Читать книгу Миссия запятой. Статьи о судьбе Книги - Сергей Чефранов - Страница 3

ДЕПОРТАЦИЯ КНИГ

Оглавление

Человеку, в отличие от животного, свойственно обрастать вещами. В берлоге у медведя вряд ли найдется скелет особо вкусного лосося или куртка неудачливого охотника. А человек – другое дело. Он во многом есть то, о чем вспоминает (не путайте с тем, о чем помнит), как и то, о чем мечтает.

Поэтому время от времени приходится проводить ревизию имущества, которая часто чем-то сродни ревизии воспоминаний, или, если брать по-крупному, ревизии жизни.

Так вот и у нас заполнились книжные шкафы, и настала очередь отбирать книги: каким из них остаться ближе, а каким отправиться на дачу.

При этом нужно добавить, что только одну из них, очевидно, кем-то случайно подаренную, я без содрогания выбросил в помойку. Это были современные рассказики с употреблением ненормативной лексики. Я полагаю, что Фрейд был прав, утверждая, что культура – это отказ от первобытного в себе. Ненормативная лексика, по-моему, и есть это первобытное, «своеволие взбесившегося подсознания» (цитирую «Время Культуры»), от которого надо иметь волю отказаться.

Вообще, отсутствие ненормативной лексики – это как дресскод, этакий офицерский мундир, погоны, которые обозначают не только место в табели о рангах, но и высокое понятие о чести. А употребление ее – это попытка замаскироваться, присосаться к истокам. Не пить, а именно присосаться – удел паразитов. Сейчас перечитываю Чехова, идет третий том. Обо всех писал Антон Павлович, все сословия захватил – а «запипикивать» нечего. Мастер!

Поэтому часть книг решили увезти на дачу – туда, где ритм жизни предполагает неспешное чтение. Или забвение на чердаке.

Итак, вот список.

Первым делом туда отправились детективы Агаты Кристи. Все уже так часто пересмотрено и будет пересмотрено не раз ради обаятельного Пуаро в исполнении Дэвида Суше, что до чтения не дойдет. Хотя на дачу поехал излишек – многотомник остался дома.

«Унесенные ветром» Маргарет Митчелл и «Скарлетт» А. Риплей. Вряд ли осталось время, чтобы погружаться в мир американских штатов полуторасотлетней давности. Сначала надо из своих хлопот вынырнуть, оглядеться.

Чарльз П. Сноу, «Пора надежд. Возвращения домой». Интересно, из каких соображений и как эта книга попала в дом? Наверное, кто-то подарил. Не знал, что подарить, заскочил в магазин, мол, «книга лучший подарок» и, вообще, «летайте самолетами аэрофлота, экономьте время, покупайте пирожки!». Схватил что-то в толстое в яркой обложке, и вперед.

«Исторические повести» Мариан Брандыс. Комментарий свыше вполне применим и здесь.

Н. Лесков, «Соборяне», «Захудалый род». Это прочитаю первым делом. Причина депортации – очень плохое качество издания 1986 года, бумага почти коричневая.

Дэн Браун, «Код да Винчи». Помните, как весь мир зачитывался этой книгой. И каков итог? Наверное, он таков, какой и ожидали – деньги заработаны, а мир не изменился.

Сборник фельетонов Ярослава Гашека. В нем нашлась открытка из Сорренто с нотами песни «Вернись в Сорренто». Наверное, мы брали эту книжку с собой, когда там отдыхали. Хорошо будет перелистать в шезлонге возле пруда.

В. Пикуль, «Битва железных канцлеров». 1978 год, уже коричневая бумага, тяжелый текст. Историю лучше изучать по мемуарам. Есть такие холмы, на которые дороги не взбираются, а обходят стороной. То ли вида с них никакого не открывается, либо путь крут, а вершина камениста и ветрена. Среди писателей тоже есть такие холмы.

Снова В. Пикуль: «Крейсера», «Каторга» и «Кровь, слезы и лавры». Я думаю, что, когда писатель выдает такое количество добротной литературы, он продвигается к какой-то только ему известной, а может, только угадываемой цели. Как у Пастернака: «За поворотом в глубине // лесного лога // известно будущее мне…». Вот бы узнать, где Валентин Саввич нашел свой главный поворот.

Сборник антиклерикальных произведений европейских классиков «Наказание Прометея». Воинствующий атеизм неприятен также, как и воинствующий клерикализм. Но имеет право на существование, как памятники Ленину.

«Казанова» Эндрю Миллера. Эта книга доказывает, что в электронных «читалках» есть смысл. По крайней мере, лес меньше рубят. Странно, что книга издана в 2004 году, когда уже было ясно, как изменился читатель и герои, ради которых читатели открывают книги.

Детективы Жоржа Сименона. Издание 1962 года. В те годы не торопились переводить, и не торопились издавать. Поэтому все получалось добротно. Предвкушаю хорошие вечера у огня.

Василий Шукшин, сборник рассказов «Земляки». 1970 год, а кажется, сто лет прошло. Действительно, год в России за три можно считать.

Сборник высказываний Черномырдина «Так говорил Черномырдин». Казусы речи, казусы истории. Российская история полна казусов, но только русские люди наполняют их каким-то почти сакральным содержанием с такой плотностью, что и человек, и история превращаются в черную дыру, и все тянут, втягивают в себя и настоящее, и будущее. Удивительно, что в России еще электрички умудряются светить вперед.

«Ярость» Салмана Рушди. Сильная книга, пронзительный приговор капитализму, достойный более широкого полотна и более сильных личностей в качестве персонажей. А его персонажи сильны – как рыбы в сетях. Крупные, но в сетях.

Сборник афоризмов 894 стр., издание 2004 года. Суперобложка, тиснение золотом. Яркий пример предприимчивости издательства. Наверное, хорошо получилось залезть в кошелек тех, у кого он есть, в отличие от мозгов. Наверное, в 2004 году такие люди еще по привычке заходили в книжные магазины. Тоже чей-то подарок.

Яна Шерер, «Мой отец, его свинья и я». Дебютный сборник юморесок немецкой писательницы. Забавно, может, пригодиться кому-нибудь из гостей скоротать время до шашлыков.

«Дорога на эшафот» Жана Делагира. Только для сна.

Три книги рассказов Марии Прилежаевой. Когда-то, наверное, эти книжки годились для того, чтобы по ним писать сочинения о «нравственных исканиях современников» (тех современников, не сегодняшних). Авторы копали, копали, тоже что-то искали и что-то находили в своем настоящем. И остались в том настоящем, нашем прошлом и даже позапрошлом, заваленные грудой словесной глины. А писателю вырваться из современности в будущее возможно только с алмазом в руке.

Майкл Утгер, «Прежде, чем уйти», 1992 год. Карманная книга, криминальная история. Если я не смотрю полицейские сериалы, то и ее не прочитаю. Никогда. Но в книжке есть хорошая бизнес-идея. После последней страницы самого романа помещен раздел «Саквояж», а в нем тесты, кроссворды, задачки. Мол, вы читаете в дороге, ехать еще далеко, пошевелите мозгами – не все же книжки читать!

«Приключения принца Флоризеля» Стивенсона. Яркий пример, как удачная экранизация служит погибелью не менее удачной книги.

И. Б. Чижова, «Души волшебное светило…» – биографии литературных героинь Петербурга первой половины XIX века, которые вдохновляли поэтов и художников. Что сказать: и тема достойная, и люди достойные. И сама книга написана без авторского позерства. Обречена жить, как ее персонажи, в тиши и тени, в ожидании своего читателя, как те женщины в ожидании своей судьбы, своих гениев. Дождется ли?

«Рай» Джудит Макнот. Как говорится – без комментариев. Но… чтобы такое сделать, чтобы женщины искали событий в жизни, а не в любовных романах. Наверное, мужчинам надо стать мужчинами – со своими достоинствами и пороками. Со своими, не женскими.

Колин Маккалоу, «Поющие в терновнике». Все-таки женские романы имеют право на существование, ведь и сами женщины имеют право на отдых. На женских романах литература отдыхает!

Двухтомник зарубежного детектива в мягкой обложке 1991 года издания. И еще «Рассказы про отца Брауна» Честертона. Комментарий тот же, что и к Сименону. Профессионально сделанный детектив – самый честный и всеобъемлющий жанр. И вечный – как кроссворды.

«Комната с гобеленами» – английская готическая проза. В юности я кое-что читал из него, воображения хватало, чтобы получить удовольствие. Тем более, переводилось все это до 90-х, не торопясь, профессионалами. Перечитаю хотя бы про шлем, упавший с неба. В кратком переложении получится хорошая история для сына, он как раз сейчас увлеченно собирает рыцарские замки из картона.

Вот это все первый эшелон, потом будет второй. Проделана важная работа: каждая книга была раскрыта, каждая пробудила шевеление под волосами. Что-то было отложено в сторону, чтобы начать после Чехова.

Я надеюсь, что, как и все переселенцы, книги захватят пространство, в которое скоро попадут. И тогда дом на 11 сотках из пристанища для краткого ночного отдыха от трудов земных станет Домом в его главном смысле – местом для развития, воспитания, и встреч поколений.

А уже оттуда так близко к тому, откуда все и пошло – к земле, к огню.

Круг замкнется.

Миссия запятой. Статьи о судьбе Книги

Подняться наверх