понятным причинам, помещаю в самом начале:

«Я заметил, что многие читатели любят запоминать последнюю страницу книги; обращаю поэтому свой последний совет и к обвинителю, и к защитнику.

Прежде чем говорить на суде, скажите вашу речь во вполне законченном виде перед „потешными" присяжными. Нет нужды, чтобы их было непременно двенадцать; довольно трех, даже двух, но важен выбор: посадите перед собой вашу матушку, брата-гимназистика, няню или кухарку, денщика или дворника. Сказать речь перед такими судьями необыкновенно трудно. Если вы этого не испытали, то и представить себе не можете, как это мудрено. Такое упражнение, пожалуй, покажется вам смешным; испытайте, и вы оцените его пользу. Если ваша речь окажется хороша, то есть будет понятна и убедительна перед „потешными", то и настоящие присяжные будут в вашей власти».

Мне часто задают вопросы, касающиеся участия в телепроекте «Суд присяжных». Один из них, наиболее распространенный, звучит так:

«„Суд присяжных" на НТВ помогает Вам в адвокатской практике?»

Отвечаю: Еще как! Мало кто знает, но в сценарии программ включаются только те элементы, которые обязательны и для настоящего суда: показания свидетелей, заключения экспертиз, вещественные, письменные и видеодоказательства. На роль присяжных– и это тоже как в реальности – методом случайной выборки набираются 12 человек «с улицы», которые не знают сценария. Шоу со всей его непредсказуемостью разыгрывается не только перед телезрителем, но и перед ними. Прокурор и адвокат вправе опротестовывать вопросы или замечания друг друга, невзирая на то что реплики сторон прописаны в сценарии. Позицию для выступления в прениях и прокурор, и адвокат (заранее или по ходу действия) готовят сами, и задача каждого из них – убедить коллегию присяжных именно в своей правоте. А присяжные удаляются в совещательную комнату и выносят свой вердикт, руководствуясь лишь тем, что увидели и услышали. В это время их снимает камера, и самые интересные фразы из обсуждения попадают в эфир программы в виде нарезки. Но главное – в этом проекте я, адвокат, могу через монитор в операторской заглянуть в комнату совещания присяжных. Это категорически исключено в реальном суде. То есть я могу тут же оценить, какое впечатление произвела на присяжных речь, с которой мы с «прокурором» выступали пять минут назад. Что сказали правильно, где перегнули палку, а где попали в точку.

«Это же бесценный опыт! – как сказал один мой коллега, когда я как-то поделился с ним происходящим на съемках „Суда присяжных". – Ты просто обязан написать книгу и поделиться этим опытом!!!»

И ведь он прав, это, несомненно, значимый опыт – мне довелось так «подсматривать» в совещательную комнату примерно… 400 раз, может, и больше. Это все равно что 400 тренировок летчика на тренажере по отработке взлета и посадки. Это, говоря языком П. Сергеича, сотни выступлений перед «потешными» (внесудебными, тренировочными) присяжными, которые были не просто молчаливыми слушателями, а все-таки такими же «внесудебными» судьями.

Однако книга – это не интервью. Это кропотливый труд; наблюдения и выводы нужно систематизировать, чтобы коллеги-адвокаты не высмеяли. Опять же, эта книга задумана как учебное пособие, которое может пригодиться и студенту юридического вуза, и обычному читателю, далекому от юриспруденции. Мало ли что? Кто застрахован от тюрьмы и от сумы?

Поэтому в такой книге хотелось не «умничать», а писать «по уму». Адвокатов вообще не надо учить праву. Я лишь хотел предложить коллегам инструментарий, освоить который по воле случая довелось самому и который может пригодиться в судебных процессах с участием присяжных. Поскольку и в реальном суде, и в суде телевизионном присяжные, в общем-то, одни и те же люди. Их логика в подходе к поиску решения в принципе одинакова. Может, часть моих «психологических заметок» кто-то и возьмет на вооружение.

Кстати, совсем недавно я осознал значимость того, что делаю больше шести лет в телепроекте. Я «играю» (создаю экранный образ) адвоката, оставаясь при этом действующим профессионалом. Поначалу для меня это было хобби. Но за время моего присутствия в кадре выросло целое поколение молодых людей, как это ни пафосно звучит. Мне часто приходят письма примерно с такими словами: «Я начал смотреть вашу передачу вместе со своим дедушкой, когда мне было 12 лет. Благодаря вашему примеру решил теперь пойти в юридический…» Или еще: «Мы всей семьей смотрим “Суд присяжных", наш сын начал лучше учиться, хочет тоже стать адвокатом, спасибо вам.»

То, что я делаю в настоящих судах, отстаивая чьи-то доброе имя или интересы, это, безусловно, первостепенно, но для меня также важно, что моя роль адвоката в «телевизионном» суде стала для кого-то ориентиром, помогла определиться с выбором профессии. И как знать, вдруг из зрителя, начавшего шестиклассником смотреть «Суд присяжных», где мы пытаемся показать идеальный суд, вырастет известный юрист, этакий современный Гаврила Державин, который, вполне возможно, сделает для России и общества гораздо больше, чем я, адвокат с экрана. Но ведь он станет юристом, потому что увидит настоящий пример. И если мой опыт, перенесенный на бумагу, поможет кому-то отстоять свое доброе имя в суде – разве это не здорово?

Суд присяжных. Особенности процесса и секреты успешного выступления в прениях

Подняться наверх